КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

5

      Ирина сидела, укутавшись в изофилию. Ей было страшно, её зацепило совсем чуть-чуть, но она никак не могла прийти в себя.       Зубы стучали, руки тряслись. Она не могла даже пить чай, который раздали всем волонтёры. Перед глазами вновь и вновь проносилась лавина. Её лицо и руки были оцарапаны. Кажется что-то было не так с плечом, возможно, вывих. Но Павлова никому ничего не сказала. Она ещё легко отделалась и не хотела, чтобы врачи тратили время на неё. И всё же ей было не по себе.       Вокруг сновали какие-то люди. Они что-то без конца спрашивали, она отвечала, но осознания реальности не было. Было чувство, что всё это происходит ни с ней. Она повернула голову на вскрик женщины, лежавшей на носилках около стены, и увидела, входившего в этот момент в кафе, Кривицкого.       Как она была сейчас рада его видеть! "Но как он здесь? У него же дежурство? От Москвы четыре с лишним часа езды… Вид у него, конечно…".       Геннадий увидел Ирину, сидящую на стуле в углу под покрывалом. Он подошёл, присел на корточки, заглянув ей в глаза, спросил: «Ты как?» Павлова попыталась улыбнуться, но улыбка получилась страдальческой. Он взял её руки в свои, осмотрел ссадины. - Сейчас, милая, потерпи, - бережно касаясь, Кривицкий убрал волосы с ее щеки, отклеил гемостатическую наклейку, чтобы посмотреть порез. Он был глубоким и проходил почти через всю щеку.       Она не сопротивлялась, сейчас он был тем, кто ей действительно был нужен. «Кажется у меня плечо вывихнуто…», - начала она, пытаясь снять покрывало с левого плеча.       Он остановил её движение, понимая, что оно причиняет новый приступ боли и снял покрывало сам. Классический вывих был на лицо. Нужно было срочно в операционную - накладывать швы, вправлять плечо. Геннадий снял свой шарф и сделал импровизированный бандаж, чтобы иммобилизовать травмированное плечо Иры. - Идти сможешь? - встревоженно спросил он. Она кивнула, встала со стула, и они вышли из кафе. - Я сейчас, - Кривицкий оставил её на крыльце и побежал к Брагину. Он что-то объяснял Олегу, жестикулируя и показывая в сторону Павловой.       Они вернулись вместе, Брагин и Геннадий, с ними была еще женщина с девочкой-подростком, которая плакала не останавливаясь. Брагин проводил их до такси, усадив всех, Кривицкий пожал руку Олегу, сел в такси, и они помчались в Склиф.       По дороге он позвонил Хромову, чтобы готовили операционную.       Таксист оказался нормальным мужиком, и по прибытию отказался взять деньги. «На чужом несчастье счастья не построишь», - резюмировал водила и укатил, пожелав всем хорошего Нового года.