Милый сосед

      Вернувшись с прогулки с Минхо и его сестрой, Юри сразу же направилась в ванную, чтобы смыть с себя впечатления сегодняшнего дня и расслабиться. Она открыла кран, поставив его по середине и оставила ванну набираться; сама прошла на кухню, чтобы достать еду, которую ей собрала мама.       Разбирая пакет Юри задумалась над тем, почему её тянет к Минхо и не могла дать другого ответа, кроме как: это он, тот самый Ли Минхо из параллельного класса. Но как доказать самой себе собственные догадки? — Лучше спросить напрямую, — решила она, закончив расставлять контейнеры в холодильник.       Девушка подошла к коробке, в которой лежал фотоальбом, но она была не уверена, что хочет видеть его содержимое. Она ставила коробку на верхнюю полку шкафа в спальне, когда в дверь позвонили.       Юри подошла к двери и открыла дверь. Она немного удивилась гостю, но улыбка сразу же озарила её лицо. — Минхо? Что ты здесь делаешь? — Соскучился. Можно войти? — Прости, я собиралась принять ванну… — Давай вместе? — Что? — Юри опешила от услышанного, но покрасневшие кончики ушей явно говорили о том, что она смутилась.       Юри задержала дыхание, боясь даже повернуться или лишний раз вздохнуть. Она не понимала, как могла согласиться на подобное с едва знакомым парнем, но и тем не менее это не казалось ей чем-то неправильным.       Минхо же нагло рассматривал нагую спину Юри и развывшиеся по ней волосы, кончики которых скрывались в воде. Он усмехнулся, когда заметил маленькую родинку на лопатке и провел по ней пальцами, Юри выгнулась в спине и натянулась, словно струна. Табун мурашек покрыл её белоснежное тело; Минхо судорожно вздохнул, придвигаясь ближе. Он дотронулся губами до шеи девушки и вдохнул запах ромашек и орхидей.       Насколько он помнил, Юри всегда была такой стеснительной и милой, но в то же время бойкой и задорной; чувство умиротворения охватывают его мгновенно, разливаясь теплом от кончиков пальцев рук до кончиков пальцев ног. Всё правильно, что хочется закрыть глаза и никогда их не открывать — хочется долго, очень долго чувствовать этот трепет в груди, то как Юри дрожит, но все равно жмётся ближе, дышит с трудом и прикрывает обнаженную грудь руками. Минхо улыбается и прижимается губами к плечу, затем к лопатке и снова возвращение к шее. Но не позволяет себе лишнего.       Юри ощущает каждой клеточкой своего тела его любовь, если можно так выразиться. Изнутри её гложут сомнения: разве можно кого-то полюбить за столь короткий срок? Юри не знает ответа, потому что не помнит этого трепетного чувства; она не позволяла себе любить кого-то другого, обрезав концы с двух сторон, — так проще. Никого не любить и не чувствовать боли. Именно семена этого «запрета» она посеяла внутри себя, взращивала годами, не позволяя никому прикасаться к ростку. Юри легче было сбежать от любви, чем поддаться ей и позволить чувствовать её, но Минхо… Он другой. Он сломал её, заставил смущенно улыбаться и чувствовать тот самый трепет внутри, который она так хотела забыть. Такое чувство ей дарил только её Ли Минхо. — Минхо? — Тихо зовёт Пак. Она дышит часто и смотрит в бок. Стоит ли ей сейчас сказать то, что она подозревает? — Да? — Шепчет он на ухо и невесомо касается губами его мочки, посасывает. И Юри забывает, как дышать. — Н-нам не стоит переходить границу, — хрипит девушка и слегка отстраняется от Минхо, чтобы развернуться к нему лицом. Это не то, что она хотела сказать…       Ли смотрит понимающе и улыбается. Внутри девушки всё сжимается. И почему она раньше не разглядела его улыбку… Такой красивый. Юри смотрит внимательно, стараясь запомнить каждую черту его лица, она подмечает даже то, что раньше не замечала. Они не могут переступить черту, но ведь им никто не запретит целоваться, верно? Юри поддается вперед и касается чужих, но таких родных и желанных, губ. Минхо обхватывает талию девушки и прижимается к её обнаженной груди своей. Обоим кажется, что мир перевернулся; они отчётливо чувствуют сердцебиение друг друга; Юри жмётся ближе, обхватывает руками его шею и позволяет парню перенять контроль над поцелуем.       Медленный и нежный поцелуй перерастает в более пошлый и страстный, руки Минхо блуждают по телу девушки, а трение её сосков о его твердую грудь вызывает в ней сильную дрожь, возбуждение стягивается тугим узлом внизу живота и Юри машинально сжимает ноги. Минхо стонет в поцелуй, когда Юри впивается ногтями в кожу на его спине и сжимает бедро девушки с такой силой, что возможно там останутся небольшие синяки. Языком исследует рот девушки и то посасывает нижнюю губу, то покусывает. Минхо хочется обладать ей полностью, но он сам себя останавливает и разрывает поцелуй. — Ты права — нам не стоит переходить границу. «Если продолжим, то я не смогу сдержаться», — проносится в голове каждого.       В гостиной они расселись в разные концы дивана и смущённо смотрели в телевизор, по которому шла какая-то романтика. Юри сжимала ткань пижамных штанов, не решаясь предложить гостю хотя бы воды. До такой степени было неловко. Минхо делал вид, что заинтересован происходящим в фильме, но то и дело поглядывал на девушку. — Может… — начала Юри, разворачиваясь к парню, — ты хочешь чай… или кофе? У меня есть малиновые чизкейки. — Я бы не отказался, — радостная улыбка озарило лицо Минхо, и Юри облегченно выдохнув, ушла на кухню. Ли почесал затылок и откинулся на спину дивана, выдыхая. «Как же неловко чёрт возьми», — пронеслось в его голове, но даже это не мешало ему наслаждаться моментом.       Юри зевнула и широко распахнула глаза, чтобы прогнать сон. Её голова уютно покоилась на плече Ли; по телевизору шёл какой-то старый американский фильм, но сюжет Юри совсем не завлекал — ей хотелось безмятежно лежать на плече Минхо и не думать ни о чём. Происходящее казалось правильным, поэтому она улыбнулась и переплела их пальцы, пока парень видел десятый сон. Она так думала. — Тебе совсем не интересен фильм? — Охрипшим голосом спросил парень. Юри хихикнула и подняла голову с его плеча. — Я думала, что ты спишь, — Минхо усмехнулся и за талию притянул девушку к себе. Их губы слились в ленивом, но чувственном поцелуе. Разорвав поцелуй, она снова положила голову ему на плечо, он обнял её за плечи. — Останешься у меня? — Юри подняла на него глаза и по радостному лицу парня поняла, что он согласен.       Удобно устроившись в кровати, Минхо смотрел на потолок, пока Юри наносила ночной крем на лицо. Внутри него спутались чувства: страх, желание, сомнение, радость, беспокойство. Минхо был бесконечно счастлив просто быть с Юри и что возможно его чувства взаимны, но ему страшно. Страшно, что Юри поймёт, что Минхо не для неё; что она просто играется с его чувствами; что на самом деле не чувствует того, что и он. Его смутило, что Пак быстро ответила ему и даже предложила начать настоящие отношения, но он всё ещё не понимал, почему Юри так злится из-за Соён. В нём так много смешанных и непонятных чувств — он даже не уверен, что до сих пор любит её. Он боится, что к ней у него привязанность. Не более.       От мыслей его отвлекает севшая сверху девушка. Она нависает над ним и чмокает в губы. Минхо приподнимается на локтях и складывает губы бантиком — просит поцелуя. Юри звонко смеётся и медленно приближается к лицу Минхо. В голову бьёт недавний образ девушки и Минхо поддаётся вперёд, ловя губы девушки. Он углубляет поцелуй и крепко обнимает за талию. — На сегодня всё. — Говорит она, отстраняясь. Минхо обиженно дует губы и приподнимает одеяло, приглашая девушку лечь рядом. — Это ведь моя кровать!       Она смеётся и ложится рядом на грудь парня. Юри блаженно закрывает глаза и вдыхает запах, витавший в комнате. Ей очень хорошо, что представить страшно, что это может закончится. Но Пак понимает, что ей нужно больше времени, чтобы решиться на следующий шаг. Смущение сплетается с желанием сделать нечто непредсказуемое, поэтому Юри поддаётся ему и забирается правой ладонью под футболку парня. Минхо задерживает дыхание, но не останавливает девушку. Ждёт её дальнейших действий. Юри, не встретит сопротивления, опускает руку ниже под спортивные штаны, но Ли перехватывает её запястье. — Не останавливай. Это моё желание. Мы не будем заходить далеко, ладно? — Просит она шёпотом и целует в щёку, затем посасывает мочку уха и снова целует в щёку. Она сильно его хочет, но понимает, что пока не готова к большему.       Девушка проникает ладонью в боксеры и понимает, что парень слегка возбуждён; Минхо судорожно дышит, ищет губы девушки и страстно целует её. Она водит ладонью по стволу, и улыбается в поцелуй, когда член твердеет в её ладони. Юри приподнимается и целует шею парня, слегка покусывая её. Минхо накрывает ладонь девушки и немного увеличивает темп. — Минхо… пожалуйста… — выдыхает Юри ему в губы.       Девушка сводит ноги вместе, Минхо понимает её без слов и чуть-чуть наваливается на бок, берёт два пальцы в рот, смотрит девушке в глаза и получив согласие в виде затуманенного от возбуждения взгляда, опускает ладонь в трусики девушки. Она протяжно стонет и шире раздвигает ноги. Они одновременно увеличивают темп, яростно целуются и стонут друг другу в губы. Юри прогибается в спине и громко стонет, Минхо кончает в ладонь девушки и глухо рычит, прижимаясь к её лбу своим. — Ты потрясающий, Минхо. — Говорит она, прижимаясь к нему. Она тяжело дышит и сжимает пальцами его футболку. Ей так хорошо не было уже давно. Рядом с Минхо ей хорошо, этого она отрицать не может. — Юри? — Зовёт Минхо, но, когда в ответ ничего не отвечают, понимает, что девушка заснула. — Сладких снов, детка. — Шёпотом произносит он и закрывает глаза.       Но засыпает с трудом лишь под утро, потому что много мыслей не дают закрыть глаза и Минхо окончательно понимает, что именно он чувствует к девушке, которую любит столько лет.       Минхо разбудил настойчивый звонок телефона. Перевернувшись на другой бок, он уткнулся рукой в спину девушки, та что-то пробормотала во сне и придвинулась ближе. Минхо улыбнулся и приподнялся на локте. Мобильный продолжал звонить. Ли встал с постели, взял телефон и ушел на кухню. «Канхо». Ли тяжело вздохнул и принял входящий вызов. — Да? — Привет. Ты не забыл, что сегодня возвращается Сольмин? — Да. Мы говорили об этом буквально два дня назад… — Минхо открыл верхнюю полку кухонного гарнитура и достал оттуда кофе. Он немного этому удивился, так как не знал наверняка, что кофе стоит там. — Минхо, ты меня слышишь? — Что? Прости, я… — Нет, стой! У меня просьба. Пусть Сольмин поживет у тебя недели две. У нее есть ключи от дома. Я… уеду кое-куда. Пожалуйста, Минхо. Мне кроме тебя некому помочь. Прошу? — Что произошло? — Не спрашивай ни о чем, пожалуйста! Просто… — Хорошо. Я согласен. Только Канхо, возвращайся быстрее и объясни мне всё. — Канхо сбросила звонок.       Минхо закатил глаза и пожал плечами; такое поведение в стиле Канхо — когда был жив Чан, они часто пропадали надолго, до них невозможно было дозвониться или как-то либо связаться с ними, пока эта парочка сама того не захочет. Канхо повзрослела, но некоторые её привычки остаются.       Решив не заморачиваться на эту тему, парень занялся завтраком. Хо остановил свой выбор на яйцах и овощах, чтобы приготовить омлет; это помогло отвлечься от неправильных мыслей, но перешло во вчерашние воспоминания. Всё же Минхо остаётся парнем, у которого долгое время не было девушки. У Ли весьма старомодные взгляды на жизнь и своих принципов он не нарушает. Он вздрогнул, когда его талию обвили руки и прижались к его спине. — Доброе утро, Хо-я, — нежно прошептала Юри на ушко Ли. Мурашки пробежали по его телу, и он томно вздохнул. «Главное не думать о…» — мысленно он пытался себя настроить, но всё пошло по наклонной, когда Юри опустила левую ладонь ниже, цепляя тонкими пальцами резинки домашних штанов и ногтями царапая чувствительную кожу.       Медленно развернувшись лицом к девушке, Минхо накрыл её губы своими. Грубо сминая их и покусывая, он опустил ладони ей на ягодицы и с силой сжал. Юри застонала в поцелуй и прижалась ближе. Почувствовав, что Минхо уперся поясницей в столешницу, она потянула его на себя и поменялась с ним местами. — Нет, нет, — Он отстранился от неё. — Мне, конечно, нравится такое утро, но… ещё слишком рано, Юри. — Да, я знаю. Но разве тебе захочется столько ждать? «Я ждал тебя годами. Ещё немного времени ничего не изменит», — подумал Минхо, снова целуя девушку. На этот раз нежно и неторопливо.       Завтрак проходил в тишине, но Юри и Минхо иногда сталкиваясь взглядами, улыбались друг другу и тихо посмеивались. После Юри поехала на работу, а Минхо на мотодром.

***

      Девочка с длинными волосами и вплетенными в них разноцветными ленточками надувает щеки и резко выдыхает; дядя опаздывает на целых двадцать минут, а Сольмин ненавидит ждать. Как говорит бабушка: нетерпеливость перешла к ней от погибшего отца. Для Чана даже пять минут было ужасной пыткой. — Хэй, мисс Бан, а вы случайно не меня ждёте? — Слышится за спиной девочки голос. Она радостно оборачивается и видит Минхо. — Дядя! — Пищит Сольмин и бежит со всех ног к нему.       Он ловко подхватывает девочку и обнимает её крепко, затем целует в висок и опускает на землю. Получив дозу приветственных обнимашек от дяди, Сольмин становится серьезной и складывает руки на груди. — Ты опоздал на двадцать минут, дядя. — Оу, прости, Сольмин. — Минхо делает жалостливые глаза и надувает губки. Сольмин морщится и вздыхает. — Ты прощен. Только не делай так больше. — Моё эгьё прекрасно, о чём ты, — возмущается Хо, берет дорожную сумку племянницы и идёт за ней к машине. — Неа. Это ужасно, — слышится от нее и Минхо улыбается. Такая взрослая стала, но всё ещё любит дуть губки и капризничать.       Минхо порой думает, что это черта её матери, но вспомнив, каким был Чан, когда Канхо впервые познакомила их, то понимает, что Сольмин — дочь обоих. Делает вид, что выросла, но на самом деле такой ещё ребенок. Она обожает мягкие игрушки, смотреть диснеевские мультфильмы и коллекционирует куклы Барби. Но несмотря на это в ней присутствуют остроумие и вполне осознанный взгляд на жизнь, словно взрослая и мудрая женщина застряла в теле маленькой девочки.       Минхо улыбается племяннице и пока она смотрит на себя в зеркале его машины, пишет сестре сообщение, что забрал Сольмин. Девочка замечает сосредоточенный взгляд дяди, но не спешит задавать вопросов. Мама ей уже всё объяснила, но Сольмин уверена, что мама не до конца была с ней честной. Ощущение, будто от неё что-то утаили не даёт ей покоя, но если она рядом с дядей, то значит можно отпустить беспокойство и доверить всё в его руки. «Дядя разберётся со всем и поможет маме, если будет необходимо. Мне стоит довериться ему», — решает Сольмин и улыбается Минхо, когда тот зовёт её. — Ну что, едем? — Девочка кивает и Ли заводит мотор, позже выруливая с парковки.

***

      Юри заходит в дом, снимает туфли на невысоком каблуке и пиджак фиолетового цвета. Дома стоит тишина, возле порога мусорные пакеты. Юри садится рядом с ними и открывает один. Слёзы предательски щиплют глаза, пустые бутылку из-под соджу не разбиты, но режут не хуже ножа. Пак вытирает слезы и направляется на кухню. Раковина набита грязной посудой, на столе стоит ещё три пустых бутылки и тарелки с закусками, к которым, судя по всему, не притрагивались. Юри садится за стол и опускает лицо в ладони. Она переехала в другой район, но не избавилась от прошлой жизни, как того хотела. Пак была уверена, что всё будет лучше, но она ошиблась.       Юри зашла в комнату матери и вздохнула, та спала, отвернувшись к стене. Юри почувствовала облегчение и боль одновременно. Тяжело видеть, как страдает близкий тебе человек; пусть Юри была нежеланной в этом доме, но Рона всё ещё остается её матерью, пусть и не в том смысле, в каком должно быть. Юри не помнит ласки и добра от этой женщины, но сердце каждый раз сжимается, когда та плачет.       Накрыв мать одеялом, Юри вышла из комнаты и прикрыла дверь за собой. Завязав волосы в хвост, Пак принялась мыть посуду, затем собрала и выбросила весь мусор в доме. Найдя в гараже три пустые коробки, она поставила их возле двери комнаты брата. Войти — значит отпустить навсегда. Набравшись смелости войти, она прокрутила ручку и приоткрыла дверь, но её остановил звонок входной двери. Юри закрыла дверь и подошла к домофону; улыбнувшись, она открыла дверь. Спустя несколько секунд в дом вошёл Феликс. — Привет, — он смущенно улыбнулся. Юри подошла к нему и обняла его. — Я рада тебя видеть, Ликси, — по-английски сказала Юри.       Открыв дверь комнаты Сынмина Феликс прошел внутрь. Здесь всё напоминало о лучшем друге. Ли вспомнил как они вдвоем клеили обои с Трансформерами, по которым тащились года два. Стена возле кровати была усыпана различного рода фотографиями: поездки с классом, селфи с ним и Сынмином, фотографии с семьей, фотографии с бейсбольной командой, отдельные фотографии Юри и Сынмина.       Феликс помнил, как они всюду ходили за Юри, потому что она всегда их баловала и покрывала перед взрослыми. Будучи единственным ребенком в семье, Феликс завидовал Сынмину, что у него такая потрясающая сестра. Только одного он никогда не понимал: почему у одних родителей такое разное отношение к своим детям. Сынмина любили больше, чем Юри и Феликсу было ужасно обидно за неё.       Юри вошла в комнату, когда Феликс снимал фотографии со стены — им здесь больше не место, стоило их снять. Она задержала взгляд, наполненный грустью на стене, затем поставила стаканы с соком на рабочий стол брата. В этой комнате хранится столько воспоминаний. Юри страшно закрывать эту дверь; сейчас на неё взвалилось слишком многое, о половине этих вещей думать не хочется, потому что они не вызывают ничего, кроме страха. Внутри всё сворачивается лишь от одной мысли о чем-то новом… — Нуна? — Позвал Феликс, отвлекая девушку от мыслей. Она посмотрела на него и улыбнулась, тем самым ожидая, что он скажет дальше. — Смотри. Разве это не твоя фотография? — Где? — Юри отошла от шкафа, где разбирала вещи младшего брата и подошла к Ли. Он протянул ей фотографию. Юри с замешательством смотрела на неё: она и Ли Минхо из параллельного класса находились в одном школьном хоре на последнем году обучения через неделю после признания Минхо. Но как эта фотография оказалась у Сынмина, ведь Пак точно помнит, как порвала и выбросила её? — Я… унесу коробки в гараж… — Юри слабо кивнула и села на кровать, вглядываясь в смутно знакомое лицо. «Невозможно… Значит, я была права?» — подумала Юри.       Ей хотелось сорваться с места и поехать к Минхо; обнять его и лично спросить, он ли тот самый, кого она любила тогда и кажется любит сейчас; сказать, как сильно она скучала и спросить, что произошло в тот день на школьном стадионе. Но она совладала с собой. Необходимо было закончить сегодня. — Нуна… — в комнату вбежал озадаченный Феликс. Он тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание. — Матушка пропала. — Что? — Юри встала с кровати, изумленно смотря на парня. — Что ты имеешь в виду? — Тётушки нет в комнате. Я не слышал, как она уходила. — Давай для начала обыщем дом. Думаю, она могла пойти в ванную.       Обыскав весь дом, Юри и Феликс сбились с ног в поисках Роны. Никакие вещи, помимо кардигана, висевшего на спине стула в спальне Роны не пропало. Беспокойство внутри Юри нарастало с каждым разом сильнее.       Юри выбежала на улицу в одних тапочках. Она так сильно растерялась и испугалась, что совершенно забыла об этом. Девушка оглядывала улицу, не решаясь пойти куда-то в одно месте в поисках женщины. Слёзы сдавили грудь, она осела на пол и заревела в голос. Феликс тяжело вздохнул и сел рядом. — Нуна? — Мне страшно… страшно… — Юри не уверена была от чего именно плачет.       Она на миг подумала, что может потерять свою, пусть и не родную, мать. Эта женщина причинила ей много боли и страданий, но тем не менее оставила в своём доме после смерти отца, дала возможность зарабатывать самой и получить качественное образование. Даже если мать достижениями Пак не гордилась, она всё ещё оставалась ей матерью и единственной семьёй. Феликс поджимает губы и обнимает Юри за плечи, утешая. — О! А вы чего тут сидите? — Удивленно спрашивает Рона, видя дочь едва ли не в истерике и растерянного Феликса. Юри перестаёт плакать и поднимает полные слёз глаза на мать. — Мама! — Протяжно зовёт Юри, поднимаясь на ноги. — Где ты была? — Ходила в ресторанчик, приготовила для вас чапчхэ и пянсе. А вы… — женщина не успевает договорить, как Юри заключает её в объятия.       Она испытывает облегчение, держа хрупкую женщину в руках; тепло её тела дарит Юри чувство надёжности, пусть даже краткое и мимолётное. Рона крепко сжимает ручки пакета в правой ладони, смотрит на Феликса и криво улыбнувшись, обнимает свободной рукой дочь. Верно, кто бы что ни говорил и как бы их история не складывалась — Рона уверена, что обязана искупить вину перед этой девочкой и попытаться стать для неё если не матерью, то хотя бы надёжным человеком.       Время близится к девяти, когда они заканчивают с уборкой и садятся за ужин. Феликс сказал, что его мама срочно попросила прийти домой, поэтому он не остался поесть с ними. Между Юри и матерью царило молчание, но оно не было неловким, напротив, это молчание успокаивало и обнадёживало. Юри ела нетерпеливо, но внутри всё горело от желания сорваться с места и пойти к Минхо. Она хотела увидеть Ли и сказать, что вспомнила его.       Обговорив во время трапезы дату отъезда Роны и продажу ресторанчика, Юри уехала. Внутри неё всё трепетало: скоро она встретится со своим любимым, сможет обнять его и прояснить всё между ними. Будучи в предвкушении от будущей встречи, девушка набрала номер Ли. Но Минхо не ответил, его телефон оказался отключённым.

***

      Юри застывает на месте, когда видит возле подъезда два силуэта. Поначалу она не узнаёт, кто это, но когда подходит ближе, то сердце болезненно сжимается от замешательства и обиды; сначала она стоит в состоянии немого шока, затем глаза наполняются слезами. Она не верит в происходящее, поэтому она закрывает глаза и считает до десяти, чтобы прийти в себя и дать эмоциям поутихнуть. В данной ситуации стоит мыслить рационально, чтобы не навредить себе и своим чувствам.       Но открыв глаза, она понимает, что не справится с нахлынувшими чувствами. Юри видит, как Минхо целует Соён и понимает, что та, в конце концов, добилась своего. Они настойчивы по отношению к парням, а таких, как Юри оставляют за бортом.       Юри понимает, что не сможет сейчас выяснять отношения. Не хочет слышать причины, по которым Минхо целовал эту девушку. Опустошённая и разбитая, она садится в машину и заводит мотор. Ей не хочется идти туда, видеть злорадствующее (а иначе никак не может быть) лицо Соён… Пак не хочет знать, что именно придумает Минхо для объяснений.       Глаза застилает из-за слёз, Юри едва различает дорогу. Она вытирает их правой ладонью, стараясь сфокусироваться на дороге, но истерика душит словно змея. Небо заволакивает тучами и девушке кажется, что она возвращается в прошлое, когда видит вдали ослепляющий свет фар и звук сигнала грузовика. Она со всей силы жмёт на тормоз.