Torn

- Как думаешь, разрешат ли нам сегодня прогуляться, ну знаешь, на улице? Я слышал, на дворе уже лето, значит, отговориться тем, что в такую погоду может и дождь пойти, им не удастся. Гарри выглянул в окно и прижался носом к стеклу. Тёплый солнечный лучик пощекотал его по носу, переполз по лицу выше, забрался на ресницы и игриво заглянул в глаза. Он сощурился и отстранился от окна. Ему казалось, что даже сквозь стекло можно почувствовать запах цветущих деревьев. Что там цветёт в это время? Яблоня, сирень? Нет, сирень - это куст, значит, что-то другое. - Драко, ты знаешь, что цветёт в июне? Гарри никогда не был силён в травологии, вот был бы рядом Невилл, тот наверняка бы мог не только рассказать обо всех деревьях, цветущих в это время года, но и опознать то самое дерево, что видно из окна. Но вот он этого не знал. Драко, видимо, тоже не знал, так как только пожал плечами, сидя на кровати в дальнем углу комнаты. Гарри обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть рассеянное движение плеч. И остановился, чтобы дать себе возможность поразглядывать его против света какое-то время. Волосы отросли с того момента, как они оказались здесь. Острые коленки, это видно даже через пижамные штаны, подпирали острый же подбородок. Он никогда не был особо в теле, но теперь совсем похудел. Что странно - ведь целыми днями они только ели, читали, сидели и много-много разговаривали. К слову, по имени Гарри его начал называть не так давно. Первое время, чтобы позлить, в конце концов, у него тут было не так много развлечений. Так хоть можно было посмотреть, как хорёк бесился, но худшее, что тот мог сделать, без палочки и под постоянным присмотром со стороны, это кинуть подушкой, и это развлекало Гарри первые пару раз. Ну ладно, пару десятков раз. Тот злобно зыркал серыми глазами в ответ, они темнели, он плевал в ответ «Поттер», щурился, словно надеялся, что если сильно сосредоточиться, то невербальный беспалочковый Ступефай настигнет Гарри прямо сидящим на подоконнике, а потом фыркал, смешно так, и отворачивался. Ну а потом... как-то прижилось. Гарри и сам не заметил, как спустя неделю назвал его по имени совершенно неосознанно, хотел позвать, чтобы он тоже посмотрел на суету внизу, под окном. Кажется, там что-то случилось, но было плохо видно с пятого этажа. Он подошёл, сел рядом на подоконник и ничего не сказал ядовитого в ответ. Так они и просидели тогда почти час, мирно обсуждая, что же могло произойти. Возможно, очередной рейд авроров на некоторых ещё скрывающихся Пожирателей Смерти прошёл не по плану, а, возможно, часть тварей, которые ещё остались в Запретном лесу после Последней битвы, удалось обнаружить, но они решили не сдаваться без боя. Так и не придя к какому-либо соглашению, они ещё некоторое время беззлобно препирались по поводу того, каким заклинанием лучше пользоваться, чтобы нейтрализовать на время великанов, а потом он сказал: - Знаешь, Гарри, мы ведь здесь уже мантикорову уйму времени, странно, что к нам никого не пускают. Гарри открыл было рот, совсем собравшись сказать то, что почти ежедневно слышал от улыбчивого целителя в белой мантии. Что, мол, состояние у них пока недостаточно стабильное, чтобы принимать гостей. Но тут же закрыл его обратно, ведь Драко был прав. Они здесь не первый день, очень далеко не первый день. Гарри нахмурился и кивнул. Все раны и царапины давно зажили, ожоги сошли с кожи, да и головные боли не мучили уже... Гарри не мог припомнить, как давно, но достаточно, чтобы выдержать полчаса с друзьями. - На утреннем обходе попросим пригласить Рона и Гермиону и твоих... Твою маму. Ну или хотя бы чернила и пергамент, я просто напишу им письмо, что все уже в порядке и они могут заглянуть ненадолго, если на другое у них нет времени. Он остановился, решив не продолжать. Их перемирие все ещё было достаточно хрупким и он не был уверен, что обсуждать с Малфоем, чем заняты вчерашние гриффиндорцы через пару месяцев после победы над Волан-де-Мортом, это такая уж хорошая идея. Он было подумал, что смог гладко закрыть эту тему, но не тут-то было. Драко спрыгнул с подоконника, обернулся и, скрестив руки на груди, фыркнул: - Думаешь, у твоих дружков не найдётся для тебя места в расписании между интервью для Пророка и приемом в министерстве? Или мысли о высшем благе Англии не дают им отвлечься и прийти сюда, Поттер? Ну прекрасно. Гарри почувствовал, как от досады кулаки сжимаются сами собой, а щеки предательски начинают краснеть: - Нет, я думаю, что они просто рады наконец побыть со своей семьей, не боясь, что видят кого-то из них в последний раз! С тем, что осталось благодаря таким, как ты, от их семей! Серые глаза напротив расширились, словно ему прилетела невидимая пощечина, и он так и остался стоять посреди комнаты, открыв рот и не произнеся ни слова. А спустя какое-то время также молча развернулся и ушёл на свою кровать, лёг и отвернулся к стене. Не разговаривали они два дня. Визит друзей Гарри тогда решил отложить до лучших времён. Пусть пока просто наслаждаются покоем в окружении родных. А он напишет им чуть позже. Утренние осмотры колдомедика, приём зелий и обеды - все проходило в абсолютной тишине. Его что-то спрашивали, он что-то коротко отвечал, а Драко даже не смотрел в его сторону. Так продолжалось до вечера второго дня, когда Гарри пытался читать, лёжа на спине на кровати и держа книгу прямо над лицом. В какой-то момент, задумавшись, он отвлёкся, книга выскользнула из пальцев и с размаху упала на лицо. Со стороны второй кровати донёсся смешок. Гарри сдернул книгу, резко захлопнул ее и уставился на Малфоя недовольно. Тот считанные секунды смотрел в ответ, потом засмеялся уже в голос, приподнявшись с кровати на локте. - Даже жаль, что это была не чудовищная книга о чудовищах, Поттер. Я бы с удовольствием посмотрел, как она откусит тебе нос! - Если бы это была чудовищная книга о чудовищах, я бы засунул ее тебе под подушку, - фыркнул Гарри. - Тогда у тебя были бы все поводы, чтобы звать на помощь и кричать, как тяжело ты ранен. Малфой несколько долгих секунд смотрел на него, перестав смеяться. Съел, хорёк? Того, что произойдёт дальше, Гарри точно не ожидал. Драко снова засмеялся, серые глаза сузились от смеха, лучики морщинок разбежались из уголков глаз в направлении заправленных за уши волос, которые уже начали отрастать, он запрокинул голову и хохотал почти до слёз. - Туше. Это было довольно жалко, не стану спорить, - он сел на кровати и поднял руки в сдающемся жесте, - но и ты должен признать, такой книге не место среди учебной литературы. Гарри пожал плечами: - Хагрид правда любит всех этих зверушек. А я... я считаю, что если их можно покормить и не остаться при этом без руки или ноги, то они не так уж и плохи. Малфой снова ухмыльнулся, но не злобно, а, скорее, весело. - Ты правда дружишь с ним? Это так странно, он же... - было видно, что ему непросто подобрать слова, чтобы не оскорбить того, кого он человеком-то по сути не считал, но, видимо, Гарри не одному осточертело сидеть в полной тишине. - Он, конечно, умеет найти подход к животным, но вот о студентах, мне кажется, он не особо думает при подготовке к урокам. Поттер задумался на несколько минут, прежде чем ответить. Не то чтобы ему очень хотелось делиться с Малфоем чем-то сокровенным, но, возможно, если он сможет объяснить... в любом случае, у него тут не так много собеседников, так что можно и попробовать: - Ты знаешь, он был первым, кого я увидел из волшебного мира. Пришёл ко мне в день моего одиннадцатого дня рождения, чтобы вручить письмо из Хогвартса, торт принёс, страшный такой, розовый с зелёной надписью, но это был мой первый подарок на день рождения за все эти годы, так что я считал этот торт - лучшим на свете. И про магов мне рассказал. И первым показал, что мои маггловские родственники не всесильны, что я могу постоять за себя, а потом просто взять и, ну знаешь, уйти от них... - Хочешь сказать, что истории про трудное, полное лишений детство - это все правда, а не выдумки репортеров? - Никогда не считал его трудным, потому что не с чем было сравнивать, - Гарри пожал плечами. - Не могу пока определиться, это то ли благородно до одури, то ли просто глупо. - Малфой, - предупреждающе начал Гарри, приподнимаясь на локте над кроватью. Драко поднял, руку, останавливая его. - Нет, послушай. Я не стремлюсь тебя оскорбить. Не сейчас, по крайней мере, точно. Но ты же сам понимаешь, что если даже половина того, что я слышал или читал - правда, то логичным кажется вернуться туда сейчас и просто... не знаю... хоть как-то отомстить. - Они просто магглы, они боятся и делают глупости от страха. Ты же можешь такое понять, правда? Драко смотрел перед собой, явно задумавшись. Закусив нижнюю губу, потеребил ее зубами, нахмурился, и, наконец, вздохнул. - Уже поздно, спокойной ночи, Гарри. - Спокойной ночи, Драко, - Гарри погасил свет и улыбнулся в темноте. Говорить с Малфоем оказалось совсем не так сложно, как он думал. Он слушает и правда пытается понять. Просто все это время их жизни были слишком разными. Словно галактики вращались друг вокруг друга, перемещались схожими маршрутами, но никогда не пересекались. И вот, наконец, сошедшиеся в этой невольной точке, вынуждены признать. Им не так уж сложно находиться рядом. Проснувшись рано утром, Гарри смотрел в окно на ещё пока что серое небо. Рассвело не до конца, на улице накрапывал дождь, капли бились о бордюр снаружи и иногда врезались в стекло, тут же разбиваясь и скользя кляксой вниз, туда, где Гарри уже не мог проследить их дальнейший маршрут. Он повернулся в кровати, подложив ладонь под голову и примяв подушку. С его места было хорошо видно спящего еще Малфоя. Тень от длинных ресниц ложилась на щёки , светлая челка падала на глаза, а губы были слегка приоткрыты во сне. Он спал на боку, поджав к себе ноги и обнимая подушку. Невольно улыбнувшись, Гарри продолжал разглядывать своего вынужденного соседа. Вот взгляд скользнул от лица к руке. Тонкие пальцы сжимали подушку, длинные лунки ногтей казались побелевшими от нажима. Видимо, Малфою снилось что-то неприятное. Тем временем, подтверждая теорию Гарри, небольшая морщинка прочертила лоб, брови сошлись к переносице, и он тихо вздохнул во сне. Поттер уже хотел было встать, потеребить его по плечу, ведь он сам знал о ночных кошмарах, наверное, все. Если бы был такой предмет в школе - Гарри получил бы за него Превосходно автоматом, даже ни разу не явившись на занятия. Однако дверь открылась, и на пороге появился им обоим знакомый колдомедик. - Доброе утро! О, уже проснулись, мистер Поттер. Как наши дела? - Доброе утро, мистер Сметвик. Наши дела неплохо: спим, едим, сидим, морально разлагаемся. - О, ну так это же именно то, что необходимо для скорейшего выздоровления! - целитель хохотнул и подошёл к кровати Гарри. - Не зелья и не заклинания лечат нас лучше всего, мистер Поттер, а лишь время и отдых. И того, и другого мы готовы вам предоставить столько, сколько пожелаете. Пробормотав пару заклинаний, поводив палочкой над телом Гарри, и оставшись, видимо, довольным результатом, целитель снова ободряюще улыбнулся ему и вышел. Как только дверь за ним закрылась, с противоположного конца палаты раздался немного хриплый со сна, но уже насмешливый голос: - Если основное их лечение - это время и отдых, то я даже рад, что эскулап меня решил не проверять. - Будить, может, не хотел. Ты так мирно спал. Драко сел на кровати, потянулся как следует, выгнув спину так, что пижамная рубашка приподнялась над резинкой штанов и оголила небольшую полоску белой кожи, и коротко фыркнул: - Пялишься, значит, как я сплю? Ни разу не вызывает вопросов. Гарри откинулся обратно на подушки и так сильно закатил глаза, что, уверен, это должно было бы быть слышно. - Да кому ты нужен, пялиться на тебя. Я сам минут пять как проснулся перед его приходом. - Да ладно, - Малфой поднялся, взял с тумбочки стакан воды, с наслаждением осушил его, слизнул убегающую каплю с уголка губ и вновь потянулся, уже в полный рост, - пялься сколько влезет, это бесплатно. Только руки при себе держи. Гарри посчитал уместным на такое замечание просто ничего не отвечать и не давать Малфою возможности продолжить блистать остроумием с утра пораньше. Вместо этого он поднялся и скрылся в прилегающей ванной. В последнее время, так как торопиться ему было некуда, он предпочитал тщательные неторопливые процедуры очищающим заклинаниям. Колдуй не колдуй, а иногда просто жизненно необходимо встать под горячие струи воды и почувствовать, как все события последнего года постепенно, по крошке, по капельке, вымываются из тебя. Холод ночей в палатке, тяжесть и гнетущая удушливость медальона на груди, отчаяние в глазах Гермионы, злость и нетерпение Рона, и бесконечные, никуда не приводящие поиски. Теперь все это можно оставить позади. Как правильно сказал целитель Сметвик - просто нужно время. Спустя полчаса довольно безобидной возни под душем, Гарри услышал, как в дверь стучат: - Поттер, на всякий случай, если тебе память отшибло, напоминаю: в этой Мерлином забытой богадельне ты не единственный постоялец! Гарри закатил глаза второй раз за утро, выключил воду, повернулся к зеркалу, вернул на лицо очки. Выглядел он однозначно лучше, нежели крайний раз, когда был за пределами этой палаты. Травмы, по крайней мере наружные, все зажили, синяки под глазами уже не занимали значительную часть лица, щеки немного раздались, самую малость, но теперь при взгляде на него не было чувства, что он вот-вот упадёт в голодный обморок. Волосы также немного отросли и, кажется, теперь лучше признавали гравитацию. Он был готов согласиться - время неплохой лекарь. Гарри неторопливо вытерся, надел пижамные штаны и, промокая волосы полотенцем, распахнул дверь. Два серых глаза сверлили его с недовольством. Малфой стоял напротив , нога в тапочке отбивала стаккато по плиткам пола. - Ваше Величество изволили, в конце концов, закончить омовения? Будет ли позволено смиренному мне наконец присосаться к благам цивилизации и смыть с себя оковы сна? Гарри посторонился, изобразив шутовской поклон. Малфой прошёл мимо него ко входу, и, когда дверь за ним уже почти закрылась, он услышал: - Когда присасываться будешь, проследи, чтобы тебя в канализацию не засосало, а то станешь местной плаксой Миртл! Малфой резко обернулся, видимо, желая дать знать Поттеру, куда он может пойти со своими шуточками, но Гарри, смеясь, уже захлопнул дверь перед его носом, и даже прижался к ней спиной, на случай, если горящий жаждой мести Малфой решит вырваться на свободу. Однако борьбы не последовало, и очень скоро Гарри услышал лишь включенную воду и тихое мурлыкающее пение, не то чтобы можно было разобрать слова, если они вообще там были, но звучал Малфой скорее довольным, нежели разозленным. Пока Малфой заканчивал наводить марафет, принесли завтрак. Гарри какое-то время раздумывал над тем, стоит ли забиться в свой угол с подносом, но, поразмыслив, отказался от этой идеи. Сметвик ясно дал понять, что зажившими рубцами на спине и руках он не отделается, что ему придётся проторчать в этой палате ещё не один день, поэтому лучше будет, если они с Малфоем пройдут еще пару шагов на пути от Хорька до Драко. Он разложил еду на столе, придвинул два стула, взял ту самую книжку и, забравшись с ногами на свой стул, принялся читать в ожидании своего соседа по «заточению». Глаза скользили по строчкам, но сосредоточиться не удавалось. В голове снова и снова всплывала беззлобная перепалка, которая произошла совсем недавно. Вроде все было почти что как раньше, как в школе, когда стоит одному открыть рот, второй тут же заставляет его об этом пожалеть. Но не было в этой перепалке ни злости, ни ненависти, ни желания задеть или обидеть. Как-будто после того, через что им пришлось пройти в последние несколько месяцев, вся эта школьная вражда отдалилась, стала маленькой, ничтожной и вот-вот готовой схлопнуться и со звуком «Пффффф!» исчезнуть совсем. Подумав ещё немного, Гарри поймал себя на мысли, что ее и не осталось уже, вражды этой. Возможно, после того, как он втянул Малфоя на свою метлу в выручай-комнате, а, возможно, после того, как тот «не узнал» Поттера в своём поместье. А пререкаться они, видимо, продолжали просто потому, что иначе общаться не умели. Вот как, скажите на милость, объяснить Хорьку... простите, Драко, что тот не королева английская, не обзывая его при этом? У Гарри не было ни малейшей идеи. Зато теперь все чаще ответом на его подколки стала ухмылка или легкий смешок в глазах, который подтверждал, что их хозяин сумел оценить комментарий по достоинству и прекрасно понимает, за что это. Они практически никогда старались не затрагивать серьёзных тем, обсуждение которых могло растревожить все ещё ноющие раны. Гарри старался как можно меньше упоминать родителей Драко, понимая, что ни один из них не имеет ни малейшего понятия об их судьбе после той битвы, когда Нарцисса как раз собиралась вместе с сыном исчезнуть с поля боя, а мистер Малфой-старший - полноценно огрести за все, что вытворял последние годы. А Драко, зная, скольких близких для Гарри людей не стало в тот день, старался вообще обо всех даже отдаленно связанных событиях не упоминать. Чувствовал ли он за это своего рода вину, Гарри не знал, но сам его в произошедшем не винил. Тем не менее их общение точно не готово было к такого рода испытаниям. Так что шуточки и перепалки их располагались в гораздо более простой и понятной плоскости: два парня, вчерашних подростка, были заперты не первый день в одной палате. Если бы хоть однажды Гарри пришло в голову задуматься о том, насколько это нелогично. Тем не менее, мозг усердно подкидывал ему оправдания: возможно, после битвы в Мунго нет лишних мест, возможно, у них схожие травмы и так проще за ними приглядывать. Но уже довольно давно он перестал задавать себе вопрос «почему?» и просто наслаждался вынужденной компанией, зная, что другой у него в любом случае пока что нет. А Малфой, хоть и был той ещё занозой иногда, но закиснуть от тоски ему не давал.