Тессеры

      — Хочешь, погадаю? — спросил Рейстлин, глядя в недра термоса, где уже остались одни чаинки.       Гил задумчиво посмотрел на пациента. Шуточек о своём магическом мышлении он раньше не допускал... Впрочем, считается ли гадание магией? И можно ли что-то предугадать в этом безумном мире, где за какие-то несколько месяцев жизнь может измениться до неузнаваемости? Не то что по чаинкам, а вообще?       — Погадай, — согласился Гил, когда пауза уже неприлично затянулась, и сел поудобнее. В лесу сегодня было тепло, и туман прятался между деревьями всегда где-то впереди, а им с Рейстлином досталась небольшая полянка с солнечными пятнами, вот и устроились на пушистом густом мху с ленивым, тихим разговором. И чай пришёлся кстати.       — Вижу, ждёт тебя много перемен... — затянул пациент негромко, с ярморочными интонациями. — Женщину властную вижу — не верь ей.       — Скажи лучше, кому верить можно, — хмыкнул Гил.       — С заваркой диалог вести не так-то просто, знаешь ли! — возмутился Рейстлин смешливо. — Ты ещё спроси, какого числа зарплата будет!       — Ладно, продолжай, — улыбнулся Гил. — Что там ещё положено предсказывать? Богатство, болезни, врагов, любовь?..       Ох, не надо было о последнем. Сам смутился. И Рейстлин глаза опустил, но быстро стало понятно, что он негромко смеётся.       — Богатство вам, доктор, не грозит, вы его не ищете, — он помолчал, улыбнулся и завинтил термос. — А вот всё остальное — только руку протяни.       Он и протянул, слишком велико было искушение. Будто мох гладил, а пальцы Рейстлина случайно задел. И загадал-задумал — если не отдёрнет руку, то...       Не отдёрнул.       — Ну и чёрт с ним, с богатством, — выдохнул Гил, пытаясь усмирить радостно встрепенувшееся сердце. — Погоди, а что там про врагов?!