Солнечный апельсин

      Проснулась я от настойчивого стука в дверь. Отодрав лицо от подушки, собрала слюни с щеки и подбородка, поднялась с кровати и доковыляла до встречи с гостем. — Да отстаньте уже, — взвизгнула Алина, тут же заскочив внутрь и указав за спину. — У твоей двери стоят два сердцебита, и мне пришлось просить разрешение самого Дарклинга, чтобы сюда войти. Что ты натворила? — И тебе доброго… — я зависла, посмотрев в окно. Солнца не было. — …времени суток. А ты не слышала? Я в темнице просидела. — Что? — Не бери в голову, — отмахнулась. — Так что ты тут делаешь? — Как же? Подготовка к празднику. — Допустим, — кивнула, расчесав волосы рукой. — Меня это касается мало. Я туда только покушать и в уголке постоять. Королю же презентовать не будут? — Дарклинг ничего не говорил, но погоди, там же будет Иван! Он должен упасть от твоего появления. — Девочка моя, — я потрепала её за щеку. — И когда ты стала такой кокеткой и сплетницей? Общество служанок не идут тебе на пользу. — Ничего подобного, — нахмурилась. — Мне просто одиноко в комнате.       Подавив зивок я вернулась на кровать и стянула одеяло, кутаясь по самый нос. Холод был невыносимым, а, ещё краснеющие, угли не давали абсолютно ничего, кроме имитации тепла. Служанки решили оставить меня на холодную смерть. — Я сама не принцесса чтобы как-то рядиться для праздника, но тебе могу помочь. — нашлась Алина, выставив руки у камина. — Я похожа на человека, которому нужна помощь? — всё-таки зевнула.       Она критично окинула меня с ног до головы и поджала губы. — Так, Старкова, — возмутилась. — Хотя от кого я скрываю, согласна, запустила себя. — Ты кушать хочешь? — украдкой спросила девушка. — Хочу. А я что, пропустила завтрак? — И обед тоже. Сегодня занятий нет, а слуги заняты праздником. Поэтому мы все предоставлены сами себе. — Понятно. Значит отсутствие солнца за окном не просто потому что раннее утро. Пошли тогда что-нибудь стырим с кухни. — Что? — Украдём, Алина. Украдём. А пока я буду занята одеждой, вот, бери. — Я протянула ей письмо Мала, что давненько пылилось в сумке.       Из одежды надела самое неприглядное и в серых тонах. Штанов у меня в этом мире не было, только кожаные подштанники с мехом вовнутрь, поэтому выбрала юбку покороче, край которой заправила за пояс и была такова. Алина не оценила моего наряда, решила промолчать, но я и сама ответила на её, громкоговорящий взглядом, вопрос: — Это чтобы удобно было бегать и красться по темным подворотням.- Она было открыла рот для следующего вопроса, но я опередила её, подняв палец, — Письмо сожги. — Спасибо, что доставила его. Оно согрело мне душу.       Я кивнула и направилась к двери. — Так там эти… — она ткнула пальцем в стену. — Машу вать, — выругалась, шлёпнув ладонью по лбу. — Тут нет общих туалетов, ты не знаешь? Или купальни? — Купальни есть, баня есть, про туалет не знаю. — Купальни свободны для посещения в любое время?       Девушка пожала плечами. — Может просто попросим, чтобы нам принесли покушать? — взмолилась девушка. — Ты как Мал: жить без приключений и дня не можете. — Эх, девочка моя. Нет в тебе духа авантюризма. Ты со мной или боишься? — Боюсь, но с тобой, — неожиданно она улыбнулась. — Значит подыграй. В первую очередь я хочу доказать Дарклингу, что ставить ко мне своих людей не имеет смысла — я и так свалю при большом желании. Прям так можешь и передать, если за жопу схватят на допросе. — Что ты задумала?       Я молча сгребла корзинку с полотенцами и банными приспособлениями под мышку, и открыла дверь. Сердцебитов было не двое, а всего один: самый высокий и крепкий блондин, которых я вообще видела среди окружения Киригана. Он сразу обернулся. — Куда? — А что, генерал меня сажал под домашний арест? — я закусила губу, — Вроде как нет. Мы в купальни. Ваши слуги заняты настолько, что забыли меня даже разбудить.       Он хотел сказать что-то ещё, но пришлось идти уже следом, так как я вижу цель и не вижу препятствий. Спорить не стал, но и из виду выпускать тоже. Пока Алина вела меня в купальни, которые находились в другом конце дворца, я разглядывала золотистые двери учеников, позолоту на лепнине потолка, зелёные обои, отражающий свет свечей каменные полы и сердцебита рядом. Парень тоже не скрывал заинтересованности во взгляде, особенно цепляла его моя заправленная юбка.       Купальня оказалась пустой. Перед нами вышли две ученицы, радостно щебеча, а при виде нашего серьёзного сопровождения, испарились как чих.       Описать всё увиденное можно лишь одним словом «хамам». Самый настоящий, который можно только встретить в древние века. Ещё витающий запах дегтярного мыла, хвои и липы вызывал настоящее чувство расслабления, желание окунуться в тёплую воду, однако окно в метре от пола манило намного больше. Закрыв перед носом парня дверь, я мигом скинула корзинку в предбаннике и резвой ланью прыгнула у окна. Оно было мутным, копчёным, пахло старым свиным жиром, но открывалось. — Раздетые на улицу? — ужаснулась девушка. — Мы сейчас вернёмся в мою комнату, схватим плащи и побежим на кухню. Она далеко вообще? — Понятия не имею. — Ясно. Язык до Киева доведёт… Сложно с тобой идти в такие операции. Я сейчас тебе всё покажу, авось не захочешь сбегать. — С чего ты вообще взяла? — она нахмурилась, прислонившись к стене, пока я старательно устилала полотенец на грязный подоконник в деревянных занозах. — Я вижу будущее. Забыла? Так вот, захочешь сбегать, вспомни сегодняшний день.       Я подтянулась и перемахнула на другую сторону, чудом не уткнувшись морковкой в снег. — Какой-то бред, — покачала она головой и тоже несуразной кучкой махнула ко мне.

***

      Булки были черствыми, начинки мало. Нам удалось стащить всего лишь две: и то пришлось удирать от охранников и пекаря. Было весело и задорно, дух захватывало ужасно, пока на пути не показались мои сердцебиты. И страшно стало, что моё сердце вдруг остановят. Это придало ещё большего ускорения, так что в их власть я не попала и скрылась ещё раньше, чем они сообразили, где мы. Но если мне удалось заскользнуть на псарни и, под лай собак притихнуть за стогом сена, то Алину схватили за жопу ещё по пути сюда. Просто у кого-то ноги от ушей, а у кого-то из жопы.       Когда всё стихло, я решила особо не торопиться и отдохнуть от постоянной опеки прихвостней Дарклинга, спокойно съесть свою порцию мучного и навестить Тапка.       Сено оказалось с колосками — парочку я еле отодрала от юбки. Кони стояли молчаливыми монументами и лишь изредка стучали копытами, выпуская облачка пара. Я отыскала свою хромую кобылу, показала ей язык за отбитую жопу и выглянула наружу. Конюх дрых с чекушкой у бока, новогодняя суета сместилась на главный дворец короля, откуда доносились крики и смех, а так же освещалась площадь, на которой съехались все гости, а их кареты переливались всякими красками. Мне показалось, что кони тоже были необычных мастей, даже добрые тяжеловозы слишком большеваты для своего вида.       Медленно падал снежок, укрывая округу пушистым одеялом. От мороза он совсем не хрустел под ногами, и это почему-то казалось мне вселенским горем, а не то, что где-то там происходит поиск моей бедовой головушки. Грустно вздохнув своей печали и потоптавшись на месте, я отыскала клетку хвостатого шалопая и отдала часть невкусной булки. — Мне нельзя тут долго находиться, пора Алину спасать, — приласкав его за ушком, я оглянулась, — Скоро тебя заберу, дай только этот день пережить.       Тапок схомячил лакомство очень быстро и, облизав руки, принялся ломиться в двери. Его тоска мне была понятна, но я поспешила скрыться, так как поднялся нехилый лай среди его сородичей, что мне не шло на пользу абсолютно. Окольными путями пробираясь ко дворцу, я очень скоро поняла, что на ступенях меня уже поджидали, поэтому решила вернуться к тому окну, откуда мой зад свалился часом ранее. На удивление оно было ещё открыто. Видимо, стресс сердцебитв был настолько силён, что ему было не закрывания окон.       Открыть его было легкой задачей, а вот залезть обратно… без комментариев. И, то ли моё пыхтение было сильно громким, то ли явление совсем очевидным — вопрос, оставшийся без ответа. В общем, в очередной раз шлёпнувшись в сугроб из-за того, что ноги соскользнула с кирпичика в стене, я обернулась и заметила Ивана. Он смотрел с нескрываемым весельем и напущенной строгостью, сменяющих друг друга в лице. — И давно ты на это смотришь? — К несчастью — нет. — Тебя Дарклинг послал, — горько заметила. — После того, как Алина передала ему твои слова о том, что ты свалишь в любом случае, и мы не помеха, ему стало интересно: куда и как скоро вернёшься. Я решил тоже на это посмотреть и не прогадал. Всего-то нужно было навострить ухо и услышать твой скулёж. — Я не скулила. — Будем думать и так.       Я промолчала, чувствуя, как накатывает обида и мокреют волосы от тающего снега. Становилось холодно. — Идём. Праздник скоро начнётся, и генерал хотел бы тебя там видеть.       Ваня протянул руку. Она была какой-то слишком мягкой для мужчины, но тёплой. — Участи мое сердце, я боюсь от холода заболеть, — попросила, шуруя через пол дворца под ручку. — Нет. Будет уроком.       Я выдернула свою руку из его и быстрее вышла вперёд, поднимая выбившуюся из ремня длинную юбку. — Вокруг одни учителя, мать вашу, — возмущалась, — Мне скоро тридцать годиков стукнет, а отношение как к школьнице, чтоб вам пусто было. Ничего святого ко взрослой женщине. — Ты опять там скулишь? — подал голос Иван, неспешно идя сзади. За счёт длинных ног отставал он не очень. — Завались, — не сдержалась, уже подходя к порожкам из белого гранита.       На них уже никто не стоял, да и в самом замке было как-то пусто. Шла по коридору в абсолютном мраке, ориентируясь только на свечи в самом конце, на лестнице. Моя дверь была напротив, поэтому я без труда отыскала её. Иван всё это время шёл сзади и только потом напомнил о своём присутствии, когда я открыла дверь. — Я позову служанок и останусь ждать. Буду твоим сопровождающим на праздник. — Очень мило с вашей стороны, прекрасный принц. Но если это очередной подкол Дарклинга по поводу нас двоих, то идите оба в зад. Сама доберусь. — Каких подколов? — Ну мы же спим друг с другом, надо же нас, наконец, свести вместе, пустить на общее обозрение, — начала заводиться, и сама не заметила, как схватила его за ворот. И выглядело это так, будто мышь бросается на стену. Ну всё, сегодня меня точно кто-нибудь убьёт. — Не бери в голову. — Да, он меня попросил, — нашёлся парень. — Он знает, что меня ты точно не испугаешься и будешь не против такого сопровождения. И то что со мной точно доберёшься до нужного места. — Хорошо, — выдохнула. — Зови своих служанок. Хочу уже нажраться квасом в усмерть.