Укуси меня нежно

      Растёртые в кровь запястья назойливо жгло. Начавшие регенерировать ткани должны были восстановиться буквально за несколько минут. Девкалион дёрнул кисть из металлического кольца, заменяющего ему наручники. Сломанная кость восстановится, возможно, за час. Этого будет достаточно, чтобы освободить бету семьи Хейл. Он должен сделать то, что пообещал. Привести к нему Джерарда.       План мести долго зрел у него в голове. После смерти пары он сам стал смертником. Считая каждую минуту отведённого ему времени, альфа не переставал надеяться, что возможность отомстить Ардженту рано или поздно появится. И она пришла в виде заклятого врага охотника, Питера. Теперь стоило поторопиться. Что-то назревало. Земля вокруг кричала от ужаса. По другому он не мог объяснить мелку дрожь, сотрясающую всё вокруг. Пока это не пришло, стоило начать действовать.       Кость хрустнула, а безвольная рука опустилась вдоль тела. Удовлетворённо выдохнув, альфа усмехнулся ворчанию, послышавшемуся со стороны второго пленника:       — Ну и что ты удумал? — протянул Хейл.       — Терпение, мой мохнатый друг, терпение. Это, похоже, та черта, которой тебя обделили наш покровитель. Стоит немного подождать, и удобный момент придёт сам. Вот как ты сюда, скажем. Ты — тот случай, когда проведение готово помочь, если хорошо об этом попросить.       — А можно без этих хитросплетений мысли? Уж больно голова устала слышать всякий бред, — закашлялся бета.       — Ты вообще как? Регенерация работает? Джерард слишком искушен в практике пыток, — подвигав пальцами на свободной руке, Дюк довольно улыбнулся.       — Пока не очень. Видно, огонёк был с сюрпризом. Впрочем, как и всё в этом проклятом доме. Как думаешь, сколько он отвалили за ремонт этого подвала? — пытаясь отвлечься, спросил Питер.       — Сколько ни отдал, от прихода оборотней его это всё равно не спасло, — ответил альфа, открывая второй наручник.       Наблюдая за его действиями, бета только диву давался. Если тот мог так спокойно освободиться, то почему до сих пор был здесь? Видимо учуяв удивление, Девкалион посмотрел на него выжженными глазницами:       — Я уже мёртв. Умер в тот день, когда сердца жены и дочери перестали биться. Они меня ждут, а я всё никак не умру, потому что ещё остались незавершенные дела. Ты мне поможешь, и мы будем квиты. Тебе давно пора покинуть этот гадюшник, который по привычке считаешь домом.       Отстегнув одну руку Хейла, затем вторую, альфа махнул рукой в сторону закрытой двери:       — Вперёд. Я жду.       Размяв затёкшие плечи, Питер усмехнулся, чувствуя, как кровь свободно бежит по венам. Сегодня будет прекрасная ночь. Ведь пора отпустить волка на свободу. Не просто вторую ипостась, а то тёмное, что всегда настораживало и даже пугало Талию. То, из-за чего она недолюбливала его методы решения некоторых проблем. Кровожадного монстра, дремлющего внутри.       Скрипнула дверь, а Девкалион втянул в лёгкие воздух, пропахший жаждой крови и гневом.

***

      — Ещё чаю? — спросила Эллисон, наполняя свою чашку до краёв янтарной жидкостью.       Терпкий аромат чайных листьев заполнил комнату. Вдохнув запах свежезаваренного чая, Джерард с удовольствием наблюдал, как его единственная внучка пробует эклеры, покрытые блестящей шоколадной глазурью. Облизав вымазанные в помадке пальцы, девушка смущённо улыбнулась:       — Что? У меня что-то на лице?       — Нет, всё нормально, — усмехнулся старик, понимая, что время слишком быстротечно.       Всего каких-то десять лет назад он в этой же комнате пил чай с Кейт, и та с таким же удовольствием ела купленную в лучшей городской бакалее выпечку. Рассказывала о минувшей охоте и о том, что нашла лазейку в дом стаи Хейлов. Маленький, потерявшийся волчонок… А теперь это уже его внучка. Такая же амбициозная, как и её тётка, такая же прямолинейная… Лучший симбиоз обычного подростка и матёрого охотника, которым он смог её сделать буквально за пару лет. И считал, что усилия были потрачены не зря. В бою она была великолепна. Там, где взрослые мужчины брали силой, она добирала скоростью и хитростью. В обыденной жизни этого ангелочка невозможно было заподозрить в любви к кровавым пыткам, что было как раз на руку их семье.       Хотя, насколько знал Арджент, оборотни определяли охотников не по внешним данным, а по запаху. Запах пороха, крови и металла. Скорее всего, буквально через пару лет уже за самой Эллисон будет следовать стойкий шлейф смеси ненавистных для нелюдей запахов, который будет выделять её среди толпы. Милое личико и приятные глазу ямочки на щеках не смогут ввести в заблуждение ни одного оборотня.       — Мелисса настоящая кудесница. Очень вкусно, — мягко улыбнулся мужчина, ставя чашку на стол. — Но не стоит забывать, что у нас есть дела поважнее. Как думаешь, кто из братии Хейлов так дорог той бете, что он решился прокрасться в дом несмотря на усиленную охрану?       Вытерев на всякий случай губы салфеткой, девушка пожала плечами:       — Насколько я знаю, у этой твари нет пары. Не может быть, чтобы эта самая пара вдруг взялась из ниоткуда. Разве нет?       — Оборотни не контролируют этот процесс. Они сами не всегда могут предугадать, кто станет их половиной. Это же так романтично — найти идеального партнёра.       Эллисон фыркнула:       — Сопливый бред. Что может быть опасней зависимости от человека, который так же зависит от тебя. Это как камень, тянущий на дно реки. Прохлада воды приятно, но тяжесть бремени… Хуже не придумаешь.       Приподняв брови, Джерард хотел было возмутиться, но не успел. Слетевшая с петель дверь с грохотом ударилась о стену, а появившаяся на пороге тень метнулась к нему, откинув кресло с Эллисон в сторону. Девушка от удара потеряла сознание, так и не поняв что произошло.

***

      — Что твориться в этом городе?! — прижав парня с маской кабана на голове к полицейской машине, воскликнул шериф Стилински. — За последних три года это уже шестой случай ограбления, и это только на этой неделе. Куда катится мир!       — Не уверен шериф, но что-то происходит. Вызвано же у них чем-то это осеннее обострение, — пожал плечами Перриш, помогая запихнуть задержанного в машину.       — Да и эти, недавно приехавшие, не вызывают у меня доверия. Слишком много людей. Они не семья… Не все, конечно, но большинство из них явно промышляют совершенно не законными делами, — продолжил Джон, занимая водительское место.       Оглядев притихшую округу внимательным взглядом, заместитель шерифа устроился на пассажирском:       — Думаю, стоит доставить этого в участок, пока не поступил новый вызов.       — Согласен, — кивнул Стилински, поворачивая ключи в замке зажигания.       Когда машина скрылась за поворотом, на дорогу вышел подросток. Бледный, с темными кругами под глазами и кривой ухмылкой на посиневших губах. Поднявшийся ветер погнал по опустевшей трассе сухие листья и мелкие ветки. Скользящие за ним тени соткали плотный кокон вокруг его ног.       Проведя тонкими пальцами по кружащей у самой земли тьме, парень развернулся и направился в противоположную сторону. За город, туда, где находилась всего пара особняков на берегу небольшого озера.

***

      Уверенные в своей силе люди бывают слишком беспечны. В этом Девкалион убеждался множество раз. Веря в собственную неуязвимость и силу оружия, которым себя окружают, люди склонны делать глупости. Они теряют бдительность, что и приводит к плачевным последствиям.       — Посмотрите-ка, кто это зашёл к нам в гости? — хохотнул он, когда Джерард завозился на стуле.       У старика бешено стучало сердце, а пальцы мелко подрагивали. Он с ужасом смотрел на альфу, стоящего напротив него.       — Что? Страшно? Можешь не отвечать. Я знаю, что да. Это правильная реакция организма, поверь моему опыту. Так твоё тело легче справляется со стрессом.       Темная тень мелькнула у двери. Взрыкнув, черный волк занял место по правую руку от альфы. Привычка — дело сложное. Проведя пальцами по мохнатой голове, Дюк едва улыбнулся, ощущая недовольство зверя. Волк Питера жаждал крови, и это было хорошо.       — Ещё чуть-чуть, мой мохнатый друг. Дай насладиться моментом, — перебирая густую шерсть, альфа посмотрел на Арджента.       Знал бы старик, как легко обойти его охрану. Интересно, как долго проживут те, кто дал случиться такому. Смерть главы клана… Опустив веки, мужчина обогнул стул и, встав за спиной врага, прошептал ему на ухо:       — Знаешь, в чем сила любой стаи? В её целостности. Уверен, что ты это знаешь. Стоит лишить её альфы, и стая слабеет. Если лишить альфу пары, да и не только альфу, он умирает. Медленно, мучительно, долго ожидая конца. Знаешь, в чём плюсы того, чтобы быть альфой? Даже умирая ты даёшь кому-то надежду на лучшее. Но, — выпрямившись, Дюк провел трансформировавшимися пальцами по сухой коже щеки, — тебе этого не понять. Ты погряз в чужой боли и собственной злобе. Ты не придерживаешься Кодекса. Чаще используешь его в своих целях.       Слизнув каплю крови, оставшуюся на когте, альфа снова обогнул пленника:       — Ты изгой. Ренегат. Твоя братия хоть и боится тебя, но совершенно не уважает. А знаешь, почему?       Джерард замычал, задёргался, пытаясь освободить связанные руки. Покачав головой, альфа хмыкнул:       — Ты слишком многим насолил, идя по трупам врагов и друзей. Твоя голова будет стоит много. Очень много, а наш мир вздохнет с облегчением.       Пальцы с лёгкостью вошли в человеческое тело. Ломая рёбра, вспарывая ткани, Дюк с удовольствием вдыхал запах ужаса, смешанного с запахом смерти. Выпавшие на колени старика кишки под собственным весом соскользнули на пол. Человек дёргался, мычал, но сделать ничего не мог. От такого умирали, но не мгновенно.       — Какой же ты трус, Арджент, — оскалился Девкалион. — Тебе проще воевать с детьми, женщинами и стариками, чем выйти один на один с настоящим бойцом. Ты же убил стольких невинных, что фашисты по сравнению с тобой дети малые. Всему приходит конец, Джерард. Или ты надеялся умереть быстро? Поверь, лучше это буду я, чем он.       Лицо охотника бледнело. Кровь, капающая на пол, заставляла волка бесноваться. Клыки чесались, а зверь требовал вонзить их в горло врага. Прокусить кожу, сломать сильными челюстями позвонки. Ощутить вкус крови чудовища, по ошибке родившегося человеком. Хейл с трудом контролировал вторую сущность. Тихо рыча, он метался по камере, ища место, где спрятаться, чтобы не натворить бед.       Понимающая полуулыбка чужого альфы успокаивала. Помогала держаться из последних сил. Стоило немного отпустить волка, и тот перебьет всех в этом доме. Дюк это чувствовал, позволяя оставаться на грани. На тонкой границе между тем, чтобы быть человеком и стать зверем. Заняв место напротив Джерарда, он с интересом «наблюдал» за его агонией. Не смотрел, нет. Он впитывал в себя эмоции, витающие под сводами небольшого помещения: ужас, злость, ненависть, злорадство…       — Ты что-то хочешь сказать мне? Что-то, о чем я должен знать? Иначе почему ты так самодоволен даже при смерти? — вскинул бровь альфа.       Вытянув кусок грязной ветоши, заменившей Ардженту кляп, мужчина приготовился к потоку брани, но сильно ошибся.       — Твоя Лэтти жива. Милая маленькая девочка с волосами цвета пепельной розы. Как и у её мамы. Невинное дитя…       Закашлявшись, Джерард выплюнул кровавую пену и с издёвкой протянул:       — Вот только незадача. Кроме меня никто не знает, где её искать…       Глубокие морщины пролегли на лбу Дюка, пытавшегося найти хоть одну нить, связывающую его с семьёй, с его стаей. Никого. Ни одного живого. Морщины разгладились, а сам Девкалион, встав, снова обогнул ненавистного старика, даже на последнем издыхании пытавшегося выторговать себе жизнь.       Трансформация прошла моментально. Давно он не ощущал такой лёгкости. Удлинившиеся когти с мягким чавканьем вошли в шею Арджента. Перед внутренним взором замелькали картины прошедших дней. Сотни смертей: мужчин, женщин и детей. Пролистывая их, как страницы книги, он наконец нашел то, что искал. Маленькая девочка с пепельными волосами, забившись в дальний угол камеры, со страхом смотрит на вошедших мужчин. Подхватив её на руки, один из них, со смехом, подкинув с легкость её в воздух, ловит тонкое тельце. Его дочь молча сносит всё, иногда сверкая янтарной радужкой. Оказавшись на улице, Джаред кивает, и тот, что нёс её на руках, бросает ребёнка в открытый зев колодца…       — Арджент, — зарычав, Дюк с той же лёгкостью, что Арджент отдавал смертельные вердикты, разорвал его шею.       Губы ещё шевелились, силясь выдать хоть звук, когда голова покатилась по каменному полу. Упав на колени, альфа беззвучно зарыдал, давя в себе крик боли. Оглянувшись на забившегося в угол Питера, он умоляюще протянул руки. Это был конец. Действительно крах всех надежд.       Опустив голову, он обхватил лицо окровавленными ладонями. Ещё раз пережить смерть близких было слишком тяжело, особенно если похоронил их уже один раз.       Неслышной тенью Хейл скользнул к альфе и оголив клыки разорвал его горло, а затем отделил голову от шеи. Слизнув кровавую пену с губ, трансформировавшийся Хейл с ленивой улыбкой оглядел всё вокруг. Тело пошло новой рябью изменения, и на мир уже смотрел не бета, а новый альфа.       Вытирая руки о кусок ткани, оторванный от пиджака Арджента, мужчина думал о том, что стоило побыстрее уносить отсюда ноги. Услышав грохот и выстрелы в доме, он навострил уши. Крики охотников, стук падающей мебели…        — Кто-то зашёл в гости в неурочный час? — хмыкнул он, направляясь к выходу.