Скрипка, гитара, бейсбольная бита

Всю следующую неделю я безвылазно провела в квартире миссис Гард, пребывая в столь непривычном для меня безделии. Я в первые в жизни могла уделять всё своё время исключительно себе. Могла сколько угодно практиковаться на скрипке или фортепиано, играя мои любимые произведения, а не только то, что мне навязывал Густав. Я могла часами залипать в телевизор без особой на то причины, могла спать сколько душе угодно и читать в любое время суток! То было поистине чудесное время отдыха… Отдельным пунктом в моём недельном отпуске была Низка. Эта хиппи раздражала меня каждый день, приходя к миссис Гард в гости на чай или для того, чтобы пухлая учительница давала ей уроки игры на фортепиано. Я не понимала, почему уважаемая учительница с огромным стажем в работе даёт бесплатные занятия какой-то нищенке с помойки. Но стоило мне спросить об этом у самой миссис Гард, как та начала ворчать на меня со словами: - Низка добрая и воспитанная девушка. И если она выглядит и ведёт себя не так, как тебе хочется, то это не значит, что она недостойна получать знания. Однако самым удивительным, по-своему, радостным и одновременно с этим печальным было то, что отец не стал меня искать. Миссис Гард рассказала, что всем моим учителям в консерватории сообщили, что я очень сильно заболела и не смогу посещать занятия, а по новостным сводкам молчали о моих поисках. Эти известия и пугали, и радовали меня. Хотя я и догадывалась, что отец узнал, что я сбежала по собственной воле, и теперь разыскивал, чтобы после отправить лечиться, не поднимая особого шума. Но мне, сидящей в мирной квартире пухлой учительницы, не грозило ничего ужасного, и я в полной мере наслаждалась своим пребыванием в эклектическом аду, к которому, к слову, я быстро привыкла. Хотя иногда меня мучила гордость из-за того, что я буквально стала нахлебником в этом доме, но с этим чувством было довольно легко побороться, просто помыв полы во всей квартире или прибрать пыль в комнатах. Я бы и дальше радовалась своей спокойной размеренной жизни, если бы в один вечер, после очередного занятия по фортепиано Низки, миссис Гард не постучалась в спальню с кучей граффити, где я спокойно слушала Баха… Открыв владелице квартиры дверь, я услышала слова, которые повергли меня в ужас: - Лидия, не хочешь ли сходить прогуляться? А то ты уже неделю сидишь дома и никуда не выходишь, - с милой улыбкой сказала пухлая учительница. - Но уже поздно, миссис Гард… - пыталась выкрутится из ситуации я, усмиряя порыв выругаться на добрую учительницу, - Вот-вот стемнеет, и на улицах может стать опасно гулять в одиночку. - Не говори глупостей, - продолжала улыбаться учительница, - разумеется ты пойдёшь не одна. С тобой будет Низка. Она как раз хотела тебя сводить на один концерт… От упоминания этой нищенки внутри меня всё перекосило. «Так вот кто инициатор этой идеи…» - подумала я, сжимая руки в кулаки. - Спасибо, но я откажусь, - надевая маску спокойствия, ответила я миссис Гард. Та одарила меня печальным взглядом и тихо спросила: - Я могу войти в комнату? В тот момент, как бы я не хотела запретить ей и захлопнуть дверь перед самым лицом учительницы, остававшись наедине с третьим бранденбургским концертом Баха, но как я могла запретить учительнице заходить в комнату, что принадлежала не мне, а ей? Медленно выдохнув и не меняя спокойного выражения лица, я кивнула, позволяя миссис Гард зайти. Затем я закрыла за ней дверь. Пухлая женщина зашла в полутёмное пространство комнаты и села на стул, стоящий возле рабочего стола. Я же осталась стоять возле двери и молча выжидала, пока учительница начнёт разговор. - Лидия, ты уже неделю не выходишь из комнаты… Можешь рассказать мне, почему? – тихо сказала она, смотря на меня. Я не ответила ей, а лишь одарила её недоумённым взглядом. В тот момент я и правда не понимала смысла её слов. - Я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Я знаю, что ты всю жизнь провела делая лишь то, что тебе велели… Но ты же сознательно и по собственной воле ушла оттуда. Так зачем ты самостоятельно запираешь себя? Я продолжила молчать, не сводя глаз с пухлой учительницы. «Я запираю себя? – не понимала я, - да я в жизни себе столько вольностей не позволяла!». И, видимо поняв, что я не очень осознаю сказанное, миссис Гард вздохнула и поднялась со стула. - Лидия… Собирайся. Ты идёшь гулять с Низкой. И это уже не просьба, - холодным тоном произнесла учительница, - в противном случае я заберу у тебя музыкальный проигрыватель и посажу под домашний арест. Сказать, что в тот момент я впала в шоковое состояние, словно ничего не сказать вовсе. В моей голове просто не укладывались слова миссис Гард и то, как это невинная угроза, могла меня напугать. Но прибывая под воздействием странных угроз учительницы я, сама того не осознавая, начала собираться на прогулку. Достав из шкафа блузку, что я взяла с из дома Швагенвагенсов, я всё же задумалась над словами пухлой женщины. Но мои мысли улетучились в то мгновение, как я услышала хлопок от внезапно открывшейся двери. - Ты же не собралась идти в офис или в театр? Низка, что так фривольно ворвалась в спальню, быстрыми шагами приблизилась ко мне и оценивающим взглядом прошлась по мне и одежде в гардеробе. - Я не разрешала тебе входить, - сквозь зубы процедила я, одаривая девушку хиппи злым взглядом. Но той казалось было плевать на моё возмущение. - Это не твоя комната, что бы я просила у тебя разрешения на вход, - не смотря в мою сторону, залазия в шкаф, сказала Низка, - Блин… Тебе столько классной одежды от Эл досталось, а ты решила пойти гулять в этой униформе! - Я не спрашивала твоего мнения, - холодно сказала я, на столь наглое поведение незваной гостьи. Однако девушка хиппи совершенно не обращала на мои слова внимания и продолжала копошиться в гардеробе, приговаривая «Не то… Не подойдёт… Может это? Не…». Пару раз она вытаскивала разную одежду и отдавала её мне, на что я просто складывала её на стул, ожидая, что эта ненормальная хиппи успокоится и даст мне спокойно одеться. Но моим планам не суждено было осуществится. Как только Низка закончила вытаскивать вещи, то обернулась ко мне и цокнула языком. - Что стоишь? – недовольно сказала она, - Одевайся! Я тебе столько крутой одежды подобрала. - Я тебя не просила. Так что, будь так любезна, выйди и дай мне одеться, - одарив Низку холодным взглядом, сказала я. Та лишь закатила глаза и подошла к стулу, куда я сгружала вещи, что она мне отдавала. Затем девушка хиппи взяла из кучи одежды чёрную водолазку с клетчатой юбкой и протянула мне. - Знаешь, Ли… Ты мне тоже не особо нравишься, - начала девушка хиппи, - Обычно я стараюсь обходить таких как ты стороной, но меня попросила тебе помочь тётя Мар и я просто не могла отказать. Так что, будь так любезна, и ты постарайся! Ради тёти Мар, что подобрала тебя с улицы! Я сжала руки в кулаки. Вся эта ситуация выводила меня из себя. - Почему я не могу пойти гулять в нормальной одежде? – просила я, стараясь делать голос как можно спокойнее. - Потому, что там куда мы пойдём ты будешь слишком выделятся в этой офисной одежде. И хватит уже спорить! Одевайся! – последнее слово Низка пропела, что заставляло меня ненавидеть эту ситуацию всё больше и больше. В тот момент мне очень хотелось схватить стул и как следует вдарить этой ненормальной хиппи по её ярко-зелёным очкам на носу. Я совершенно не хотела надевать эту пошлую одежду для сотрудниц трасс. Мы с Низкой ещё около минуты молча бурили друг друга взглядами, пока я не сдалась, наверное, впервые в жизни, и не надела эти унизительные тряпки. Ошейник, который Низка назвала «чокером», чёрная водолазка, короткая клетчатая юбка, чёрный пояс с цепями и такие же чёрные капроновые колготки. К тому же, насильно, но девушка хиппи накалякала мне на лице яркие стрелки с розовыми тенями, и сделала мне высокий хвост. Смотря на себя в зеркало, я видела не культурную студентку консерватории, а полноценную сотрудницу с трассы. «Отброс общества! – вопил в моей голове голос Густава, - шлюха!». Но, несмотря на весь тот ужас, что я испытывала от собственного вида, я не могла не признать: мне идёт. - Ну что? Не умерла от шока? – усмехаясь, сказала Низка, оглядывая меня с ног до головы, наслаждаясь своей работой. - И куда ты собралась меня отвести? – высокомерно спросила я, переводя взгляд на девушку хиппи. - Приму отсутствие матов за благодарность, - улыбнулась девушка хиппи, - Сегодня у моего знакомого концерт в одном клубе. Туда и пойдём. Затем Низка заставила меня надеть ботфорты на довольно большой подошве, и мы вышли из квартиры миссис Гард. И только, покинув пределы безопасного эклектического ада я поняла, что мне страшно. Мне было страшно выходить в неизвестный для меня мир и начинать жить по-новому. Я боялась этого белого листа, что предстал передо мной, когда я ушла из дома Швагенвагенов. И только когда я шла одетая совершенно непривычным образом, рядом с неизвестным мне человеком в непонятно какое место, я ощутила этот страх в полной мере. Но я не могла показать эту свою слабость и лишь делала взгляд как можно высокомерней и холодней.