Папа для Сарады

      Обычно Саске не получал писем. Он отправлял соколом краткие отчёты Хокаге, и этот же сокол приносил ему ответ от главы деревни и коротенькую записку от жены. Тем не менее, прямо перед ним сейчас сидел хорошо знакомый ему пёс и держал в зубах небольшой свиток. Это не было похоже на обычное поведение Хатаке, и Учиха бессознательно напрягся.       — Паккун?       — Йо, Саске-кун! Тут тебе Какаши велел передать кое-что, — мопс сунул ему свиток и, не дожидаясь его ответа, буркнул. — Ну, бывай!       Пёс тут же испарился, а Саске неспешно развернул свиток. Это было совсем не то, что он мог бы ожидать. К пергаменту были прикреплены несколько документов, фотография Сакуры и небольшое письмо, явно нацарапанное детской ручкой. Решив начать с документов, Учиха удивился ещё больше. Перед ним были рабочий график госпиталя за последние три месяца, где красными чернилами были выделены все смены Сакуры, включая сверхурочные переработки. Сакура много работала, но это не было новостью. Она всегда была трудоголиком и ярым фанатом своего дела. Зачем бы Хатаке присылать ему это?       Следующим документом оказалась зарплатные ведомости его жены за последний год. А вот это уже было интересно. Как такое возможно? Этого было явно недостаточно. Ей специально не доплачивали? На что именно намекал ему Шестой? Сразу за зарплатными ведомостями лежали счета за последний месяц: ипотека, коммунальные услуги, оплата детского сада. Общая сумма едва ли не превышала полученную зарплату. На какие деньги, вообще, жила его семья?       На фото была явно уставшая и осунувшаяся Сакура. Его жена практически спала над тарелкой с одним рисом, сзади на стене часы показывали два часа ночи, а надпись на обратной стороне гласила: «Счастливый ужин после работы». Саске тихо выругался, точно понимая, что у них с Сакурой немного разное понимание значения фразы: «У нас всё хорошо, Саске-кун». Это ни разу не было хорошо. Но последним гвоздем в крышку гроба его иллюзий стало письмо Сарады.       Дорогой Одзи-сан!       До Нового года ещё долго, но я всегда была очень хорошей девочкой. Я уже отправляла тебе письмо, но, наверное, оно потерялось по дороге. Мне не нужны новые игрушки или книги, хотя кукла в красном платье из магазина Рюко-сан и правда очень красивая. Но я готова отказаться от неё, если ты всё-таки сможешь завести мне нового папу. Или, если это слишком сложно, сделай, пожалуйста, так, чтобы маме понравился хотя бы один из тех, кого я сама выбирала. Дядя Шино очень добрый, и мне он правда нравится. И дядя Канкуро тоже весёлый. А дядя Какаши самый заботливый. Жаль, что никто из них так и не понравился маме. Это, наверное, потому что она очень устает. Но если у нас появится папа, значит и маме будет веселее, да? Для этого же люди и становятся семьёй — чтобы всё делать вместе и помогать друг другу.       Я обещаю быть хорошей девочкой пять, нет десять, всегда, если только у тебя получится завести нам папу.       С уважением, Сарада Учиха.       P.S. Пожалуйста, пусть папочка не будет связан с силой юности.       Саске ещё дважды перечитал письмо, тихонько выругался, развернулся на 180° и отправился в Коноху. То, что ближайшее к нему дерево сгорело в пламени аматерасу — абсолютная случайность.

***

      Учиха прибыл в Коноху в полдень вторника и впервые отправился первым делом не в резиденцию Хокаге, а домой. Сакура сейчас должна быть на работе, а Сарада в саду, так что он мог спокойно оценить обстановку. Попасть в дом было не сложно — запасной ключ был на месте, да и бояться им было некого. Хотел бы он увидеть того идиота, который бы осмелился влезть домой к Сакуре. Но вот увиденное дома его не порадовало. В холодильнике был только самый необходимый набор продуктов. В шкафу у Сакуры не было ни одной мало-мальски новой шмотки, и в целом дом не излучал достаток от слова «совсем». Только самое необходимое. Ксо! Каким боком это могло бы быть: «У нас всё хорошо, Саске-кун»?       Разговор с Наруто оказался не самым приятным. Учиха справедливо поинтересовался, во-первых, почему его жене платят так мало, если она чуть ли не живёт в госпитале? Во-вторых, почему Узумаки так и не удосужился ему сообщить, как живёт его семья. И ни один ответ его не порадовал. Сакуре платили ровно столько же, сколько и остальным медикам. Ещё Какаши, будучи Хокаге, пытался поднять ей зарплату, как минимум как герою войны, но женщина уперто твердила, что это нечестно по отношению к другим. Это было похоже на Сакуру. Что касалось второго вопроса — всё было ещё проще. Его жена всегда подчеркивала, что семейные дела Учиха никого не касаются и у них всё в порядке. Если она сказала Саске, что позаботится о их семье, значит, так и будет. А это было ещё больше похоже на Сакуру. Саске печально вздохнул, думая, сколько лет ещё должно пройти, чтобы его жена наконец-то убедилась в своей силе и состоятельности. Да и он хорош. Мог бы и сам сообразить, что Сакура не станет отвлекать его от миссии ни под каким предлогом, ограничиваясь дежурным ответом о семейном благополучии.

***

      Следующим пунктом была встреча с Хатаке. Как ни странно, они вполне нормально побеседовали. Ближе к шести вечера Шестой спокойно произнес:       — А теперь извини, Саске-кун, но мне пора забрать Сараду из садика. У Сакуры опять вечерняя смена, и я любезно согласился ей помочь.       — Я и сам могу забрать дочь.       — Представляю, как она обрадуется, когда незнакомый мужчина попробует увести её куда-то, — флегматично произнес Какаши.       — Я её отец!       — Которого она видела только на фото десятилетней давности, — легко парировал Хатаке. Но, предчувствуя вспышку негодования бывшего ученика, тут же добавил: — Вместе пойдем. Пусть она к тебе сначала привыкнет, папаша.

***

      — Дядя Какаши! — радостно кричала малышка, подбегая к джоунину и обнимая его.       — Привет, малышка, — Хатаке обнял её в ответ, а затем заговорчески прошептал. — Одзи-сан получил твое письмо. И знаешь что?       Глаза ребенка загорелись надеждой.       — Что? — так же шёпотом спросила девочка.       — Он прислал тебе настоящего папу!       — Ура! Ура! Ура! Наконец-то ты будешь моим папой!       Хатаке очень понадеялся, что у него будет хотя бы пару минут прежде, чем он познакомится с аматерасу ближе, чем хотелось бы.       — Сарада, я не могу быть твоим папой, потому что у тебя уже есть отец.       — Ну да, — скептически ответил ребенок. — И где он?       — Собственно, вот, — Какаши указал на Саске, который стоял в двух метрах позади него.       — А это точно мой папа? Что-то он не выглядит довольным.       Шестой невольно хмыкнул.       — Дай ему помидор, и он сразу подобреет, — весело ответил мужчина.       — Фу! Гадость какая, — скривилась девочка.       — Да ладно, дай ему шанс, малыш. Саске отличный парень.       От последний фразы его невольно передёрнуло, и Хатаке искренне надеялся, что девочка не почувствует, что это утверждение — абсолютно бессовестная ложь. Но Сарада задумчиво посмотрела на отца, а затем повернулась к нему и развела руки в стороны. Саске удивлённо уставился на дочь. Та прищурила глаза и повторила жест. Учиха явно не понимал, что от него хотят, пока Какаши не помахал ему рукой, указывая на свои губы, а затем, как можно отчётливее, беззвучно проговорил:       — Сделай как она показывает, а затем скажи: «Иди сюда, мой сладкий пирожочек!»       Глаза Саске едва не превысили размер его лица. И, кажется, второй приход Кагуи сейчас ошарашил бы его меньше, чем огромные рыбьи губы прямо поверх маски Какаши и то, что он ими говорил.       — Кажется, это не мой папа, — разачарованно заключила Сарада. — И, дядя Какаши, когда мама об этом узнает, Ируке-сенсею придется с вами поговорить.       А затем Учиха всё-таки смог выдавить из себя злополучную фразу:       — Иди сюда, — запинаясь и отчаянно краснея, произнес мужчина, — мой сладкий пирожочек!       Девочка тут же расплылась в улыбке и радостно завизжав: «Папочка!», бросилась в сторону Саске. Хатаке только оставалось надеяться, что бывший ученик сообразит, что нужно взять её на руки, или хотя бы заметит, что он показывает ему это жестами.

***

      Сакура вернулась домой к десяти, и навстречу ей тут же выбежала Сарада, радостно голося:       —Мамочка! Привет! А у нас наконец-то появился папа!       Бывшая Харуно обречённо застонала. Нет, только не снова.       — Ками-сама! Ты опять за своё? Мы завтра же идём к Ируке-сенсею, — прошипела женщина, а затем прокричала в сторону холла. — Какаши-сенсей, извините, пожалуйста! Сарада уже совсем меня извела своим безумным желанием завести себе папу.       — Так может стоило хоть раз мне об этом написать? — почти спокойно поинтересовался Саске.       Сакура медленно подняла на него шокированные глаза и упала в обморок.

***

      Год спустя Саске Учиха мог уверенно сказать, что выполнять миссии на благо Конохи можно и за деньги, благодаря которым его семья может нормально жить, а не существовать. Что не переутомленная и уже не излишне худая Сакура выглядит гораздо лучше. Что у них чудесный ребенок, но возрождать клан одной девочкой — странная идея. И что перестать убегать от ответственности не так уж и сложно, если хотя бы попытаться это сделать.