Тессеры

      — Уиииии! — радостно взвизгивала пила в руках Гила с периодичностью, от которой у Рейстлина сводило зубы. Стружка запорошила уже всю поляну, только костёр её поджирал быстрее, чем налетала, но конца и края этим восторженным визгам пока не было ни видно, ни слышно.       Маг со вздохом сдул стружку с лёгкого стола, установленного в этом леске неподалёку от маяка совсем недавно.       — Вроде бы мы это место для отдыха сделали, — намекнул он дракону.       — Уаааау! — восхитилась пила. Гил оставил её торчать в свежем пропиле и отряхнул ладони, сообщив:       — Отдых — это перемена деятельности.       Маджере поморщился.       — Рейст, да брось. Я вовсе не против иногда поработать руками.       — Не против или удовольствие от этого получаешь?       — Ну...       — Слушай, я же согласен, что спилы нам регулярно нужны в лаборатории. Но почему ты просто не попросил в деревне, как обычно?       — Да ну их.       — А поконкретнее?       — Ну их в задницу! У них зерно не уродилось, и ты же понимаешь, кого они винят?       Рейстлин хмыкнул и, смахнув со стола остатки древесной пыли, достал припрятанную корзину.       — Известно кого, колдунов с маяка. А что с вилами не заходят? Мы уже и соскучиться успели...       — Боятся. Наш усилитель оценили.       Ещё бы не оценить, полночи небо полыхало.       Гилтиас снова взялся за пилу.       — Уиии... Чпок!       — Рейст! Я же у кузнеца теперь новую не выпрошу!       Маг подул на пальцы, обожжённые торопливым заклинанием.       — Я её просто в кладовку отправил.       — А бревно как допиливать?!       — Ты правда думаешь, что мы с ним без пилы не справимся? Гил, если тебе так нужно занять руки, возьми вино. Зря мы его, что ли, тащили сюда?       Дракон вздохнул и сел, отхлебнул из протянутой, заботливо наполненной кружки.       — Злишься? — мягко улыбнулся Рейстлин.       — Да как сказать...       — Как есть.       — Да. Чёрт, да! Ещё как!       — Пар-то успел выпустить или вернуть пилу?       — Топор лучше наколдуй... Я не понимаю. Они же не глупые. Мы же общаемся с ними, сотрудничаем, и в это время они совершенно нормальные, но некоторые их представления!..       — Как в камне высечены.       — Что у них в мозгах перемыкает-то, что они человеческие слова перестают понимать и талдычат одно и то же, как попугаи?!       Рейстлин опрометчиво подлил ещё вина, и Гил, машинально махнув кружкой в жесте «да пошло оно всё», едва не напоил поляну.       — Сложно отобрать у человека привычное, устоявшееся... Знаю одного психиатра, он до сих пор верит, что если здоровому человеку объяснить что-то словами через рот, используя разумные и логичные аргументы, человек всё поймёт.       — Не глумись, — улыбнулся и психиатр.       — Что ты. Я восхищаюсь. Так что, топор?       — Да нет. Я, в принципе, уже остыл, — Гил придвинулся ближе и зарылся в корзинку.       — Почему ты сразу-то не сказал, в чём дело?       — Не хотел, чтобы мы злились вместе. Ты тоже иногда забываешь, в каком мире мы живём... А одно дело, когда кипятится дракон, и совсем другое — когда страшный чёрный маг! Мало ли, какую каверзу он местным выдумает? Яблоко тебе достать?       — Страшный чёрный маг уже придумал, и не кипятясь... — Рейстлин удобно облокотился на Гила и покладисто согласился: — Достань. А потом бревно разделаем. Вменяемыми методами. Магией.