Death's return

После получасового блуждания по темным туннелям Микеланджело, наконец, наткнулся на небольшую пещеру с ямой, заполненной песком, по центру. Черепаха в оранжевом подошел к краю ямы и посмотрел вниз. Он застонал. Если бы его брата там не было, он, вероятно, развернулся бы и пошел домой. Это было слишком просто. Нет ничего проще, чем просто выкопать кого-нибудь из ямы, заполненной песком. Зная Альфредсона, песок, скорее всего, был заминирован. Оглядевшись, Микеланджело нашел отломанный кусок доски и воткнул его в песок. Он услышал несколько зловещих шипений, прежде чем черное жало вылетело из песка и вонзилось в доску. Глаза Микеланджело расширились. В яме были скорпионы. Черепаха сделал несколько шагов назад, пока его панцирь не ударился о стену. - Где, черт возьми, он раздобыл скорпионов? - воскликнул он. Конечно, он говорил об Альфредсоне. Этот парень был прямо под Шреддером в списке злодеев, имеющих все ресурсы, которые они могли использовать, чтобы сделать жизнь окружающих еще более несчастной. Микеланджело захныкал, соскользнул на землю и закрыл лицо руками. Как, черт возьми, он должен был вытащить Леонардо из ямы, не ужалив их обоих? Микеланджело поднял глаза и начал напевать музыку из Jeopardy*, оглядывая пещеру. Он поднялся на ноги и пошел обратно в катакомбы. Он собрал все незакрепленные кирпичи и каменные блоки, которые смог найти, и начал строить ограждение у края ямы. С надеждой, что этот план сработает. Это будет медленно и утомительно, но, есть надежда, что это поможет ему и его брату выбраться целыми и невредимыми. Другой вопрос заключался в том, что он не знал, сколько скорпионов было в песке и как глубоко уходил песок. Микеланджело нашел доску подлиннее и воткнул ее в яму. Тремя футами** ниже доска ударилась о камень. - Держись, Лео, я иду, - сказал Микеланджело.

***

Эйприл остановилась, чтобы перевести дух после того, как двадцатый раунд*** охранников потерял сознание. Она, должно быть, приближалась к концу лабиринта, иначе там не было бы так много охраны. Эйприл поморщилась, когда ее больные мышцы напряглись при ходьбе. Ее уровень уважения к черепахам поднялся на ступень выше, когда она подумала о том, насколько долгими и напряженными были их тренировки. Вероятно, это было ничем по сравнению с их тренировками. Эйприл завернула за угол, и перед ней открылось огромное поле. Посреди поля в землю была воткнута лопата. О'Нил не могла не вселить в нее надежду, хотя и понимала, что все было слишком просто. Она сделала шаг в поле и, когда ничего не произошло, бросилась за лопатой. Она была так близка к тому, чтобы вернуть Кейси. К сожалению, как только ее пальцы обхватили рукоятку, она тут же оказалась окружена фут-ниндзя. - С каких это пор Футы помогают обычным преступникам****? - спросила Эйприл, вытаскивая лопату и размахивая ею, как оружием. - А с тех пор, как этот "обычный преступник" захотел избавиться от этих надоедливых рептилий, - ответил глубокий знакомый голос. Эйприл медленно обернулась и увидела, как Хан подошел к ней сзади. Он мрачно рассмеялся и хрустнул костяшками пальцев. Эйприл сглотнула и крепче сжала лопату. Это будет битва всей ее жизни.

***

Он понятия не имел, куда идет и даже в правильном ли направлении. Донателло должен был полагаться в основном на свои инстинкты, чтобы они могли направить его к пропавшему брату. Ему еще предстояло выяснить, почему Альфредсон так стремился испортить жизнь ему и его семье. Очевидно, что мужчина был психически больным, но это не повод вымещать злость на людях. Это была еще одна особенность людей, которую Донателло никогда не мог понять. Через некоторое время на земле показались следы того, что по ней проехала тяжелая техника. Трава была примята ровной линией, которая заканчивалась в нескольких футах от него. Донателло бросился бежать и обнаружил свежую насыпь грязи. Он опустился на колени и начал копать руками. К счастью, не потребовалось много времени, чтобы добраться до каменного гроба, погребенного под ней. - Держись, Рафи, - сказал Донателло, спрыгивая в маленькую яму. Он положил руки на крышку и толкнул ее изо всех сил. Что-то подсказывало ему не торопиться и быть осторожным, но другая часть его, та, что отчаянно хотела вернуть Рафаэля, заставляла давить на крышку еще сильнее. Каменная крышка наконец поддалась и соскользнула с дальней стороны гроба. Донателло бросил один взгляд внутрь, и его сердце мгновенно упало. Мало того, что Рафаэль смотрел на него умоляющими глазами, так еще и бомба смотрела на него снизу вверх, и она была соединена с зажимами, удерживающими его брата. - О, панцирь*****, - захныкал Донателло.