«Любить кого-то сильно», сказка Питера Старка

— Я иду! — кричит Тони из своей спальни, где он пытается поправить галстук. — Сейчас! Мне нужна минутка! Тони всегда гордился собой тем, как хорошо он носит и надевает костюм. Он всегда выглядит опрятно в них, и он это знает — он также знает, как завязывать галстук одной рукой и во время телефонного разговора, но сегодня у него дела идут не очень хорошо. Кажется, он никак не может завязать тряпку в петлю, потому что у него так трясутся руки, что он никак не может его расправить. Он должен был быть готов пять минут назад, и он уже сделал самую трудную часть: одел Питера в крошечный костюм с крошечными, очень дорогими туфлями и таким же крошечным галстуком, который делает его похожим на маленького делового человека. Надо же, его сын даже в таком возрасте уже походит на него. Конечно, Питер не удовлетворен ответом Тони, потому что прошло уже десять минут с тех пор, как он в последний раз видел своего отца, и что, если Тони вдруг исчезнет в воздухе или превратится в кролика, и Питер больше никогда его не увидит? Мужчина не может знать, что происходит в голове его сына, но он слышит, как Питер торопливо шагает в свою комнату, и знает, что ему нужно закончить галстук как можно быстрее, то есть уже сейчас. Он умудряется надеть галстук на петлю и немного расправить, прежде чем налетает торнадо и Питер привязывается к его правой ноге, как коала.  — Сдавайся! Я победил тебя! — объявляет Питер, и его улыбка становится ещё шире.  — О-о-о! — Тони драматично делает вид, что спотыкается, а Питер висит на его ноге. Прежде чем упасть на пол, он удивляет ребенка, поднимая его и затаскивая на кровать. — Но ты не учёл мою сверхсекретную силу, ведь я могущественный Хан Соло! Сдавайся моей супер щекотке! Питер разражается хихиканьем и пронзительными криками, когда Тони проводит пальцами вверх и вниз по бокам. Пиджак сморщивается, галстук слишком сильно шевелится, и волосы, которые были намазаны гелем, возвращаются к жизни. Не то чтобы Тони возражал, потому что ему нравятся кудри Питера. Но его это не волнует — он научился не отдавать должное ни одному моменту с Питером. Теперь он каждый день забирает его из школы. Он играет с ним при каждом удобном случае и приводит его на собрания, когда Питер хочет играть роль его помощника. У Питера теперь есть свой значок, и он, Хэппи и Тони играют в охрану — притворяются столько, сколько хочет ребенок. Субботы посвящены парку, хот-догам и прогулкам по Нью-Йорку. Ежемесячная поездка в зоопарк обязательна, вечера кино по пятницам и воскресные ужины с семьей — с Беном, Мэй, Пеппер, Роуди, Хэппи, Тони и Питером. Иногда с Недом, иногда только Тони, Пеппер и Питер. И, наконец, они создали рутину. Рутину, полную любви, обожания и привязанности. Рутину, которая сегодня нарушена, потому что его маленькому гремлину наконец-то исполнилось шесть лет, и Вселенная хочет, чтобы этот день был особенным для всех. Вот почему сегодня, в полдень, у них назначено судебное заседание. Питер и Тони продолжают притворяться, пока Пеппер тоже не входит в комнату с фальшивым разочарованным взглядом и скрещенными руками. Дыхание Тони прерывается всякий раз, когда она входит в комнату в юбке-карандаше и с низким хвостиком. Она выглядит великолепно.  — Здесь есть кто-нибудь ответственный? — вздыхает она, проходя вперед и поправляя локоны Питера на его взлохмаченной голове. Мальчик, как всегда, обнимает её.  — Я! Я ответственный!  — По крайней мере, ты успел вовремя, да? Не могу сказать то же самое о твоём отце, — Пеппер бросает на Тони свирепый взгляд, поправляя галстук. — Почему так долго?  — Я просто нервничаю, дай мне немного передохнуть. Не каждый день моему мальчику исполняется шесть, и мы официально становимся папой и малышом.  — Я не ребенок, — бормочет Питер, надув губки.  — Если бы мы могли идти, — повторяет Пеппер, уже направляясь к двери. — Может, они уже начали без нас.  — Ну же, папа! Кто последний садится в машину — тухлое яйцо! Как и каждый раз в течение последних месяцев, когда Питер называет Тони «папой», сердце Тони превращается в мягкую кашу, и всё его тело становится теплым. Трудно привыкнуть быть отцом мальчику, настоящим отцом, но это не то, что Тони готов потерять, ни сегодня, ни когда-либо ещё. С тех пор, как Мэри оставила Питера с ним, они были на нескольких свиданиях с социальным помощником. Он должен убедиться, что о Питере хорошо заботятся и его любят, и когда проходит полгода, Тони должен предстать перед присяжными, чтобы доказать, что он хочет оставить Питера себе. Что Питер в полной безопасности и с ним всё в порядке, и что мальчик хочет продолжать жить с Тони. Очевидно, это то, что должны делать все люди, которые получают опеку над детьми из-за чьей-то смерти, но Тони иногда думает, что это связано с ним. Иногда ему кажется, что они знают, какой он никудышный родитель, и решили забрать Питера — опять. Но теперь у него есть Пеппер, Хэппи, Мэй и Бен, которые каждый день уверяют его, что он отлично справляется со своими отцовскими обязанностями. А ещё у него есть Питер, который зовёт его «папа» и работает с Мэй над тем, чтобы представить его присяжным. Тони знает, что беспокоиться не о чем, что Питер хочет остаться с ним. Даже если у Питера есть последнее высказывание, он много раз говорил Тони, что хочет жить с ним; в те ночи, когда Тони чувствовал некую обязанность спросить Питера, потому что беспокойство съедало его живьем. Он всё ещё нервничает, когда они добираются до суда, Питер сжимает его руку и бормочет о вечеринке, которую они устраивают после неё, с Червяком в левой руке. Дверь открывается, и они входят. Удивительно, но внутри не так много людей — только их семья, социальный агент и присяжные, группа людей, которые смотрят на Тони, как только он входит. Словно желая доказать свою ответственность, он поднимает сумку Питера на плечо. Он несет самое необходимое и ещё кое-что, и с него свисают тонны зажимов. Тони позволил Питеру забрать их из долларового магазина, чтобы украсить сумку, которая теперь никогда не бывает далеко от Тони.  — Прошу всех встать, — говорит судья, когда все рассаживаются. Правая рука Тони слегка дрожит. — Заседание начинается сейчас. Ли Бронз, представьтесь.  — Доброе утро, дамы и джентльмены, — Ли, мужчина примерно одного возраста с Тони, обходит своё место и встает перед присяжными. Тони знает, что социальный агент на их стороне, но внезапно он боится, что понял всё неправильно, и он выдаст его. — Я социальный агент, назначенный в семью Старков. После регулярных визитов и сбора свидетельств близких родственников и друзей я сейчас представлю свой окончательный отчёт. Голос Ли ясный и легкий, и это заставляет Тони немного успокоиться. После того, как они встали на презентацию, они теперь сидят. Питер прижимает Червяка к груди и прислоняется к Тони. Для шестилетнего ребенка он очень умен и знает, что происходит. Тони объяснил ему, что эти люди пытаются решить, является ли Тони хорошим отцом для Питера или ему будет лучше жить в другом месте. Если бы Питер сразу разозлился и сказал Тони, что его папа лучше всех, никто не должен был знать об этих общих слезах. Он рассказывает о том, как Питера хорошо кормили и о нем заботились, рассказывает об экзаменах, которые он сдавал в их доме, и о том, что говорят о них другие люди, например учитель Питера. У присяжных достаточно доказательств, и к концу речи Ли все они выглядят вполне убежденными ответственностью Тони. Это не значит, что мужчина не нервничает, потому что теперь он больше всего боится этой части.  — Спасибо, Мистер Бронз, — судья кивает социальному агенту, и Ли садится рядом с Тони, похлопывая его по плечу. — Теперь очередь Питера Паркера. Питер Паркер?  — Я Питер, — Питер робко поднимает руку, наклоняясь ближе к отцу.  — Ты можешь выйти, Питер, — улыбается он Питеру, указывая на середину комнаты. — Или можешь говорить оттуда. Где тебе удобнее?  — Там, — Питер указывает на середину зала.  — Чудесно! Ты хочешь, чтобы кто-нибудь поднялся вместе с тобой? Питер больше не отвечает, только качает головой. Никто, кажется, не потрудился подождать, и судья говорит Питеру, чтобы он не торопился. Мальчик ужасно нервничает, почти плачет. Тони так и подмывает сказать ему, чтобы он остался с ним, но он знает, что это была идея Питера — и он должен уважать это. Поэтому он берет его на руки и крепко обнимает, а между ними сжимается Червяк. Питер на секунду прерывает подачу воздуха, слишком сильно сжимая его шею, а затем оказывается на полу. Не зная, чего ожидать, Тони удивляется, когда видит, как Питер торопливо шагает по другую сторону скамейки, на которой он сидит. Он теряет мальчика из виду, когда ходит вокруг, потому что панель выше Питера. Он замечает, что Мэй что-то дает Питеру, и бежит обратно на середину комнаты. Все, кажется, расслабились, чтобы Питер чувствовал себя более комфортно, и улыбаются мальчику. Но кто бы этого не сделал? Питер действительно похож на Бэмби. Он движется, неся книгу больше его головы и Червяка, шатаясь на ногах. Его большие, как у лани, глаза с любопытством разглядывают всё в комнате, и он выглядит маленьким перед столькими людьми. Но Питер не отступает и улыбается судье.  — Можешь начать, как только будешь готов, Питер. Что у тебя там?  — Это Червяк, — Питер представляет плюшевого мишку, показывая его жюри, а затем крепко обнимая его. — Он мой лучший друг. Но у меня есть ещё один лучший друг. Его зовут Нед, и сегодня он придет ко мне на вечеринку. Потому что сегодня мой День рождения.  — Тогда с Днём рождения! Кажется, у нас где-то есть конфеты, хочешь? Питер восторженно кивает, и все в миг влюбляются в мальчика. Сам Тони не перестает улыбаться, когда женщина дает Питеру два леденца, и он быстро берет их, благодарит её и бежит, чтобы отдать их Тони. Мужчина быстро поцеловал Питера, прежде чем он снова отправится в суд.  — О чем ты собираешься говорить? — спрашивает судья.  — Я покажу тебе, как сильно я люблю своего папу, и моя тётя Мэй помогла мне сделать это для него, — Питер внезапно садится на пол, открывая книгу перед собой. — Это книга Пити, и она называется «Я очень люблю тебя, папа». Это я написал! Если всё-таки и было сердце, не тронутое словом Питера, то его больше нет. Тони смотрит на Мэй, приподняв брови, а женщина просто указывает на Питера. Книга так похожа на ту, которую Мэри написала для Питера, что Тони верит, что это та же самая. Но она новее, и на обложке Тони удается разглядеть рисунок, который Питер нарисовал вместе с Тони в парке. Он ещё даже не начал говорить, а Тони уже хочется плакать. Пеппер берет его за руку, а судья призывает Питера начать разговор. И, черт возьми, шестилетний ребенок не должен уметь так хорошо читать, не должен уметь писать книгу, но его сын особенный, уникальный и лучший ребенок на свете, он уверен. Детский голос Питера наполняет зал суда, когда Червяк садится у него между ног. Пити грустит. Мама уехала и не вернется. Пити не может спать и скучает по маме, но теперь у него есть папа. Папа Пити сильный и высокий, и он играет с ним с мячиком. У папы борода, и он часто целует Пити, а иногда даже щекочет. Он сажает Пити себе на плечи, так что Пити и небо оказываются ближе. Папа и Пити обнимаются, и он позволяет ему прыгать по лужам! Теперь папа любит Пити, а Пити любит папу. Пити обожает папины объятия, поцелуи и игры. Папа укладывает Пити в постель и не дает ему расстраиваться. Пити обожает когда они гуляют в парке или когда папа пугает темных монстров. По ночам папа крепко обнимает его. Днём Пити и папа играют. Значит, Пити очень любит папу и хочет сказать об этом вслух. Я очень люблю тебя, папочка! Он знает, что все смотрят на него, но Тони не может отвести взгляд от Питера. Малыш прочитал всю книгу сам, и даже если он может заметить, что Мэй помогала ему с рифмами и некоторыми слова, Питер читает её отлично. Его голос громкий и медленный, и так полон эмоций и обожания, что кажется, будто он говорит о звездах. Но Питер говорит о Тони, и этот человек даже не может понять, что он сделал, чтобы заслужить любовь такого чистого мальчика. Когда Питер заканчивает, он поднимает голову и оглядывается. Он встречает взгляд Тони и улыбается ему. Один из его передних зубов отсутствует, что делает его ещё более очаровательным. Когда судья говорит, его голос звучит немного сдавленно. Питер поднимается со своего места на полу, явно собираясь вернуться к отцу. И Тони приходится напоминать себе, что правила не позволяют ему быть там с Питером, так что мнение Питера абсолютно беспристрастно. Он не может удержаться и раскачивает ногой вверх-вниз.  — Похоже, ты очень любишь своего папу, Питер, — влажным голосом комментирует судья, и Питер с энтузиазмом кивает.  — Я очень люблю его, и он очень любит меня. И мы будем вместе всегда! Потому что он хороший, и он дает мне еду и игрушки, — повторяет Питер причины, которые Тони объяснил ему, когда наступила дата суда. — А теперь он всегда срезает корку с моего бутерброда.  — Ну, если это недостаточное доказательство того, что Мистер Старк должен быть его опекуном, то я не знаю, что ещё есть, — смеется судья. Он смотрит на группу мужчин и женщин, образующих жюри, у всех них улыбки на лицах. — Присяжные согласны?  — Мы не можем придумать никого лучше, чтобы заботиться о Питере, чем его отец. И, очевидно, они очень любят друг друга, — отвечает женщина.  — Если никто здесь не возражает… — судья стучит молотком по столу. — Тогда Тони Старк становится законным опекуном Питера в глазах закона. Поздравляю, Мистер Старк. Вы официально отец. Все хлопают и кричат, а Тони идет к Питеру. Хотя он пытается идти, потому что чувствует, как его ноги превращаются в желе, а мозг тает. За спиной он слышит, как Пеппер и Хэппи подбадривают его, и разве это нормально, когда у него такое чувство в груди? Это так незнакомо, но похоже на то время, когда Питер чуть не умер в том ресторане. На этот раз казалось, что он собирается встать и улететь в любую секунду. Но Питер — это больше, чем его сын, его счастье, его свет, его смысл жизни. Его якорь. Мальчик вскакивает и бежит к Тони. Он оставляет книгу на полу и ухитряется схватить Червяка, прежде чем упасть в распростертые объятия Тони. Он идеально подходит, как недостающий кусочек головоломки, о котором он и не подозревал. Питер обнимает отца и прижимается лицом к его шее. Тони закрывает глаза, чтобы сдержать слезы — в последнее время он часто так делает, плачет. Плачет, потому что никогда бы не подумал, что заслужит этого маленького ангелочка. Он считал себя точной копией человека, который вырастил его, Говарда, далекого отца, который предпочитал холодные слова, чем «люблю тебя». Он задается вопросом, была бы Мэри счастлива, зная, что она оставила Питера с человеком, который любит его и заботится о нем. И в первый раз он верит, что это так. Что она не жалеет о своем выборе, потому что Тони любит Питера и готов стараться изо всех сил. Он обещает проснуться раньше Питера, чтобы малыш никогда не ходил в одиночестве по дому, и приготовить нормальный завтрак без остатка со вчерашнего дня. Он обещает не забывать о субботнем «парке и хот-доге» и помогать Питеру залезть на табуретку, пока она ему не понадобится. Питер мечется в его объятиях, вечно беспокойный мальчик, и Тони отпускает его. Через несколько минут Питер берет книгу, и Тони снова его обнимает. Присяжные улыбаются ему со своих мест, и Тони, наконец, покидает зал суда, надеясь на реальность. На этот раз Питер не ребенок, который только что потерял отца, а ребенок, который выходит из комнаты в окружении семьи и держит отца за руку.  — Ты знаешь? Я очень люблю тебя, бамбино, — говорит ему Тони, пока остальные члены их семьи идут впереди. Питер сияет широкой улыбкой с отсутствующими зубами и протягивает руки к Тони. Мальчик теперь немного тяжеловат, он немного вырос, но Тони может легко поднять его. Пока Питер устраивается поудобнее, он получает пощечину Червяком, пока Питер устраивается поудобнее, и вознаграждается поцелуем в щёку и очень цепким Питером.  — Я тоже, папа. Я тоже тебя люблю. Тони вышел из зала суда, пока Питер рассказывал о своём Дне рождения, думая, что впервые в жизни он сделал правильный выбор. И у него нет никаких сомнений.