Раскол стекла под звуки серенады

Она словно выплыла из вязкого омута. Звуки вокруг стали более четкими и громкими, хоть людей там почти не было. От холодного ветра мерзли голые ноги, от жаркого солнца пекло голову, от прикосновения папы бросало в дрожь, от осознания того, что теперь будет, бросало в ужас. Не успела она опомнится как двое священнослужителей отворили большие дубовые двери церкви, а отец пошел в перёд. Гермиона не знала, что делать, они не репетировали венчание, как это обычно делают люди. Забини решил обойтись без этого, поэтому ему просто рассказали всё на словах, а вот Гермионе нет. Отец двинулся в перед и ей пришлось тоже идти, она обещала, что будет послушной и поэтому шагала за отцом, но всё равно это выглядело так будто её тащили. Церковь была просторной и тёмной. На дворе сиял тёмный вечер, почти ночь. Посреди церкви развалился красный, прошитый золотой нитью ковёр. По бокам стояли длинные скамейки усеянные людьми. В противоположном от главного входа конце был алтарь и два силуэта рядом с ним. За ними и за алтарём высились несколько больших стрельчатых окон. Они распластались по всей стене, длинные от пола до потолка, они безмолвно показывали темноту находящуюся за ними. Отец повёл её к силуэтам рядом с алтарём. Как только они вошли все сразу же начали поворачивать головы и смотреть на них. Сквозь полупрозрачную вуаль Гермиона заметила, что почти все здесь маглы. Гостей было немного, только друзья и близкие. Из магов были лишь она, Блейз и ещё один человек. Сначала она не могла понять кто это, его белые волосы сливались с белой вуалью. Он сидел в первом ряду и повернулся к ней лишь тогда, когда она уже дошла до половины ковра. Он повернул к ним голову. Гермиона даже приостановилась и если бы не отец тянувший её за собой, то она бы так и осталась стоять. Легкое, но ощутимое сжатие руки отца заставило её идти через силу. Это был Люциус Малфой. Его лицо было странным. Он сам выглядел странно. Не так как всегда. Он совсем недавно сдружился с её семьёй, примерно пол года назад. Но что он здесь забыл? Гермиона беспокоилась. За вуалью никто не видел её заплаканное лицо. Никто не видел её опустошенные глаза с небольшими мешками под ними. Никто не видел её бледную кожу, которая почти сливалось с платьем. Никто не знал, что она не спала всю ночь, что прошлым вечером в последний раз общалась с Драко, в последний раз разглядывала свой школьный альбом, который теперь находиться у него. Когда они уже миновали скамейки и начали подниматься по ступенькам к алтарю, она разглядела в силуэтах лицо Блейза и священника. Её охватила мелкая дрожь и видимо отец это почувствовал. Он медленно повернул к ней лицо и тихо, чтобы слышали только они, проговорил: — Не выделывайся. — Сказал он это строгим голосом, будто она не дрожала, а устраивала истерику. Он снова отвернулся и натянул улыбку, которая никогда на его лице не красовалась. Такая мерзкая и натянутая, будто к уголкам его губ были прицеплены крючки, которые верёвкой завязывались на затылке. Он привёл её к своему месту напротив Забини и направился к первому ряду, чтобы сесть рядом с Люциусом. Это конец... Конец всего на свете. Гермиона смотрела в пустоту. Она не слышала, что говорил священник... Не слушала... Не заметила как в её руках оказались цветы. Ей хотелось верить, что это просто сон. Но внезапно что-то её пробудило. — Блейз Забини, — обратился священник к силуэту Забини напротив. Эти слова словно током ударили Гермиону. Несмотря на вуаль, Забини она видела хорошо. Его и первые три ряда. — Согласны ли вы взять в жёны Гермиону Грейнджер? Забини направил на неё свой взор. Брови упущены, глаза хищные, губы растянуты в недоброжелательной улыбке. — Конечно! — Насмешливо, даже с ноткой сарказма заявил он. — Гермиона Грейнджер, — Священник повернул к ней своё морщинистое лицо. Она снова вздрогнула. По щекам потекли слёзы. — Согласны ли вы взять в мужья Блейза Забини? Горло сжалось и засохло не давая говорить. По холодным, бледным как мрамор, щекам текли горячие слёзы. Она сквозь вуаль увидела как Забини поворачивает на неё голову. В его глазах полыхнул недоброжелательный огонь. 《Без фокусов 》— Вспомнила она. Сказать Гермиона ничего не смогла, горло слишком пересохло, а язык отказывался двигаться. Она медленно закивала дрожащей головой в знак согласия. Священник потупил на неё взгляд, потом отвёл. — Если кто-то имеет сказать что-то против, скажите сейчас или замолчите навечно! Все молчали. Секунды превратились в минуты. Время тянулось как резина. Никто не подавал голоса. Гермиона украдкой взглянула на сидящих в зале. Взор её остановился на лице Люциуса Малфоя. Всегда надменное, высокого о себе мнения, лицо теперь стало другим. Он смотрел на неё широко раскрытыми глазами, голова была слегка опущена. Его лицо было не таким как всегда и теперь Гермиона поняла почему. Он был грустным. Его глаза смотрели на неё с печалью, даже жалостью. — Я вижу, возражений нет. — Наконец подал голос Священник. Сердце Гермионы забилось, заметалось в разные стороны. Забини, плюнув на то, что ещё не время, поднял вуаль с лица Гермионы. Вмиг все стало ярче, светлее. Гермиона словно только, что родившийся ребёнок, с легкой ноткой удивления осматривала всё вокруг не двигая головой. Широко распахнутые, промокшие веки выставляли на показ карие радужки глаз. Они двигались во все стороны. Её заплаканное, мокрое от слёз лицо показалось на свет. Священник решил сделать вид, что не заметил поднятой вуали. — Властью данною мне Богом, — 《Что теперь будет? 》— Подумала Гермиона и не нарочно взглянула на Люциуса. Его глаза округлились. Он явно нервничал. То и дело теребил голову серебреной змеи на его трости. — Объявляю вас... Внезапно послышался громкий треск. Священник, не договорились, повернулся на звук, попятился и упал на пол. Большие, стрельчатые окна позади алтаря в одну секунду заскрипели, покрылись трещинами и раскололись на тысячи мелких кусочков. Осколки стекла, маленькие и большие, разлетелись по всему храму. Люди прикрыли лица и головы руками. Люциус Малфой, достав из трости палочку, создал защитный барьер перед собой. Некоторые попадали под скамейки. Все четыре окна на стене разбились и рассыпались в дребезги и в них пустовали дыры. Сразу же повеяло вечерним холодом. Внезапно что-то влетело в окно. Это что-то ловко запрыгнуло в церковь через пустую оконную раму и встало за алтарём. Это был человек. Все взоры направились к нему. Все кто не лежал под скамейками и не прикрывал лицо в ужасе повернулись к нему. Это был платиновый блондин в чёрной рубашке и брюках. Гермиона сразу же его узнала. При виде Драко её сердце забилось от волнения. Он устроил погром в церкви. Драко вытащил палочку и громко крикнул: — Я возражаю! Он взмахнул палочкой, и вся церковь усеялась фиолетовым туманом. Он был настолько густой, что невозможно было увидеть рядом стоящего человека. Гермиона начала пятиться. Отовсюду послышались крики людей. Шум переворачивавшихся скамеек. Это был целый хаос из шорохов и криков, скрипов и толчков заблудившихся. Сквозь фиолетовую пелену виднелись где нигде мелькающие красные вспышки и лучи. Гермиона не знала откуда они, но похожи они были на заклятия. Не известно откуда красные лучи летели и куда могли прилететь. Она присела на корточки и обхватила колени руками. Было очень холодно и страшно. Повсюду слышались крики, визги, топот ног. Внезапно она почувствовала как её кто-то обхватил одной рукой, а другую засунул под колени. Этот кто-то поднял её и она заметила, что лежит на руках у Драко. — Всё будет хорошо. — Улыбнулся он Гермионе. Драко тронулся смета и начал бежать. Гермиона крепко уцепилась в его шею, а он крепко сжимал её ноги и талию, чтобы не уронить. Драко побежал через фиолетовые облака. Гермиона ничего не видела в тумане, а вот Драко видел хорошо. На нём были надеты специальные очки в стиле стимпанк, с шипами и шестерёнками. Они помогали ему видеть куда он идёт в фиолетовом тумане. Когда туман пропал, Гермионе стало ещё холоднее. Они были на улице рядом с разбитым окном церкви, в которой всё ещё клубились фиолетовые дымные облокп. Он поставил её на ноги. — Драко! Гермиона зажала его в объятиях. Он был очень тёплым, теплее чем кто-либо. Драко коротко приобнял её и начал отстранятся. — Не сейчас. Нам надо бежать! Она выпустила его и они оба побежали. Неудобная фата летела за ней, но снять её было не так-то легко, поэтому её Гермиона оставила, а вот каблуки, то и дело протыкающие землю на бегу, она скинула. Нестись по холодной земле босиком было не приятно, зато удобно. Она не знала куда они мчались. Драко был впереди, а она следовала за ним. От быстрого бега закололо в боку, а тело начало трястись от холода. Она обернулась назад. В выбитых окнах церкви сплошь кипел фиолетовый туман. Он стал более прозрачным, чем когда она была там. В церкви о тут то там метались красные вспышки. Драко тоже обернулся и снял очки. — Туман рассеивается, поторопись! Гермиона придала темп. Бег согрел её тело и холодно уже не было. Но тут появилась друга беда, она начала задыхаться. Внезапно Драко остановился и нагнулся. Гермиона остановилась рядом и увидела как Драко поднимает метлу. Она не сильно в этом разбиралась, но сам вид метлы был дорогой. — Садись. — Велел он ей садясь на метлу. Задыхающаяся Гермиона пристроилась сзади него и метла начала подниматься. Они быстро поднялись на метр от земли, а потом рванули, словно ракета с такой скоростью, что голова Гермины откинулась, а сама она чуть не улетела назад, но она крепко держала талию Драко. Он был очень тёплым. Драко летел с широкой улыбкой и иногда поглядывал на свою спутницу, чтобы убедится, что она всё ещё там. Гермиона чувствовала ветел в волосах и трепет в груди. Снова проснулись те не устающие бабочки. Они затрепетали от радости и защекотали крыльями живот Гермионы. 《Все позади, я свободна.》 Ей было хорошо как никогда. В то время когда Драко навёл туман на церковь настала очередь Люциуса. Он тоже надел очки и начал пулять во всех заклятием "остолбеней!" Но перед этим он с помощью магии запер дверь. Когда туман начал рассеиваться, а Драко и Гермиона уже бежали к метле, он заметил, что почти все участники церемонии лежат в обмороке. Только Блейза он никак не мог найти. Он начал оборачиваться и предполагать где он может быть, как к нему подбежал мистер Грейнджер, который до этого видимо где-то скрывался. Мистер Грейнджер с удивлением обнаружил, что Люциус напялил на себя странные очки, которых он у него не видел во время церемонии— Люциус! Я видел твоего сына! Как ты это объяснишь?! — С неистовой яростью завопил он. — Как я это объясню? — Люциус надменно улыбнулся. — А вот как! Он что есть силы замахнулся и ударил отца Гермионы в живот. Мистер Грейнджер застонал и скорчился в три погибели. — Мой сын любит твою дочь, — Люциус сжал другую руку в кулак и врезал ему в лицо, — и он мне рассказывал как вы с ней обращаетесь! Мистер Грейнджер немного выпрямился и уставил на Люциуса удивлённый взгляд. — И знаете что? — Он начал медленно подходить. — Я его поддерживаю! Остолбеней! — Люциус быстро закрутил и наставил на него палочку. Полыхнула красная вспышка. Примерно в это же время оклемался Блейз. Он всё это время лежал притаившись за алтарём. До него наконец начало доходить, что здесь происходит — Драко... — Прошептал он. — Мерзкий ублюдок! Пока Люциус расправлялся с Отцом Гермионы, Блейз тихонько приманил свою метлу и пока она к нему добиралась он прокрался к окну и тихонько вылез. Мистер Грейнджер упал в обморок. К своему удивлению, за его спиной Люциус обнаружил Миссис Грейнджер. Посмотрев на её лицо он смутился. Она была невинна и напугана. — Извините. — Он высокомерно поднял подбородок, хотя глаза его были жалостливы. — Остолбеней! Миссис Грейнджер, ужасающе вздохнув упала радом с мужем. В церкви не осталось стоящих на ногах людей кроме Люциуса. — Всё-таки я хороший отец! — Восхищенно пробормотал он вскинув подбородок. Внезапно он увидел копошение за окном и к своему ужасу. Обнаружил там Забини. Он садился на метлу. Люциус немедля ни минуты побежал следом приманивая свою метлу. Гермиона сильно сжимала талию Драко. Она нечасто летала на метле и немного побаивалась высоты. Но она старалась не обращать внимания на страх, ведь теперь они вместе и это самое главное. Драко был просто прекрасен. Его платиновые волосы развевались на ветру словно шелковые нити. Внезапно сзади она услышала необычный звук. Звук какой издают мётлы при полёте. Гермиона повернула голову и увидела то, от чего её сердце начало волнительно биться, а взгляд помутнел от страха. Сзади них летел на метле Забини. Он был в паре метров от них и с каждой секундой нагонял летящую пару. Лицо его было ужасно. Глаза пылали яростью и что-то в сердце Гермионы ёкнуло, когда она взглянула в эти глаза. Руки Гермионы сжали Драко сильнее. Он не подавал виду, но на самом деле ему уже было сложно дышать. Платье неудобно завевалось на ветру. — Драко, там Забини. — Трясущимся голосом прошептала она ему на ухо. Драко оглянулся назад. Сначала глаза его распахнулись, а брови потянулись в верх, но потом это выражение скривилось в отвращении. — Чёрт! — Лишь выпалил он. Гермиона почувствовала как их метла рывком поднялась вверх. Они пролетали над лесом. У Гермионы забилось сердце. Забини их нагонял. В голову Гермионы пришла идея. Она (не без труда) отцепила фату с волос и отпустила её. Так как они летели быстро фата в мгновении ока прилетела Забини прямиком в лицо. Он, сразу же замедлился и отстал. — Молодец! — Похвалил её Драко оглядываясь. Фата распласталась по лицу Забини, а он усердно старался её стянуть, однако фата была слишком длинная и Блейз только путался в ней. Они сумели отстать от него, однако их счастье длилось недолго. Избавившись от препятствия, Забини снова начал их нагонять. Гермиона не знала, что делать. Второй фаты не было, а каблуки она сняла давно. Забини был уже в нескольких метрах от них. Лицо его горело, а глаза пылали. Гермиона этого не видела, но он с такой силой сжимал метлу, что вены на запястьях выступили, а костяшки побелели. Он достал палочку. Гермиона смерилась с проигрышем и пустила первую слезу, но вдруг что-то в звуке метлы поменялось. Звук бут-то бы раздвоился. Она всмотрелась в темноту вокруг. Сзади Забини летела вторая метла. Она была далеко, но быстро их догоняла. Гермиона не сразу разобрала кто это. Она прищурила глаза в попытках рассмотреть. Когда метла приблизилась Гермиона с ужасом повернулась к Драко. — Драко! — Полушёпетом пролепетала она ему на ухо. — Там твой папа! Драко, казалось бы ничуть не удивившись, кивнул ей и даже не обернулся. Гермиона снова обернулась. Люциус стал ближе. Его прекрасные волосы развевались на ветру как паруса королевского корабля. Он летел вскинув подбородок, будто и впрямь был королевским парусником и ничуть не скромным, и уже доставал палочку из кармана. Видимо Блейз, до этого его не замечавший, заметил, что Гермиона пялится в сторону. Он проследил траекторию её взгляда и как только увидел Люциуса его рука машинально потянулась к палочке. Но Люциус был уже наготове. Лишь рука Забини потянулась к карману он направил на него палочку и крикнув: 《Остолбеней!》выпустил из неё красный луч. Как раз в это время они подлетали к морю. В свете луны оно блестело словно серебро, а на его берегах в радиусе нескольких метров от воды были скалы и камни. Много кто здесь отдыхал несмотря на предостережения и небезопасность. Это бывало не часто, но некоторые не возвращались домой после отдыха на таком вот берегу. Люди решившие позагорать на больших булыжниках и острых скалах могли нечаянно под них упасть, поскользнуться, провалится и застрять там пока их пропажу не обнаружат и не найдут. Либо же пока не почуют голод и жару напекающего солнца, и после нескольких часов в таких условиях потеряют сознание от перегрева и уснув никогда не проснутся. Как раз когда Люциус прокричал своё 《Остолбеней! 》они пролетали над такими скалами и огромными, как рост баскетболиста, камнями. Блейз, пораженный красной вспышкой, начал замедляться. Ноги его распрямились, а до боли напряженные руки, растопырили пальцы и отпустили метлу. Он опрокинул голову и повалился на бок. И Драко и Люциус в это время остановили метлы с ужасом в глазах наблюдали в оцепенении. Блейз повалился с метлы и полетел прямиком на твёрдое, скалистое побережье. Драко ринулся в низ, а Гермиона впилась пальцами в его рёбра. Они летели в низ со скоростью молнии, но беспритомный Блейз был ниже их. Драко слишком поздно спохватился. Когда они уже сильно разогнались, стал виден скалистый берег. Драко резко затормозил метлу, так резко, что Голова Гермионы закружилась, а внутренности будто подпрыгнули. Тело Забини соприкоснулось с шершавым камнем. Он с большой силой ударился об его поверхность. Тело его разорвало в клочья, а из порванных и лопнувших вен и артерий хлынула кровь. Она волной ринулась в верх и дождём разбрызгалась по камням окрасив их в бордовый цвет, поблескивавший при свете луны. Гермиона ахнула и прикрыла рот рукой. Драко, почувствовавший её испуг завёл пальцы руки ей в волосы и опустил Гермионину голову на своё плечо. Гермиона послушно уткнулась и зажмурила глаза. Она почувствовала как тёплая рука Драко обхватила её ладонь, пальцы которой она, неосознанно, до боли (как у неё в пальцах, так и у него в рёбрах) впивала в тело Драко. Он тут же направил метлу в верх и полетел к отцу. Когда они оказались на одном уровне Люциус, не без жалости, взглянул на Гермиону и несколько дрожащим, толи от холода толи от испуга, голосом произнёс: — Его уже не спасти. Он это заслужил. Гермиона, не поднимая глаз, покачала головой. — Никто такого не заслуживает. — Пролепетала она. Люциус, не услышавший её, направил взгляд на Драко. Тот нервно гладил голову Гермионы, будто таким образом утешал не её, а самого себя. Глаза его застыли словно у куклы. — Драко. — Голос Люциуса стал слегка мужественнее и высокомернее. Глаза сына сразу же повернулись к нему. — Я приобрёл небольшой дом на острове. — Он передал Драко магический компас. Такой компас направлял мага в конкретное место. — Лети туда и позаботься о ней. — Он кивнул головой на Гермиону лежащую на плече Драко. Драко, посмотрел на него глазами полными благодарности. — Спасибо отец. Люциус кивнул и проводил их метлу глазами. Когда пара скрылась в густой темноте, он направился обратно в церковь. Он должен был ещё изменить гостям и участникам церемонии память, а так же замести следы. Люциус коротко вздохнул. Поправил длинные волосы и полетел на встречу к кропотливой работе.