Мёртвые

7 января 43 года. -Каждые три секунды в Артграде умирает один человек - твердил безустанно стальной голос диктора скелетов. Не было призывов сдаваться, не было хвалебных речей о плену, где кормят и дают женщин. Просто нас заставляли осознать что каждые три секунды жизнь нашего товарища обрывается. А что если следующим буду я? Возможно это будет самая короткая глава моего дневника. Впрочем я готов. Скелеты возьмут меня только куском льда впечатанным в их грязную землю. Брат смеялся с меня- враг просто использовал пропаганду. Это банально и понятно. Как сказал брат. Меня бесило что в этой ситуации он оказался гораздо смелее и умнее меня, но было бы глупо это не признать. Мы всё дальше отходили от линии фронта к аэродрому. Он манил своей свободой. Очень хочется жить и вернутся к маме. Но сначала я выйду из окружения и вместе со своими друзьями уничтожу логово этой нежити. Мороз сегодня просто животный. Пальцы очень трудно гнуться, оружие уже похоже примёрзло ко мне. Мы выбросили все патроны и гранаты. Чуть позже я с болью в сердце бросил и винтовку. 8 января 43 года. До этого из города была слышна стрельба, сегодня утром она уже утихла. Остались вечным сном в степи все наши товарищи, теперь есть только мы с братом. Нам повезло найти очень маленькую деревню с парочкой зданий. Мы убили скелетов что жили в одном из домов и начали топить печь мебелью и книгами. Было больно смотреть на брата который рвал книги Чехова и Канта. Вчерашний день кончился разговором о том правомерно ли мы уничтожаем без жалости тех кто интеллектом не хуже нас. Наверное даже лучше, ведь эти черти побеждают. Но я был непреклонен - если бы не напали мы- напали бы они. И тогда нашей милой жизни пришёл бы конец. -Ей и так пришёл конец! - грозно сказал брат со злостью бросая очередную книгу в камин. Сегодня же мы увидели вдалеке аэродром. Бы обнялись с братом ликуя и бросая вещи в небо. По пути к аэродрому мы обнаружили разбитую позицию наших войск. Она была усеяна трупами и вещами. Похоже её разбила артиллерия. В центре позиции стояло громадных размеров строение с антенной. Мы зашли во внутрь в поисках еды и нашли её. А ещё брат нашёл документацию. Он сказал что это пропагандисткий монитор, судя по документам. Брат ошеломил меня. - Я был прав. Я был прав- кричал он как дурак. -Скелеты не могут читать. Скелеты не могут плакать из-за смерти детей. Мёртвые не плачут, не читают и тем более не воюют! - голосил он И брат ошеломил меня тем что всё это время мы воевали с людьми. Мы убивали их самих, жгли их заживо в домах, а я взял их ребёнка за ногу и разбил ему голову о стену. Всё это время нам врали. Я не поверил вначале. Как за год войны никто не понял обмана? Но брат сказал что эти мониторы стояли в тылу и если их кто и видел то не придавал значения. Кому интересно что там стоит в тылу когда мы идём вперёд и побеждаем? А тут нас разбили и тыл наш на виду. Тогда я спросил у брата почему дядя видел этих людей мертвецами, всё ещё надеясь что мы поняли что-то не так. Но этот крутосваренный перец напомнил что та война была позиционной. Мы сидели напротив "скелетов" несколько лет а потом просто подписали мир. Вот никто и не обнаружил обмана. Так что пришлось согласится с братом - мы убийцы. Банальные палачи из детских сказок про плохих и хороших. Мы вторглись в чужую страну и стали жестоко убивать местное население за вполне логичное сопротивление. Я бы на их месте тоже резал нас всеми средствами. Эти полоумные горели заживо но всё равно стреляли в нас. Они горели заживо но всё равно стреляли в нас! Что это за люди? В этой проклятой стране не было минуты чтобы кто-то не пытался нас убить! И поделом ведь? Поделом! Спасатели жизни. Укротители Пустоты! Мы с братом сидели ошеломлённые и молчали. Собачий холод приводил нас в зубодробильное состояние. Даже горячие мысли замерзали. Мы снова заговорили, когда брат грустно начал петь песню про майский дождь, о том что все люди отбросили страх заболеть и выбежали на улицы, прыгать по лужам как в детстве. Тогда я плакал в жизни второй раз. Мы решили что теперь главная наша задача выжить и не пустить врага домой. Отбросив на будущее лирику мы направились в сторону аэродрома. 7 февраля 43 года. Я уже не знаю зачем это пишу. Наверное мне не кому выговориться. Для матери у меня всё хорошо. Доминике хорошо и без меня. Брата больше нет нигде. Его убили наши при посадке в этот чёртов самолёт. Была драка за места, а мы как раз предусмотрительно выбросили винтовки. Бернард уже почти сел в кабину, как какая-то тварь выстрелила в него. Единственный родной мне человек на этой войне был бессмысленно убит. Стрелявший всё равно не успел. Надеюсь в плену эта сволочь ответит за содеянное. Наши огрызки привезли для обороны какого-то задрипанного городка. Без мониторов пропаганды города этих людей кажутся немного лучше. Немного. В войсках ходят слухи что после массы писем о мониторах наши люди поняли что натворили, и выходят на массовые митинги. Уже идут нападения на полицию. Кажется нашей лживой империи осталось недолго. Если бы не мама и наши люди, которых нужно защищать, я бы предпочёл сдохнуть вместе с нашим государством. Бывших скелетов мы теперь называем несторы. По имени дома который мы штурмовали в Артграде. Да и это имя было самым популярным у врага. 8 февраля 43 года. Сегодня я был на месте нашего дяди Рудольфа. За опыт мне дали звание командира взвода, так как кадровых младших офицеров было уже очень мало. Всех выбили снайпера несторов. Погода была очень мрачной и тёмной. Вокруг лежал мёртвый снег. Я осматривал позиции врага и услышал как на той стороне играли какую-то задорную мелодию. Когда она превратилась по нам ударила очень мощная артиллерия несторов. Казалось сами небеса падают на нас. Из моего взвода убито десять человек. 11 февраля 43 года. Этот боянист уже порядком достал меня! Уже три дня он играет, потом обстрел, и всегда с нашей стороны кто-то погибал! Говорят за ним даже посылали разведчиков но те не вернулись. Это наверное какая-то магия! Правда сегодня обстрелы кончились и несторы пошли в атаку. Глядя на них в бинокль я увидел как они буквально везут с собой солнце. На их стороне блестел снег, омываемый солнышком. Воображение рисовало картину благодарных мирных жителей, что среди залитых зеленью деревень целуют своих освободителей, провожая их на войну. Возможно когда-то и мы выглядели так, когда шли ведомые желанием победить смерть. Но я хотел испортить этим радостным ублюдкам праздник. Как бы там ни было домой я их не пущу! Июнь 43 года. Я не знаю какое сейчас число. Мне всё равно. Похоже всё кончено. После массовых протестов, переворота и непреодолимого наступления несторов в нашей армии наступила анархия и та, как дикое стадо побежала. Думаете мы не пытались их остановить? Ха. Это не возможно! Их огромная сильная армия буквально кипела праведным гневом. Они шли мстить за своих друзей твёрдой непобедимой поступью. Наверное единственным верным империи соединением была наша дивизия. Её поставили оборонять, о чудо иронии, мой родной городок. Несторы должны были прийти со дня на день. А я всё вспоминал один случай, который произошёл когда я был в плену. О да за это время я успел попасть в плен и убежать оттуда! Мы шли босые, оборванные, заросшие как бомжи. Нас вели под вооружённым конвоем. Мирные жители, которых мы пускали в расход не только не побивали нас камнями а и делились своими скудными пожитками с голодными нами. Один наш вырезал небольшие игрушки из дерева и пытался обменять их на еду. И ведь давали! Они смотрели на нас не как на жестоких палачей а с жалостью. Как на побитых щенков! Что у них в головах?? Или это такой способ унизить нас?? В любом случае это уже не важно. Я со своим взводом буду драться до конца. Мы отстоим родной город! 13 июня 43 года. Да я узнал какое число! Надо запомнить этот хренов день. Вотан в кого я превратился! В моей жизни больше нет позитива. Сегодня я искал маму, но её нигде не было. Зато я нашёл Доминику и её новую любовь. Может кто другой не стал бы и реагировать, но я это я. Я не бил мирных, но просто спросил - как тебе спалось всё это время, родная? Магазинчик процветает? На что та заплакала. Её парень смотрел на меня очень грозно. Видно хотел ударить. Такой милый и смешной. Я бы переломал ему все кости даже не моргнув. И он по моему взгляду это понял. Я ушёл чувствуя своё превосходство над ними, но не на долго. Потом стало так обидно и грустно, что я заплакал в жизни третий и последний раз. По словам соседей мама уехала к родственникам в столицу. Теперь она будет жить там. Она не дождалась меня всего пару недель! Мой боевой дух был втоптан в грязь. 9 июля 43 года. Судьба снова свела меня с мамой. Столица нашей Родины пала, несмотря на то что нас отправили её защищать. Всюду были несторы. Портреты их лидера - Артёма были везде. Бывший враг стрелял в небо и кричал о счастье и Победе. Я улыбнулся, ведь наша столица тоже стояла на реке. На реке Стикс. И да враг перешёл её. Значит действительно жизнь победила смерть. Только вот мне от этого не легче. Мы с мамой стояли в центре города и смотрели как несторы раздают гуманитарку нашим мирным жителям, пострадавшим от их же бомбёжек. Что в голове у этих людей? Брат сказал бы что это просто показуха и пропаганда. Что же это лучше чем то что делали мы. Мама протянула мне какие-то очки, одев их я снова увидел скелетов. -Не знаю поможет ли это тебе- грустно повела она плечами. Через время меня увели в плен и сказали что я буду восстанавливать то что разрешила моя страна. На этом моя летопись окончена. Я не знаю кто это прочтёт, но человек - если соберёшься мочить врагов своей империи убедись что воюешь не с людьми, и ещё - не надевай неправильных очков!