Немного другая история

Шей очнулся в гостиные поместья Дэвенпорт, скованный цепью, сидя на новом стуле. Ещё не успев открыть глаза, он услышал до боли знакомый голос Хейтема: — Коннор, ты точно его не убил? Он уже полчаса без сознания. — Ну может я чуть-чуть перестарался, но убить я его точно не убил, и последствий быть не должно никаких. В конце концов, я не первый раз такой трюк проворачиваю. Шей открыл глаза и тихо замычал. — Говорю же живой. — Фыркнул молодой Ассасин. Хэйтем подошел к связанному другу и поинтересовался: — Почему не отчитался что в Америке? Зачем сюда пожаловал? Как узнал, что что-то не так пошло? — Уймись, я не убить тебя пришел, а предупредить, но похоже я припозднился… В Америке, я из-за шторма, Морриган чуть на дно не отправился, ели как добрались до земли. Отчитаться не успел, неприятности нагрянули быстрее. Хэйтем вздохнул с облегчением: — Ну хоть кому-то в этом мире я ещё могу доверять. — Бестолачь ты Кенуэй, ты мне жизнь спас. Я всё помню и мнение своё еще не потерял. У меня своя голова на плечах с тех самых пор как всё закончилось. Я больше никому не позволю водить себя за нос, тебе в том числе. Хэйтем лишь усмехнулся. Ахиллес подал голос из-за спины Шея: — А до этого чья голова у тебя была на плечах? — Ахиллес… Коннор развязал тамплиера и произнёс: — Я выиграл наш спор Ахиллес, так что, я надеюсь, что ты не только с меня требовал держать слово, но и сам это делаешь. Взяв отца за воротник, он потянул его вон из комнаты. Коннор и Хэйтем вышли на улицу. — И как это понимать? — Поинтересовался бывший магистр. — Я говорил, что хочу, чтоб они поговорили. Мы поспорили с ним ещё года два назад, если я приведу его живого, в сознании, или без него, и сам не буду ранен, то Ахиллес поговорит с ним, и они всё разъяснят, в том числе и о всех этих катастрофах. — Коннор потёр рукой шею и неловко улыбнулся. — Ясно. –Фыркнул Хэйтем. — Тебя что-то волнует? — Ты пытался меня убить по-настоящему? — Хэйтем внимательно посмотрел на ассасина. Коннору показалось что отец пытается или прожечь его глазами или найти где этот ответ на нём написан. — Нет. — Односложно ответил он и двинулся в сторону леса. — И куда это ты юноша собрался? — Я и так утреннюю тренировку пропустил из-за всей этой беготни, мне не до вашей санта-барбары. Мне работать надо, кто-то же должен разгребать тот бардак что вы тут устроили. Сомневаюсь, что мне вечно будет вести, так что, если плюну на тренировки и занятия вряд ли проживу долго и смогу беспристрастно судить о ком-то. Хэйтем вскинул брови от удивления, а Коннор решил его добить: — شيء غير صحيح ، كل شيء مسموح به. ((Это по арабски, ничто не истинно, всё дозволено.) (А дальше по Итальянски) Oh sì, non conosco male le lingue e la filosofia. (Ах да, я не плохо знаю языки и философию). У бывшего магистра ордена тамплиеров от шока приоткрылся рот, в попытке что-то сказать. Слава так и застряли в глотке. Коннор ушел на тренировку. Ассасин весь день отрабатывал удары и приёмы, прыжки и выпады. Занимался растяжкой и работал над собственной гибкостью. Гимнастику и растяжку Коннор ненавидел, но не хотелось однажды порвать себе мышцы, просто потому что ноги неудачно разахались. Вечером же парень копался в библиотеке, переводя книги, свитки, присланные ему иностранными ассасинами. Когда Хэйтем зашёл взять себе что-то почитать, он застал сына, копающегося в бумагах и обложившегося словарями разной годичности и толщины. — Ты тут не утонешь? — Едко поинтересовался Хэйтем. Коннор лишь шикнул на него, мол не мешай работать. — Что переводишь? — Всё же ещё раз поинтересовался бывший тамплиер. — Манускрипты я перевожу, с древнеарабского. Времени, этак Альтаира. Не мешай пожалуйста, бери то, зачем пришёл и иди отсюда, не нервируй меня ещё больше. — Коннор начал кусать деревянную палочку, до этого покоившуюся под его рукой, но теперь, оказавшуюся у него во рту. Когда Хэйтем уже собирался выходить, найдя себе чтиво по вкусу, Коннор радостно вскрикнул: — Да наконец-то! Треклятый шифр, сдвинулся с мертвой точки! В гостиной Хэйтем встретился с Кормаком, тамплиер был весь в себе, размышляя о их с Ахиллесом разговоре. Хэйтем сел в кресло и начал читать. Книга не помогла ему отвлечься, в его голове всё ещё крутился разговор с сыном. От этого разговора, у мужчины появилось больше вопросов, чем ответов. Ему даже начало казаться, что Коннор просто играет с ним, водя за нос. — Шэй, ответь, как ты думаешь, мальчик действительно не так прост, как я думаю… — Он загнал меня в ловушку, и сумел вырубить. Впервые ощущал себя загнанным зверем. Мы оба знали, кто сегодня Хищный орёл, а кто кролик, которому крупно не повезло. Я не знаю насколько он хорош в бою, но стратегического мышления ему не занимать, как и ума. — Тамплиер выдохнул и тихо фыркнув подытожил. –Он — Ассасин, которым я бы никогда не стал, он и впрямь понимает, какая ответственность лежит на его плечах, пожалуй, он станет великим магистром через пару лет, а пока будет учится и набираться опыта. Он и впрямь понимает границы своих сил и не разевает рот на тех, кто ему не по зубам. — Я вот задаюсь вопросом, откуда столько ума в этой молодой головушке, откуда такая сдержанность. Он ещё юнец, ему всего двадцать один. Я в двадцать один был вспыльчивым, язвительным и никогда не лез за словом в карман. Ему недостаёт опыта, ты прав, но что будет лет через пять? Всё ещё юнец, он мне кажется, что он уже будет магистром своего ордена. Думаешь у тамплиеров будет хоть шанс? — У Ли их и сейчас не много, а уж тогда, пф, он будет уже давно мертв. Думаю, что Тамплиеры потеряли Америку, с мальчонкой они не справятся, даже если очень захотят, не доберутся. — Не недооценивай Английское лобби. Кормак громко засмеялся, а из библиотеки послышалась ругань на языке могавков. Кормак тихо хмыкнул: — Не, ну и слова конечно он знает… Кесеговаасе не так ругался, после того инцидента, а тут ТАКОЕ… — Возьму за шкирку и вымою рот с мылом! — Крикнул Хэйтем. — Будете мне мешать, спать отправитесь на задний двор в конюшню! Последний раз предупреждаю! Хэйтем встал и пошел проучить зарвавшегося мальчишку, но после того как в него полетел третий словарь решил всё же подождать, когда Коннор закончит, боясь, что четвёртая книга точно прилетит ему в лоб. Вернулся он не с чем. — Что, урыл тебя мальчишка? — Попробуй увернуться от, дай бог, полукилограммового словаря. Я на тебя посмотрю. — Если ты его обуздать не в силах, куда там английскому лобби? — Мне вот интересно, на что он на самом деле способен. — Хэйтем вернулся в кресло. ************** Коннор в это время тихо переводил и слушал их разговор. Ахиллес почти никогда не хвалил его, а тут столько всего о себе узнал, что прямо неловко стало. Оказывается, он большой молодец и ему действительно стоит двигаться дальше в этом направлении. На следующее утро Коннор вышел на тренировку и застал отца, практикующегося в фехтовании. — Не помешаю? — Нет. — Спокойно ответил Хэйтем и добавил, — Не составишь компанию? С манекеном не так интересно, как с живым человеком. Коннор пожал плечами: — Только разомнусь, а так, почему бы и нет, в конце концов, мне не помешает практика с более опытным соперником. Немного размявшись двое мужчин встали на изготовку, а после клинки запели свою песню смерти в руках мастеров. Коннор если и уступал отцу, то лишь по части того пресловутого опыта, но его молодость и ловкость компенсировали это с лихвой. Клинки столкнулись и заскрежетали, кажется уже в сотый раз. — Не так плохо, как я думал. — Хмыкнул Хэйтем. — Хуже, чем я думал. Я был о тебе лучшего мнения, после твоего хвастовства в церкви. Коннор выкрутил клинок в процессе меняя руку и выбил оружие из рук отца. — Ты ещё не пригвоздил меня к земле, так что не радуйся. Коннор осторожно атаковал, любая его ошибка могла свести этот бой в ничью. Скрытый клинок Хэйтема ловко отражал любой выпад соперника, сам же обладатель, быстро думал, как будет выкручиваться. Но вот Коннор сделал очередной выпад, в результате которого его сабля подлетела в воздух. Хэйтем было решит вернуть свой клинок, пользуясь возможностью, но Коннор сбил его с ног и прижал лезвие скрытого клинка к его горлу, удерживая руку мужчины с таким же приспособлением. — Один / Ноль, в мою пользу. Не стоило отвлекаться от меня. Хэйтем усмехнулся: — Так ты нарочно, потерял оружие, чтоб я отвлёкся, не плохой ход. А теперь встань с меня, ты не пушинка. Коннор едко улыбнулся и поинтересовался: — А если не встану? — Останешься без партнёра для спарринга. Коннор встал и протянул отцу руку. Хэйтем проигнорировал помощь и встал в один прыжок сам: — Может мне и пятьдесят, я не беспомощный. Хэйтем подобрал своё оружие и встал в стойку. Коннор усмехнулся и принял вызов, поднимая собственное оружие и нанося первый удар. Из окна за ними наблюдали Шэй и Ахиллес. Кормак подаёт голос: — Ты хорошо его учил. Ахиллес смеётся: — Он учился сам куда больше, чем я учил его, по крайней мере, всё что касается боя. Колено. — Прости за всё… — И ты… Следующая фраза была произнесена ими в унисон: — Я не знал, что из этого выйдет. Они переглянулись и снова замолчали, наблюдая за бывшими врагами, что катались по траве, выясняя, кто из них победил во втором бою. И стоит напомнить, что одному из этих спорщиков было двадцать один, а другому пятьдесят один. Стоит ли говорить, что они выглядели как два ребёнка, что никак не могут набеситься, впервые они были похожи на семью, впервые они не ссорились, а просто оба наслаждались компанией друг друга. Стена между отцом и сыном рухнула, но смогут ли они противостоять грядущему, ведь за ними уже наблюдает враг из тени леса.