когда зацветёт сирень

утро. лучи солнца так и норовили пробраться сквозь плотную ткань штор. беллатрикс блэк лениво перевернулась на бок, кладя руку на противоположную сторону кровати. чего-то не хватает… или кого-то. спросонья беллатрикс подскочила с матраса, нервно оглядываясь по сторонам. и тут, как по заказу, она услышала звуки, доносящиеся прямиком из кухни. ведьма из благороднейшего рода, прихватив палочку, легко скользнувшую в руку, на цыпочках подкралась к двери и слегка её приоткрыла. проверив, что в коридоре никого нет, белла стала медленно спускаться по лестнице в гостиную. и чего-чего, а увидеть свою девушку, сидящую с кружкой ароматного кофе в 5:20 утра она не ожидала. - доброе утро, котенок, - сказала беллс, подходя к грейнджер и целуя её в кудрявую макушку. - доброе, белла, - одаривая старшую ведьму теплой улыбкой, проговорила миона. - во сколько ты встала? - поднимая бровь, спросила блэк. её девушка уже как несколько недель грешила тем, что спала всего несколько ничтожных часов в день. грейнджер сразу же из расслабленного, перешла в нервное состояние. - гермиона джин грейнджер, я все еще жду от тебя ответ. - хмуря брови и притворно злобно щуря глаза произнесла беллатрикс. - я не ложилась. - очень тихо проговорила миона, направила глаза в пол и попыталась спрятаться за собственной копной каштановых волос. - о, герми... - потирая переносицу выдохнула темная ведьма. - я знаю, белла, просто я никак не могла уснуть... эти кошмары... - и тут из глаз младшей брызнули слезы. беллатрикс подскочила к своей малышке, заключая ту в защитные объятия. это не первая истерика гермионы по поводу её снов. после войны ей часто снились кошмары. души умерших будто преследовали её, и каждый раз она просыпалась вся в слезах, ища поддержки своей возлюбленной. и белла всегда была рядом. всегда была, есть, и будет рядом со своей девочкой.