Два билета в Англию с разных концов мира.

Взъерошенная голова вынырнула из-под одеяла. Серые глаза, щурясь, устремились на настольные часы, красный свет которых отбрасывал плоскую тень на дерево тумбочки. 3:58. Игритт встала с кровати, пошарив руками по полу, нашла футболку и накинула на себя. Трусы, увы, найти не удалось. Тихо, стараясь не шуметь, она проскользнула в ванную, дверь в которую находилась в комнате актера. Закрывая глаза от яркого холодного света, она дошла до унитаза, села и свесила ноги. Черт, что за день. Принявшись прокручивать в голове воспоминания сегодняшнего дня, она неосознанно начала щипать себя за руку. Опомнилась только когда на коже выступили красные отметины. Глаза, привыкшие к свету, начали изучать новую обстановку. Взгляд ее упал на душевую кабину. Неплохо бы сполоснуться. Скинув с себя футболку, которая, как оказалось, была Тома, она подставила лицо под холодные наглые капли. Как ей теперь себя с ним вести? Она не планировала влюбляться, она не хотела давать себе шанс! Перегнувшись через стенку, дотянулась до полотенца, висящего на батарее, стуча зубами, укуталась в него и посмотрела в зеркало. Тушь все еще оставалась на глазах, но под ними образовались темные круги, мокрые пряди обрамляли лицо, а зубы тревожно покусывали красные губы. От осознания того, что она бесповоротно влюбилась в своего спасителя, который оказался актером и с которым, казалось бы, у них ничего не может быть, у нее задрожала нижняя губа. Но она не достойна его! С ворохом проблем, кучей травм и глупых мыслей, она будет для него грузом. Или ей все же так кажется? Она провела рукой красным пятнам на шее от его настырных поцелуев. Почему ей страшно? Почему она вспоминает тот злополучный вечер, произошедший два года назад в России? Наедине с собой ее съедают ужасные мысли, но, когда она с ним, единственное, что чувствует девушка - это доверие, безопасность и теплоту. Она смахнула слезу и прислонилась к стене. Он прекрасен, а она будет сильной. Она вытерлась и надела футболку. Выключив свет, на цыпочках проскользнула в комнату и тихо легла с краю. Еще рано, можно поспать. — Все хорошо? - раздался шепот из-под подушек. — Черт, Том! Ты меня испугал. Все хорошо, - так же шепотом ответила Игритт и выдохнула. С ним она скоро начнет пить таблетки от сердца. — Точно? Я слышал всхлипывания, - подушки зашевелились и перед девушкой возникла голова Тома, перевернувшегося на бок и теперь лежащего на животе. Выудив из одеял руку, он провел ладонью по ее еще мокрой щеке. - Я не сделал ничего, что тебе не понравилось, что тебя могло испугать? — Нет, Том, все в порядке, - Игритт закрыла глаза и потерлась головой о его руку. - Мне все понравилось. Я счастлива. Рядом с тобой. Но наедине мне становится страшно, и я не знаю, почему ужасные мысли преследуют меня. Но когда ты рядом, они пропадают. И все становится нормальным... Так глупо... — Черт, я боялся, что перегнул. Эй, детка, все будет хорошо. Мы подумаем, что с этим можно сделать. Возможно все же стоит сходить к специалисту и начать лечение. — Да, я тоже об этом думала. И мне кажется, ты прав, - он все еще водил подушечками пальцев по щеке девушки, иногда поправляя непослушные мокрые пряди. Она поймала его за кисть и поцеловала тыльную сторону ладони, боднув ее при этом носом. Томас наклонился и прикоснулся губами к ее лбу. Этот нежный, по-отцовски теплый поцелуй был для нее дороже любых объятий. После, чмокнув в нос, спустился ниже и прикоснулся к ее устам. Смакуя каждый миллиметр ее сладких губ, он медленно поцеловал ее. Тут произошло кое-что неожиданное для него. Томасу нежно, но вместе с тем повелительно надавили на плечо, принудив мужчину лечь на спину. Девушка же, не разрывая поцелуй, нависла над ним и перекинула одну ногу через него. После села на живот и, выгнув спину в пояснице, легла на его грудь, стараясь не разрывать связь. — Игритт... Что ты делаешь? - актер с неохотой разорвал поцелуй, чтобы глотнуть немного воздуха. Ее действие возбудило его, но в то же время немало удивило. — Хочу сделать тебе приятно... Но, если ты хочешь спать, я... - девушка нарочито медленно начала подниматься, но Том, поймал ее за талию и усадил на место. — Нет-нет, что ты, продолжай. Мне нравится, - он усмехнулся. Хитро улыбнувшись, ведь именно это она и хотела услышать, девушка осталась сидеть на нем. Она откинула жаркие мешающие одеяла и под внимательный взгляд мужчины медленно начала поднимать футболку. Его руки блуждали от талии до бедер, а когда ее грудь оголилась он неосознанно начал поднимать туловище. Усмехнувшись Игритт толкнула его на кровать и опустилась к его губам. — Помнится, вечером, ты говорил мне чтобы я лежала на кровати. Так вот, теперь твоя очередь, - прошептала она ему на ухо и провела языком по мочке уха. Черт, чем же он пахнет? Есть что-то в его запахе свежее от лайма и терпкое от дуба. Из волос его никогда не выветрится вишневый запах дорогих сигар, которые он иногда разрешает себе курить. Девушка уверена, если бы зелье Амортенция существовало бы, то для нее оно пахло именно так. — Мстишь? - у него свело зубы от ее действий. Черт, думай о математике, а не о том, что она трется киской о твой голый пах. — Если тебе будет легче, то можешь думать так, - она улыбнулась. Оставляя дорожку мокрых поцелуев от шеи до груди, Игритт ласкала его напряженные мышцы подушечками пальцев, легко щекоча его бледную кожу. Ей пришлось встать на четвереньки и опереться одной рукой о кровать, чтобы не упасть носом в его грудь. Девушка устроилась поудобнее и продолжила изучать его тело. Тут она почувствовала, что в ее киску что-то уперлось. Ухмыльнувшись, она продолжила опускаться губами ниже, в то время как головка его члена рисовала на ее коже причудливые округлённые узоры, сначала на лобке, потом на животе, а потом ближе к груди. Томас же пытался ровно дышать и сохранять спокойствие. Черт, она это специально? Стиснув зубы, он то и дело поднимал голову, устремляя взгляд на девушку и ее манящие груди в этой сексуальной позе, то откидывался на подушки, когда ее ласки были для него совсем головокружительны. “Делает вид, что не замечает мой член, в то время как я схожу с ума, когда он скользит по ее коже. — Черт, Игритт, дай мне войти в тебя, я больше не могу! Хочу жестко взять тебя, маленькая чертовка, что ты творишь со мной? - прохрипел он. — Поумерь свой пыл и лежи тихо, - та лишь хихикнула. Игритт остановилась в районе паха. Теперь нужно лишь решиться. Аккуратно взяв член у основания своей ладонью, она закусила губу и подняла взгляд на Тома. Тот старался держать голову на весу и запечатлеть этот момент в своей памяти. — Эй! Не смотри! — Это выше моих сил, детка. Не бойся и не стесняйся. Я буду говорить, как, - Томас старался говорить ровно, тоном, будто они на каком-то уроке по химии в лаборатории, но точно не голые в кровати. - Итак, проведи кончиком языка по всей длине от основания до головки. Ч-черт, да... - мужчина тяжело выдохнул и на секунду лег на кровать, но потом снова поднял голову. - Теперь, возьми его в рот, только головку, и пососи, только, умоляю, без зубок, - только и удалось ему прохрипеть. Девушка, следуя указаниям Тома, взяла в рот его головку и сделала пару поступательных движений, кончиком языка пройдя по уздечке. Услышав одобрительный стон, он продолжила свои манипуляции. Перекинув волосы на одну сторону, чтобы не мешали, она опустилась чуть ниже и провела губами по всей его длине, легкими засасывающими движениями. Мужчина же, больше не в силах сдерживать свои эмоции, приглушенно выдохнул в потолок. Играя с головкой языком, Игритт постаралась взять поглубже, но подавилась и закашляла, громко сглатывая слюну. Нет, он слишком большой. Ее попытки и рвение завело его еще больше, но он все еще старался держать себя в руках и не наброситься. — Детка, не торопись, - он издал смешок. - Ты никуда не денешь рвотные рефлекс, но если будешь делать медленно, то он будет беспокоить тебя в меньшей степени. Девушка, следуя совету Тома, обхватив губами его член, медленно начала опускаться. Стараясь ровно дышать, смогла взять его в рот до середины. Поднявшись и опустившись еще раз, уже уверенней, она помогала себе руками. С каждой минутой у нее получалось все лучше. Об этом свидетельствовали хрип и приглушенный стоны, издаваемые актером. Тот уже не мог сдерживать своего желания, да и не хотел этого, поэтому, положив руку на затылок девушки и зарывшись в ее волосы, помогал ей наращивать темп. Он хочет взять ее сейчас, глубоко, грубо, без вопросов. Поймав ее руку у основания члена, он притянул ее на себя, заставляя отстраниться и упасть ему на грудь. — Я хочу тебя. — Я тоже... - в приоткрытые губы девушки ворвался требовательный язык. Приподнявшись и сев в кровати, он прижал горячее тело девушки к себе. Его руки жадно скользили по ее спине, то по очереди зарываясь в волосы, то лапая за зад. Приподняв ее за ягодицы, он опустил ее на его колом стоящий член. Вцепившись в ее мягкие бедра, он сам начал наращивать темп, насаживая ее на себя, в то время как Игритт держалась за его плечи и целовала его щеку, шею, губы. — Черт, почему ты такая сладкая... Не могу насытиться тобой. Каждую секунду хочу, чтобы ты ощущала в себе мой член, а на коже мои пальцы. Всегда помнила, что моя. Детка, как же меня заводит думать о тебе. О том, что ты хочешь сделать мне приятно. О том, что ты меня слушаешься. Такая чистая, невинная, но вместе с ним чертова дьяволица... Досталась мне, мне... - он поймал ее губу и до боли закусил ее, пока она скакала на его члене. Она, стараясь продлить такой запретный и желанный поцелуй, прикоснулась руками к его груди. Он же, опустившись ниже, поймал ее сосок и, играя с ним зубами, дразняще укусил. Она ахнула и выгнулась сильнее. Томас усмехнулся и легко шлепнул ее по второй груди. Он чувствовал, что оргазм его скоро настигнет. Мышцы влагалища девушки начали сокращаться, она подняла голову выше и, жадно глотая воздух, сдавленно застонала. Томас присоединился к ней спустя несколько секунд. Вцепившись пальцами в ее спину, чуть не ломая ее пополам, он укусил ее за плечо, и не сдерживая себя в этот момент, кончил в нее. Увлекая ее за собой на кровать, лег на спину. Не отпуская девушку на бок, продолжал держать ее на своей широкой спине и вдыхать ее запах, который, как ему кажется, всегда будет для него желанным. Спустя несколько минут, он перевернулся на бок и положил ее рядом. Она перекинула ногу через его и положила свою ладошку на его грудь. — Ты когда-нибудь сведешь меня с ума, - Томас выдохнул. — Спокойной ночи, мистер Хиддлстон.