Два билета в Англию с разных концов мира.

Прошло несколько дней, проведенных в гармонии, работе и совместных прогулках. Если Игритт не вела уроки, а Том не был занят своими делами и бумагами, то скорее всего их можно было найти в гостиной за книгами или на кухне за чаем. Вместе они занимались спортом, вместе гуляли и готовили. Пару раз выбирались на вечерние мероприятия: он сводил ее в ночной музей естественной истории, а она его на концерт русской панк-рок группы. Их, как им казалось, дружба, становилась крепче, привязанность сильнее, а интерес к друг другу час от часу нарастал. Но, тем не менее, напряжение после той злополучной ночи неизменно витало в воздухе. Оно отражалось и становилось почти видимым в зеркалах тревожных глаз и фальшиво непринужденных вопросах Томаса, в напряженных улыбках и шутках Игритт. Они не говорили об этом, но каждый думал. Он - о том, что же она скрывает и боится рассказать, она - о том, что он обо всем догадается и узнает ее со стороны, которую она так старательно игнорировала на протяжении этих двух лет. Они, боролись в психологической схватке, без слов пытаясь разгадать души друг друга. Как на шахматной доске, переставляли, варьировали и жертвовали фигурами, которыми у них служили слова, факты и поведение, по очереди оказываясь в невыгодном положении. Но это не выматывало их. Каждый из них находил в этом сражении спортивный интерес. У Игритт он был с привкусом вызова и нежелания поддаваться влиянию его упрямства, а у Тома - с привкусом настойчивости и непрошенной заботы. Субботним вечером, после трех с половиной часов французского со шведской группой, Игритт устало откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Жара безжалостно колола лучами заходящего солнца, нагло разрывая светом плотные светлые шторы комнаты. Не помогали открытое окно и кондиционер. Так не хватало дождя, по которому девушка успела соскучиться. Но сегодня по новостям обещали ночной ливень, наконец-то холодные капли прибьют к земле эту вездесущую пыль. Посидев так с минуту, Игритт встала и уже собиралась идти за водой, как в голову ей пришла гениальная идея. Она примет прохладную ванну. На первом этаже есть огромное джакузи, которое вмиг наполнится водой из многочисленных кранов. Захватив с собой полотенце, большую белую футболку и шорты, она тихо спустилась по лестнице, боясь потревожить Тома, который в это время работал, и поспешила к ванной комнате. Закрыв дверь на крючок и скинув с себя мокрую от пота одежду, она забралась в белое овальное джакузи, уже наполненное прохладной водой, и с наслаждением легла на дно. В наушниках у нее играли старые хиты американских 90-х, Игритт старалась ни о чем не думать и просто посидеть в расслабленном состоянии 20 минут. Но она поймала нирвану и забылась на целый час. Чертыхнувшись, она опомнилась, помыла голову, слила остывшую воду и сполоснулась горячей. Одевшись, она оставила мокрые волосы на полотенце, которое обнимало ее за плечи, и вышла из комнаты. Солнце уже зашло за горизонт, в коридоре было темно. Дождь барабанил по стеклу и крыше, успокаивая своим монотонным стуком. Как зачарованная, девушка прошла к двери, открыла ее и босиком вышла на крыльцо. Этого ей показалось мало, и она зашагала по мягкой зеленой траве и сырой земле. Подставив лицо прохладным каплям, она улыбнулась. Какое же наслаждение, быть в моменте и каждой клеточкой чувствовать время, которое так неумолимо движется вперед. Именно в такие моменты можно поймать его за хвост порадовать себя возможностью жить. Игритт воткнула наушники в уши и включила свой любимый плейлист. Двигаясь в такт музыке, она закрыла глаза и начала пританцовывать на месте. “Я жива”. _______ Том это время работал на компьютере, создавая таблицы расходов имения и проклиная неумение этим заниматься своего эконома. Он включил светильник и устало посмотрел на время. Решив немного размяться, он подошел к окну и потянулся. Сквозь стекающие капли на стекле, соревновавшиеся в том, кто быстрее стечет, он разглядел силуэт девушки. Она покачивалась, подставив лицо к плачущим тучам, и обнимала себя за плечи. “Сумасшедшая... На улице же холодно!” Мужчина стремительно спустился на первый этаж, накинул на себя резиновую обувь и вышел навстречу непогоде и разыгравшемуся ветру. Быстрыми шагами преодолев расстояние, он за руку развернул девушку к себе. Та вскрикнула: — Ты испугал меня! - она сняла наушники. — Заболеть хочешь? - актер не обратил внимание на ее претензию. — Я не заболела бы, всего пара капель ничего бы не сделали. — Сколько ты здесь стоишь? — Пару песен, - девушка пожала плечами. — Когда-нибудь я тебя убью, - он, все еще державший девушку за руку, поволок ее к дому. Она не сопротивлялась, лишь смеялась с его слов. — Не ругайся, мамочка, я так больше не буду! — Мамочка? - “Опять за свое”, актер хитро улыбнулся уже на пороге “Я ее проучу, больше не захочет меня дразнить”. - Конечно, не будешь, отшлепаю так, что забудешь, как это, нарушать мой покой. Она на несколько секунд оторопела. “У меня получилось, молчит, да и вид у нее не такой задиристый”, он самодовольно улыбнулся. — Нарушать твой покой? Ты мог остаться в кабинете, - засмеялась Игритт. “Вот оно что... Решила перевести фокус внимания на это, вместо того, чтобы развить тему со шлепками. Меня не проведешь, я тоже люблю психологию”. — Я вышел, чтобы предупредить тебя. В следующий раз не сдержусь, и точно получишь у меня за все свои проделки, - “Еще одна запретная для нее тема?” Она усмехнулась и застыла в прихожей. Дождь остался за дверью, как непрошеный гость, и нетерпеливо застучал по ней. Том промок до нитки, холодная вода стекала с него на пол. Это напомнило ему ту ночь. — Что остановилась? Пошли пить чай и греться. — Я не могу, у меня все ноги в земле, - она виновато опустила глаза и переступила. Действительно, ноги были в траве и грязи. Он издал сдавленный смешок и посмотрел ей в глаза, будто спрашивая: “Что ты такое?” Не успела она попросить подать ей тапочки, он подошел, наклонился, перекинул ее через плечо и понес в ванную. Она совсем не была к этому готова, опомнилась только, когда оказалась у него на плече с висящей вниз головой. — Эй! - начала она было возмущаться, как Том уже поставил ее на белый пластик джакузи. — Что? - актер вопросительно выгнул бровь, ощущая свое превосходство. Высота ванной добавили ей пару десятков сантиметров, их глаза были на одном уровне. — Ты... ты... - она никак не могла придумать, что сказать. Наконец, выдала. - Я же мокрая, ты бы тоже промок... то есть уже промок... из-за того, что понес меня. Актер запрокинул голову и засмеялся. — Дорогая, я промок до нитки уже на улице, когда вышел за тобой. Так что не переживай по этому поводу, - сыронизировал Том и потянулся за лейкой для душа. Он включил воду и направил насадку на ноги девушки. Она же начала смывать с них грязь и траву. Когда с этим было покончено, земля смылась в слив и ванна стала чистой, Том заткнул ее пробкой и включил все краны. — Что ты делаешь? — Набираю ванну, - буднично сказал Том. - Я промок, мне холодно. Ты тоже вся продрогла. Если не хотим заболеть, нужно погреться, - с этими словами он в спортивных шортах и футболке сел в джакузи и приглашающим жестом указал напротив. Игритт тоже села. Их одежда уже была насквозь мокрой, так что терять нечего. Единственное, что ее беспокоило, это белая футболка, которая хоть и была из плотного материала, но все равно просвечивала соски и шрамы. Она распределила мокрые волосы на плечах и груди так, чтобы мало-мальски скрыть это. Том старался не смотреть ниже ее глаз, но у него плохо это получалось, поэтому он перевел взгляд на свои ноги. Когда вода наполнила джакузи полностью, он выдохнул: теперь нечего бояться, все, что надо, скрыто под водой. Он посмотрел в ее глаза. Она грустит или просто задумалась? — Игритт, - посмотрела на него. - Расскажи. — Нет, - она устало выдохнула. - Я не могу. — Почему? Я смогу тебе помочь. — Нет. Не сможешь. Мне не нужна помощь. Я просто хочу забыть. Неужели это так важно? — Да. Это важно для меня. Потому что мне кажется, что забывать у тебя плохо получается. Доверься мне, пожалуйста, - он оказался рядом и положил свою руку поверх ее, которая покоилась на коленке, находившейся на поверхности воды. — Я доверяю тебе. Но не хочу, чтобы ты знал это. Я не хочу быть для тебя поломанной игрушкой. Просто запомни меня жизнерадостной, пожалуйста, - она прикусила губу. - Завтра я уеду. — Что? Почему? — Я задержалась у тебя. Ты уже не отстанешь от меня. Я не смогу быть к тебе ближе, чем сейчас, - она перевела взгляд на их руки. Игритт перевернула руку так, чтобы они касались ладонями, повернула на 180 градусов и опустила свои пальцы между его, образовав замок. Томас сомкнул его. - Не смогу. — А я не смогу отпустить тебя. И забыть. Я открылся тебе, рассказал о своем эмоциональном выгорании, в красках описал, что чувствую и как мне бывает плохо. Ты поддержала меня и успокоила. Так почему же ты думаешь, что станешь для меня поломанной игрушкой? — Это не то, Томас. Тебе был нужен друг, тебе нужна была помощь. Но я ее не прошу, понимаешь? - она мгновенно разозлилась. - Неужели нельзя сменить чертову тему! - девушка разорвала замок, встала, оказалась на полу и, не обращая внимания на капающую с нее ручьем воду, пошла вон из ванной. Нет, она не будет дожидаться завтрашнего дня, она уедет сегодня. Томас поспешил за ней на второй этаж. — Игритт, постой! - мужчина догнал ее только у ее спальни и застыл на пороге. Она начала собирать технику. — Так будет лучше. Я не хочу с тобой ссориться. Я закажу такси в аэропорт. Сяду на самый первый самолет и уеду, - она, скручивая провод от зарядника, подошла к актеру. - Забудь меня. — Никогда! - Томас выхватил провод и швырнул в стену. - Ты разбита, и тебе нужна помощь, - он взял ее за руки. - Позволь мне... — Нет! - Игритт вырвалась и подошла к шкафу. Том пришел в ярость от отчаяния. — Боже... Ну какие у тебя могут проблемы, а? - он зло усмехнулся. - Мальчик предал? Любовь невзаимная, что? - он тут же пожалел, что это сказал. Ведь он так не считает. Но зачем было причинять ей столько боли? Как же ее ранили эти слова... Конечно, она понимала, что сказал он это со зла и на самом деле так не думает, но... Он обесценил ее чувства, не придал значения ее переживаниям. Игритт замерла и посмотрела на него так, будто видела впервые. Обидно. Она перестала что-либо делать и, привалившись к стене, спустилась по ней на пол. Капли все еще стекали по ней, но она этого не замечала. Она устало закрыла глаза и пропела: —[Я точно не знаю проблемы серьезнее, чем когда мой Инстаграмчик завис]*, - спустя минуту, продолжила. - Я расскажу тебе, что случилось. Но это надолго. Том молча сел на пол напротив нее, облокотившись на кровать, и приготовился слушать. _______ *строчка из песни алены щвец.: "Ветер пахнет цветами".