Откуда ты?

      Поворочившись в кровати под трель входного звонка, парень, нехотя, поднялся с кровати и, шаркая ногами, подошёл к двери.        За ней стоял продрогший от холода Дима, который сразу влетел в открытую дверь, чуть не сбив Антона с ног. Этот низкоростный вихрь материл всевозможными ругательствами Антона за медлительность, а тот, еле сдерживая смешки, решил не говорить, что для таких случаев они сделали запасные ключи.       Всё так же бормоча себе под нос ругательства, Дима снял обувь и поплёлся в ванную, по пути бросая куртку и шапку, с хлопком закрывая за собой дверь. Антон так и стоял в проходе, искренне не понимая, какого хуя, происходит ранним утром, да, и ещё в его законный выходной. Решив, что позже спросит, поднял куртку, кинув на первую попашуюся под взгляд поверхность.       Этот придурок же потом об неё обязательно запнётся и обвинит в этом блондина. Так происходит буквально всегда, хотя Шастун чаще наблюдает все магические прелести неуклюжества, из-за чего наблюдения за фейлами в исполнении Позова вызывали ухмылку у парня, после чего тот как-то по-детски на него сваливаливал такие случаи, хотя Антон лишь стоял в стороне и пинал хуи, радуясь, что сегодня облажался не он. Что ж… бывает же и такое. Хотя, легче сказать, когда НЕ бывает.       Они с Димой могли завалиться друг к другу без предупреждения, просто прийти и посидеть на пару часов или же на неделю перекачивать, прячась от всего мира в квартире друга. Как получится. Когда давно дружишь с человеком, то уже перестаёшь его ощущать, как чужого. Это уже часть тебя.       Просто ниже, умнее и саркастичнее Шелдона Купера. Даже ключи сделали запасные от квартир, правда редко ими пользовались, постоянно их где-то теряя или забывая. Ведь, зачем, когда тебе открвают, даже не спрашивая причины, впуская в дом?       Это, конечно, больше относиться к Позову, потому что Антон если не на съемках, то дома, а Диму то фиг поймаешь.       Когда гость (?) вышел из ванной комнаты, споткнувшись о свою же сумку, отметил, что Антон куда-то намылился. — Куда ты? — Спросил лишь из оставшейся вежливости, как никак в гостях. — До магаза прогуляюсь, — и громко скинув обувь с подставки, снизу верх посмотрел на друга, — чё нить взять? — Алкоголь. У меня есть, что рассказать про твоего Арсения Сергеевича, — сказал и ушёл. — В смысле?! — Крикнул в след уходящей спине. — Иди, тут без чего покрепче никак, — ему лишь махнули коротенькой рукой.        Быстро дойдя до первого же круглосуточного магазина, Антон сразу зашёл в раздел с алкоголем и, не забыв на кассе попросить продавца о новой пачке сигарет, направился к выходу.       Его заинтриговало то, о чём Дима хочет рассказать, вспоминая, что он сам говорил, что не стоит узнавать о своём соулмейте в интернете. Странная лягушка, то не узнавай, то я сам расскажу. Максимально не постоянный человек. Выйдя из магазина, достал сигарету и, подходя к светофору, поджёг конец, вдыхая новую порцию никотина.       Уже подходя к дому, с улыбкой вслушивается в голос. Его голос. — Нет, я могу его понять, но когда, каждый божий раз, он рассказывает о краже уро…коня! — Он звучал очень раздражённо. — Появляется желание ударить его подковой этого же жеребца. — Избивать людей плохо, — не удержался от комментария и сразу же получил ответ. — Вот ты сейчас будь мил помолчать. — Грубо намекнули, что сейчас он только добавляет масла в огонь. — Как скажешь, милорд, — Антону понравилось его так называть. Голос бесится, но ему вполне подходит этакое прозвище.       Больше он не услышал. Видимо, Арсений Сергеевич решил помолчать, до момента, пока связь не спадёт. Антон его понимал, но всё же это немного обидно.       Выкидывая окурок, подходит к дому. Зайдя в подъезд, перешагивает ступеньки через одну, а то и через две, благо, родительские гены передали ему высокий рост. — Почему тут, будто стадо кабанов пробежало? — С порога крикнул Антон, снимая обувь. Не вылезая из тёплой куртки прошуршал к Позову в зал. Тот что-то печатал на ноутбуке и лишь позвал, махнув рукой, как чёртову собаку. — Что там? — поставив пакет с парой бутылок, что издали соответствующий звук, привлекая внимание друга. Уже усадив свою пятую точку на стул, снял чёрную пуховую куртку, кинув её на пол, согнулся, чтобы хоть что-то увидеть. — Так, блять. — Приблизился к ноутбуку, но в итоге просто отобрал его у Димы, и положив себе на колени, начал читать статью из популярной лет шесдесят назад газеты.

Семья Графов Поповых.

      "Как вам известно, представители данного сословия являются одной из самых нашумевших семей второй половины девятнадцатого века. Они прославились в количестве побед на дуэлях, но при этом помилованием противника.

Но такие ли они милосердные?

      13 числа 1837 года, в октябре месяце главу рода вызвали на дуэль. Зачинщиком конфликта стал Дворянин Виолье, который публично бросил вызов Графу Попову. Обосновывая это тем, что Граф неподобающе себя повёл с его дочерью, и желая защитить её честь, оскорблëнный отец назначил дуэль на ружьях. Представители Виолье были знамениты своими охотничьими навыками и меткостью. Они никогда не оставляли в живых своих противников, кто бы это не был. Животное иль человек. Они славились хлолоднокровием и холодным, не признающим эмоций нравом.       Итог дуэли всех удивил, ведь, оба представителя сословий и, именно данные господа, славились своими умениями и победами.       Все делали ставки на Господина Виолье, но ко всеобщему удивлению победу одержал Граф Арсений Сергеевич Попов, который был ранен в плечо, но не смотря на это, поразил противника финальным выстрелом в сердце              Что же положило начало такому решению, ведь ныне их семья ни разу не стреляла насмерть, предпочитая демонстрировать милосердие и власть над соперником, оставляя того на посмешище публике?       Из-за чего Граф Попов убил Дворянина Виолье и, что же стало с семьей умершего? — Он говорил о каком-то коне, — намекнул Антон и косо посмотрел на друга. — Убивать из-за коня? Серьезно? Ты хоть знаешь в каком он году живёт? — Удивлённо проговорил Дима, ища следующий слайд, но не отбирая ноутбука у Шастуна, что погрузился в раздумья. — Не уверен… — Вот и молчи в тряпочку. Вдруг этого ещё не произошло? А ты ему это скажешь? Кто знает, что произойдёт? Эффект бабочки, может слышал о таком? — Заговорчески прошептал Позов. — Ага, луна на землю свалится… Что это? — Он смотрел на статью, где сразу отметил имя своего соулмейта. Решив пока не читать, ждал объяснений. — Это? Его день свадьбы. Вдруг тебе интересно. — И будто от урагана быстро вскочил с дивана, большим кругом обходя Антона, и идя к пакетам. — Интересно, — кивнул и снова погрузился в ноутбук. Дима уронил бутылку. Что за неуклюжий человек?       В статье особо ничего интересного не говорили, лишь сухо описали семейное древо и круги влияния семьи, которые увеличились, благодаря данному браку, но Антон узнал немного о жене его Арсения. Её звали Алёна, про её отношения с мужем ничего не говорилось, её лишь описали - «нежная, как лепесток розы», а Арсения как «хладного красавца». Ничего интересного. Антон всё равно был рад что-то да узнать о нём. Пусть и то, что он убил кого-то. Тогда это, вроде бы, было нормально. Или под запретом…?

***

      В кабинете-библиотеке было душно, а ставни раскрывать было нельзя, потому что можно так кого-то да и прихлопнуть.       Например, бедного строителя, который и так горбачится в солнцепёк. — Лучше бы мои нервы так реставрировали! — Прошипел граф, складывая документы, убирая со стола мусор, иногда промахиваясь мимо ведра, а крошки так и норовили упасть на пол.       Из-за стоящей на улице жары Арсения и Алёну позвали на дневной пикник.       Когда на улице температура перевалила за сорок градусов, идти куда-либо не особо-то и хочется, но статус не позволяет сидеть дома, сложа ручки, и попивать бокал чего-то покрепче. Он не может спокойно насладиться выходным, что произошёл в честь громкого празднования. Граф давно перестал следить за датами на календарях и отмечать какие-либо праздники. Они, ведь, почти каждый божий день, так зачем утруждаться?       Закрывая кабинет на ключ, уходит вниз по лестнице. Его ждёт супруга, чтобы они вместе поехали в душной карете в лес, что находится за тысячу локтей, по этим ужасным кочкам, после которых у Арсения неимоверно болит спина. — Будьте добры ускориться, — с улыбкой говорила девушка и вскоре уже смеялась совершенно не по-дамски. Граф всё больше ненавидел этот день. — Шаврик! — Грубо крикнул мужчина, поднимаясь и облокачиваясь на перила. — Арсений Сергеевич! — Стараясь убрать улыбку с лица, и говорить серьёзно, отругала Алёна. — Прости-прости, — и прикусил себе язык. Он редко ругался и тем более такое слово как «Кусок говна» старался не употреблять преднамеренно, но он же не специально, поэтому внутренне дав себе ментальный подзатыльник и отругав Антона за то, что тот прививает ему привычку некультурно выражать свои мысли, вновь обратил свой взор к жене. Он просто описал этот прекрасный день, что такого-то? — Ужасный день… — Мы ненадолго, милый… — Поцеловав в щёку, наконец, вывела из поместья. — Не болит ничего, выглядишь устало? — всё же осмотрела взволнованым взглядом. — Давай скажем, что я ногу вывернул? — С надеждой шептал и даже взял обе её руки. — Боже… — Тяжело выдохнула, и покачав головой, посмотрела в глаза мужу. — Как скажешь. Не хочу, чтобы ты там против воли находился… — Расцепив их руки, сложила в замок. — Всё веселье испортишь своими похабными и страдальческими высказываниями, — уже снова улыбалась, подколола дворянка.       Алёна всё же уехала на дневной пикник, а Арсений ходил по поместью, выбирая себе бутылочку вина из погреба. Чуть не разбив ту по пути в кабинет, попросил помощи у служанки. Уже сидя на диване, слушал пение птиц за окном, пока не услышал голос. — Я и не думал, что ты такой некультурный, Арс, — удивлённо-приторно, будто издеваясь, сказал голос, после начав заливисто смеяться. — Будьте добры… Не то как вы назвали меня, а как минимум - Арсений, — поправил граф, стараясь скрыть смущённость от того, что его слышали. Он как-то запамятовал, что возможно его весь день слушали, — Ты много услыхал? — С надеждой спросил. Он надеялся на ответ «нет». — Нуу… — очень долго тянули, — начиная с того, как ты чуть не послал нахуй слугу…слуга ведь? — Засомневался Антон. — Верно. — Вот…и заканчивая обманом вывернутой ноги, обманывать ой как плохо, Арс, разве тебя в детстве не учили, что выдумывать ложь, ради своих интересов - нехорошо? — Уже окончательно насмехался над ним Антон. — Арсений! Моё имя Арсений! — Ради приличия поправил и расслабился, под продолжительное хихиканье. — Как прикажите, мой Лорд, — У кого-то было хорошее настроение, хоть Арс и не понимал отсылку к Звёздным войнам, Шастуна поведение мужчины очень забавляло. — Прекращай! — Шикнул на парня и допил бакал.       Арсений рад слышать Антона. Этого странного парня из другого века, пусть он и половины слов не понимал. Ради него старались говорить проще. Это грело душу, несмотря на то, что он и так умирал от перегрева в это же время. — Расскажи о себе чегось? — Робко решился граф на эту дерзость. Ему было безумно интересно узнать о будущем. Или хотя бы об этой туесе. — Например? — О чём желаешь? Чем дышишь иль о чём мечтаешь? — Настроение прибавлялось, так же, как и вино в его организме. — Давай, каждый будет задавать друг другу вопрос, потому что у меня их дохуя и больше, — честно признался. — Хорошо… Начнёшь? — Попов, открывая уже вторую по счёту бутылку, и чуть не роняя её от того, что о ставни ударились ветки. Он стал слишком пугливым, как мальчонка. — В общем! — С этузиазмом начал. — Я тут о тебе нашёл кое что…ну не я. А мой друг.       Пришлось напрячься, чтобы понять о чём говорит мальчишка. — Он про тебя в газетке статью нашёл. Вот… И у меня тут такой вопрос. Ты убивал на дуэли? Только честно! А то… — Голос прервлся. — А то, что? — Это подогревало интерес. Будущее вообще интересная штука, многие философы задаются сейчас вопросами о нём, а Арсений до конца всё ещё не может поверить, что у него есть возможность приоткрыть завесу этой непостижимой всем тайны. — А то петь буду! Только ради тебя, Арс. — Убивал, — отчеканил Граф, вспоминая, как хотел прихлопнуть этого певца за его прозвища, которые, как бы не отрицал сам их носитель, начинали ему нравиться. — О…а…так сразу? Тогда скажи, почему? — Да… — Нехотя протянул Арсений. — Мисье Виолье был довольно груб по отношению к моей жене. Относился к ней будто к…летучей мыши, — шикнул и снова прикусил язык. Что-то его сегодня тянет на некультурщену. — Кого-кого? — Переспросил и в итоге протянул букву «О», — Типо шлюхи? — Если вам так проще, то да, — понимание, что тебе хочется откинуть вежливые слова, что составляют нормы этикета и начать говорить почти так же как и твоя родственная душа стало уж слишком заманчивой идеей. Но его останавливал оставшийся разум и воспитание, — я заступился за неё. — А в газете говорят, что ты петух такой-сякой приставал к дочери его. — Это было маленькое шоу и подтверждение моей любви к женщинам. — Тихо-тихо сказал, но его всё равно услышали.       Что ж теперь понятно, что громкость твоих высказываний абсолютно не важна, когда ты общаешься со своей родственной душой. Никакого личного пространства, вернее мыслей. — То есть? Ты типо догазывал, что не гей? — Кто?.. — Притворись тупым и от тебя отстанут. Обычно работало.       Арсений сам поражается своим актёрским талантам, благодаря которым в его голосе действительно слышится удивление. — Мда…я конечно знал, что не выхожу у тебя из головы, Арс… Ты хотя бы сам понимаешь, что это же, нууу… Тебя же могли… — Взволнованно тараторили. — Арсений, чёрт возьми! Я АРСЕНИЙ! — Перебил его, хотя, данное замечание было успешно проигнорировано. — Тебя могли, бестолочь ты такая, убить! — Со злостью выпленули.       В руке отдалось как от удара. Было неприятно, но терпимо. — Не убили бы…у него ружьё сломанное. А новое не брал. Люди глупы, раз не заметили малюсенькую деталь, а я просто указал место его семье, — Арсений уже сам перенимал злость и говорил всё ниже и ниже. Одновременно попивая вино. Оно ж не зря здесь стоит. Не для красоты. — Так. Ты там не кипятись и прекращай винище хлебать. Я щас сам опьянею — Скучающе протянули последнюю фразу. — Вы чувствуете? — Это заставило поставить бокал на столик и сложить руки в замок, будто это не он только что выпил три бутылька. — Ага…красное? — Красное… — И для чего-то кивнул. Хватит с него на сегодня вина, пожалуй, — Почему вы спросили про дуэль? — Я слышал что-то про коня, а потом мне показывают газету. Просто уточнил, что ты, Арс. Убил не из-за коня. — Во-первых я Арсений Сергеевич, в который раз повторяю вам. Во-вторых я не стал бы опускаться до такого низкого уровня.       Мысль о том, что про него так подумали, заставила задуматься. Он же не такой сдёргоумка. Да, и он просто выплёскивал эмоции. Лучше же другу, нежели в лицо офицеру…верно? — Ладно-Ладно… Давай теперь ты, — голос явно чего-то ожидал. — Что? — Арсений уже забыл, о чём его просят. — Вопрос, Арс, вопрос. — Арсений. — Резко сказал слово. Боже, видимо, пришло время смириться, этого мальчишку не возможно исправить. Он не знал, о чём можно спросить. В голове летал воздух с листьями. — Что ты любишь? — Ебать вопрос, попроще ваще никак?       Арсений не хотел признавать, что придумал это ещё давно. Он романтик, что вы ещё ожидали? — Много чего на самом деле…но тебе наверное интересно что-то более…слово не могу подобрать, то слишком пошло, то звучит слишком по-детски, — и как-то скомкано хихикнул. — Говори, как есть, — фыркнул граф, косо смотря на недопитый алкоголь. — Ну…объятья там люблю, спать долго-долго…только с тобой это не получается, блять. Ранняя пташка, сука. Ты вообще в курсе, что у меня так с тобой хронический недосып появится?! А про синяки под глазами я вообще молчу! В шесть утра, как ебанёшь, я ахуеваю! Ладно бы, ты ещё просто рано вставал, но нахрен говорить-то с утречка пораньше, откуда у тебя силы то на активность берутся?! — Возмущался, но если честно больше для потехи, нежели со злобой или претензией. — Я не могу себе позволить спать до обеда, — оправдался мужчина, будто пытаясь убрать хотя бы часть вины. А вино не убрал, вот стоит и так и просит, чтобы его допили, а кто Арсений такой, что бы отказывать? — Да понял, я это уже, Арс… — и фыркнул, — мне не нравится называть тебя… — Прокашлевшись и выдохнув, выдал, — Арсений Сергеевич, — прозвучало так, будто под алтарь собрался вести, но при этом противно уродуя его имя, непонятно растягивая его, — Арс…более приземлённей звучит. Так что смирись, Арс — Вы… — И снова прикусил язык. Хватит с него нецензурных слов. — Ещё люблю много говорить, часто, кстати, в нелепые ситуации попадаю из-за этого…       Арсению рассказали минимум шесть историй, а он почему-то не устал их слушать. Может, потому что половину не понимал.       Может… Но смеялся, задавал вопросы. Ему было интересно, что происходит с его Антоном. Жизнь парня явно била ключом, что заставляло Арсения краснеть от очередных пошлых комментариев. Истории, к слову, оставляли огромные просторы воображению, например, что такое телевизор и зачем каждую субботу с другом на него смотреть, наблюдая как в нём бегают человечки из разных команд и пинают мяч, Арсений так и не понял. — …хватит лакать вино, блять, — прервал тишину, после долгого разговора. — Расскажите ещё что-нибудь, — Граф уже соскучился по болтовне голоса...ну и так его не просят перестать пить. — Ох…конечно!..       Кажется, он только что поднял настроение своей родственной душе. Тот явно был в восторге от возможности пересказать всю свою подноготную.       Засыпая под тихий бархатный голос, граф хотел, чтобы этот день не заканчивался.