Forbidden Ficlets

Том Риддл уставился на четыре стены комнаты, в которую его поместили. Она была намного больше, чем его комната в приюте, и, конечно, внутри было больше мебели. Хотя стены были явно старыми, а краска местами облупилась, все равно это было намного лучше, чем заляпанные водой потолки и дырявые стены приюта. Там тоже было тепло, и ему сказали, что ужин скоро будет готов. Зеркало на туалетном столике позволило ему увидеть свой взъерошенный вид, который он быстро исправил взмахом руки. Несмотря на всю ситуацию, он не хотел выглядеть бродягой, даже если его одежда была не самого лучшего качества. И ему дали эту комнату для проживания, человеком по имени Сириус. Очевидно, Черный. И с тех пор, как Том увидел портрет своей школьной подруги Вальбурги, висевший в фойе и выглядевший намного старше, чем он помнил, он легко сложил кусочки вместе. Они с Орионом поженились, и у них родился сын. Сын был тем, кто предоставил Тому комнату на время его пребывания. Сын также не походил ни на Ориона, ни на Вальбургу, несмотря на общие черные черты лица. Том каким-то образом оказался в будущем. — Пока ты останешься здесь. На данный момент Министерство не совсем заслуживает доверия, и отдать тебя Невыразимым было бы беспорядком, — это все, что сказал ему Сириус Блэк. Путешествия во времени были очень уникальной отраслью магических исследований, и мало кто знал об этом за пределами Министерства и того, что они позволяли людям знать. А Том, будучи человеком, путешествующим во времени, наверняка привлечет нежелательное внимание. А он этого не хотел. Тем более что он все еще не знал, что происходит, и пока не узнал больше, ему не хотелось действовать. Однако он был немного расстроен, так как ему сказали, что в доме есть еще несколько подростков, но ему пока не разрешили встретиться с ними. И почему? Потому что Дамблдор не пришел. Значит, этот Блэк был достаточно знаком с Дамблдором, чтобы выслушать его по какой-то причине. И решил, что Дамблдор контролирует ситуацию, которую никто из них на самом деле не понимал. В его сердце не было нежности к Альбусу Дамблдору, независимо от того, в какое время он находился. По крайней мере, женщина с рыжими волосами была приличной, хотя он был уверен, что она из гриффиндорской семьи. Когда его направили на кухню, женщина засуетилась, с ужасом глядя на его состояние, коснулась его щек и сообщила, что он «слишком худой, дорогой’. Он знал это достаточно хорошо, но когда она продолжила говорить ему, что он получит дополнительные порции за обедом, он автоматически удержал язык за зубами. Она была одним из тех типов материнства, которых он никогда раньше не видел лично, и она хотела, чтобы он был ее определением здоровья. Что касается Сириуса Блэка и его друга Ремуса Люпина, оба, казалось, были немного удивлены, увидев Тома стоящим в фойе, но расспросили его спокойно и тщательно. В конце концов, они сочли его не слишком большой угрозой, но на какое-то время оставили его палочку, чтобы уменьшить уровень угрозы, который, как клялся Блэк, он все еще представлял. Люпин, однако, сказал, что, поскольку Тому шел только 5-й год, он был всего лишь подростком и не мог нести ответственность за действия… другого. И Том понял, что он, должно быть, имел в виду будущее «я» Тома. Что звучало не очень хорошо. Женщина-Молли, казалось, узнала его имя, но все равно продолжала болтать о том состоянии, в котором он находился. Том вздохнул, зная, что не стоит ничего предпринимать, пока не получит больше информации. Так было лучше. Когда Гарри, наконец, ступил на кухню дома 12 по площади Гриммо, он обнаружил, что откровенно разинул рот при виде первого лица, которое увидел. Том Реддл. Он узнал бы это красивое лицо где угодно, и был чем-то средним между раздражением и любопытством. Но Том сидел за столом, рядом со Снейпом, и выглядел неловко, стараясь не показывать этого. Он выглядел так же, как и в Комнате, но, возможно, немного менее ожесточенным и ожесточенным. Его лицо казалось даже немного моложе. Гарри обратил свое внимание на Дамблдора. — Как? Голубые глаза-близнецы раздраженно блеснули. — Похоже, Том путешествовал сквозь пространство и время, чтобы присоединиться к нам, Гарри. И из того, что он нам рассказал, я с уверенностью могу сказать, что он из совершенно другой вселенной. Том Реддл из другой вселенной. Это означало, что этот человек никоим образом не был связан с человеком, который убил родителей Гарри и, казалось, одержим им. — Но как? — повторил он, удивляясь, как это могло случиться. — Все просто, дорогой мальчик. Я учил Тома и вспоминаю все, что произошло за годы его учебы в Хогвартсе. Ни разу не было настоящего наблюдения падающей звезды. Они, естественно, довольно редки и обладают магическими свойствами, поэтому всякий раз, когда они есть, мы, маги, склонны собираться, чтобы наблюдать и праздновать их. Том в последний раз вспоминает, как смотрел на падающую звезду и загадывал желание немного мира после второй мировой войны магглов и взрывов. Том Реддл усмехнулся и еще глубже опустился в кресло. Очевидно, он думал, что такое откровение заставляет его казаться слабым. Гарри, однако, мог понять до некоторой степени. Он действительно не думал об этом, но Том Реддл вырос в середине Второй мировой войны, и Лондон был очень большой целью в то время. Должно быть, для него было сущим адом наблюдать всю эту резню и опустошение. Ему было жаль Тома Реддла. Мерлин, черт возьми. — Значит, Том здесь надолго? Дамблдор казался невозмутимым, когда заявил: — На неопределенный срок. На самом деле он присоединится к вашему году. Гарри сочувственно поморщился, не в силах сдержаться. Новый мир и новая жизнь с новыми правилами и информацией, с которой нужно познакомиться. Как… прискорбно. И Гарри, как ни странно, не испытывал никакого гнева по отношению к этому Тому Реддлу. Если он только начинал свой пятый год обучения, он никого не убил. И, вероятно, тоже не нашел комнату. Что означало, что это действительно был другой Том Реддл, чем беспорядок, в который превратился Волдеморт. — Я верю, что ты проявишь зрелость в этой ситуации и поможешь ему, хорошо, Гарри? — спросил Дамблдор, послав ему выжидающий взгляд. — Да, сэр, — он чуть не забыл проявить уважение. Черт. Не то чтобы он был в настроении размышлять о прошедшем лете и о том, что скоро произойдет. Дамблдор встал.  — Боюсь, мне придется уехать и начать необходимую работу, чтобы доставить Тома сюда, в Хогвартс. Я очень скоро вернусь с готовой информацией. — Он исчез в лиловой и небесно-голубой мантии, и Гарри остался озадаченным и менее сердитым, чем когда он появился. Ну что ж. Том очень быстро обнаружил, что его тянет к гриффиндорцу, известному как Гарри Поттер, который, казалось, был темой обсуждения всех в доме. Он был крестником Сириуса Блэка. Он тоже был сиротой, которого заставили остаться с магглами, которых он ненавидел. И он знал, кто такой Том и кем он стал. Или, по крайней мере, Том этой вселенной. И хотя он казался настороженным, он также не избегал Тома. И, конечно, это еще больше его втянуло. Но Том вел себя как чертов хаффлпаффец и не поддавался очаровательной, но неловкой улыбке и сияющим зеленым глазам. Он сталкивался со всевозможными флиртами со стороны людей даже старше его, и он не сдавался. Один мальчик не собирался разрушать его твердый контроль. Конечно, как только он и Гарри Поттер были представлены, Том был открыт для всех других подростков в доме. Близнецы Уизли, их брат, который был похож на третьего близнеца без точно таких же черт, и младший Уизли, который также был одного роста с ее братьями, несмотря на то, что был моложе Тома. Все четверо стояли на высоте Тома 183 см. И он не знал, что чувствует по этому поводу. С другой стороны, Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер были на несколько дюймов ниже их и ближе к 170 см. Грейнджер была гриффиндорцем, которая должна была быть в Равенкло. Поттер, Джиневра и близнецы были гриффиндорцами, которые должны были быть слизеринцами. Он еще не был уверен насчет Рональда Уизли. На самом деле он мог быть единственным настоящим гриффиндорцем во всей компании. Блэк и Люпин были выпускниками Гриффиндора. Том был уверен, что Люпин был оборотнем, но все принимали его просто прекрасно, за исключением Северуса Снейпа — который был слизеринцем — который, казалось, ненавидел всех вокруг одинаково. Его присутствие не имело смысла для Тома, который все еще не знал достаточно. Даже с многочисленными книгами Грейнджера у него было ограниченное время, чтобы узнать все. Вдобавок ко всему, он чувствовал, что его тянет к Гарри Поттеру так, как это не имело смысла, и был раздражен, когда у него не было внимания другого подростка. Том привык к вниманию. Том не расстраивался, так как это было неподобающим поведением, но он, конечно, был очень огорчен тем, как все было странно и как ничто не имело для него смысла! Так мало времени до начала нового семестра, а он был совершенно не готов! — Мы тебе поможем, — сказал Поттер с улыбкой. — Хотя я бы предостерег тебя от поступления в Слизерин. Я не знаю, как это было в твое время, но они поймут, что ты не Чистокровный, и это будет для тебя адом. Кроме того, ¾ школы немедленно возненавидят тебя только за то, что ты туда пошёл, а сам факультет возненавидит тебя за твою нечистоту. Ему было немного… противно. Он знал о Слизерине, поскольку был им в течение четырех лет, но другие Школы не были такими интенсивными в его время. Его любили все, кроме Дамблдора. И потребовалось все четыре года, чтобы достичь этого статуса в основном в его собственном факультете, но другие факультеты лишь слегка опасались его. Что, черт возьми, произошло за эти годы? — Я думаю, что ты попадёшь в Равенкло, потому что они любят читать и очень умные, и ты можешь уйти с накоплением своих знаний, если пойдешь туда. Никто бы не усомнился в этом. Но Том не хотел быть в Равенкло. Они были не так остроумны, как думали. Он даже пожалел, что по глупости поддался желанию «загадать желание на звезду» сейчас. Простая детская поговорка заставила его действовать. Глупый поступок. Но затем Гарри Поттер улыбнулся ему, и Том немедленно выбросил эту мысль в окно. Новая мысль, вертевшаяся у него в голове, была: Мой. Потребуется время и усилия, чтобы преодолеть эту досадную неудачу в своих планах на всю жизнь, но Том был ничем, если не умел приспосабливаться. А с Гарри Поттером Том так или иначе достигнет величия. И Гарри будет принадлежать ему до самого конца. Хочет он этого или нет. — Мы должны помочь миссис Уизли прибраться в доме, — сказал Гарри, протягивая метлу. Это сожаление возвращалось постепенно. Том взял предложенную метлу и вздохнул. — Давай просто покончим с этим. Позже он еще что-нибудь придумает. На данный момент он научится своим чертам лица и позволит женщине командовать им. Хотя бы для того, чтобы вести себя как хороший мальчик. Внутри он кричал в истерике эпических масштабов.