КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТРУДНЫЙ ПУТЬ К ДРУГ ДРУГУ

2

      В дверях противошоковой появилась заплаканная Татьяна. - Геннадий Ильич, спасибо вам. Как вы? — дрожащим голосом спросила девушка. - Всё нормально, Танюша. Я в надежных руках, - сказал Кривицкий, указывая взглядом на бригаду. - Как мальчик? - поинтересовался заведующий. - Егор? - уточнила медсестра. - Его зовут Егор? Так как он? - Кривицкий еще раз задал свой вопрос. - Я не хотела говорить, но операция еще не началась. Он плачет и зовет вас. Его пытаются успокоить, но безуспешно, - проговорила Татьяна, пряча глаза. - Так что же вы сразу не сказали? - Кривицкий попытался перекрыть капельницу.       Константин начал возражать, но заведующий был непреклонен. - Костя, я быстро, пять минут и я в твоем полном распоряжении. Можешь меня подстраховать, если думаешь, что я сбегу, - пошутил Геннадий.       Костя покачал головой, но, понимая, что спорить бесполезно, помог Кривицкому встать и пересесть в кресло. На нем настоял Костя, сказав, что не хочет терять время. Капельница продолжала капать.       Хирурги решили оперировать ребенка в отделении Кривицкого, и операционная была недалеко от противошоковой. Мальчик действительно плакал, никого не подпуская к себе. Кривицкий подъехал к нему как можно ближе и заговорил почти шепотом.       Костя очень хотел узнать, о чём говорит заведующий с ребенком, но эти двое говорили так тихо, что до него доносились лишь обрывки слов и всхлипывания мальчугана. Геннадию Ильичу удалось успокоить Егора, и его забрали в операционную.       Кривицкий сдержал обещание. Через несколько минут они уже катили в другую операционную. У Геннадия вновь открылось кровотечение.       Нужно было спасать руку. Последнее, что сказал, почти приказал Кривицкий, снять обручальное кольцо и ни в коем случае его не разрезать. Костя был в шоке. Только сейчас он заметил обручальное кольцо на безымянном пальце зава. - Вы женились? - вырвался у него вопрос, полный удивления. - Да, есть такое дело. Костя, еще одна просьба. Ничего не говори Павловой. Ври, что хочешь, и другим передай, очень тебя прошу.       - Вы с Ириной Алексеевной…? - от полной неожиданности слова просто застряли в горле Кости. Он попытался сосредоточиться на обручальном кольце. - Будет больно, - попытался предупредить Лазарев. - Я сказал, снимай. На меня не обращай внимание… не в таких переделках был, - твердо сказал Геннадий Ильич и стиснул зубы.       "Как же так?" думал парень, пытаясь снять кольцо с кровавого пальца Кривицкого. "Когда? Почему никто не знает об этом? Даже вездесущая Нина ничего не говорила".       Эта новость действительно выбила его из колеи, но он постарался быстро взять себя в руки и заняться кистью Геннадия Ильича, к тому же ему на помощь пришел Иван Николаевич. Костя не удержался и показал жестом на лоток, в котором предательски блестело обручальное кольцо Кривицкого.       Иван Николаевич, взглянув на побелевшего от боли Геннадия, прошептал: «Так и должно было быть», и, улыбнувшись под маской, начал помогать Константину.       Операция прошла довольно быстро, но Кривицкий плохо отходил от анестезии, сказывались потеря крови и стресс. Однако на все уговоры остаться в отделении он категорически отказался, заявив, что если не придет домой, будет хуже всем.       Сразу после операции он попросил свое кольцо. Сжав его в здоровой руке, он поблагодарил коллег, прошептав «Всё будет хорошо». Костя вызвал ему такси, которое не заставило долго ждать и, сев в машину, он уехал.       К их счастью, Ирина Алексеевна ни разу не позвонила.