Гарри Поттер и война Некроманта

      Справа, как свеча, горела палатка, яркий огонь съедал непромокаемую ткань, каркас и ряды двухъярусных кроватей, ветер сильнее раздувал пламя и уносил столб чёрного густого дыма. Сквозь него, разрывая на отдельные клубы, пролетел дракон-лич, бывший когда-то китайским огненным шаром, и изрыгнул очередной сгусток кипящего гноя, разрушая очередное временное жилище маглов, расположенное вокруг Норы. Из-за заваленной палатки, прогромыхав кастрюлями, которые свалились с наклонившейся полки, торчавшей из дыры укрытия, появился зомби, за ним ещё трое. Драко Малфой точным заклинанием взорвал первого. Остальных ковылявших на него неупокоенных трупов настиг огненный хлыст. Хорёк уверенно махал палочкой, порождая длинную плотную струю пламени, сдерживая рвотные позывы от смрада паленого гнилого мяса.       «Не надо использовать огненный хлыст. — Хорек судорожно сглотнул горечь в горле и инстинктивно пригнулся, когда огромная крылатая тень вновь пролетела над ним. — Хорошо, что сюда только один дракон-лич прилетел. Хотя тут и одного хватит».       Мимо него, в панике скрываясь от ходячих трупов, бежали женщины, неся на руках младенцев. Они спешили ближе к Норе. Там удерживали какие-то щитовые заклинания Молли Уизли на пару с одним из мракоборцев. И пока им удавалось как-то совладать с той дрянью, которой плевался немертвый дракон.       Вдалеке гулко громыхнуло, и Малфой дернулся в ту сторону, но остановился — именно там натиск сдерживала Джинни с кем-то из взрослых магов. Дин должен был быть с другой стороны Норы. Хорёк же отказался от поддержки взрослых и полагался на те навыки, что выучил у Зеленого, хоть пока и не пускал их в дело и отбивался от зомби взрывными заклинаниями. Больше его беспокоила Джинни, и с каждой вспышкой заклинаний с той стороны контролировал себя Драко всё хуже и хуже, всё сильнее хотелось бросить свой сектор обороны и побежать к девушке.       «Как бы с Джинни чего…» — От этой мысли его оторвали зомби, группой вышагивающие из-за угла порванной палатки.       Малфой, недолго думая, обрушил на нежить пылающий брезент палатки и сморщился от шибанувшего в нос смрада. Очередной плевок дракона-лича пришелся точно в палатку через три от него, с грохотом сминая хлипкое жилище и поднимая очередной столб дыма. Понимая, что дальше стоять не имеет смысла, Хорёк побежал туда на случай, если кому-то понадобится помощь. Вонь от горящих зомби и так сбивала с ног, а от запаха кипящего гноя стали ещё и слезиться глаза. Палатку с яркой оранжевой расцветкой наполовину сожгло этой чёрной магией, разорвав внутреннее пространство и разбросав по округе остатки нехитрого скарба маглов.       Малфой безуспешно поискал выживших и быстро отвлекся на новых зомби, механически шагавших к центру палаточного городка. Толпа нежити росла быстрее, чем юноша успевал колдовать, и последнего из них Драко разрубил уже мечом. Очередной сгусток угодил в защитные чары вокруг Норы, прогибая их, но магия в виде серебристого купола пока выдерживала. Над ней, не отвлекаясь на редких магов и маглов, метавшихся между палаток, нагоняя страх и выжидая, когда магия иссякнет, кружило несколько вампиров. Они готовились напасть на укрывшихся под защитой людей.       Отвлекая Хорька от новых мыслей о безопасности Джинни Уизли, на него, пошатываясь, шли новые зомби.       — Когда ж вы кончитесь! Редукто! — подорвал врагов боец. — БЛЯДЬ! Прокляни тебя Слизерин!       С воплем он отскочил в сторону и сам чуть не свалился, запутавшись в обломках под ногами, когда, разлетаясь вонючими брызгами, кипящий гной угодил в палатку рядом с ним. Защитные заклинания на штанах выдержали, вобрав в себя температуру, но от остального защитить не смогли. Сгустки ощутимо попадали по ноге, разъедая ткань.       — Аквамерти! — сморщившись от смрада, с отвращением смыл со штанины гной Малфой, а потом потушил и разгоревшийся брезент палатки.       «Надо что-то с этой тварью делать», — пока вокруг него не обнаружилось новых зомби, подумал Хорёк, провожая взглядом дракона-лича.       Яркая вспышка огня над палатками справа вновь перевела его мысли на рыжие волосы, которые сейчас, вероятно, растрепаны в пылу битвы. План вырисовывался плохо, но Хорёк, проследив очередной плевок, полетевший как раз в сторону фронта Бестии и оборвавшийся в этот раз людскими криками, решился и побежал. Сначала он протоптанными тропами между поломанных палаток стремился к Джинни, но, увидев, как морду пролетающего дракона-лича облепили летучие мыши, сбивая монстра с очередного залпа гноем, успокоился и повернул к Норе. Спотыкаясь о разбросанные обломки мебели, помятую закопченную кухонную утварь, остатки тел зомби, Драко извилистой тропой прибежал к защитному куполу, под которым толпились испуганные люди.       — О! Струсил, что ли? — Дикий Пёс отбивался от двух зомби.       — Сам-то что тут делаешь? — огрызнулся Хорёк.       — Там всё сгорело! Невозможно было удержаться! Даже мракоборца убили! Там не осталось ничего, что можно было защищать!       — Что у вас? — докричалась до них Молли Уизли.       Палочка в руке женщины опасно подрагивала, поддерживая мощный щит. Всклокоченные волосы, резкие движения и испуганный, безнадежный, отчаянный взгляд говорили, что магические силы женщины на пределе. Там, где защитные чары пересекались с линиями магии запрета трансгрессии, купол терял устойчивость, походил рябью мелких прорех.       — Мне нужна метла! Пока эта тварь летучая тут, нам не отбиться. — Драко указал, как дракон-лич уничтожил ещё одну палатку.       — А ты с таким справишься? — перебил его Дикий Пёс.       Малфой не знал ответа на этот вопрос. Шкура даже убитого дракона сохраняла свою сопротивляемость магии как таковой, так и прочность в целом. Хорёк хотел резко ответить, но даже в его голове план выглядел натянуто.       — В любом случае хоть что-то надо делать, вы вечно не сможете держать этот щит!       — Хорошо. — Молли приоткрыла проход в щите.       — Акцио «Нимбус»! — не стал тратить время Малфой. — Придержите пока моё направление, — кивнул он себе за спину.       Проломив окно в кухне, к нему над головами испуганных, скучковавшихся под щитом людей неслась метла. Так же, как Забини, прямо на лету Драко запрыгивать не стал и сначала крепко сжал метловище. Молли закрыла обратно проход в щите, а Дин Томас подорвал очередных зомби. Хорёк, перебарывая страх перед огромной махиной дракона-лича, оторвался от земли. Один маг на метле вызвал у вампиров интерес, и Драко тут же пришлось заложить вираж, уворачиваясь от когтистой лапы. Нимбус позволял выигрывать у вампиров в маневренности, и одного Малфой смог сбить, подрубив крылья режущим заклинанием. Стоило ему подняться над разрушенным палаточным городком, как он принялся высматривать на фоне выцветших на солнце брезентовых укрытий яркие всполохи рыжих волос. Джинни Уизли по прозвищу Бестия в прыжке отбросила от себя зомби левикорпусом и прокляла ещё двух. С высоты полета было видно, как за несколькими палатками от неё вышагивает с десяток немертвых тел.       — Секо! — отмахнулся от летающего врага Малфой, делая полпетли, уходя от удара, и развернулся в сторону девушки.       Замеченная им толпа нежити вывалилась перед Бэсс. Боевая девчонка не растерялась и первых двух уверенно взорвала. Но потом неудачно оступилась на обломках и завалилась на остатки палатки, теряя преимущество.       — Редукто! Бомбардо Максима! Локомотор палатка! — пикировал Хорек, выставив вперед руку с палочкой.       Джинни удалось встать, пока палатка перекрыла врагам прямой путь к ней. Она благодарно кивнула Малфою и переключилась на бой. Хорек же пронесся стрелой над куполом, разгоняя вампиров, и увидел, как в лабиринте палаточного города между трех белых линий магии блуждал и отбивался напарник Бестии. Драко замер чуть в стороне от Норы и судорожно сглотнул, видя, как немёртвый дракон летит на него. Он так и не придумал, что делать, но, прижавшись к метловищу, направился точно к монстру. Отвечая на него неуверенность, метла завибрировала.       «Поттер тогда с живой венгерской хвосторогой справился. Я не хуже», — проснулся в Хорьке нездоровый азарт.       Сгусток гноя, оставляя за собой марево раскаленного воздуха, пролетел над плечом в считанных миллиметрах и качнул метлу встречным ветром. Боец поморщился от кратковременного жара и смрада, вложил все силы в заклинание и ударил адским пламенем в морду дракона-лича. Сквозь вой ветра в ушах он слышал, как шипит шкура монстра. Отвлекаясь от основной цели, Хорьку пришлось резко уходить вниз, а потом, заложив вираж, ещё и вправо. Вампиры, поняв, что делает маг на метле, переключились на него.       «Ага! — даже с какой-то остервенелой радостью подумал Малфой. — Решили, что я опасная добыча?! Сейчас я и вас, твари, и хреновину эту приземлять буду!»       — Секо! — Точное попадание в крыло, и вампир упал на землю, оставляя из раны широкий шлейф пепла.       — Сектумсемпра! — Сделав мертвую петлю, Драко залетел за спину другому крылатому демону.       Мимо него пролетел сгусток гноя, напомнив, зачем он взялся за метлу. Сориентировавшись, Хорек проверил, что Джинни Уизли отбивается, и развернулся к дракону-личу. Пролетая мимо этой махины, боец с удовлетворением отметил, что половину морды огонь выжег до кости, но это не повлияло ни на скорость, с которой сгустки гноя летели на землю, ни на меткость монстра.       «Значит, глаза тебе портить смысла нет. Остается вариант с крыльями, ведь без них ты точно летать не сможешь…» — определился Малфой.       С удовольствием от точности исполнения маневров, надежности и мощности метлы, которая даже на перегрузках не вибрировала, подчиняясь уверенности мага, Хорек оказался над спиной дракона-лича. Он замер, примеряясь, куда лучше спрыгнуть. Под толстой шкурой продолжали двигаться мышцы, и как на этом устоять, Драко не представлял. Впрочем, после нового плевка, унесшего жизнь магла, скрывавшегося от зомби между горевших палаток, Малфой спрыгнул на спину монстра. Первые моменты он с трудом улавливал устойчивое положение — под его ногами перекатывались мышцы, в лицо, сбивая, дул ветер. Поворот туши заставил его присесть и ухватиться за роговые выступы на позвоночнике дракона-лича. Он забросил «Нимбус» за спину и наскоро привязал колдовскими веревками.       «Надо будет в следующий раз крепеж метлы продумать!» — Хорька тряхнуло, и метла больно ударила по ребрам.       — Бомбардо максима! — ударило заклинание в крыло, обнажая кости и связки.       — Бомбардо! Бомбар… ААА! Сука! — Второе заклинание сорвалось, когда дракон-лич резко ушел в пикирование на Нору, и у Малфоя под ногами пропала всякая опора.       Он едва не выронил палочку и пролетел несколько метров к хвосту монстра. Левая ладонь, распоротая о гребень, за который он держался, горела от боли, но только этой рукой Драко мог удержаться. Склизкие от крови пальцы сжались на выросте, позволяя магу хоть как-то остаться на спине дракона-лича. Новые взрывные заклинания так же распарывали только толстую шкуру, но не могли повредить костям монстра. Дракон-лич вновь пикировал, готовясь изрыгнуть кипящий гной.       — Секо! — Малфой в последний момент успел отреагировать и поранить вампира, решившего сбросить его со спины.       Удар когтистой лапы пришелся в левое предплечье. Малфой заскрипел зубами от боли и проследил падение вампира. Тело завалилось на полуразрушенную палатку, неудачно прорвав ткань, монстр врезался в стеллаж.       «Не осиновый, но тоже ничего, — подумал Хорек. — Ладно, посмотрим, как эта нежить против другой чёрной магии выстоит!»       Он засунул палочку в чехол на поясе и сконцентрировался. Чужая память, чужое тело стало поглощать юношу, кожу щипало даже сильнее, чем от проклятия Беллатрисы, а левая рука так и полностью онемела. Магия порвала магические путы, и «Нимбус», прокатившись по крылу монстра, упал куда-то на землю. Воин догадывался, что диковинный артефакт, вероятно, был ему нужен, но вековой опыт подсказывал, что если из сложившейся ситуации был один выход с помощью этого артефакта, то найдется и другой, уже без него. Чёрный самурай, древнее порождение магии, был удивлен. За всю его долгую жизнь он ни разу не летал на драконе. Левая рука воина слушалась очень плохо, но хоть сжимала нарост на позвонке этого немертвого монстра.       Перехватив катану, так же, как и он сам, сотканную из тьмы, самурай ударил по оголенному суставу в том месте, откуда начинало расти крыло. Удар одной рукой получился недостаточно сильный и оставил только зарубку на округлой кости. Но самурай не остановился. Второй удар, третий, четвертый… Вместо пятого удара ему пришлось вновь отбиваться от вампира. Шестой, седьмой… Дракон-лич в этот раз плюнул точно в купол. Воин видел, как отдельные капли гноя продавились сквозь защитную магию и оставляли следы, попадая на стены странной постройки. Нужно было сбить монстра как можно скорее. Вампиры, почувствовав скорое падение щита, удерживавшего их от беззащитных маглов, полетели к куполу. Самурай перехватил катану и вместо режущего удара воткнул её точно в сустав, дернул в сторону. И как согнулась магия в его катане, воин тоже видел впервые, но продолжил рывком, обламывая клинок, смог распороть связку в суставе, однако в руке после этого у него остался только зазубренный, сломанный у рукояти меч.       Дракона-лича сильно дернуло, крыло всё же стало двигаться хуже, ломанными, неритмичными взмахами, и монстра кренило. Самураю при этом всё сложнее становилось удержаться. Неудачный рывок, и склизкие пальцы сорвались с выроста. Воин тут же распластался, стараясь ухватиться хоть за что-нибудь. Отчаянным ударом он прорезал кожу крыла. Со скрипом разрезаемой кожи, который он мог расслышать даже сквозь ветер, его волокло вниз, к краю крыла. Обломок катаны продолжал распарывать крыло, оставляя длинную расширяющуюся прореху. Ударившись рёбрами, самурай налетел на локтевой сустав, расположенный посередине крыла. Он ухватился за кости, удерживаясь на монстре. Дракон-лич, продолжая терять высоту, на бреющем полёте молотил вторым крылом. Отчаянный план зародился в голове воина, когда он разглядел, как сильно натягивается оставшаяся целой перепонка ниже локтевого сустава до края крыла. Чёрный самурай хоть никогда и не сражался с такими монстрами, но по опыту понимал, что на одном крыле дракон-лич не удержится в воздухе.       С усилием он воткнул обломок катаны ниже костей, и разжал пальцы левой руки, удерживавшей его на локтевом суставе монстра. Его тело продолжило скользить, оставляя за собой распоротую кожу и полностью уничтожая крыло. Оглушая воина, дракон-лич взвыл, но в крике не было ноток боли — немертвое тело безэмоционально чувствовало, что теряет способность лететь. На самом краю крыла самурай смог ухватится за кость, но левая рука подвела его, проскользив по шершавой кости, распарываясь ещё сильнее. От неожиданности самурай выронил обломок меча, чтобы ухватиться правой рукой за распоротую кожу перепонки. Под его ногами виднелась земля с порушенным, горевшим лагерем, которая быстро приближалась. Выбирать не приходилось, и чёрный самурай рассчитывал момент, когда нужно будет отпустить тушу. Он увидел впереди уцелевший купол красного шатра и прицеливался точно между двух ребер жесткости.       «Сейчас!» — Воин развернулся левым боком, чтобы не повредить правую руку, и разжал пальцы.       Инерция тела несла его точно туда, куда нужно. Ветер свистел в ушах, но чёрный самурай не ведал страха, в памяти всплывали обрывки воспоминаний, когда он в прошлых жизнях падал и с больших высот. Брезентовая ткань приняла его мягко, натягиваясь всё сильнее. Прочности материала не хватило полностью погасить импульс удара, и она распоролась по шву на ребре жёсткости. Воин провалился в прореху, группируясь. На его удачу, под ним оказалась кровать. Матрас демпфировал падение, но инерция все ещё была сильна, и каркас ложа сложился от удара. Чёрный самурай, развалившись на матрасе среди обломков кровати, удовлетворенно смотрел на синее небо сквозь прореху в шатре. Силы покидали воина, магия отправляла его на заслуженный отдых. Драко Малфой чувствовал, как доспехи и плетеная шляпа слетают с него дымом и обрывками теней, вызывая судороги и озноб, будто унося с собой частичку собственной жизни. Пальцы левой руки едва шевелись, кровоточащие раны пульсировали, голова кружилась и звенела, а разбитое плечо не давало двигаться.       — Нихрена себе полетал! Мерлиновым посохом их всех! — Хорек помнил всё, что с ним произошло в облике древнего колдуна-самурая.       Правой рукой он нащупал в кармане прибереженный на чёрный день магический бинт Полумны Лавгуд и прижал его к поврежденной конечности. Магическая ткань бережно и плотно обернула левую руку, с успокаивающим зеленым свечением запуская чары лечения. Дав себе ещё минуту передохнуть, насладиться теплом, уносящим боль из руки, и спокойствием синего неба над головой, Хорек с трудом встал на ноги. Магические силы после превращения поиссякли, а тело просило лечения и отдыха. Выйдя из палатки, он переступил линию магии, сориентировался, увидев, что над Норой ещё держится белесый купол, выхватил палочку, чудом оставшуюся целой, и, ухмыльнувшись, произнес:       — Ну, теперь у нас есть шанс отбиться!       Перебарывая усталость и боль от ран, Драко Малфой, чистокровный маг, ещё год назад презиравший маглов, пошел их защищать. Ища взглядом среди порушенных палаток рыжие волосы Джинни Уизли, он планировал обнять её после того, как эта битва закончится.

***

      С гулом поедая изящные платья из редких заколдованных тканей, пламя вырвалось из витрины ателье мадам Малкин, разбив запыленные стекла. Мракоборец, укрываясь рукой от языков огня, успел отбросить левикорпусом одного оборотня и на противоходе палочки стреножить второго, но тут на его спину, уже не прикрываемую напарником, напрыгнул вампир. Когтистой лапой монстр загнул голову мага и собирался вонзить клыки в шею, когда ему точно в пасть прилетело режущее заклинание.       — Спасибо! — Мракоборец, провел несколько раз рукой по шее, проверяя раны, и кивнул близнецам Уизли.

Свеча горит, огонь дрожит,

А в тронном зале утром пусто!

Король разбит, король молчит

И на свечу ту смотрит грустно.*

      Фред и Джордж, расположившись между белых линий магии, ловко отбивались от нежити, прорывавшейся со стороны прохода в Косой переулок из "Дырявого котла". Зомби машинально вышагивали вперед, получая режущими заклинаниями в грудь. Сюда же успели прорваться и первые оборотни, досаждавшие оставшимся здесь магам. Близнецы активировали запасенные фейерверки, и выскакивавшие по обожжённой брусчатке бывшего Мрачного переулка волколаки попадали под удар магических шутих. Шерсть дымилась, фейерверки оставляли на шкурах ожоги, а Фред и Джордж уже разворачивались, готовясь принять следующий удар.       Также в этот день в Косом переулке оказалась Нимфадора Тонкс, которая отбивалась от налетавших вампиров недалеко от совиной почты, что располагалась в конце магической улицы. Женщина проклинала летучих монстров, пробиваясь к мракоборцу. Она видела, как близнецы подорвали очередную группу зомби, а потом схлестнулись с тройкой очень быстрых оборотней. Озлобленные вервульфы напрыгивали на магов, но те умело сдерживали их натиск. Один из них точно попал сильным режущим заклинанием, и ликантроп, проломив окно магазина письменных принадлежностей, отлетел в темные недра здания, у которого уже горела крыша.

Мы всё поставили на кон,

Мы отправляли в бой полки,

Но будто ожил страшный сон,

Враги зажали нас в тиски!

И у ворот их сотни душ,

Они суровы и сильны!

Не пощадят нас, это чушь!

Живые им мы не нужны!

Живые им мы не нужны! *

      Тонкс отвлеклась на это и едва не пропустила удар вампира — когтистая лапа пролетела в дюймах от её головы.       — Не спи! — Максимиллиан Строббери шевельнул палочкой, невиданным ей заклинанием развеял выдох пролетавшего дракона-лича.       Этот дышал каким-то желто-оранжевым газом, под действием заклинания старого мага скручивавшимся в спираль. Строббери вдогонку попал ещё по туше дракона-лича парой заклинаний, но сбить такую немертвую махину не мог. Тонкс чувствовала, что старый чародей неуловимо похож на паука — он двигался так же четко, выверено и быстро. Когда на него бросилась пара волколаков, в ярости битвы не разбирая дороги, и поравнялась со входом магической лавки, брусчатка под их ногами ожила. Магический ковер-ловушка скрутился, охватывая скулящих от боли ликантропов.

Мы проведем последний бал,

Простой веселый карнавал.

И улыбаться будем мы,

Встречая всадников из тьмы! *

      «Будто паук заманил мух в сеть», — оценила Нимфадора.       С синего безоблачного неба на магов налетели новые вампиры. Тонкс пришлось отступать в здание почты, где она чуть не попала под шальное заклинание. Успев отскочить, она сквозь разбитое окно увидела, как близнецы запустили в вампиров очередную шутиху. Дракон из красных искр разбил строй крылатых монстров, и тем пришлось вновь набирать высоту, чтобы не попасть под шквальное колдовство Фреда и Джорджа.

Враги ворвутся в тронный зал,

Враги увидят карнавал.

И нам вернут наши дома,

Поняв, что мы сошли с ума! *

      Маг-почтальон, молодой совсем парнишка, трясущимися руками указывал палочкой на вход и смог с трудом от страха сколдовать совсем слабое режущее заклинание, когда в проеме двери появился крылатый силуэт. Впрочем, выгаданных секунд хватило Нимфадоре, чтобы нанести несколько серьезных ран противнику. Второго, решившего ворваться в окно, она встретила отработанной в мракоборческой школе связкой заклинаний. Тлеющее тело упало через дорогу к ногам Максимиллиана. Мага заинтересовало что-то в небе.       — Аресто моментум! — точно прицелился он в летевшее в Косой переулок нечто.       Когда объект замер, Максимиллиан забросил в него пепельницу, кричавшую, что она всех съест. Как бы это ни было удивительно, но пепельница полностью поглотила плевок дракона-лича и только потом ярко взорвалась. Мага это удовлетворило, и он продолжил отбиваться от наседающей со всех сторон нежити.

Как тяжело осознавать,

Что к катастрофе мы близки!

Вот так спокойно тут стоять,

Сжимает боль мои виски.*

      От входа в Косой переулок рвались новые враги. Фред и Джордж в компании выжившего мракоборца взрывали перед собой всё, что шевелилось и воняло мертвечиной.       Сквозь дым и пыль в магов тоже полетели заклинания. От неожиданности мракоборец пропустил первое заклинание и отлетел назад, когда сработала защита на его мантии. Другое шальное заклинание полоснуло по бедру Фреда. Юноша свалился от неожиданности и судорожно стал заколдовывать рану, пока его брат выставлял щитовые заклинания. Джордж не успевал взрывать врагов, волна нежити росла. Новые зомби, оборотни и вампиры рвались к магам, замершим на окровавленной и опаленной брусчатке магической улицы.       — Блядь! — в отчаянии закричал Джордж, когда понял, что не успевает отбросить следующее немертвое тело, уже тянувшее к нему руки.       Сразу десяток красных полос режущих заклинаний вонзилось в растущую толпу нежити. Уизли с надеждой, что пришла помощь, обернулся, но там стоял только Гаррик Олливандер. Коричневый старомодный сюртук чуть дымился подпалинами, морщинистое, доброе лицо перекосила маска гнева, а перед магом в воздухе висел добрый десяток палочек, подчиняясь воле мастера.       — А мы до такого не додумались! — в один голос с уважением закричали близнецы.       Олливандер скастовал несколько щитовых заклинаний, давай магам время перегруппироваться, остальные палочки поражали дракона-лича, пролетавшего над Косым переулком. Джордж схватил брата и потащил вглубь улицы, вздрагивая, когда под ногами проскальзывали белые канаты магии, запрещавшей трансгрессию. Фред от потери крови бледнел и плохо опирался на поврежденную ногу. Когда последний щит рухнул за их спинами, близнецы, не сговариваясь, бросили во врагов ещё пару шутих. Судя по воплям, присоединившиеся к битве живые колдуны попали под удар. Флориан Фортескью прикрывал Гаррика, отбрасывая заходивших чародею за спину вампиров. Олливандер согласованно ударил взрывными заклинаниями в забитую зомби арку. Взрывы раскидывали немертвые тела.       Джорджу и Фреду хватило времени передохнуть, и ликантропов, выскакивающих из Мрачного переулка, они уже встречали во всеоружии. Заклинания сражали оборотней, магические шутихи сбивали с толку, выкраивая магам время скастовать ещё одно заклинание. Близнецы, улыбаясь, продолжали сражаться.       Максимиллиан Строббери очередной раз развеял газ, которым дышал дракон-лич. Нимфадора, прикрывая мага от вампиров, видела, что возраст берет своё, старый чародей устало водил палочкой и двигался всё медленнее.       «Давай, ты сможешь!» — мысленно поддерживала его Тонкс, проклиная вампира, полетевшего куда-то кувырком.       Из толпы зомби, шагавшей от разрушенной арки, вылетело несколько точных заклинаний. Они летели с чудовищной скоростью, поражая даже знания о магии Гаррика Олливандера. Тонкс тоже не успела отреагировать. Одно проклятие поразило Максимиллиана в плечо, и маг внезапно свалился на колени. Второе пролетело мимо.       — Берегись! — до Нимфадоры долетел предупреждающий крик Фортескью, указывавшего куда-то в небо.       Инстинктивно женщина схватила мага-почтальона и выскочила на брусчатку. За их спинами в здание, где так удачно держалась Тонкс, с грохотом ударил выдох дракона-лича. Нимфадора отскочила, прикрываясь водным щитом от огня.       «Удачно!» — подумала она, когда с шипением вода испарялась, закрывая их паром.       Максимиллиан Строббери, пользуясь тем же туманом, чуть передохнул, выпил мутное зелье и, встав на ноги, продолжил сражаться. Он был одним из немногих магов, кого не пробирало колдовство запрещающих печатей. Пока старый маг продолжал сражаться с нежитью, Фред и Джордж Уизли, которых несильно оглушило взрывом почты, добрались до Тонкс.       — Свои! — прокричал Джордж и закашлялся, когда из пара ему в лицо уткнулась палочка. — Чуть глаз не выбила!       Горячий и вонючий пар ржавых оттенков ещё не осел, впитываясь в защитные мантии, но пока скрывал магов от нежити. Фред сипло закашлялся и стал тереть рану — вероятно, пар её разъедал. Джорджу этот пар драл горло, но юноша пока держался. Им повезло, что колдунья успела различить в них живых магов.       — Прости! — последовал ответ Нимфадоры.       — Давай, кха, с нами, я до взрыва кучу зом… — Джордж оборвался на полуслове и зашипел от боли, когда в него попало шальное заклинание.       Раненое плечо горело так, будто на открытую рану плеснули кислоты. Уизли тут же замотал лечащим бинтом, перехватил брата целой рукой и кивком указал Тонкс направление движения. Маги, кашляя, вырвались из пара, проклиная оборотней. Фред, хоть и плохо держался на ногах, но продолжал метко сражать ликантропов. Он вовремя запустил магический фейерверк, отбросивший зомби, заходивших сбоку этой группы бойцов.       Гаррик Олливандер, дирижируя десятком палочек, ударил ещё одним залпом из взрывных заклинаний, но половина из них внезапно рассеялась.       — Черт! — выругался Гаррик.       Он понимал, что для такого потребуется много сил. Прицелился, и все десять палочек синхронно скастовали режущее заклинание. Перед толпой шагавших зомби выпрыгнул маг. Смуглую кожу руки объяло радужное пламя, которым враг играючи отмахнулся от всех десяти режущих заклинаний. Заклинание Флориана, вызывавшее из-под земли верёвки, не ухватило за ноги этого мага — тот подпрыгнул, уклоняясь от колдовства.       — Аресто моментум! — в один голос кастовали подбежавший Максимиллиан Строббери и Гаррик Олливандер.       Но даже заклинания двух магов не смогли удержать странного мага. Он сделал какой-то пасс руками, и между противниками гулко хлопнуло, развеивая заклинание. Смуглый колдун рванулся вперед. Из его рук безо всяких палочек, извиваясь, точно змеи, полетели красные лучи режущих заклинаний. Олливандеру пришлось выставлять всеми своими палочками щитовые чары, чтобы выдержать этот удар. Фортескью тем временем взрывал шагавших за спиной этого могучего врага зомби. Строббери отбросил оборотней и безуспешно попытался проклясть смуглого колдуна. Гаррик чувствовал, что Максимиллиан знает этого противника.       — Займитесь зомби. Этот противник вам не по зубам! — бросил Максимиллиан напарникам. — Гия! — назвал он высшего зомби по имени. — Один раз я тебя упокоил! Смогу и ещё раз!       — Этого не будет, старик! — Высший зомби, один из поднятых из мёртвых учеников Геллерта Гриндевальда, оскалился, признав Красного.       Он резко бросился в атаку, превратив руки в пылающие клинки из магии. Толкающим заклинанием Строббери отбросил напарников в сторону, а сам успел лишь в последний момент отскочить, пропуская удары сбоку. Магические клинки оставили две глубокие борозды в брусчатке. Маг же успел резким заклинанием рубануть шею высшего зомби. Расчет оказался верным, и голова противника болталась во все стороны.       — И ты думаешь, это меня убьет? Нет! Меня невозможно убить! — Гиа прижал голову к плечам правой рукой, а левой, пылающей магической энергией, продолжил нападать.       Красный не отвечал, продолжая отступать и проклинать врага. Строббери применял только толкающие заклинания, чтобы отбросить магический клинок в сторону. Он отходил к своей лавке артефактов, где, вероятно, были зачарованные вещи, способные помочь ему в этой дуэли. Близнецы Уизли помогали Тонкс и парнишке-почтальону отбиться от нежити и старались отойти с пути Красного, понимая, что с таким врагом они не справились бы, даже будучи в лучшей своей форме. Взмахи пылающего клинка оставляли подпалины на защитной мантии Максимиллиана, пока тот в последний момент отводил руку врага в сторону. Старый чародей с каждой минутой двигался всё медленнее и тяжело дышал. Гиа не мог это не заметить и скалился, предчувствуя победу. Строббери не успел провести связку из толкающих заклинаний, отводивших в сторону смертельное оружие высшего зомби. Удар пришелся в бок чародея. Он выронил палочку и ухватился за руку врага, чтобы задержать удар и не дать ему завершить начатое.       — Вот тебе и смерть пришла, старик! — оскалился высший зомби в лицо Красного.       — Да, патовая ситуация! — согласился тот, принимая свою смерть. — Но тебя я заберу с собой! Сожгите тело, когда всё закончится! — Максимиллиан перевел взгляд на близнецов Уизли.

Я — их Король!

Я обещал!

Но шансов ноль!

И я устал. Я так устал.*

      Тело мага одновременно стало превращаться в огромного паука и распадаться пеплом, как кровь вампира на солнце. Лапы арахнида разрывали тело высшего зомби и разваливались сами. Потеряв пеплом одно из жвал, вторым чёрный паук смог разорвать плечо врагу, лишая его возможности действовать левой рукой. Ещё одна педипальпа пронзила высшего зомби насквозь и так и растаяла туманом, открывая дыру в неживом теле.       — Нихрена себе! — выдавила Тонкс.       Джордж, отбиваясь от зомби, активировал шутиху, отбрасывая нежить обратно Мрачный переулок. Тело Красного тем временем окончательно распалось прахом, а поврежденный высший зомби с трудом развернулся к живым магам. Активировав магический клинок, он, покачиваясь на подломленной ноге, поковылял на них. Немертвое тело принимало удары заклинаний, но не останавливалось. Жутко смотрелись две сквозные дыры. Неожиданным рывком Гиа атаковал магов. Джордж успел оттолкнуть Тонкс из-под летящего клинка из магии. Сам он не успевал поставить защиту и смотрел, как к его груди приближается смертельный удар. Из-под его руки появилась палочка Фреда, с кончика которой сорвался защитный серебряный дым. Столкновение магии жгло грудь юноши. От столкновения этой силы палочка Фреда вспыхнула, патронус пропал, и его близнец получил удар в грудь и руку. Их обоих опрокинуло на брусчатку. Джордж не мог после удара даже сфокусировать взгляд на враге, а Фред черными от копоти пальцами запустил в высшего зомби фейерверк. Белые искры били прямо из груди врага фонтаном, распространяя смрад горелого мяса.

Мы проведем последний бал,

Простой веселый карнавал.

И улыбаться будем мы,

Встречая всадников из тьмы!

Враги ворвутся в тронный зал,

Враги увидят карнавал.

И нам вернут наши дома,

Поняв, что мы сошли с ума!

Поняв, что мы сошли с ума! *

      — Последняя была!       — У меня одна осталась, — невнятно пробормотал Джордж.       — Я из ваших тел сделаю себе новое! — взревел Гиа.       Высший зомби не чувствовал боли в неживом поломанном и обгорелом теле, но гнев и ненависть к живым магам двигала его вперед.       — Тогда догони! — в один голос крикнули близнецы. — Левикорпус! — кастовал Джордж. — Идите к Олливандеру, — добавил Фред, переводя взгляд на Нимфадору.       Заклинание могло отбросить высшего зомби, а пока тот с трудом вставал на ноги, близнецы и сами смогли подняться. Не сговариваясь, они поразили ещё раз врага режущими заклинаниями. Джордж видел, как искрит палочка Фреда. Перехватив его покрепче, он сунул ему в руку свою и потащил брата в их магазин.       Опалённые магией раны кровили и пульсировали, Джордж задыхался, чувствуя, как при выдохе в горле скапливается густая жидкость со знакомым металлическим привкусом. Удар в спину сложился с отчаянным воплем Фреда и хрустом ломаемой палочки.       — Держись! — шипел Джордж.       — Твоя палочка сломалась, прикинь! — ответил Фред.       Они были уже в шагах от входа, когда близнецов настиг второй удар, толкнувший их прямо в поломанные двери магазина волшебных вредилок. Джордж стонал от боли — опаленный бок нарывало, а поврежденные ребра почти не давали вздохнуть. Он дернул брата, но тот не помогал движению. Бросив короткий взгляд за спину, он увидел, как пенится кровавыми пузырями поломанная грудь Фреда.       — Давай, братишка, ещё чуть-чуть! — Джордж из последних сил полз сам и тащил брата к спрятанному за обгоревшими ящиками из-под слабых приворотных зелий красному баллону.       Яростным ударом разрубив косяк магическим клинком, в магазин ввалился высший зомби. Мутные глаза сфокусировались на Джордже, возящимся за ящиками. Рыча, он поковылял к ним.       — Се…секо! — за спиной Джорджа в зомби ударил сноп красных искр из поломанной палочки Фреда.       Это колдовство оттолкнуло монстра, выгадывая магам ещё несколько секунд. Джорд уже полностью открыл вентиль и смог развернуться к брату.

Огонь потух,

И даже он меня оставил одного.

Я побежден, я обречен,

Но на душе мне так легко.*

      — Это будет… наша лучшая… шутка, — через силу улыбнулся Фред, с его губ текла струя крови. — Ты — лучший брат-близнец… — прошептали они уже синхронно.       — Я вас убью! — Гия навис над ними, поднимая магический клинок.

Ведь клятву дал и ей был верен

И буду верен до конца.

И отступать я не намерен!

Корону снимут с мертвеца!

(* — Even Blurry Videos (Игорь Сахаров) — Последний бал (на стихи подписчика))

      — Смотри! — Джордж собрался с силами. — Фокус! Кха-кха! — закашлялся он от наполнявшего воздух вокруг них запаха гнилых яиц, показывавшего, что пропан вырывался из баллона. — Абракадабра! — разжал он пальцы, запуская припасенную огненную шутиху...