КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

1

      Был мартовский промозглый вечер. Ирина возилась на кухне, решив приготовить рыбную запеканку на ужин. Вдруг раздался звонок в дверь. Она поспешила открыть, недоумевая, кого могло принести в такое время и погоду. На улице шел мокрый снег, и было довольно ветрено. На пороге стоял Кривицкий… Зрелище было жалкое. С его одежды и сумки стекали потоки жижи, а лицо, руки и даже очки были перепачканы грязью. Кот кинулся к нему и начал тереться о ноги. Он явно узнал того, кто баловал его вкусной рыбкой.       Ирина просто онемела. Что делать? Захлопнуть дверь перед носом Гены было бы верхом свинства, ведь человек попал в беду. А с другой стороны, с какой стати она должна ему помогать после всего, что он сделал? Всё же женская жалость взяла вверх над обидой. - Добрый вечер. Я понимаю, что не вовремя и в таком виде... Извини, - робко начал Кривицкий. - Вряд ли он уже добрый. Ты что, следишь за моим домом? Как здесь оказался? - Ирина смотрела на него с явным недоумением. - Шел со встречи к метро, и какая-то машина просто окатила…, - начал Гена. - Ну и пошёл бы туда, откуда шёл, - огрызнулась Павлова. - Извини, я не мог. Это был офис. Я уйду, не беспокойся. Мне только умыться, - пообещал Кривицкий. - Хватит топтаться. Заходи, снимай всё и в душ. Сейчас вещи твои посмотрю, чтобы переодеться. Кажется, костюм твой тренировочный оставался. - Мне правда неловко… Я …, - он не успел договорить, она прервала его. - Я сказала, в душ. Потом ужинать будем, - скомандовала Павлова. - Я не буду…, - попытался возразить Гена. - Без разговоров. Я пока одеждой займусь, - она развернулась и пошла ставить запеканку в духовку.

***

      Кривицкий начал снимать мокрую практически насквозь одежду и прошёл в душ. Ирина по привычке проверила карманы его одежды, в которых, как ни странно, ничего не было, и забросила всю одежду в стиральную машину. Протерла сумку, не удержавшись, заглянула, чтобы посмотреть содержимое. Ничего интересного, кроме каких-то бесконечных бумаг, там тоже не было.       Найдя спортивный костюм Кривицкого, она удивилась самой себе, что не выбросила его после разрыва с Геной и даже не убрала на ветошь. Костюм лежал на верхней полке шкафа, выстиранный и отутюженный. Как будто был предназначен для подобного случая. В этой же стопке была пара футболок Гены и его нижнее белье. Что толкнуло её оставить вещи мужчины, Ирина не могла ответить.       С кухни доносились ароматы запеканки. Павлова накрыла стол и налила в снифтеры коньяк. Он вышел из душа с полотенцем на шее. Его волосы были мокрыми. Сердце Ирины защемило. Господи, как она любила его волосы! Эти волнистые пряди с проседью, которые за короткий промежуток времени стали совсем седыми. Но седина так ему шла. Хотелось запустить пальцы в его шевелюру и перебирать завитки, успокаивая себя. Но вместо это этого Ира спросила: "Ты сегодня ел?". - Да, мы завтракали с Иваном Николаевичем, - кивнул Кривицкий, пытаясь еще раз убедить ее, что он сыт. - К сведению, уже ужин, Кривицкий. Садись, и тебе нужно выпить, чтобы не заболеть, - протягивая коньяк, сказала Ирина. - Ира, не надо. Я вызову такси и уеду, - отстранился Кривицкий. - Никого ты не вызовешь. У тебя даже денег нет. А коньяк выпить придется ни баловства ради, а здоровья для…, - Ира протянула ему снифтер, давая понять, что отказ она не примет.       Геннадий выпил коньяк одним большим глотком и начал есть. - Как всегда, всё вкусно, - отправляя очередной кусок рыбы в рот, сделал он комплимент хозяйки дома.       Ему было не по себе от того, что он вот так ввалился в её квартиру и опять с проблемой. Конечно, она была решаемой, но выбора у Гены не было. У него не было денег, он был далеко от отцовской квартиры, а болеть сейчас ему было никак нельзя. Приходилось принимать помощь от любимой женщины, которую он вовсе не хотел обременять никакими проблемами.       Но всё складывалось именно так. Он опять прибегнул к её участию. Он был голодным, невыспавшимся и вымотанным, т.к. не ночевал дома. Опять отец со своими закидонами выставил его из квартиры.