— Higuchi, take Ryunosuke away, now!

На самом деле же, судьба Гин была неизвестна. За несколько дней до наступления трагедии, босс выдал ящерам тайное задание, на которое были отправлены: тихая убийца — Гин Акутагава, двойной агент — Тачихара Мичизу, мудрый и опытный — Хироцу Рьюро, а также несколько специально обученных солдат, чтобы подсобить в случае необходимости. Вернулись же всего двое. Через 18 часов перед боссом предстали двое, в знак уважения и скорби склоняя голову. Статус младшей сестры Акутагавы был неизвестен, ведь её тело так и не было найдено. Шахта обвалилась и по предположению ящеров, девушку должно было задавить грудой камней. Несколько часов попыток откопать тело не увенчались успехом. Поняв, это, они решили вернуться к боссу с выполненной миссией. Акутагава старший в ту ночь впервые повысил голос на собственного босса. От отчаяния. Он изначально был против того, чтобы его сестру отправляли в неизвестные катакомбы. Она была сильной, не менее ловкой, но в таких местах ориентироваться в одиночку (такое предпочтение Гин отдавала исследованию) было очень тяжело. Его сестра числилась пропавшей, а после приобрела статус героически погибшей, ведь её подразделение вернулось с нужной информацией, вот только, уже без нее. Огай был тем, кто способен жертвовать меньшим, чтобы его организация и его семья приобретала большее. Но это сыграло с ним злую шутку, ведь ему и самому пришлось жертвовать, чтобы Рюноске и Хигучи смогли сбежать и выжить. Так думала блондинка, точнее, она хотела так думать, ведь ей не хватило бы ума понять босса мафии, чтобы знать наверняка о его мотивах и дальнейших планах. Из-за накативших мыслей, даже в абсолютной тишине звонок в дверь услышали не с первого раза, но стучать в дверь никто не намеревался, что даже радовало. Лишь спустя три нажатия на изношенный звонок со стороны подъезда, Хигучи отлипла от темноволосого и, выйдя из гипноза, направилась проверить то, кого принесло к ней в гости. Это вряд ли были новые соседи, ведь мало кто захотел бы, вскоре после трагедии в Йокогаме, покупать новую квартиру в таком захолустье. Сняв цепочку с крепления внешней стороны двери, ещё не успев провернуть ключ в дверном замке, она громко попросила пришедшего назваться. Но ответа не получила. Тогда она повторила свои слова в требовательном тоне и добавила, что если человек не назовется, то двери не откроют. Снаружи послышался едва уловимый хрип, будто кто-то с той стороны двери пытался что-то сказать, но от бессилия не мог этого сделать. Ударив, совсем слабо по двери, человек снаружи скользнул кулаком по поверхности и будто осел где-то снизу о основания. Ключ в дверной скважине провернулся, совершив два оборота и взгляду предстала ужасная картина. На пороге стояла девушка: пониженные частоты и амплитуда дыхания, раздаженные красные глаза, явно от слез. Её лицо было измарано: грязью, царапинами, синяками, ссадинами и кровью, местами давно высохшей на её бледной коже. Одежда была в состоянии не лучше: вся порвана, а оставшиеся лоскуты ткани были грязными и напоминали образ грязной бомжихи, которая пришла попросить денег на еду или выпивку. И оно могло быть так, но как только Хигучи оправилась от шока и смогла проморгаться, она подавила истошный вопль руками, закрывая ладонями собственный рот. Её глаза начали слезиться, через уже несколько секунд они были на мокром месте, ещё через несколько потекли слёзы. Она ринулась на встречу, когда поняла, что появившаяся на пороге вот-вот упадёт от бессилия. Ичиё приобняла её чувствуя холодную бледную щеку на плече. Холод чувствовался даже через ткань рубашки, пускай та и была тонкой, от чего и было неудивительно. Сердцебиения было почти не услышать, да и стук был настолько медленным, будто сердце раз через раз останавливалось и отказывалось работать, но каким-то чудом запускалось вновь. — Акутагава-сан, срочно, принеси мне телефон! — её голос был настолько серьёзен, что парень тут же сорвался с места и захватив с тумбочки телефон, ринулся на звук. Но как только ступил в коридор, шокировано отшатнулся. Перед ним стояла та самая, очень похожая на него девушка, но в столь плачевном состоянии он с трудом бы мог её узнать, если бы не задумывался, что она могла так выглядеть. Она выглядела так, будто вылезла из могилы, чтобы напоследок увидеться с старшим братом. Хигучи забрала телефон, передавая брюнетку в руки собственного брата. Холод был присущ семейству Акутагава, но она была столь ледяная, что заставила с этого ужаснуться даже Рюноскэ. Он прижимал её к себе, но столь бережно, чтобы не навредить. Ласково гладил по волосам, что Хигучи успела испытать ревность, за что хлопнула себя по лицу, чтобы вернуться в чувства и отрезветь от гнева и шока, одновременно накативших на нее. Как только скорая взяла трубку, Хигучи пытаясь собраться с мыслями, молвила адрес, но так быстро, что, не разобрав, диспетчер просила повторять, ровно до того момента, пока, успокоившись, блондинка не произнесла спокойным тоном улицу, дом и квартиру, куда требовалась неотложка. В срочном порядке. Заявка была одобрена, оставалось лишь ждать. А Гин с каждой секундой становилась сродни айсбергу. Она была холодна, как лёд и увядала на глазах. Впервые в глазах Акутагавы было столько надежды и столько радости, когда ладонь, такая родная коснулась его щеки. Она улыбалась и тихо, болезненно шептала не быть таким хмурым и просила почаще улыться. Рюноскэ просил её молчать, но она не прекращала свой монолог. Она уложила руку на его щеку и задержала, чтобы в последний раз прошептать, попросив брата вспомнить того, после разговора с кем он пришёл столь злым и разгневанным домой. Акутагава сразу понял, что этот кто-то может быть связан со всем, что произошло и происходит сейчас. И парень хотел было обхватить её хрупкую пальцами, как рука сестрицы обессиленно начала падать навстречу. 》он думал, что она просто тянется к нему; . . . он не понял, что её сердце остановилось. 》