Милый сосед

      Юри застывает на месте, когда видит возле подъезда два силуэта. Поначалу она не узнаёт, кто это, но когда подходит ближе, то сердце болезненно сжимается от замешательства и обиды; сначала она стоит в состоянии немого шока, затем глаза наполняются слезами. Она не верит в происходящее, поэтому она закрывает глаза и считает до десяти, чтобы прийти в себя и дать эмоциям поутихнуть. В данной ситуации стоит мыслить рационально, чтобы не навредить себе и своим чувствам.       Но открыв глаза, она понимает, что не справится с нахлынувшими чувствами. Юри видит, как Минхо целует Соён и понимает, что та, в конце концов, добилась своего. Они настойчивы по отношению к парням, а таких, как Юри оставляют за бортом.       Юри понимает, что не сможет сейчас выяснять отношения. Не хочет слышать причины, по которым Минхо целовал эту девушку. Опустошённая и разбитая, она садится в машину и заводит мотор. Ей не хочется идти туда, видеть злорадствующее (а иначе никак не может быть) лицо Соён… Пак не хочет знать, что именно придумает Минхо для объяснений.       Глаза застилает из-за слёз, Юри едва различает дорогу. Она вытирает их правой ладонью, стараясь сфокусироваться на дороге, но истерика душит словно змея. Небо заволакивает тучами и девушке кажется, что она возвращается в прошлое, когда видит вдали ослепляющий свет фар и звук сигнала грузовика. Она со всей силы жмёт на тормоз.       Дыхание сбивается, когда грузовик на огромной скорости проезжает мимо. Юри судорожно дышит и опускает голову на руль, слёзы противной дорожкой текут по щекам. Едва ли она успела осознать, что произошло.        Она громко кричит и бьёт ладонями по рулю. Тряхнув головой и немного придя в себя, девушка разворачивает машину и едет к дому. Стоит поговорить с Ли, а не рубить с плеча. Но остановившись на светофоре, девушка понимает, что не хочет и не может поговорить с Минхо. Не сейчас. От мыслей её отвлекает вибрация мобильного. На дисплее высвечивается «Мама» и Юри глубоко вдыхает, прежде чем ответить. — Юри? — Голос женщины обеспокоенный и осипший. — Что такое? — Девушка беззвучно рычит глаза, когда неизвестный в автомобиле сзади сигналит. — Я не знаю… Мне вдруг стало не по себе. Ты добралась до дома? — Да, почти. — Соврала Юри. Сегодня она точно не вернётся туда. Г-жа Чхве роняет недоверчивое «хорошо» и сбрасывает звонок. Пак улыбается и продолжает движение, когда водитель красного автомобиля, сигналивший всё это время, с надменным выражением лица проехал мимо.       Ночные огни города успокаивали девушку и навевали старые воспоминания. Недолгий роман и первая любовь сплелись воедино с тем Минхо, которого она встретила снова. Почему она его не узнала? Юри никого не любила больше него. Простить будет сложнее, чем забыть. Однажды он предал её, но на этот раз Юри хочет выслушать его. Она боится упустить второй шанс. Девушке не хочется терять его снова.       Юри сворачивает в сторону на тихую и безлюдную дорогу. Едет до тех пор, пока впереди не кажется огромное дерево. Она жмёт на тормоз и выходит из машины.

***

      Минхо отталкивает от себя девушку и хмурит брови, затем рукавом свитера вытирает рот и вздыхает. Соён смотрит на него выжидающе. — Не смей так больше делать! Вообще отстань от меня! Сколько мне нужно повторять, что между нами ничего не было и быть не может! Поэтому оставь меня в покое, На Соён. — Не могу! Не могу! Не могу! — Истерично закричала девушка, ударяя Минхо в грудь правой ладонью.       Она смотрит на него глазами полными слёз и Минхо невольно вспоминает Юри. Его первая любовь точно так же смотрела на него, словно он отнял половину её мира, растоптал её чувства и выбросил, запечатав где-то глубоко внутри себя. Минхо жаль Соён, но ему трудно заставить полюбить кого-то, кроме Юри. — Прости, Соён, но на этом всё кончено. Я не хотел бы причинять тебе боль, но иначе никак.       Минхо развернулся, чтобы уйти, как в последний момент краем глаза увидел, как уезжает знакомая машина. — Юри… — обреченно выдохнул он, прекрасно понимая, что возможно Юри всё видела. Этот злосчастный поцелуй!       Когда он входит в квартиру, Сольмин подбегает к нему и с серьезным видом говорит, что заказала две пиццы. Минхо шутит, что племянница лопнет от такого количества еды, но не возражает — пусть ест что душе угодно, потому что её мать обычно запрещает питаться всякими вредностями. будет скандал, но Минхо всё равно, когда у племянницы настолько счастливая мордашка.       Парень садится на диван и откидывает голову на спинку, закрывая лицо ладонями. Он такой идиот; подумать только, так оплошаться перед возлюбленной, но Минхо не может позвонить Юри. Страшно подумать, что сцена с Соён могла значить в её глазах, поэтому Ли в смятении: дать ей остыть и продолжить подогревать себя чем-то подобным или же позвонить и попытаться объяснить? Но он знает Юри, она так просто не поверит в случайность ситуации. «Черт, как сложно», — выдыхает Хо, в который раз проклиная На Соён и свою неосмотрительность. — Дядя? — Зовёт Бан и прыгает на диван рядом с ним. — А кто это?       Минхо открывает глаза и поднимает голову, сталкиваясь с фотографией, вернее с глазами человека, запечатленного на ней. Он пожимает плечами, теперь будучи не уверенный в том, хочет ли он удержать Юри или наконец отпустить. Поэтому он пожимает плечами и игнорируя заинтересованный взгляд племянницы, утыкается лицом в подушку. — Ладно… — тянет девочка и встаёт, чтобы убрать фотографию на место. — Дядя, а мы завтра съездим к бабуле и дедуле? — Они уехали в Пусан, там только Юнхо. — То есть… тётя Юнхо там совсем одна? Я хочу к ней. — Ага. Оставить вас двоих, чтобы вы разнесли дом? Нет, спасибо, вырубай. — Иу, ужасно.

***

      Феликс лежал на кровати и смотрел на свою ладонь, на которой был написан номер той девушки Ли Юнхо. Её улыбка и сияющие счастьем глаза напомнили Ли о тех временах, когда он тоже был счастлив: любящие родители, понимающий лучший друг, популярность среди школьников за добрые поступки и хорошие оценки, хобби, которое поддерживали все, кроме родителей. А потом всё изменилось…       Феликсу почему-то казалось, что всё, что случилось с Сынмином — это его вина. Если бы не их ссора, то возможно…?       Но Ли понимает, что он просто глупец и… ему не хватает Кима. Без него мир кажется серым и унылым, хотя Ли старается жить прежней жизнью, но не выходит. А вчера увидев, какой стала жизнь сестры и матери его лучшего друга — его будто опустошили изнутри. После окончания школы он ушел из дома, поступил туда, куда хотел, разорвал отношения с родителями в своё время открывшиеся ему с другой стороны и теперь он рисует в парке.       Он видел много красивых и милых девушек, но Юнхо зацепила его чем-то, чего не было у других. Она выглядела особенной на фоне остальных девушек. И не только потому, что она… инвалид.       Феликс принял сидячее положении и разблокировал мобильный. Он был настроен решительно. Глубоко вздохнув, парень набрал номер девушки, но прежде чем нажать кнопку «вызов», он встал с кровати и подошёл к мольберту. Портрет девушки пестрил яркими красками: алый берет, фланелевое платье цвета морской волны; мягкая улыбка, словно солнце озарявшая всё вокруг, ярко-красная помада на губах, которая безумно ей шла, придавая улыбке большую обворожительность. Хотя Феликс уверен девушка прекрасна всегда. Больше всего ему в душу запали её большие для кореянки глаза, обрамленные густыми длинными волосами. Тёмные волосы красиво были заплетены в косу — такое редко встретишь в их время. У девушки необычный стиль в одежде и Феликса это привлекает.       Он бы сказал, что достанет ей звезду с неба, подарит ей весь мир, свернёт горы ради неё, но её натура, излучавшая уверенность, сбивала Феликса с пути и он сомневался, что такой, как он подходит ей. В том, что она симпатична ему — сомнений не было, но нравится ли он ей? Феликс боится отказа. Такая девушка встречается всего раз в жизни, и он правда хотел бы сделать её своей Вселенной.       Глубоко вздохнув и досчитав до трёх, Феликс нажал «вызов». Гудки продолжали идти и давить Феликсу на нервы — он был ужасно смущён и взволнован.

А что если не узнает его? А если она не отвечает на незнакомые номера? А если не поднимет трубку, сможет ли Феликс набрать её снова? А может стоило ей написать сообщение?

— Я такой дурак… — пробормотал Ликс, но тут же замолчал, когда на звонок ответили. — Да? — Послышался голос девушки. Сердце парня пропустило удар и казалось ушло в пятки. Он не мог сказать ни слова. — Говорите. «Если не сейчас, то, когда?» — Напомнил сам себе Ли. — Кхм, привет. Ли Юнхо? Это Феликс, художник… — О, оппа, это правда ты? — Феликс готов был поклясться, что растечется мокрой лужей от её радостного «оппа». — Я ждала твоего звонка. — П-правда? — Да. Не думала, что ты позвонишь. Прошла неделя. — Наигранно обиженно произнесла девушка, а затем рассмеялась с неловкого «прости» Феликса. — Твой портрет готов. Что насчёт встретиться, чтобы забрать его? — Ли закусил губу в ожидании ответа, Юнхо молчала всего минуту, но она показалась ему вечностью. — Я буду рада. Можно было бы сегодня, если ты не занят. Только… — девушка замялась. Ли хотелось долго слушать её мелодичный голос, а сейчас ему не стоило забывать, как дышать. Видимо, любовь выбивает последний воздух из лёгких. — Ты можешь… прийти ко мне домой? Дело в том, что сейчас… мне нельзя выходить из дома.       Феликс осел на пол и уткнулся головой в колени. Он запутался: симпатия или жалость? Но разве он может испугаться, когда буквально хочется кричать от счастья и переполняющего его чувства нежности к этой девушке? Как однажды сказал Сынмин: «Какой смысл бояться особенностей людей, ведь мы любим их душу, а не их особенность». Тогда Феликс не понял, что значат его слова, но кажется сейчас они обрели смысл. Правильно, нельзя отступать, если в сердце поселилось это приятное и трепетное чувство. Он начнёт действовать, а если она откажет — постарается стать ей хорошим другом. — Да, конечно, — Феликс улыбнулся, почувствовав облегчение внутри себя. — Говори адрес.

***

      Юнхо вздыхает и смотрит на своё отражение сосредоточенным взглядом, боясь опустить их вниз. Ей стыдно, что она такая… перед Феликсом. Было бы всё равно, если бы это был некто другой, но это самый красивый и милый художник в её жизни. Юнхо впервые чувствует подобное: волнение, трепет, предвкушение от встречи…       Юнхо очень нравится Феликс; она очень сильно ждала его звонка, даже думала, что инвалидная коляска его оттолкнула, но была так счастлива утром, когда он всё же позвонил. На самом деле, Юнхо впервые увидела его в прошлом году на фестивале рок-исполнителей и влюбилась. Она на верила своей удаче, когда заметила его в парке.       Девушке кажется, что взаимная любовь — чудо и встречается очень редко. Юнхо рада, что Феликс согласился лично отдать ей портрет, даже если это всего лишь отношения художник/натурщица. Ли грустно вздыхает. Ей так не хватает сестринского совета Канхо, но та неделю уже не выходит на связь, а беспокоить Минхо по столь пустяковому поводу не хочется. Брат напридумывает себе невесть чего и примчится сломя голову.       Родители отлучились к друзьям, поэтому им мешать никто не будет. Юнхо даже приготовила спагетти болоньезе и лимонад. Мама удивилась неожиданному рвению к готовке, но ничего не сказала, отец же подшутил, что к дочери в гости придёт парень (знал бы он, что это правда, но нет, отцу ни слова).       Звонок домофона раздаётся слишком неожиданно отчего Юнхо вздрагивает. — Чёрт бы тебя… — фырчит девушка и едет к входной двери. Поправляет причёску и открывает ворота, чтобы Феликс мог войти.       Феликс входит в дом немного робко, оглядываясь вокруг. У девушки красивый дом, в каком-то смысле отражает её: нежность и женственность. — Привет, — Юнхо широко улыбается, и Феликс готов поклясться, что плавится от этой улыбки. Он улыбается в ответ и кланяется. — Выглядишь отлично, — выдаёт парень и чувствует, как краснеет. Комплимент вырвался сам собой, но Юнхо не выглядит смущённой, напротив, улыбается сильнее и благодарит его. — Ты обедал?       Феликс собирается ответить «да», но живот предательски урчит, будто чувствуя, что Ли собирается соврать. Юнхо тихонько смеётся, прикрывая рот левой ладонью, откидывает прядь волос за плечо и приглашает парня на кухню. Он готов провалиться сквозь землю от чувства стыда и восторга. Из кухни доносятся потрясающие запахи. — Вау, — всё что мог произнести он, тем самым выражая восхищение усердием девушки. Та воспринимает это как похвалу и приглашает Ли сесть за стол.       Сначала обед проходит в тишине, но, когда Юнхо разливает по фарфоровым чашкам травяной чай и разрезает малиновый пирог — беседа начинается сама по себе. — Кстати, а какая у тебя фамилия? — Резко спрашивает девушка, смотрит пронзительно блестящими и манящими глазами. — Ли, — отвечает Ликс и отпивает чай. Во рту пересохло, ладони вспотели от внезапно вспыхнувшей мысли в голове. — Правда? — Искренне удивляется девушка. — У меня тоже. Ли Юнхо. — У меня есть корейское имя. Только оно мне не нравится, — как бы между прочим говорит парень. Юнхо смотрит с любопытством и кивает, давая понять, что ждёт, когда он продолжит. — Ли Ёнбок. — Очень красивое имя. Тебе подходит. — Девушка кивает своим словам. — Хочешь кое-что покажу. Я тоже не сижу дома без дела.       Феликсу действительно интересно, чем занимается девушка, поэтому он встаёт и идёт за Юнхо. Они выходят в небольшой сад на заднем дворе, и Феликс поражается его красотой: цветы различных сортов и небольшие кусты деревьев вишни и яблони отлично гармонируют между собой. Юнхо останавливается возле столика в глуби сада и разворачивается к Ли. — Это всё моя работа.       Феликс удивляется словам девушки, немного проходя дальше и рассматривая растения в саду. Он замечает одни самые выделяющиеся цветы среди всех остальных. Заметив заинтересованный взгляд Феликса, девушка подъезжает ближе и говорит: — Это альстромерия. Родина цветка — Перу, поэтому его часто называют перуанской лилией или лилией инков. Во времена древних цивилизаций верили, что бог Солнца подарил альстромерию людям. Ее считали священной: только жрецы имели право к ней прикасаться. Это цветок дружбы. Он не имеет романтической подоплеки, но обозначает дружеские и приятельские отношения. Я выращиваю красные альстромерии как символ теплоты и привязанности.       Феликс внимательно слушал девушку; ей по-настоящему нравится заниматься этим делом, оно приносит ей радость и удовольствие. Вот только Феликс не хочет быть ей другом… — Прекрасные цветы, но… — Ли внимательно смотрит на девушку, рассматривая черты её лица, отчего Юнхо зардевается и отводит взгляд в сторону. — я не хочу быть твоим другом. — А ч-чего ты хочешь? — Поднимать взгляд страшно, голос дрожит. Юнхо не на это рассчитывала. Он даже дружить с ней не хочет, что уж говорить о романтике… Глупая, напридумывала себя всякое, настроила воздушных замков, теперь придётся падать. Феликс усмехается, наблюдая за сменой выражения лица девушки и ставит свою жизнь на кон, что она придумала себе невесть чего. Он садится перед ней на одно колено и берёт её ладони в свои. — Я хочу быть жрецом, имеющим право касаться священной альстромерии. — Тихо произносит Ли, но девушка всё слышит. Переводит взгляд на него, а затем смеётся. Ли хмурится, озадаченно смотря на Юнхо. — Ты такой романтик, Ёнбок. Прости, но это было сильно. — Юнхо! — Возмущается Феликс. Он злится. Но не из-за того, что она назвала его корейское имя, а из-за того, что испортила такой момент.

***

«Мужчина может быть женщине другом, если у него есть чувства к ней. Женщина может быть мужчине другом, если у неё нет чувств к нему». © фраза из дорамы «Больше, чем друзья»

Юри глубоко вздыхает и кладёт карандаш на стол — ничего не приходит в голову, все её мысли заняты только Минхо и Соён. Фыркнув, девушка встала с офисного стула и подошла к окну. Юри вслушивалась в звуки дождя за окном. Стоило ей немного отвлечься от мыслей, как она возвращается к тому дню. Видит перед глазами Минхо целующего Соён. Ненависть и злость к самой себе пожирают изнутри. Мобильный снова разрывается от звонка с самого утра — Минхо звонит не прекращая, но Юри пока не готова слышать его объяснений. Она мысленно возвращается к тому дню и новый приступ истерики душит и лишает кислорода в лёгких. «Юри, прошло уже две недели. Не собираешься поговорить с ним?» — Спросила её однажды Миён, ставя две кружки кофе на журнальный столик в их с Джисоном квартире. Если честно, Юри немного завидовала такой любви, ведь у них с Минхо всё могло быть лучше, но последний год после его признания стал для неё (возможно и для него, но Юри этого неизвестно) настоящим адом.       Юри вздыхает и отрицательно качает головой, сама, не понимая почему, — остальных коллег здесь нет. «Нет, я не готова говорить с ним», — решительно уверяет саму себя и до боли закусывает нижнюю губу, закрывая глаза.       Потому что в прошлый раз было то же самое: Минхо признался, а затем отказался от своих чувств к ней. Да, она знает, что ей стоит его выслушать, но она правда ещё не готова к этому. Миён тогда нахмурилась, свела брови вместе и мысленно отругала подругу, но вслух ничего не сказала, хотя Юри и без слов всё поняла. Она была благодарна друзьям за то, что они не выпытывали из неё то, что на самом деле тогда произошло. Миён тогда решила, что Юри сама расскажет, если посчитает нужным. Но вот знает ли Юри, что её сосед Ли Минхо тот самый Ли Минхо?       Чёртова слеза стекает по щеке и Юри быстро её вытирает. Ли Минхо определённо не стоит её слёз. Всё вернётся к тому началу. — Госпожа Пак? — За спиной слышится знакомый басистый голос и Юри оборачивается. — Господин Со? — Юри удивленно смотрит на мужчину. — А что вы здесь делаете? — Мне нужно с вами поговорить, — Он оглядывает помещение, рабочее место девушки, затем снова смотрит на неё и выходит из их отдела. Юри в замешательстве смотрит на них и неуверенно идёт за Чанбином.       Чанбину всегда нравилось на крыше компании — никого не было и открывался обворожительный вид на город. Юри вышла на пару минут позже, поежилась от легкого ветерка и подошла ближе к парню. Он посмотрел на девушку и снял с себя пиджак. — Держите, — Юри хотела отказаться, но глубокий голос и тяжёлый взгляд заставили её молча принять чужую вещь. Она накинула его на плечи и отвела взгляд в сторону. — Вы вероятно удивлены увидеть меня здесь? — Верно, я думала, что вы покинули страну. И в первый раз, когда увидела вас здесь, была крайне удивлена, но не могла спросить напрямую. — Ездил в командировку, но уже вернулся. — Но ваша квартира… Почему вы мне ничего не сказали? — Это не важно. Та квартира — ваша. — Что? — Это удивление на вашем лице - оно мне так знакомо. Ваш друг Хан Джисон тоже был удивлен, когда я попросил его об одолжении. — Что за одолжение? И откуда вы знаете Хан Джисона? — Столько вопросов, Юри. Лучше оставить их для более удобного случая. На самом деле я хотел пригласить тебя на ужин. — С каких пор мы с вами стали на «ты»? — С тех самых, как я принял вас на работу. Простите, я вероятно с вами очень резок. — То есть вы — председатель компании? — Улыбка, озарившая лицо Чанбина дала ответ на вопрос Юри, но она больше не находилась в замешательстве, на его смену пришли злость на саму себя и непонимание. — Почему именно я? — Если сходите со мной на ужин, возможно, я расскажу.