Приносящая бедствия

Если найдёте мою эмоциональную стабильность, передайте ей, пусть вернётся…

Шел конец декабря, до конца семестра остался один день. Каждый уголок UA был пропитан рождественской атмосферой. Все цепляли на себя мишуру, оленьи рожки или же красные шапки Санты Клауса. Конечно ученики класса 1-А не стали исключением. Мина и Каминари были наряжены как рождественские елки, и те, кто ещё не вобрал в себя дух праздника, был принужден это сделать насильно. После своего отвратительного десятого дня рождения Эмилия перестала отмечать какие-либо праздники, в том числе и Рождество. Но, когда она перевелась на геройский факультет, ей пришлось начать свою жизнь сначала и избавиться от прежних предрассудков. Натянув на себя мишуру и оленьи рожки, Волконская поперлась под руку с Миной в кабинет, где уже было большинство их одноклассников. Но они по какой-то причине не вступили с ними в разговор, а пошли в учительскую, где всегда перед началом уроков спал Айзава. К ним присоединился и Каминари. Но минут через семь они уже вернулись обратно. Все ребята пересматривали и обсуждали интервью, что Эми, Шото и Катсуки дали вчера. Конечно все два с половиной часа не могли попасть в конечный вариант, и многое пришлось урезать. Особенно ответы одной личности. Одной блондинистой личности со сложным характером и не скупой в выражениях. На экране смартфона Серо было то злосчастное интервью, где большинство ответов давали Волконская и Тодороки. Самого же Бакуго видно было в лучшем случае наполовину, а иногда даже только клок светлых волос и лоскуток школьной формы. — Интервью шло целых два с половиной часа, а Катсу полностью вырезали!!! — сквозь смех говорил Каминари, стоя рядом с ржущем в голосину Серо. — Вставьте меня обратно, уроды! — от ярости у парня скоро могла пойти пена изо рта. — Ты мог сказать, что репортеры на самом деле защитили его… — тихо осудила Денки Урарака. — А ты все больше и больше отдаляешься от Всемогущего… — прокомментировал запись Мидория, сидя за партой. — Бакуго в конец голову потерял, — сказал сочувственно Минору, сидя на парте зеленоволосого. — А ну быстро убери свой зад с парты, Минета! — командным голосом произнёс Иида, активно махая правой рукой. — Я все слышал, дерьмодеку! И тебя тоже, мячеголовый! — продолжал орать блондин, на что Эми закрыла уши, так как его возгласы чуть не заставили ее барабанные перепонки лопнуть. На экране Ханты все это время проигрывалась та запись, что навела такой шум в их классе. — «Скажите, какой ваш любимый герой?» — «Всемогущий» — «Простите, Волконская, а у вас какой любимый герой?» — «Сотриголова» — КАКОГО ХУЯ ВЫРЕЗАЛИ МОЙ ОТВЕТ, БЛЯТЬ!!! — рассвирепела не меньше Катсуки русоволосая, — Я, блять, скандал такой учиню! — Эми, это интервью не предназначалось для признания в любви, — спокойно заметила Тсую. — Какое ещё нахуй признание, блять?! — продолжала та возмущаться, — Я хотела, чтобы все перестали принимать его за взрывного безмозглого подростка, понимаешь?! — после этих слов Бакуго по какой-то причине немного нахмурился и перестал активно принимать участие в разговоре. — А это разве не признание? — произнесла Джиро, за что получила неодобрительный взгляд от подруги. — У Бакуго и Тодороки это уже третье интервью, — как-то печально произнесла Яойрозу. Ей наверно тоже хотелось оказаться на их месте и показать себя. — Видимо, Катсу собирается дать своей положительной репутации, которую он заработал после того инцидента, пропасть даром, — также подметила Кьека, — Хотя Волконская тоже не уступает… В этот момент Мина уже шла успокаивать свою подругу, что уже готова была проломить башку каждому встречному поперечному. Иногда и на неё находило очень агрессивное настроение. Наверно в этом виновато плохое влияние одного взрывного шпица, что очень сблизился с ней за последнее время. В класс вошёл Айзава-сенсей, и его встретил целый шквал голос, что значительно усилился с приближением праздника. В глазах его так и рябило от обилия рождественских украшений и какого-то синего света, что хуярил ему в лицо. Все ученики поначалу замолчали. Они удивлённо осмотрели учителя, будто видели его в первый раз в жизни. Но потом они залились таким смехом, что его было наверно слышно во всей школе. Даже самые тихие и насмешливые ученики не могли удержаться от небольшого смешка. — Волконская, ты наказана… — устало произнес Шота. — Да за что?! — девушка делала вид будто ничего не понимает. — Тогда признавайся, кто нарядил меня в рождественскую ёлочку?? — он посмотрел на русоволосую так, что никто не сомневался в неизбежной расправе над ней. Мало кто мог выдержать этот его взгляд, да и те, кто выдерживали, оставались под сильнейшим впечатлением. Но только не Эмили. Ей было насрать. Он постоянно так на неё смотрит, и что? не умерла же! — Вечно на меня всех собак повесят! Я тут не при чем! — вскинула русоволосая руки. Как бы она не старалась, но она не могла скрыть свою ехидную улыбочку, которая так и пыталась появиться на ее лице. — Знаешь, проснуться после крепкого сна и думать, почему все так странно на меня пялят, не самое приятное ощущение, — если говорить честно, то возмущение его было вполне обоснованным, — Я уже всерьёз задумался, почему все вокруг мерцает синим и с чего у меня начались такие жёсткие галюны. Проснувшись и посмотревшись через некоторое время в зеркало, Сотриголова смог увидеть себя во всей красе. Поверх лент, что всегда были на его шее висела синяя гирлянда. Такого же цвета мишура была обвязана вокруг его рук и ног. Плюс ко всему всякие рождественские игрушки были привязаны к его волосам, которые кстати он смог отвязать от себя только к концу дня. — Айзава-сенсей, но вы же сами нам не разрешили принести сюда елку! — решила попытаться оправдать свою подругу Мина, на которую все свалил учитель, хотя это была их общая с Эми идея. Но, несмотря на ее старания, он все равно был абсолютно уверен, что все это устроила его любимая ученица, так как остальные скорее всего бы зассали сотворить с ним такое. — Как вы вообще пришли к этой гениальной и ультраиновационной идее сделать из учителя рождественскую ёлку?… — произнёс тот, неодобрительно посмотрев на розоволосую. Не стоит, думаю, описывать чувства Сотриголовы и то, в каких выражениях он в этот момент материл про себя русоволосую, но одно можно сказать точно: ей повезло, что здесь было слишком много свидетелей, иначе возможно Шота бы не удержался и грохнул ее нахуй. — Понимаешь в чем дело… — девушка перестала отнекиваться и решила раскрыть карты, — У нас был выбор: нарядить тебя в Санту или же в ёлочку. И мы остановились на ёлочке, потому что ты больше похож на ёлочку. — Я. Похож. На ёлочку… — от смеси злости, непонимания и удивления классный руководитель уже не находил слов. — Хе-хе, ну да! — Волконская и Ашидо уже не скрывали своего удовольствия от реакции Айзавы, в то время как Денки пытался потихоньку спрятаться под парту, потому что уже чувствовал одним местом, что их ждёт пиздец. — Вы куда ее, блин, подключили, что она продолжает др сих пор работать? — сказал тот, пытаясь снять с себя гирлянду, которую Мина так хорошо завязала, что было очень тяжело развязать без посторонней помощи. — Итак, ученики, смотрите, прямо сейчас мы узнаем, каким же все-таки местом Каминари заряжает наши телефоны… Парень тут же выплюнул изо рта провод от гирлянды и, вместо того, чтобы спрятаться, вообще решил съебаться из класса. Куда-нибудь. В другую страну, например. Но, к сожалению, ему это не удалось. Ещё долго мог отчитывать их классный руководитель, но к ним вошёл в класс Хизаши. Он тут же сфоткал прекрасный внешний вид своего коллеги, от души посмеялся и поблагодарил Мину, Эми и Каминари, сказав, что это самый лучший подарок на Рождество в его жизни. После той короткой сцены, Сущий Мик вывел Сотриголову для какого-то важного разговора. По возвращению классный руководитель ребят не наказал, сделав поблажку в честь Рождества, но предупредив, что это первый и последний раз, когда он такой добрый. Сложно было сказать, почему он смягчился. В обычном своём состоянии он бы ни за что не спустил с рук такой поступок. Возможно на него повлиял разговор с коллегой или же ответ Эмили в интервью о любимом герое. Может и то и другое… Впрочем, важен сам факт. После нескольких уроков на большой перемене ребята остались в своём классе и занимались своими делами. Каминари, Киришима, Серо и Мина в очередной раз списывали у Эми домашку. Кьека разговаривала с Момо. Не было только блондина и русоволосой, которая оставила свою тетрадку на растерзание друзьям. Они ходили на первый этаж к автоматам с едой и напитками, так как она очень хотела Липтон, а он пошёл за компанию под предлогом, что ему тоже нужно что-то купить в автомате. — Кстати, все хотел спросить, — прервал молчание парень, — Зачем ты во время боя себе запястье порезала? — он показал пальцем на ее перебинтованную руку. — А, так ты заметил? — сказала она с хитренькой улыбкой, — Сейчас объясню. Понимаешь, это своего рода стимуляция… — В смысле стимуляция?! — тот немного покраснел. — Ничего пошлого, идиот! — тут же возмутилась девушка, — Скажем так: селфхарм заставляет мою причуду усиливаться. Я ненавижу боль, следовательно мой организм пытается меня защитить от этой самой боли. — Быть героем и ненавидеть боль… мне кажется, это немного нелогично, — прокомментировал он. — В нашем мире много нелогичного! — вскинула руки та. Возвращаясь назад, ребята на своё неудовольствие встретили Моному. Им обоим он пиздец не нравился, а после того случая с нападением они все это время даже не разговаривали. — Привет, неудач… — помахав рукой, Нейто тут же осекся, — То есть Волконская… Привет, Волконская. — Давай без официоза, — девушка улыбнулась достаточно доброжелательно, в то время парень, что ее сопровождал смерил собеседника презрительным взглядом. Он еле удерживался от какой-нибудь грубости, но русоволосая взглядом дала понять, что сейчас это совсем неуместно, — Зови меня „Эми“. — Эми, мы можем с тобой поговорить…наедине? — блондин за все это время так и не смог поднять на неё глаза. Впервые такое с ним. — А не многого ты хочешь, отстойник?! — уже не мог сдержаться Бакуго. — Я не с тобой разговариваю, неудач… — Монома снова осекся, хотя ему удалось сохранить лицо в отношении парня. Он как обычно высокомерно на него посмотрел, но оскорбить или унизить в присутствии девушки по какой-то причине ему не удавалось. — Говори при нем, не заморачивайся, — махнула рукой Эмили. Она подметила, что при разговоре с ней Нейто растерял все своё напускное высокомерие, — Думаю, в твоих словах нет ничего сверхсекретного. — То, что я скажу, я не хочу, чтобы услышал кто-то ещё… — уголок рта блондина немного дёрнулся. — Не обращай на него внимания, — сказала та, взглянув на своего спутника и встретив его алые глаза, полные неприязни по отношению к ученику из класса 1-В, — Ну же, не томи! — Я хотел тебя поблагодарить… Если бы не ты, я бы… я не знаю, что бы со мной было… — тихо выговорил Монома. Он долго готовился это сказать, ведь такие слова претили его натуре, но он обязан был это сделать. Как герой и как более-менее порядочный человек. — Надо его и Киришиму благодарить, — произнесла та, показав большим пальцем на блондина, — Если бы не они, я бы последовала за тобой, — ее улыбка стала несколько насмешливой. — Нет… — твёрдо сказал Нейто, — Они тебя спасали, а ты… несмотря на наши взаимоотношения… пришла ко мне на помощь. — Они поступили бы также, даже если бы не было меня, — она провела рукой по волосам. — Не знаю как дерьмоволосый, а я нет, — раздраженно произнес Бакуго, за что получил удар бедром от Волконской. — Короче, ладно, забыли, — та подала руку блондину, — Будем друзьями! — Схуяли ты со всеми дружить собралась! — возмутился ее спутник, — Тем более с ним! Иди к окулисту или психотерапевту! — А тебе не похуй с кем я дружу?! — тоже возмутилась русоволосая. — Нет, не похуй! — Монома слегка усмехнулся и пожал ей руку, — Потому что ты тупица, и похоже совсем не умеешь друзей выбирать! — Сладкая парочка, я конечно не хочу вам мешать, но, боюсь, вас огорчу: скоро урок начнётся, — Нейто пришел в привычное расположение духа и обвёл этих двоих своим фирменным высокомерным взглядом. — Иди нахуй! — в один голос произнесли они, из-за чего тот разразился хохотом. Обсудив этот небольшой диалог, „сладкая парочка“ пошла в класс. Хотя, если быть откровенной, то они его не совсем обсуждали. Катсуки всю дорогу отчитывал Эмили за „тот случай“ (он до сих пор не мог простить себе, что позволил тем ублюдкам так ее отпиздить) и за то, как она легко решила подружиться с тем заносчивым ебланом, который вообще навряд ли понимает значение слово „дружба“. Она же все отшучивалась и посмеивалась над ним, впрочем, как всегда. Итак, войдя все-таки в класс, они застали достаточно интересный разговор. Изуку, Иида и Минору обсуждали репортаж, где жители Дейка говорили своё мнение о событии, произошедшем совсем недавно в их городе. По официальным данным неизвестные двадцать человек довели город до состояния, граничащего с полным уничтожением, всего за пятьдесят минут. Жители, вместо того, чтобы критиковать героев, которые не смогли предотвратить разрушения, высказали слова поддержки в их сторону. Прослушав репортаж все немного нахмурились. Особенно Волконская. У неё появилась небольшая морщинка на переносице, а губы были немного поджаты. — Ситуация конечно мутная, и тут многого не договаривают… — начала она, — Но мне кажется, здесь все не так просто… — Естественно не просто, тупица, эти челы разхуярили город за пятьдесят минут! — вспылил блондин. — Ты меня не так понял… — та приложила указательный палец к подбородку немного задумавшись. — Люди относятся к этому немного легче в отличие от того „посмотрите же!“ —сказала Урарака, имея ввиду под „посмотрите же!“ паренька, который во время боя Старателя с ному, обратил внимание на старание героя спасти людей. — Все благодаря вкладу Старателя! — ободряюще произнесла Мина толкнув немного в плечо Эмили. При упоминании своего отца, Тодороки был немного в смятении. — Я бы не была столь оптимистична! — послышался грудной женский голос, после того, как дверь в класс была настежь распахнута. В двери показалась Леди Гора в сопровождении с Полночью, — Возгласы одобрения от тех, кому мы обещали справедливую победу, в реальности — молитвы отчаяния! Все были в полном шоке от эффектного появления двух самых сексуальных героинь Японии. Только Эмили и ещё пару человек были не особо впечатлены. У неё было какое-то странное предчувствие. Девушке казалось, что скоро ее спокойные деньки в академии закончатся… По ее опыту счастье никогда не длится долго. Никогда, как бы не хотелось. Слова учителей и репортажи на телевидении тоже были не особо утешительные. Несколько учеников, что тоже не впечатлились при виде героинь, испытывали тоже самое. — Она наш приглашённый гость, — произнёс Айзава-сенсей, показав на Леди Гору рукой, — Будет читать вам лекцию, так как вы, ребята, в последнее время много работаете с медиа. — И где же плод моей работы с ними?! — заскрежетал зубами Бакуго, вспомнив интервью, где почти все слова его вырезали. — Все нормально, Катсу. Будет и второй шанс! — пытался ободриться его Киришима. — Возможно будет странно слышать такое от меня, — начал свою возмущенную речь Минета, указывая на героиню пальцем. Ему не понравился пафосный тон, в котором она выражалась, — но ее камеры испортили больше, чем кого-либо! — А ну замолчи!— та ударила его по руке, — Сегодняшний урок будет посвящён конкретной теме „медиа“, и я буду учить вас, как героям следует себя вести. — Могу лишь представить, что она заставит нас сделать, однако… — воодушевлённо произнёс Эйджиро, — давайте выложимся на полную и даже больше! Плюс ультра! Леди Гора, Полночь и Сотриголова отвели ребят за школу, где уже была установлена небольшая сцена. Приглашённая героиня объявила, что сегодня они будут практиковать геройское интервью, которое вызвало небольшие проблемы у троих учеников из их класса. Большинство подумали, что данное задание было слишком легким. Но на деле все оказалось совершенно не так. Первой пригласили русоволосую, так как она справилась пока что лучше всех, и, как сказала сама Леди Гора, имела большой потенциал в данной сфере. — Ты сегодня просто блистала, Немезис! — начала свое „интервью“ блондинка. — Да, благодарю, я выкладываюсь изо всех сил ради защиты горожан! — тут же подыграла та. — Можешь показать свой лучший приём? — продолжила в том же театральном тоне „интервьюер“. — Простите, но какой именно? У меня все приемы лучшие, — девушка хитро взглянула на одобряющую ее поведение героиню и мило улыбнулась. — Сколько гонора! — цокнув языком и подкатив глаза, тихо произнёс Бакуго. — Я заметила, что ваша техника боя очень схожа с техникой боя Ястреба. Как вы можете это прокомментировать? — гул голосов учеников, что не умолкал с того момента как Эмилия вышла на сцену вдруг резко стих. Все были наслышаны о том, как она с некоторым пренебрежением и раздражение высказалась по поводу героя №2 в своём диалоге с репортёршей. Героиня специально решила попробовать поставить ученицу в неловкое положение, чтобы посмотреть, сделала ли та выводы после вчерашнего. — У нас схожие причуды, поэтому вам так показалось, но не думаю, что нас можно сравнивать. Все же мы совершенно разные, — спокойно ответила она, получив положительный комментарий от Леди Горы. Следующим на очереди был Шото. Он был как всегда неразговорчив и несколько наивен. Именно его наивность поражала и умиляла героиню, что так и подмывало на всякие шуточки в его сторону. — Если такой красавец, как ты, придёт, чтобы меня спасти, у меня сердце из груди выпрыгнет! — восторженно произнесла она. — С вашим сердцем что-то не так?… — парень немного удивился. „Он такой милый. Я хочу его“, — промелькнула у блондинки в голове, и она продолжила задавать вопросы. Подводя итоги интервью, она сказала Тодороки, что ему стоит больше улыбаться. — Если наградишь всех пострадавших девушек своей улыбкой, они будут падать направо и налево! — по ее голосу было прекрасно понятно, что тот ей очень импонировал. — Они погибнут от моей улыбки?! — тут же испугался парень, немного не поняв выражение собеседницы. — Ох, да бога ради!… Следующий! — прекратила та диалог и приступила к другому ученику. Перед тем, как Катсуки вышел на сцену, приглашённая героиня объяснила ребятам важность особых приемов. Ученики подметили, что Леди Гора стала значительно серьезнее с прошлой их встречи. Айзава-сенсей объяснил это чувством ответственности, которое повысилось благодаря герою №1. Речь блондинки их очень воодушевила, и они стали выкрикивать всякие того рода кричалки, пытаясь показать себя с самой наилучшей стороны. — А для меня абсолютно все не имеет веса! — Урарака вскинула руки вверх, и почему-то после этой интересной фразы Эмили стала жутко смеяться. Той ее поведение конечно не понравилось, но она промолчала. — Мне нечего вам сказать, придурки! — наконец настала очередь Бакуго, и,подойдя к микрофону, он был как всегда в своём репертуаре, — Просто заткнитесь и следуйте за мной! — Что ж, ты ведёшь себя немного лучше, когда один. Возможно, ты просто не можешь сдружиться… со всеми, — прокомментировала Леди Гора. — Извините нас. Его вырезали почти полностью, потому что мы с Волконской были там, — отозвался на ее слова Шото. — Заткнись, урод! — вспылил блондин, — Быть не может, чтобы на мое интервью повлияли такие ничтожества как… — тут он резко заткнулся, посмотрев на русоволосую, которая надменно подняла одну бровь и взглянула на него как на какое-то дерьмо. Ее реакция кольнула его в самое сердце. Потом пригласили Изуку. Он очень боялся сцены, и, казалось, окаменел от страха. Киришима даже пошутил, что тот освоил его причуду отвердевания. Но, когда зашел разговор за Всемогущего, парень стал тараторить без умолку. Он рассказывал о своих мыслях по этому поводу, но, к сожалению, из его потока слов было почти ничего не понятно. Даже Яойрозу и Урарака, которые все это время пытались уловить нить разговора вскоре бросили это занятие. В конце он решил показать насколько ему получилось освоить своё ответвление от его обычной причуды, которая заключалась в выпускании плетей из рук. По словам одноклассников во время тренировки с классом 1-В у Мидории сошла с ума его причуда, и только благодаря Очако и Айзаве удалось избежать трагедии. Эмили была в предвкушении, ожидая чего-нибудь грандиозного, как на видео с тренировки. Но из перчатки зеленоволосого выпустилась какая-то небольшая херь, похожая на червячка. — Сейчас это просто маленький „бульк“, но я уже сделал первый шаг навстречу полному контролю над своей причудой! — воодушевленно произнёс он. — Хватит радостно прыгать вокруг своего „булька“! —раздраженно пробубнил себе под нос Катсуки. Вскоре занятия закончились, и ребята пошли в общежитие. Разойдясь по комнатам, они стали готовиться к предстоящему празднику. А именно готовили подарки друг для друга. В комнате блондина слышалась ругань и взрывы.