мой принц - мой король

Тэхён лежит на обнажённой и мокрой от пота груди, постепенно проваливаясь в сон. Он улыбается, пальцем что-то лениво рисует на ключицах альфы, а тот целует в плечо, вдыхая сладкий аромат своего омеги. Золотистое шёлковое одеяло, еле прикрывает наготу, и Чонгук рукой ведет по спине вниз, тянется и хватает одеяло прямо на уровне слишком открытых ног омеги и натягивает выше, но тот не позволяет. Он встаёт, резко наседая на бёдра альфы, и руками проводит с его груди до низа, поглаживая смуглую кожу. — Что ты опять задумал, моё сокровище? — Чонгук не отрывается от глаз омеги, вновь перехватывая ладонь и преподносит к губам. Он если честно готов вечность целовать каждый миллиметр тела омеги. Взгляд альфы падает на плечо Тэхёна. Там стоит свежая метка… Он приподнимается, введя большими ладонями по тонкой талии вверх, а после переходя на спину, вниз. Медленно и так горячо, что Тэхён откидывает голову назад. Альфа припадает к его шее, что вся покрыта бордовыми пятнами и опускает руки на покусанные бёдра, крепко сжимает их, оставляя красные следы. Сладко, красиво, завораживающе. Хочется в прямом смысле съесть его. Чонгук сходит с ума… Он не думал, что у него когда-то будет такое желание. Но прямо сейчас, в его руках находится, чуть ли не смысл его жизни… С которым хочется слиться в одно целое. Которого не хочется ни на секунду отпускать из рук и просто чувствовать его всегда. Всегда касаться, всегда любить также страстно, как сейчас. Тэхёна хочется до безумия, до дрожи во всём теле, до бесконечности. И прямо сейчас его горячие прикосновения сводят с ума, его губы такие мягкие, а стоны сладкие. — Не знаю… — Тэхён обессилено падает вновь на глубоко вздымающуюся грудь, утыкаясь в шею и нежно целует её. Он опускается к острым ключицам, оставляя лёгкий укус. Чонгук облизывает обсохшие губы и издаёт грудной стон, — Чонгук, — судорожно слетает с губ омеги, когда альфа вновь руками блуждает по прекрасному телу. Огонь догорал в камине, согревая, и так, горячие тела. Рассвет они встречали вместе, так и не сомкнув глаз. Это был последний день цикла омеги. Теперь они смогут вернуться к своим обязанностям, к которым не так уж и хотелось возвращаться. — Боже, как же ты всё-таки прекрасен, — Чонгук шепчет в самое ухо, всё же не упуская вновь возможности сказать это, нависая сверху, а после сказанного получает смущенную улыбку и целую вселённую в глазах напротив, — Я люблю тебя. Безумно люблю… — Взаимно… — руки окольцовывают шею альфы, — Ваше Величество…

***

— Почему он так долго? — Чонгук не находил себе места. С каждым днём Тэхён заставлял его испытывать волнение всё больше и больше. И сегодня, когда прошло ровно три месяца со свадьбы, должен быть приём в честь этого, но омеги всё не было. — Он скоро подойдёт, не беспокойся, — Советник протягивает королю бокал с вином, но тот отказывается, нервно оглядывая присутствующих. — Юнги, — он обращается к альфе, — Прошу посмотри, что случилось! Спроси у того придворного омеги, они вроде близки. Узнай, что с ним случилось. — Ваше Величество, — нежный и спокойный голос заставляет невольно взглянуть на того, кто подошёл прямо к альфам. Перед ними как раз появляется эта омега, — Всё в порядке, — он мило улыбается, — Ему стало чуть-чуть плохо, но всё не так серьёзно. Скорее всего он переел сегодня. — А… Ну… Тогда… — Чонгук сразу меняется в лице, а Юнги не сдерживает смешок после слов Чимина. — Простите… Я сказал, что-то смешное? — Чимин непонимающе смотрит на них, а в основном на советника, который тут же мотает головой, — Его Высочеству стало плохо после еды, и это уже не впервые. Думаю, стоит делать ему отдельные блюда. — Простите, Ваше Величество, — Юнги переходит на формальности, — Но мне кажется вина всему то, что придворная омега, которая приставлена, чтобы следить за кронпринцем, плохо выполняет свои обязанности. Я видел, как принц сегодня ел всё подряд. Вместе с яблочным пирогом он ел и мясо, запивая всё это свежевыжатым апельсиновым соком в котором, кстати, плавали кусочки ананаса. И Чимин даже не спросил о его самочувствие. — Что? — Чонгук после сказанного сморщился, — Почему я не заметил этого? — Попрошу! — возмущается омега, — Я думаю вам не стоит после случившегося ещё указывать на то, что я плохо выполняю свои обязанности, — Чимин самодовольно улыбается, видя в глазах напротив страх и потерянность. — Подождите, а что именно случилось? — королю кажется, словно он тут лишний, видя между этими двоими какую-то вражду, — Что происходит? — Ну… — Чимин приподнимает подол платья опускаясь на ступеньку ниже. — Ничего! — Юнги перебил омегу, — Вы не против если мы отойдём? — Вообще-то… — Чонгук, я на пару минут, ты и не заметишь. Мне кое-что обсудить нужно с ним, — Юнги говорит всё это тихо прямо на ухо. — Только быстро. Тут отец. Если он увидит, что тебя нет рядом, то будут проблемы. — Хорошо, — и утаскивает омегу за собой, — Давайте поговорим, душа моя, — с сарказмом произносит и чуть ли не толкает в стену, когда они приходят в укромное место, но вовремя удерживает за плечо, дабы омега не ударился. Альфа на секунду теряется проверяя, всё ли в порядке, а после прокашливается и уже смотрит с высока. — Мои дела не касаются вас. Даже такие. — Моя работа Вас тоже не касается, — Чимин гордо поднимает голову, совсем наплевав на то, что перед ним советник короля, а это самая высокая должность. — Может вы влюбились и ревнуете? Поэтому ведёте себя так? Завидуете той омеге? — А вы только и мечтаете об этом, — с хитрым прищуром он походит чуть ближе, — Да к тому же чему завидовать? Бедняжка кухарка была зажата между холодной стеной и…и второй холодной стеной. — Это вы меня холодным называете после того, как разбили сердце генералу Хвану, выбросив подаренные им цветы ему же через балкон? К тому же кухарка была не против моей компании. — Во-первых, генерал меня откровенно домогался! — Чимин замолкает поняв, что на эмоциях сказал лишнее, — Во-вторых, кухарка была напугана. — Подождите, — Юнги перебивает омегу, — Что сделал генерал? — Вас это не касается! И не уходите от темы, советник Мин! — Повторяю! Что сделал генерал? — Юнги смотрит сердито, от чего Чимин чуть ли не сжимается от испуга. Ему кажется, словно на него сейчас наорут за что-то. Он заводит дрожащие руки за спину, и кусает щёки изнутри, чуть отводя взгляд. — Он за день до этого, — Чимин начинает сминать пальцы, и бегать глазами, словно пытаясь вспомнить, — В общем он, он касался м-меня, — Чимин запинается, — И… — «И» что? Что ещё? — Прекратите так смотреть! Вы пугаете меня! — омега не выдерживает и Юнги только сейчас понимает, что действительно напугал, судя по эмоциям на лице Чимина, — И вообще, почему мы говорим сейчас о другом! — Чимин смотрит исподлобья, снова иногда отводя взгляд, — Он пытался раздеть меня… — тише добавляет, а Юнги настолько шокируется, что просто приоткрывает рот и не знает, что сказать, — Мне неприятно это вспоминать. К тому же не впервые. Такие, как вы, советник Мин, любят зажимать омег в углах и трогать. — Он остаётся на таком же тихом тоне, не смея смотреть в глаза. — Это не приятно и обидно, потому что мы не имеем право на слово против вас! А у альфы в голове теперь только одно: «не впервые». Его накрывает ярость, безумная ярость. Неужели с таким милым и прекрасным омегой вытворяли такое… В голове не укладывается, что ещё могло случиться с омегой. Да, Юнги иногда наблюдает, иногда заглядывается, иногда интересуется, но боится просто спокойно начать разговор. Он и подумать не мог, что пока наблюдает с далека и думает над тем, как же поговорить с Чимином, кто-то откровенно нарушает его личные границы и почти надругается над ним. — Кто ещё поступал так с вами? — Их уже нет тут, а многие остались в том дворце, чему я безумно рад. — Ясно, — Юнги сжимает кулаки и просто кивает, — Простите, мне нужно идти. И простите, что схватил вас так резко, я не хотел, такого больше не повториться, — Он уходит сразу, даже не оборачивается. Чимин косо смотрит на удаляющуюся фигуру и вновь тяжело вздыхает, прижимаясь спиной к холодной стене. Он смотрит как чуть дальше люди танцуют и веселятся, а сам он теребит ленту на своём платье, и у него даже нет желания выходить туда. После этой беседы Чимину стало так противно на душе. Он извиняется перед Тэхёном, который наконец-то вышел из своих покоев. Просит отпустить к себе, потому что голова внезапно разболелась, вежливо отказывается от помощи и с поклоном удаляется из зала. — Ох, наконец то я уже волновался, — Чонгук протянул руку супругу, тепло встречая его нежным взглядом, наполненным и волнением, и тревогой, — Как ты? Всё в порядке… Он вновь ощутил странный смешанный запах. Это не впервые, но сегодня он сильнее. Тэхён выглядит нездорово бледным, у него тёмные круги под глазами и слабая улыбка. — Прости, опять плохо стало, — омега коснулся живота, морщась от неприятных ощущений. — Не извиняйся, — шепчет, мягко целуя в макушку, — Надо будет приказать вызвать лекаря, чтобы осмотрел тебя. Я так переживаю о твоём здоровье. Не могу ни о чём другом больше думать. — Рядом с тобой всегда легче становится, — омега укладывает голову на плечо альфы и просто смотрит на всех присутствующих в зале, — Думаю, просто мне стоит меньше есть, — Тэхён чуть улыбается, — А то, кажется, я не влезаю уже в своё любимое платье. — Ты ещё красивее стал. Особенно с этими щёчками. — альфа наклоняется касаясь мягких алых щёк омеги, — Поверь. А без платьев тебе идёт больше. — О боже, что за слова такие, Ваше Величество? — Тэхён выпрямляется в эту же секунду и смотрит так, словно собирается ругать короля за такие непристойные мысли, — И всё-таки я не знаю, что происходит со мной. Мне хочется сейчас до безумия есть. Я бы не отказался от спелой клубники! И рыбу… И… И ещё… — Тэхён, — Чонгук останавливает его, притягивая за щёку, — Для тебя всё что угодно, но… Солнце, твой запах и твои странные предпочтения заставляют меня кое о чём задуматься. — О чём же? — омега непонимающе смотрит, слегка касается тыльной стороны ладони мужа и всё также хлопает ресницами, ожидая ответа. — Это мы с тобой и выясним завтра, — он оставляет ещё один поцелуй на лбу омеги и улыбкой встречает отца, который застал их в такой момент.

***

— Слышали? Генерала Хвана сослали в Бруса! — Это же безумие, разве он не должен всегда быть здесь, в королевстве? — Может на время? — Нет! Советник сказал, что навсегда! Он теперь там будет поживать. — Поделом ему! Нечего приставать! — Теперь из восьми генералов только ему запрещён въезд в королевство без разрешения! Чимин подслушивал разговор других придворных омег и после упоминания советника, он прижал свои руки к быстро бьющемуся сердцу. Яркая улыбка от мыслей крадущихся в голову появилась незаметно. Но в следующую же секунду он стёр её со своего лица и поспешил к альфе, чтобы всё услышать от него лично. Найти его не составило труда. — Это вы… Вы его сослали туда? — Он стоял позади Юнги, тот стоял на балконе и смотрел на прекрасный цветущий сад. — Возможно, а что? — он сразу понял, о чём Чимин. Юнги почувствовал в этот момент феромоны омеги. Безумно сладкий аромат кружил голову. Чимин пах цветущей вишней с лёгкими нотками спелых персиков и ванили. Юнги до покалывания на кончиках пальцах хотел уткнуться в соблазняющую шею. — Зачем? — тон становится внезапно холодным, но запах всё такой же. Значит притворяется, — У вас больше дел нет? — Да, кроме как спасать прекрасных омег от рук таких омерзительных людей. Чимин уже собирался сказать, но заметил руки альфы. Они были странно поранены. — Вы его ударили? — тихо спрашивает, боясь ошибиться в предположениях. — Это мягко сказано. Его даже отец родной не узнает, — Юнги оборачивается на Чимина и улыбается, — А вы сегодня ещё красивее. — Чего вы ожидаете от меня? Слова благодарности? — Ну хотелось бы, — И Юнги решает молчать о своём желание почувствовать невинный поцелуй омеги на своих потрескавшихся губах. — Спасибо, — Чимин действительно искренне благодарит, сминая пальцы рук, — Только это не меняет того факта, что омеги всё ещё могут быть подвергнуты домогательствам. — Я поговорю с Его Величеством. А насчёт вас можете с сегодняшнего дня не беспокоится. Я готов лично наказать того, кто прикоснётся к вам, без вашего разрешения, только скажите. — Почему? — с неподдельным интересом спрашивает, догадываясь о причине таких действий и слов со стороны альфы. — Думаю, очевидно почему… — Юнги подходит ближе, и останавливается в трёх шагах от него. Чимину приходиться поднять голову, чтобы смотреть прямо в глаза, — Как вы попали во дворец? — Юнги хочет знать о нём всё, до последнего, а последним остаётся узнать только то, откуда он. — Вам интересно, как я попал в этот дворец или как попал во дворцовую жизнь? — омега смелеет с каждым словом, чуть крутясь на месте и не отводит глаз от советника, — Меня купили в качестве наложника для брата кронпринца. Я ему не понравился и он выгнал меня из своих покоев. Сказал, что я уродливее его коня… — Чимин фыркает от воспоминаний, — Мне было 17 тогда. — Видимо, у него либо с головой проблемы, либо он незрячий. Меня казнят, если я ударю его, — утвердительно кивает своим же словам, — Меня пробирает злость. Но хорошо, что вы не связали жизнь с таким человеком. Чимин усмехается, опустив голову, а Юнги не отводит взгляда от розовых, пухлых губ. — Потом я был личной прислугой для Его Высочества. Я жил с ним, а после свадьбы меня отправили сюда по его просьбе. Я ему ближе всех. — Значит купили? — словно сам у себя переспрашивает, — Получается у вас нет родителей? — Меня продал отец, — Чимин поджимает губы в улыбке. — Знаете, до всего этого я жил в землянке с отцом и тремя братьями. Кажется так начинаются все истории о внезапном чуде, — Чимин усмехается, — У нас не было и гроша в кармане, после того, как ещё сгорело поле. Мы голодали, — он еле сглатывает ком в горле от жутких воспоминаний, — А я был единственной омегой в семье. К тому же здоровый и, как отец сказал «если откормить» смогу родить много детей. Меня продали за хорошую цену. Они утолили свой голод на долгое время. — Это ужасно, — Юнги мотает головой, уже не в силах слушать всё это. — Я не был подготовлен к жизни во дворце, поэтому уж извините если я не справляюсь со своей работой. За, почти три года, я ничему толком не научился. Меня пугают все эти приёмы; пугает, что я возьму не тот прибор; пугает, что могут казнить, сделай я что-то не так. Пугают раздевающие взгляды альф. Пугает, что меня могут выдать замуж за кого-то… Я знаю, что я всего лишь простолюдин, которому просто повезло. Господь сберёг меня от ужасного. Но за всё нужно платить, верно? — Простите… Я просто… Я хотел на самом деле… — Юнги кажется впервые в жизни запинается и не может собрать мысли воедино, — Прошу, забудьте всё, что было между нами до этого разговора, хорошо? И не бойтесь, вас больше не тронут, как я уже говорил, и никто не выдаст замуж без согласия, я обещаю. Вы можете больше не волноваться ни о чём, всё теперь в порядке. — Могу спросить сколько вам лет? — омега снова заводит руки за спину, не желая продолжать тот разговор, — Просто интересно. Вы такой молодой, а уже советник? — Мне двадцать четыре. Король выбирает советника из приближённых ему. Я с детства жил во дворце и был другом для него. — Двадцать четыре? А кухарке двадцать восемь, — Чимин хмыкает. — Ох, пожалуйста забудьте. Она нужна была мне совсем для другого и это очень секретно. — Ну да, конечно, — Омега закатывает глаза и подходит ближе к балкону. Оттуда он видит кронпринца и короля. Они вместе выглядят слишком мило и омега не сдерживает улыбку, — Я так рад, что Его Высочество наконец то счастлив… Он заслужил это. — Думаю вы тоже заслужили это, — Юнги становится рядом, и чуть позже понимает, что сказал, — То есть… Вернее вы тоже заслуживаете быть счастливым… Боже… Чимин, хотите сегодня вечером прогуляться? — Прогуляться? Это тайное свидание? Я вам нравлюсь? — Мне кажется я ясно дал это понять. Но если вы так хотите это услышать… Да… Я неровно дышу к вам. — Давайте ночью… — Чимин не поднимает голову, — Сад под лунным светом выглядит прекрасно и к тому же почти все будут спать… Нам не помешают. — Хорошо, — Юнги облегчённо вздыхает и улыбается, — Мне так жаль, что я вёл себя так. Я боялся просто, что вы отвергните меня. — Мы столько упустили, — Чимин наклоняется к розам вдыхая их аромат, — Вы мне с самого начала приглянулись. Но из-за вашего поведения я думал, что вы просто ненавидели меня. — Разве вас можно ненавидеть? Вы самый очаровательный омега и прекрасный человек… В вас невозможно не влюбиться. И я счастлив, что мои чувства оказались взаи… Омега вдруг пальцем притрагивается к губам альфы, останавливая его. — Давай вы скажите всё, когда мы увидимся ночью… Атмосфера романтичнее будет… — и дарит смущённую улыбку, — Я пожалуй пойду. — Д-да… Конечно… Юнги чувствует, что может вздохнуть полной грудью. Его трясёт, а улыбка так и не покидает его лицо, которое было вечно хмурым. Он касается своих губ и улыбается сильнее, хотя, кажется, куда сильнее. Сегодня, где-то в груди расцвели самые прекрасные цветы, которые очаровательный омега посадил в сердце альфы с самой первой встречи. Сегодня чувства Юнги обрели смысл существования, ведь они взаимны.

***

Лекарь покидает покои кронпринца. Он кивает королю прикрыв глаза и по-доброму улыбается, когда альфа не веря в происходящее меняется в лице, а после смеётся. Он распахивает двери, плотно закрыв за собой и застаёт омегу одевающегося. — Что он сказал… Что происходит? — Тэхён нервно оглядывает альфу, и касается тёмных кудрей, ожидая ответа. Чонгук молча сразу опускается рядом, и слишком неожиданно касается любимых губ, так сладко и тягуче целуя. А после отстраняется, прижимаясь лбом ко лбу Тэхёна он прикрывает глаза. — Надеюсь ты тоже обрадуешься как я… ты беременный… у нас будет малыш, — шепчет в самые губы. Ответа не последовало, но стоило Чонгуку раскрыть веки, как, Тэхён так радостно запищал и засмеялся. В следующую секунду он повалив короля на подушку, крепко обнял. Такого Тэхёна, он ещё не видел. Омега светился от счастья, покрывая быстрыми поцелуями щёки любимого — Боже, не верю… не верю… — Тэхён чуть успокаивается, утыкаясь в шею. — А ты поверь, — и снова дарит поцелуй в лоб, — Я так счастлив, Тэхён. Я так сильно люблю тебя… Так сильно. — А я сильнее… Я и не мог подумать, что так сильно полюблю, мой принц, — шуточно произносит последнюю фразу. Чонгук крепко обнимает его за талию, прижимая к себе настолько сильно, словно желал раствориться в нём, а после шепчет тихое «спасибо». — Спасибо за то, что появился в моей жизни… мой король…