WWW:

Они всегда были и будут друзьями. Бомгю об этом думает буквально каждый божий день, размышляя над тем, стоило ли, тогда в прошлом, бежать через песочницу и падать прямо под ноги Чэрён, которая будучи маленькой взрослой, не смогла пройти мимо ревущего малыша. Она похлопала его по плечам, утирая грязные разводы с щёк своим маленьким платочком, на котором — Бомгю помнит до сих пор — была вышита ярко-жёлтым бисером крохотная бабочка. Он думает об этом, когда заплетает её рыже-медные волосы, перебирает длинные пряди своими пальцами, что так любили держать её ладошку в кармане тёплой куртки. Чэрён лишь мягко смеётся, когда парень снова забывает какую прядь продел в косу и просит разрешение начать всё заново, попутно сетуя на то, что предложение подруги сделать ей прическу именно в этот день, оказалось ошибочным и неправильным. Между ними небольшая разница. Всего четыре года, которые для Бомгю отдаются приторно горьким, а для Чэрён большой пропастью, что первые десять лет не позволяла ей относиться к нему, как к парню и другу, а не как к ребенку, за которого Ли была в ответе. Но несмотря на то, что ему уже двадцать два, а ей двадцать шесть, она всё равно его часто зовёт малышом и треплет по щеке, отмечая как он ещё юн. Бомгю готов быть для неё вечно маленьким, лишь бы она не переставала улыбаться, как лисёнок из книжек, стоит ему ласково обратиться к ней, как к нуне. Чэрён его друг. Она очень взрослая — об этом девушка сообщает ему из года в год, но ведёт она себя совершенно иначе, иногда так, словно младше она, а не Чхве, который в такие моменты с радостью принимает на себя роль старшего. Его плечо всегда под её головой и пока она греет свои руки в кармане его пальто, Бомгю напевает ей тихие песни, зная что девушка любит, когда они так стоят. У него в комнате до сих пор лежит пошитый ею кролик, которого она подарила ему, как только Бомгю исполнилось семь. Часто мучающие ребёнка страшные сны не оставили Ли равнодушной и она исколола себе все пальцы, чтобы сшить ему друга, что будет защищать его по ночам, когда сама Чэрён не может. Нужно отдать должное. Кролик выглядит так, словно шил его профессионал и если бы не эскизы и выкройки в комнате подруги, он бы подумал, что она купила его и обманула. Чэрён вообще Бомгю обманывать любит, но он к этому уже привык и научился ложь различать, хотя хитрая лиса иногда умудрялась победить. В начальной школе она врала, что зубная фея существует. В средней школе о том, что если Бомгю не будет пить противное топлёное молоко, он не сможет больше держать в руках джойстик, потому что тот будет выпадать из слабых рук. Когда он стал старше, она врала, что ни с кем не встречается, хотя Чхве видел как она переписывалась с каким-то Субином, который поверх своих розовых сообщений, присылал ей и розовые цветы. Чэрён нравился белый. Белым был его кролик. Белым была обставлена её комната. Белая ткань использовалась, когда мама шила ей любимое платье. Белым был щенок Хюнин, которого подарил ей Бомгю на шестнадцатилетие, понимая что ей тоже нужен друг, что будет защищать её, пока рядом нет Чхве. Хюнин понравился ей сразу. Мягкий и весёлый, он напоминал саму девушку, которая не расставалась со своим подарком и на минуту. Благодаря Хюнину у них появилась новая традиция — гулять около берега с псом, встречая закат. Чэрён, глядя на горизонт, делилась тем, что случилось у неё за день, рассказывала о том, что не успела поведать днём по телефону. Бомгю тогда смотрел на неё и думал, что внутри у него что-то не так, но понять он этого не мог. Это было что-то похожее на те чувства, когда он узнал в средней школе, что Ли стеснялась его, поскольку Чхве был младше. Однажды, когда они стояли вот так у моря, он сообщил ей о том, что у него появилась девушка. Его одноклассница Рюджин, которой он симпатизировал долгое время, неожиданно призналась в своих чувствах и он ответил, тут же, впрочем, делясь этим с Чэрён. Она тогда неожиданно выпустила их рук поводок, позволяя радостному Хюнину побежать вдоль мокрого песка и посмотрела на него непонятным взором, то ли осознавая, что он уже вырос, то ли отыскивая в себе что-то ещё. Бомгю совсем не понял её взгляда, но расслабился, когда девушка обняла друга, саркастично спрашивая кому же так не повезло. Чэрён была идеалом, среди девушек, для Бомгю. Рюджин ему нравилась, потому что они были похожи с ней своей искрой в глазах, этим оптимизмом и лисьими замашками, которые заставляли его сердце каждый раз замирать. Бомгю был уверен, что в его системе было что-то не так, потому что он ощущал себя, как девушка, что ищет своего спутника, похожего на отца. В школу они ходили вместе. Сначала в младшую, потом в среднюю. Старшая, отразившаяся в его памяти страшными экзаменами и редким присутствием Ли, выпала только на его одинокую долю, потому что подруга уже выпустилась. Каждый раз они встречались у небольшого пункта остановки, чтобы пойти вместе учиться, по дороге переговариваясь о планах на день и поедая вкусный ток, которым угощала его Чэрён. Со временем, они всё также встречались там — словно это был обязательный утренний ритуал, что нарушить было нельзя. Даже, когда уже оба учились в колледжах. Бомгю помнит, как однажды он обещал встретиться вместе с Чэрён на остановке, но из-за внепланового визита Рюджин опоздал, всё же прибегая на место встречи, спустя три часа назначенного времени. Не испытывая и доли надежды на то, что подруга его ждала там до сих пор, он всё же ворвался в осенний вечер, останавливаясь в двух шагах от Ли, что сидела на корточках в ожидании друга. Её озябшее тело и горячие руки Чхве — отпечатались в его сознании до сегодняшнего дня. Он очень долго извинялся, согревая её собой и кутая в свою длинную широкую куртку, пряча где-то у груди. Её глаза в тот вечер часто замирали на его лице и сама она порывалась что-то сказать, но никак не решалась, шутя, что за такое можно и скормить Бомгю Хюнину. Он поддерживал её смех, думая что от того, что они так близко, у него приятно внутри и прощаться с этим чувством не хотелось. Бомгю улыбался так, как любила только подруга и держал её за руку, ведя в круглосуточную забегаловку, обещая, что накормит её самым вкусным чачжанмёном из всех, что она пробовала. Чхве всегда держал её за руку, обнимал так крепко, что она жаловалась на нехватку воздуха и просила остановиться. Они бесились, как маленькие дети и Бомгю часто щекотал подругу, придавливая своим телом её к дивану, и громко угрожая ей, если она ещё раз сравнит их возраст, обозвав его малышом. Чэрён в такие моменты не двигалась, сипло дышала, улыбаясь, и пыталась отвести взгляд, словно дразня. Но Бомгю не позволял ей, потому что ему нравилась играть в эти игры, потому что ни с одним другом он не мог так играть. Но он был соврал, если бы сказал, что ему не нравились те чувства, которые он испытывал каждый раз, когда они были вместе. Его сердце гулко билось в груди, а ощущение огромного счастья — заставляло его потискать Ли в своих руках ещё немного. Бомгю и не знал, кто из них двоих был глупее. Она, которая, кажется, была влюблена в него всю свою расцветающую молодость или он, который с удивлением осознал, что его чувства были совсем не похожи на те, что испытывают именно друзья. Но если Ли знала это с самого начала, то из них двоих — только он, Бомгю, был недалёким и действительно маленьким мальчишкой, что смог всё понять лишь тогда, когда Чэрён стояла у свадебного алтаря, с заплетённой руками Бомгю причёской, позволяя держать себя за руку совершенно другому мужчине. Её мужу. Пыталась ли она сохранить их дружбу, подавляя в себе яркое чувство любви? Боялась ли того, что её могут осудить за то, что её избранник был младше неё и совсем не смотрелся с ней, как парень, потому что все привыкли, что он её лучший друг? А может она просто знала, что скажи всё это тогда, совершенно незрелому Бомгю, то он точно бы не понял её и их дружба бы разрушилась? Но так или иначе… Они всегда были и будут друзьями.