Знакомая женщина

Мне было двадцать четыре года, а чувствовала я себя максимум лет на четырнадцать. С тех пор мой внутренний мир не вырос ни на грамм, а единственное, чего мне хотелось - это быть любимой. Эта история началась больше пятнадцати лет назад, когда я жила с подругой Настей в однокомнатной сьемной квартире. Хотя настоящими друзьями мы никогда и не были, она была мне просто соседкой, с которой мы общались только дома и исключительно по бытовым вопросам навроде мытья посуды. В то время я постоянно меняла места работы и влезала в огромные долги из-за своей лени. Иногда на меня находили приступы апатии, и я неделями не вставала с кровати и пила, пила, пила все, что содержит алкоголь, в больших количествах. Однажды, за неимением денег, я выпила чистый спирт, разбавленный водой. Но гораздо чаще я запивала ксанакс темным пивом и выходила из дома только в ближайший ларек за сигаретами. Соседка, естественно, была недовольна из-за моего поведения. Она пыталась меня расшатать, когда я была в таком состоянии, и, что логично, это морально и физически выматывало и ее. В тот критический момент я задолжала ей деньги за несколько месяцев проживания в квартире. Я была безмерно благодарна Насте за то, что она из жалости оплачивает и мою часть аренды, но все равно каждую ночь меня посещали мысли о том, какое же я всё-таки мерзкое беспомощное ничтожество. Я очевидно была обузой для этой девушки, ведь у нее была совершенно другая жизнь, яркая и насыщенная, и другие заботы помимо меня. Однажды Настя привела домой парня. Высокого кареглазого брюнета с аккуратно подстриженной бородой. Она много рассказывала про него до этого. Его звали Сергей и он был владельцем двух автомоек. Моя соседка сходила с ума от того, что нашла красивого и богатого мужчину, как всегда мечтала. Но я, к сожалению, все испортила. Это случилось днём в четверг. Настя была на работе, так как она трудилась в офисе рекламного агентства с девяти до шести пять дней в неделю. Все ее дни были распланированы по строгому графику. В отличие от меня. Я сидела дома и даже не пошла на подработку в продуктовый магазин, сославшись на внезапную болезнь - очередной приступ жуткой апатии, с которой было невероятно тяжело справляться. В тот день я лежала в кровати и залипала то в потолок, то в телевизор, по которому, как сейчас помню, показывали фигурное катание. Не знаю зачем я его смотрела, потому что любые спортивные соревнования вызывают у меня отвращение, напоминая конкуренцию людей за хорошие рабочие места в обычной жизни. В дверь позвонил Сергей. Он привез вещи Насти, которая та оставила у него дома ночью. - Юля, у тебя выходной? - спросил парень соседки. Каждый раз, когда я его видела, он был в приподнятом настроении, и этот раз не стал исключением. Наверное от того, что у него всегда были деньги, а когда есть деньги - нет повода для грусти. Так я считала в то время. - Ну... что-то вроде того. - неохотно ответила я. - Чем занимаешься? - снова спросил он. - Ничем. - Понятно. И этот скучный диалог должен был закончиться прощанием, если бы не моя глупая мысль, возникшая из ниоткуда. Вернее из моей животной похоти. Особи мужского пола любили называть мою вагину киской, а меня шлюхой. Я называла себя просто человеком с пиздой и меня физически воротило от этого мерзкого язвенно-продырявленного образования в моем теле. Где-то глубоко внутри, в душе я чувствовала себя мужчиной и действительно понимала мужчин. Из-за этого они использовали меня, как им угодно. Так они становились моими друзьями. Вот такой у меня был способ заводить дружбу с людьми с помощью своего тела. И я получала от этого что-то вроде удовлетворения жизнью. Я начала давать своим друзьям из жалости еще в школе. И они говорили, что я классная. Каждый из них заявлял права на пользование моей пиздой единолично. Но никто из них не мог помешать мне продолжать терпеть грязь ради того, чтобы остаться в компании своих лучших друзей. Но лишь многие годы спустя я осознала, что я не была для них другом. Я была для них просто знакомой женщиной. В тот день Настя вернулась домой раньше и увидела меня в постели с Сережей. Я была не в силах и не в настроении что-то объяснять и оправдываться. Я поступила отвратительно. Настя не кричала и не плакала, она просто окаменела и, не показывая никаких эмоций, смотрела на меня так, как смотрят на тех, кого не хотят видеть больше никогда. Я ощутила себя насекомым, которого вот-вот раздавят, если не убежать в ту же секунду. Настя так же молча вышла за дверь вместе со своим парнем, не давая возможности услышать ни слова из их разговора. Я начала собирать свои вещи. Этот день стал концом всего. Мне было некуда идти, я не умела делать абсолютно ничего и не имела никакого желания жить дальше. Но я вышла с рюкзаком и большой спортивной сумкой на улицу и села на скамейку напротив детской площадки возле уже бывшего дома. Я сидела и глядела на небо, как будто это был просто обычный день. Как будто завтра я как ни в чем не бывало вернусь к Насте и мы будем жить вместе как раньше. Мой мозг словно специально блокировал тревогу и я вела себя даже спокойнее, чем обычно. Наверное потому что все закончилось. Все прошлое оказалось закопанными в бетон с радиоактивными отходами. Я была свободна от всего. И только через несколько часов наедине с луной мне захотелось плакать.