Так что же всё таки произошло после?

      Союз остановился посреди коридора и начал читать обложку:       «От кого: Верховный суд, улица XXX, Москва.       Для кого: СССР, улица XXX, Москва».       Сбоку поставлен штамп заказного письма.       Он открыл конверт, достал листик и начал вчитываться в текст:       «Собрание стран, решение суда по теме раздела Гитлеровской Германии.       Мировой судья Московского судебного района города окружного значения.       Повестка: От главного судьи, направление в суд №ХХХ для дальнейшего развития приговора и окончательного вывода.       Дата: 05.08.1945».       Союз завернул всё, как было, и положил в карман. Он вышел из больницы. До приговора ещё было 3 дня, за эти дни Рея должны снова переправить в другой конец города и на время поселить в камеру, чего Союз крайне не хотел — он беспокоился за младшего и не хотел, чтобы тому снова причиняли боль и телесные ранения. «Что же теперь делать?» — крутились мысли у него в голове.       Вскоре он успокоился и прибыл домой. Он спокойно открыл дверь, и к нему тут же подбежали дети, обнимая с криками: «Папа!», «Папа пришёл!», «Ура!».       Союз стоял и тоже своими, как у медведя, ручищами обнял малышей. Через некоторое время они отлипли и все пошли дальше играть. Он снял пальто и уселся на стул в прихожей.       — Если я заберу его сегодня? Надо позвонить… — размышлял вслух он.       Потом взял телефон, набрал номер и ожидал. Гудки, гудки, гудки… трубку взяли:       — Алло, товарищ СССР, Вы что-то хотели? — послышался твёрдый голос из трубки.       — Да, я хотел спросить: в камере номер XXX ещё есть место? — Спросил Союз.       — Нет, к сожалению, в той тюрьме мест вообще нет сейчас, всё переполнено пленниками, только если помещать в камеру для шести людей и больше.       — А где есть места? — Пытался хоть какую-то информацию выкопать Союз.       — Говорю же: нет нигде, нет. Как в сене иголку искать, — сказал офицер.       — Постарайтесь найти местечко.       — Так точно. — Сказал красноармеец и положил трубку.       Совкевич тяжело вздохнул и пошёл заниматься делами по дому.