От ненависти до любви, один поцелуй

Зайдя в свою комнату, мужчина сложил приводы на стол, снял запыленную рубашку и жабо, и, проследовав в прачечную - небольшую мрачноватую комнатку в глубине штаба, взялся за стирку. - Тц, пыль такая едкая, мерзость, бормотал себе под нос Леви. УПМ она оставила в казарме, а вот вещи надо было постирать, ведь завтра вылазка и многие станут расспрашивать, почему одежда девушки не в чистом состоянии, а ей эти вопросы ни к чему. Одела ночнушку, так как более ничего удобного и подходящего не нашлось. Ткань ночнушки была не столь плотной, а цвет белый, по этому она немного просвещала. Взяв свои вещи в охапку, она направилась в прачечную, где и застала Леви, разговаривать с ним или ввязываться в новую драку не хотелось, тем более все тело у неё болело. Найдя в прачечной лохань и решетку для стирки, она начала застирывать свою одежду, подобно еноту. - Леви...ты так и не дал мне бумаги с планом, - разорвала нависшую тишину та. - Можешь взять на столе в моем кабинете, - не глядя на неё ответил брюнет. - Если возникнут вопросы спроси у Ханджи, она сегодня дежурит по штабу. Сидя у крана, из которого вытекала ледяная вода полуобнаженный капитан старательно перетирал вспененную, но все еще сероватую ткань, то и дело смывая мыло и намыливая ее вновь. Вся грудь мужчины была влажной от попадавшей на нее воды. Вода из-под крана была действительно холодной, руки девушки почти не привыкли к работе, хотя она и много трудилась, они были такими же нежными женскими руками, как и прежде, от холода кончики пальцев незаметно посинели и готовы были отпасть, но Лия вовремя закончила со стиркой. Девушка хорошо выжала белье, ведь силы ей не занимать у других девушек, хорошо, что именно в прачечной можно было развесить мокрое белье, дабы высушить его, изза своего не высокого рост, Хафнер пришлось встать на табуретку, чтобы достать до бельевой веревки. Когда капитан закончил стирать вещи, девушка уже вешала на веревку свою рубашку, держа в зубах прищепку, которая могла ей понадобится вскоре. Он вытер лоб обратной стороной запястья, смахнув с него пену. "Кажется, чисто". Капитан принялся полоскать рубашку и жабо. Вскоре его руки онемели от холодной воды. Он закрыл воду, встал. Сжав одежду в руках, напрягнув рельефные мышцы, он выжал всю воду и встряхнул ее. - Что ж. Я закончил. Раз так получилось, я жду тебя у себя. Заберешь бумаги и проваливай, - не выражая эмоций, сказал брюнет. Она пробормотала себе под нос слова согласия, прищепка во рту не давала что-либо говорить. Взглянув на себя Леви с досадой произнес: - Ну вот, брюки тоже намочил. И удалился в свой кабинет. Развесив одежду у себя, капитан снял ботфорты и забрызганные брюки, отложив их на кресло. "Сегодня её реакция замедленна, может что-то болит? Эрд рассказывал о её тренировках. Не может же быть, что просто нахваливал, или может? Как бы на вылазке не подвела, лучше бы думала про сражения, а не про интересные позы и мужские достоинствах. Глупая извращенка." Закончив со своей работой в прачечной Лия уже собиралась идти к Леви за бумагами. Чего тянуть то? Резкая боль в ноге привлекла внимание снова оступившейся девушки. Глянув на ногу, она тяжело вздохнула. На месте повреждения образовался синяк, кроме того она опухла. Передвигаться с таким небольшим ранением было возможно, но все же неприятно и даже немного больно. Дойдя до кабинета капитана, она постучала, собрала всю волю в кулак и приготовилась войти, хоть и не величественной походкой, но хотя бы не хромой. Услышав стук, Леви очнулся и осознал, что так и стоял практически голым, в одних трусах посреди комнаты. Он хотел было рвануть к шкафу и приняться разбирать вещи там, но упрямая своенравная Лия вошла в комнату, не дождавшись разрешения. - Бумаги... - потребовала Хафнер. Разрешение у капрала спрашивать Хафнер не собиралась, тем более она была зла на него, да и ей было глубоко плевать на его звание, да и на всего его, поэтому перед входом в помещение принадлежащее ему, та лишь постучала. Увиденное в комнате сразу заставило Лию покраснеть от пяток до ушей и встать посреди комнаты, так как, несмотря на капитана, она дошла до середины комнаты и лишь потом подняла на него глаза. Он замер. Это выглядело странно, если не сказать, глупо. Хоть в кабинете освещение от нескольких свечей было очень слабым, многие "детали" вполне можно было разглядеть. Рельефный пресс, упругие бицепсы, довольно широкие плечи и массивная шея. Леви впервые предстал перед девушкой в таком виде, он всегда слыл щупленьким коротышкой, однако, сейчас своим видом он доказал обратное. Капитан уставился на Лию. Неловкая пауза затянулась. Брюнет очнулся, хотя и не знал, как действовать дальше. - За...забери на столе, - выпалил он. - Чего уставилась? Прежде чем входить в следующий раз, подожди, пока я разрешу, ничтожество. Девушка не знала посмеяться ли ей или надеть ему штаны, или сначала посмеяться, а потом надеть ему штаны. Мысль о том, что увидя её краску, он посчитает её извращенкой или кем-то в это роде, заставила её неловко отвернуться, пытаясь не смотреть на его шикарное тело. А тело Леви было действительно просто прекрасно, особенно под светом свеч, голубоглазой хотелось подольше смотреть на его накачанный пресс, бицепсы, трицепсы, голые ключицы и, конечно же, на пах и темно-серые боксеры, которые также шикарно подчеркивали его талию. И тут девушку захлестнуло любопытство, она подошла к нему вплотную посмотрела в глаза, потом на пресс и снова глаза, в конечном итоге провела ладонью по прессу, считая мысленно кубики. "Один...два...восемь." - Ты же знал, что я приду, тем более сам сказал мне сюда прийти, ты же солдат, мог бы и побыстрее среагировать. Неужели смущаешься, да еще, было бы кого...Для меня мужчина или женщина ты - безразлично, но вот пресс у тебя и правда классный, надо мне поднакачать пару кубиков...а то совсем расслабилась. И не думай, что я потрогала твой пресс исключительно из-за своей извращенности, нет, просто так, из любопытства...специально для меня никто еще из мужчин не раздевался...ну, нет, если ты начал стриптиз, я могу еще и подождать, только сильно не крути попой, а то у меня глазные яблоки из орбит выпадут от смущения... - сказала ему сурово Лия. - Вот так вот смущайтесь почаще, вам идет, а то видеть вашу ежедневную кислую мину утомляет...Говоря откровенно, вам следует одеться, вы же "мой" мужчина, я буду "ревновать", мы же просто "созданы друг для друга" и оба такие же сволочи, - с сарказмом в конце произнесла серовласая. - Ладно уж, не буду забивать вашу "хорошенькую" головку своей философией...до свиданья, "развратный" капитан... - сказала девушка и направилась к столу с бумагами. - Хах, "развратный"? - переспросил мужчина. И она на эмоциях уже развернулась к двери и хотела эпично покинуть это помещение, но, так как она старалась не хромать, что-то в ноге, а точнее в лодыжке предательски хрустнуло и девушка со звуком падающего бревна брякнулась на пол, как же ей хотелось орать благим матом, не столь из-за боли, столь из-за упущенного эпичного момента. Белые листы разлетелись по всей комнате, бедная Хафнер, не в силах ничего сказать в вот этот момент, стала живо и ревностно собирать все листы до единого, пытаясь скрыть свою боль и эмоции. Собрав наконец все листы до единого, она встала, точнее попыталась встать и вновь упала, на душе у неё сейчас стало мерзко, гадко и холодно, будто облили грязью перед всеми. Снова встает. Падение. Руки плотно сжаты в кулаки, нервно дрожат. Глаза смотрят на лодыжку, смотрят и ужасаются тому, во что превратилась её нога, сплошной фиолетовый синяк с кровавыми подтеками. Он стал ещё больше. "Нет, только не сейчас. Мне же надо было просто покинуть эту чертову комнату, ее более! Вот теперь я поистине жалкая..." - Просто не смотри... - выдавила она из себя. Краем рубашки она прикрыла лодыжку, чтобы её плачевного состояния не было видно, а затем просто поползла к двери. Капитан, быстро схватив с полки первые попавшиеся брюки, небрежно натянул их, и, даже не застёгивая, подошёл к лежащей на полу девушке, поставив босую ногу ей на спину, оставаясь всё с тем же невероятно привлекательным голым торсом. - Не смотреть, говоришь? - Леви сверху бросил на неё свой бесподобный высокомерный взгляд. - Ну, как же я могу на это не смотреть, ведь я - "развратный" капитан, "твой" мужчина, ведь так, Хафнер? Меня забавляет это зрелище...Хотя знаешь, мы и без того достаточно унизились друг перед другом, это пора прекратить, но так не хочется...Я бы хотел видеть твоё жалкое лицо, когда ты будешь в слезах, поглощённая своими проблемами...Нет, во мне действительно есть что-то развратное... - вслух размышлял он. Чего-чего, а такого она от него не ожидала, но от того, что нога Леви хоть и слабо, но была на её спине, она не стала противиться и просто позволила ему вдавить себя в пол, так как сил сопротивляться у неё не было, да и не особо хотелось, её лицо все еще выражало безразличие. Лия не чувствовала, буквально, ничего. На его "речь" она ответила, как всегда, без эмоций, хотя тот был прав, впрочем, не было ничего такого, в чем бы Леви и не был прав, разве, что он был не прав в том, что она была шлюхой. - Да...именно...вот только сейчас мое лицо жалкое, самое жалкое не так ли, хочешь видеть мои слезы? Не думаю, что кто-то вроде тебя заставит меня плакать...хотя, может я буду плакать от "ревности", ведь ты только "мой", Леви...Да, ты действительно садист, хотя не скрою от тебя, мне тоже приятно видеть твои эмоции, какими они не были... - притворно улыбалась Хафнер, хотя ей сейчас было не до этого. Капитан нагнулся и навис над девушкой, надавив ступнёй еще сильнее, затем поставив на её спину колено. Он пропустил между пальцами локон её волос, провёл по шее. От прибавившейся тяжести, тело голубоглазой прогнулось и она еще больше расслабилась, подчиняться ему не так уж и сложно, даже её гордость сейчас не так уж волновала, ей было слишком стыдно признаться, но ей нравилось все это унижение, нравилось, даже приносило некое удовольствие, тем более его слова заключали в себе некую долю нежности. Когда он трогал её локоны, затем шею, это, кажется, вообще вышло за рамки дозволенного ему, девушка уже была готова залиться краской и отпрянуть, но, конечно же, все его действия были пустой провокацией, не более. - Насчёт сволочи ты абсолютно права, - сказал Леви. – Мы оба такие, но ты ведь ещё к тому же и похотлива, оказывается, – шёпотом добавил он. - Я не ошиблась, называя тебя развратником! А, что мне делать, когда со мною делает подобные вещи "любимый" человек?! Для твоего полного удостоверения в том, что я непристойная девушка, мне простонать, может...раздеться? - посмотрела на него она, подняв бровь. - "Любимый" человек, вот как? – удивился капитан. – Что ж, это было неожиданное заявление, должен сказать, – сказал он, понимая, что Лия говорила это не искренне, с сарказмом, однако, сам применил сарказм в ответе. – Одноко, вернемся к тебе - его настроение резко переменилось и с нежного, но всё же с ноткой жестокости голоса, он вернулся к низкому и сухому; капитан собрал бумаги и отложил их в сторону, не отпуская Лию. – Я смотрю, на вылазку ты завтра не собираешься? Это жалко. Думал увижу тебя в действии. - Собираюсь! Ты не посмеешь оставить меня тут! Обнажив лодыжку девушки и легонько проведя пальцами руки по больному месту. - Аргх...не трогай меня! - огрызнулась девушка, её голос стал слишком высоким и почти перешел на крик. - Не придавай этому значение. Я отосплюсь и всё будет нормально. Только не запрещай мне учавствовать в вылазке, это не честно и не справедливо! Если тебе так угодно, то могу и поплакать...Я в любом случае пойду на эту вылазку, я же солдат! - сказала она на нервах. - Ты выглядишь жалко, когда умоляешь, это мерзко, должен признать, я вполне удовлетворён этими играми с чувствами, – произнёс Леви, убрав ногу с ее спины. - Мерзко, жалко, а разве это тебе не нравится, сам же говорил?! - сказала та. - Удовлетворен, да? О каких чувствах может быть речь, не о моей ли "любви" к тебе, да, я тоже этим сыта по горло... - "Любви" ко мне? Ты не умеешь любить. Да, пожалуй, этого  достаточно. Хоть мне глубоко наплевать на тебя, ты всё равно представляешь ценность: не как человек или девушка, а как солдат, так что не обольщайся. Я не пущу тебя на вылазку, можешь не надеяться. Если не забыла совсем недавно ты проиграла мне, после чего готова исполнять все мои приказы без прериканий. Капитан встал и протянул руку девушке. Девушке и вправду было бы тяжело подняться самостоятельно, не факт, что она бы вообще смогла подняться, она крепко взяла его за руку и попыталась встать. Сделав один шаг она, буквально, упала в его объятия, но, хорошо, что он, в отличии от неё крепко стоял на ногах. Странно, она никогда не чувствовала себя слабее чем есть, голубоглазой нравилось вот так, как сейчас опираться на крепкое мужское плечо, все время, которое они шли до казармы Лия молчала, так как сказать было нечего, все итак было уже сказано.        Доведя Лию до места и проводив до самой кровати, так тихо, что даже не разбудил Рал, Леви тихо сказал: - Спокойной ночи, Хафнер, выздоравливай, -  и, развернувшись, чуть помешкая, вернулся в свой кабинет. - Постараюсь выздороветь до завтра. Спасибо... - ради приличия сказала та.