Глубина

Погода на улице была прекрасной. «Прекрасной, для того, чтобы наблюдать за ней из окна тёплого помещения», — мрачно думал Драко. Температура была достаточно прохладной, но не морозной, порывы ветра то и дело пытались растрепать волосы, а тяжёлые темно-серые облака полностью заволокли небо. Малфою оставалось только хмуро вглядываться в него, теребя рукава квиддичной мантии и терпеливо ожидая появление Поттера, который и заставил Драко ее надеть. Тот, объявив что в школьном сарае для метел непременно найдёт им самые лучшие модели (в чем Малфой очень сильно сомневался), уже как десять минут будто бы испарился. Драко решил потратить время ожидания на размышления. Он до сих пор не понимал, как вообще согласился на все это безобразие. Хотя нет, в глубине души он знал, что виноват во всем как всегда Поттер. Малфой просто не умел отказывать этому бесконечно упрямому придурку, который всегда получал то, что хотел. У него это не получалось чисто физически, особенно в последнее время. Драко был так опьянен общением с Гарри, до которого дорвался спустя столько лет, что безропотно принимал все его даже самые безрассудные и гриффиндорские идеи и следовал за ним. Надеть квиддичную форму, которой уже давно пора на пенсию? Почему бы и нет! Вытащиться летать на поле посреди зимы и продуть себе последние мозги? Всегда пожалуйста! «О Мерлин, когда только я успел стать таким жалким», — то и дело проскакивала короткая мысль в сознании Малфоя. Шорох со стороны сарая для метел вернул Драко в реальность. Увидев Поттера, пытающегося одновременно удержать трепыхающийся снитч в одной руке, а мётлы в другой и при этом не свалиться с ног, он лишь вздохнул и улыбнулся уголками губ. Малфой не мог отказать этому недоразумению ни при каких обстоятельствах.

***

Драко всегда любил полеты. Ощущение свободы, адреналина и иррационального счастья будто распирали его изнутри. Поднявшись крайне высоко в небо, он почувствовал себя хорошо. Впервые за долгое время. И в этом ему не могли помешать ни старая школьная не совсем изворотливая метла, ни пробирающий до костей ветер, ни угроза получить как минимум простуду, а как максимум воспаление легких. Поттер тоже откровенно наслаждался полетом неподалёку. Выполняя различные трюки на метле, то взмывая вверх, к облакам, то практически камнем падая вниз, он казался до неприличия счастливым. Драко очень сильно хотел поцеловать его, очень сильно, но старательно давил в себе подобные порывы, наслаждаясь хотя бы тем, что Гарри решил разделить этот момент невозможной радости с ним. Спустя какое-то время Поттеру, видимо, надоело летать без какой-либо цели, и он, заговорщически подмигнув Малфою, наконец выпустил на поле снитч. Азарт вмиг затопил все тело Драко. Он словно на миг перенесся в прошлое, где он так же гонялся по всему полю за Поттером, пытаясь предугадать его тактику, всевозможно перехитрить и хотя бы раз попробовать выиграть. Снитч носился по полю, казалось, в несколько раз быстрее обычного, но от этого было только веселее. Поттер и Малфой держались в одном темпе, а иногда они, находясь в погоне за мячиком, находились настолько близко, что даже соприкасались коленями. Они то и дело шутливо толкались, пихали друг друга локтями под рёбра и бросались не слишком приличными выражениями. Драко чувствовал себя окрылённым. Он хотел взять это воспоминание, запечатать в банку и бесконечно пересматривать его, глубоко окунувшись в омут памяти. Увидев, что Поттер как-то давно не крутится по близости, Малфой заметил его на другом конце поля, и, недолго думая, отправился за ним. Как оказалось, очень вовремя. Гарри заметил снитч и всеми силами пытался поймать его. Драко прибавил скорость и стал лететь прямо по направлению к мячику, бросив короткое: — В этот раз я тебя выиграю, Поттер! Боковым зрением он заметил размытое красное пятно квиддичной формы Гарри, который теперь летел с ним плечом к плечу. Драко видел, как Поттер уже вытянул руку, для того чтобы наконец поймать снитч. Его пальцы практически сомкнулись на трепыхающихся крыльях, когда Малфой буквально вырвал заветный мяч у него из рук. Возможно, его метла оказалась немного быстрее, или удача на этот раз повернулась к нему лицом, Драко не знал. Но был очень, даже чрезвычайно рад своей победе. С громким радостным кличем, все ещё держа снитч в одной руке, он сначала взмыл высоко в небо, а после спустился к полю настолько низко, что мог легко коснуться ладонями земли. Именно в тот момент Поттер наглейшим образом скинул Драко с метлы, схватив его за вытянутую со снитчем руку и резко потянув за собой на землю. Малфой уже был готов разразиться гневной тирадой, но был бесцеремонно прерван: — Малфой, какой же ты все-таки слизеринец! Так увести снитч у меня из под носа, не стыдно тебе?! Это против правил, между прочим! — протянул наигранно-возмущённо Поттер. — Правила созданы для того, чтобы их нарушать, слышал о таком? — усмехнулся Драко. На что Поттер втянул его в шутливую драку, осыпая легкими ударами везде, где придётся. Малфой не остался в стороне, умудряясь одновременно уворачиваться от ударов и наносить свои. Они катались по земле, как какие-то одичавшие книззлы, но Драко на это было, в общем-то, все равно. Он впервые за долгое время искренне смеялся и не мог себя остановить. Наконец, когда Поттеру, видимо, надоела драка, и он немного поумерил свой пыл, Малфой поспешил воспользоваться этим. Он резко дёрнул нависавшего над ним Гарри за руку, заставив его потерять равновесие и упасть на спину. На что Драко сразу же поменял своё положение так, что теперь уже он нависал над своим противником. — Ты же... понимаешь, что... — говорить было тяжело, голос то и дело срывался в попытках отдышаться, — что я в любом случае... выиграл. Да, Поттер? — попытался в очередной раз съязвить Драко, но интонация получилась слишком нежной, за что ему хотелось себя немедленно возненавидеть. Поттер на это лишь высоко поднял брови и открыл рот в крайне наигранном изумлении, а после в очередной раз рассмеялся. Наконец успокоившись, тот лишь с легкой улыбкой, так же тяжело, как и Драко, продолжал переводить дыхание. Спустя несколько секунд Малфой, наконец, осознал положение, в котором сейчас оказался. Под ним был Поттер, прижатый к земле и не предпринимавший никаких попыток вырваться. Весь красный, растрёпанный, и такой искренне счастливый. Облакам, по всей видимости, надоело бесцельно плавать по небу, поэтому, незаметно для увлечённых друг другом Гарри и Драко, начался первый в этом году снег. Крупные снежные хлопья падали на землю, ударяясь о неё и тут же тая. Одна такая же снежинка упала Гарри на лицо, и он смешно сморщил нос, будто большой, лохматый кот. Драко было физически больно смотреть на него. Он больше не мог сдерживать свои желания и порывы. Его сила воли была слишком слаба для этого. Видимо, что-то отразилось во взгляде Драко, так как зрачки Поттера испуганно расширились, а губы приоткрылись в удивлении. Но сделать что-то он просто не успел. Драко сократил расстояние между ними и прижался к его губам своими. О Мерлин, он так давно этого ждал. Губы Гарри были именно такими, какими Драко себе их и представлял. Мягкими, сухими и очень горячими. Казалось, будто Поттер — это одна сплошная печка, настолько сильно он излучал тепло. Совершенно не осознавая, что он делает, спустя какое-то время Драко предпринял попытку углубить поцелуй и раздвинуть губы Гарри языком, немного облизав при этом нижнюю. Когда Драко почувствовал, как вздрогнуло тело под ним, осознание словно волной накрыло его. Гарри не отвечал ему. Он застыл как каменное изваяние и не отвечал. Он не хотел этого. В этот же момент Малфой резко подорвался с места. Он попытался быстро встать, но ничего не получилось. Вместо этого Драко перекатился на землю, неловко сел и, наконец встав, трусливо, но крайне быстро убежал в квиддичную раздевалку, находящуюся неподалёку.

***

Он просто не мог этого вынести.В квиддичной раздевалке, слава Мерлину, никого не оказалось. Насколько Драко помнил, была суббота, поэтому никто кроме них с Поттером не пожелал остаться в замке, отправившись развлекаться в Хогсмид. Несмотря на все свои попытки отвлечься и думать о чём-то незначительном, все его мысли смешивались в одну сплошную кучу, а чувства переходили от страха к вине и отвращению к самому себе, и наоборот. Почему в этот раз Драко не смог сдержать свои порывы? Он действительно поцеловал Гарри, и это было просто прекрасно. Было бы ещё прекрасней, если бы Поттер ответил ему, признался во взаимной симпатии, а дальше они бы жили долго и счастливо. Но нет. Жизнь — это не маггловская сказка со счастливым концом, и события в ней просто не могли развиваться по такому сценарию. Вместо этого Поттер застыл на месте и не отвечал на поцелуй Драко. Ему было мерзко, противно, омерзительно. Малфой был уверен в этом. Одним своим необдуманным поступком он наверняка заставил Поттера ненавидеть его. Драко разрушил то хрупкое подобие дружбы, что месяцами выстраивалось между ними. Он не знал, что ему делать. Хотелось поскорее снять с себя эту чёртову форму, теперь пропитанную запахом земли и Поттера, который находился рядом слишком много времени. Хотелось наложить на себя несколько десятков очищающих чар, а после залезть в душ и тереть своё тело мочалкой до тех пор, пока он не сотрёт с себя все эти омерзительные чувства, терзающие изнутри. Хотелось утопиться в этом самом душе и остаться там навсегда. Возможно, он был бы чем-то вроде аналога плаксы Миртл, только в квиддичной раздевалке? Почему бы и нет? Ученики распространяли бы по замку страшные легенды, о том какой ужасный призрак бывшего пожирателя Малфоя водится в районе стадиона. Все бы боялись его, а Драко парил бы там и пугал несчастных учеников до смерти своим неожиданным появлением в самые неподходящие моменты. Возможно, он бы ещё застал Поттера за водными процедурами... Хм, было бы весьма недурно. Думая обо всем этом, Драко резкими движениями срывал с себя ненавистную одежду и даже не трудился складывать ее должным образом. Он не хотел лишний раз даже прикасаться к ней, как к яркому напоминанию о его провале. Малфой вступил в душевую кабинку и выкрутил вентиль с горячей водой на полную. Он очень сильно хотел смыть с себя весь позор и боль. Или свариться. Если честно, ему было все равно. Кожа Драко определенно была другого мнения. Воду такой температуры он не смог выдержать более пяти минут, поэтому вскоре немного вывернул вентиль в противоположную сторону, и встал уже под более холодные струи. У Драко не было сил даже на то, чтобы нормально помыться. Он был слишком самонадеян. Нужно было действительно просто утопиться в этом чертовом душе, хотя он и понимал, что это в принципе невозможно. Когда Драко уже был полон мрачной решимости осуществить свой план, со стороны входа в раздевалку послышался какой-то шорох. «Твою мать», — промелькнула в голове короткая, но емкая мысль. По всей видимости, окончательно потерявшись в своих мыслях, Драко забыл запереть дверь заклинанием. Но не зря в послевоенные годы он был таким сильным параноиком. Драко среагировал молниеносно. Быстро обернув темно-зелёное полотенце вокруг бёдер, он вылетел из душевой кабины и, найдя в ворохе одежды свою волшебную палочку, встал в боевую стойку. Ну, насколько это было вообще возможно в полотенце. Незваный гость не заставил себя долго ждать. Драко ожидал увидеть кого угодно: от команды по квиддичу, которая неожиданно решила потренироваться в выходной день, до слишком увлечённой друг другом парочки, выбравшей раздевалку как место для своих игрищ. Он ожидал увидеть хотя бы озлобленных старшекурсников, сговорившихся по-тихому убить его, но никак не завалившегося в помещение Поттера. Хотя, если подумать, его появление было самым логичным.

***

Гарри лежал на холодной, промозглой земле и решительно не понимал, что ему делать. Драко что.... только что... поцеловал его? Эта мысль казалась слишком странной, чужеродной в сознании. Нет, они с Малфоем определенно были очень даже хорошими друзьями. Они вместе занимались в библиотеке, Драко даже иногда помогал ему с зельями. Ладно, он почти всегда помогал Гарри с зельями. Гарри ведь почти добился того, чтобы старый-добрый, такой знакомый, надменный и насмешливый Драко Малфой наконец вернулся и перестал быть тусклой тенью самого себя. Гарри старался добраться до самой его сути, расшевелить бесчувственного бывшего врага любыми способами. Постоянно одергивал в коридорах, пытался как-то развеселить или даже наоборот, нарваться на колкость или сарказм с его стороны, которые раньше казались чем-то обидным, но сейчас... сейчас они были просто остроумными. Гарри нравилось получать хотя бы такую реакцию от Драко. С таким Малфоем он чувствовал себя так, будто отправлялся в светлое и незапятнанное войной прошлое, в котором единственными проблемами были очередные глупые розыгрыши и подначки Драко, вроде переодевания в дементоров во время квиддичной игры или ещё чего-то подобного. Все чаще он ловил себя на мысли, что, несмотря на то, что он пытался вернуть прежнего Малфоя, ненависти, или даже какого-либо раздражения к нему он не испытывал. Вместо этого он узнал Драко с абсолютно другой стороны. Гарри знал, что Драко может оскорбить его или полить огромным количеством сарказма, но также он понимал, что теперь это происходило просто по привычке, да и не зло, а как-то по-дружески, что ли. Гарри знал, что Драко обожает тайком читать маггловскую литературу, но никогда никому в этом не признается. Он знал, что тот хмурится и жуёт кончик пера, когда сильно сосредоточен на особенно сложном домашнем задании. Он знал, что Драко ест на завтрак и какую мантию предпочитает носить чаще всего. Это ведь нормально, для друзей знать так много информации друг о друге, верно? Да и думать о друзьях тоже никто не запрещал. Но это же не значило, что Драко действительно хотел его поцеловать? Иногда он любил шутить, может быть, и это было очередной шуткой или розыгрышем, а Гарри просто как всегда не понял этого? Нужно было обязательно пойти за Драко и выяснить это. Наконец, выйдя из оцепенения, Гарри, немного пошатываясь, встал с земли и отправился прямиком к раздевалке. Войдя в помещение, он услышал отчетливый шум воды. Драко решил помыться? Хм.. вполне логично, они ведь летали долгое время. Это вполне можно было считать за полноценную тренировку. Не успев уйти в своих размышлениях дальше, Гарри услышал грохот, а в следующую секунду перед ним стоял Драко с палочкой в боевом захвате, направленной прямо на него. Увидев Поттера, Малфой словно оцепенел, но, видя отсутствие угрозы, палочку всё-таки опустил. Немного сбитый с толку, Гарри не сразу заметил, в каком виде находился Драко. Он был прав в своих догадках, очевидно, Малфой мылся. Он выглядел так, будто секунду назад выскочил из душа, что в принципе было правдой. Весь мокрый, разгоряченный и немного потерянный. Гарри мог признать, он выглядел довольно... привлекательно. Если так вообще можно сказать о ком-то из своих друзей. Не осознавая что он делает, Гарри продолжал блуждать взглядом по Малфою, не замечая, как у того стремительно алеют щеки. У самой шеи он заметил каплю воды, стекающую вниз сначала по крепкой груди и напряжённому животу, а после скрывающуюся за махровым полотенцем, повязанным на бёдрах. Он проследил ее путь взглядом. Внезапно захотелось сделать то же самое языком. Испугавшись собственных мыслей, Гарри одернул себя, резко подняв взгляд на Малфоя. Лучше бы он этого не делал. Лицо того теперь выглядело крайне напряженным и даже немного угрожающим, хотя все впечатление портил яркий румянец, расползшийся по щекам и части шеи. Светлая челка беспорядочно разметалась по лбу, а серебристые радужки глаз практически полностью заполнил чёрный, расширившийся зрачок. Гарри гулко сглотнул. Не то чтобы он никогда не задумывался о своей ориентации... он понимал что иногда его может тянуть к мужчинам, но... Это ведь Малфой, его друг! Это... это просто неправильно, в конце концов! Но сейчас он выглядел слишком привлекательно, Гарри не мог этого не признать. Стараясь избавиться от собственных навязчивых мыслей, он поспешил наконец сделать то, зачем вообще пришёл. Спросить о произошедшем.

***

— Драко... ты... что это было? — неуверенный голос словно разрезал повисшую тишину. Драко будто вышел из оцепенения. С тех пор как он увидел Поттера, его не переставало покидать ощущение, словно его приложили сильным Петрификусом*. Иначе он не мог объяснить свою неспособность двигаться или даже мыслить в эти долгие минуты, что Поттер просто стоял и беззастенчиво разглядывал его. Драко прекрасно осознавал, в каком положении находился, и от этого его желудок скручивался, а в нижней части живота разливалась смесь стыда и возбуждения. На какие-то мгновения ему показалось, что Гарри нравилось то, что он видит, но Драко не дал этого обдумать тот же Поттер, видимо, решивший выяснить, что всё-таки произошло на квиддичном стадионе. Драко не собирался сдаваться просто так. Не теперь. Не видя Поттера было достаточно легко погрязать в жалости к себе и планировать захлебнуться водой в душе. Так же легко было и отказаться от дружбы с ним. И он правда планировал сделать все это, но Поттер одним своим видом словно вдохновил его на обратное. — Поттер. Я не знаю, что тебе сказать, — честно признался он. — Скажи правду. Это ведь был розыгрыш, шутка, верно? Ты всегда был остроумен... — говоря это, Поттер пытался улыбаться, но выглядело, откровенно говоря, паршиво. — Нет, — беззастенчиво прервал его Драко. Гарри выглядел озадаченным. — Как нет? — Вот так. Я действительно хотел поцеловать тебя, — Драко не знал, что на него нашло. Поттер со своей гриффиндорской придурковатостью определенно плохо влиял на него. — Но... Малфой снова перебил: — Давай просто забудем это, ладно? Я... я не знаю что на меня нашло, — о да, Драко определенно знал, но предпочёл бессовестно солгать в этот раз. — Я правда хотел поцеловать тебя, но... Слушай, этого больше не повторится, я могу обещать тебе. Драко очень сильно не хотел терять дружбу и расположение Гарри. Конечно же, он предпочёл бы поцеловать его ещё раз, и ещё. И ещё десятки, тысячи раз. Но он умел ценить то, что имел. И не собирался отпускать все это просто так. — Ты... что? Правда хотел этого? — На какой-то момент да, но... Малфой хотел ещё раз оправдаться, но на этот раз прервали уже его. — Подожди, — коротко скомандовал Поттер. Драко явно не заметил, как тот во время их разговора медленно, но верно подходил ближе. Сейчас же Гарри опасно вторгался в его личное пространство. Вынести подобное было слишком сложно для Драко, тем более, что возбуждение, до этого просто приятно разливавшееся по телу, от подобных действий начинало становиться ощутимее. — Скажи это ещё раз, — Поттер придвинулся ещё ближе, опаляя кожу Малфоя своим дыханием. Драко был ошеломлён. Поэтому, не сразу сообразив, что от него требуют, тупо переспросил: — Что?... — Что ты хотел сделать, — Драко казалось, что хриплый голос доносился со всех сторон одновременно. — Я... я хотел поцеловать, — пришлось немного перевести сбившееся дыхание, — тебя. Драко не успел даже подумать о том, почему Поттеру вдруг понадобилось подтверждение его слов, или какого хрена он вообще делает, так как все мысли разом будто выбило из головы. Поттер, ухватившись одной рукой за предплечье Драко, наклонился к нему и поцеловал. Палочка, которую тот сжимал на момент разговора, выпала из рук, звонко ударившись о кафельный пол. Изначально Малфой стоял как вкопанный, не в силах даже пошевелиться, не то что ответить на поцелуй. Но когда спустя несколько долгих секунд первоначальный шок прошёл, он решил воспользоваться ситуацией, какой бы странной она ни была. Сначала Поттер лежал как истукан и никак не реагировал, а после набрасывался на него с расспросами в душевых и лез целоваться. Драко не хотел анализировать все это. Тем более, когда губы Поттера буквально были прижаты к его собственным. Не долго думая, он ответил на поцелуй и принял попытку раздвинуть губы Гарри языком. Тот, наконец, почувствовал реакцию, издал крайне восхитительный звук и легко прикусил нижнюю губу Драко в ответ. Больше не сомневаясь ни в чем, он протолкнул язык в рот Гарри, соединяя, сплетая их в одно целое. Драко целовался жадно, напористо, словно стараясь выпить партнера до последней капли. Он слишком долго ждал этого момента, слишком часто видел подобное в своих мокрых снах, слишком много фантазировал, чтобы сейчас сдерживаться. Не выдержав, он запустил ладонь Гарри в волосы и пропустил их через пальцы. Вторую руку он поместил на поясницу Поттеру, притягивая ближе и сталкивая его бёдра со своими, при этом продолжая непрерывно целовать. Отчаянно нуждаясь в глотке воздуха, они отстранились друг от друга, тяжело дыша. Гарри уткнулся лицом в место где-то между плечом и шеей Драко и тихо проговорил: — Драко... ты... останови меня, пока не поздно... я... не выдержу. Прошу. Но Драко ни в коем случае не собирался его останавливать. Вместо того, чтобы внять просьбам Гарри, он мягко отстранил его от себя, взял за подбородок и, опаляя горячим дыханием его губы, прошептал простое: — Нет. Поттеру не нужно было повторять дважды. Он, будто бы не контролируя себя, всем телом навалился на Драко, прижав того к стене, и припал к его губам в очередном поцелуе. Драко очень сильно раздражала квиддичная мантия, все ещё находящаяся на таком желанном теле, поэтому он, не отрываясь от поцелуя, принялся судорожно расстегивать ее трясущимися руками. Поттера это не устроило. Он поспешно щёлкнул пальцами, и мантия вместе со всей остальной формой исчезла, оставив того без одежды. Вообще. Чертова беспалочковая магия. Драко возбудился бы ещё сильнее, если бы мог. Поттер мягко пытался подтолкнуть его в сторону, но Малфой не совсем понимал для чего, пока не упёрся спиной в холодную плитку душевой кабины. Гарри продолжал водить руками по всему его телу, но ненадолго оторвался для того, чтобы ещё одним щелчком пальцев включить воду, чем вызвал удивленный вздох со стороны Драко. Полотенце давно осталось лежать где-то на полу посреди раздевалки, а Поттер прижимался своим обнаженным телом к его. Осознание волнами удовольствия накатывало на Малфоя. Он целовал Гарри в ответ, гладя его скулы, шею, плечи, руки, грудь. Драко старался исследовать каждый сантиметр тела напротив и запомнить каждый изгиб. Всем своим существом Драко хотелось показать Поттеру, как сильно он этого хотел, как сильно он желал Гарри, как всеобъемлюще любил его. Он отзывался навстречу умелым ласкам, прогибался и терся всем своим телом. Протяжные стоны Гарри смешивались с его собственными, а белые вспышки удовольствия то и дело вспыхивали перед глазами. Не выдержав сладкой пытки, Драко в очередной раз впился в любимые губы и рукой довёл их обоих до финала. Ему так сильно хотелось прокричать желанное имя, так хотелось сказать как долго и мучительно он влюблён в Гарри, но вместо этого Драко просто в очередной раз прижался к Поттеру губами и всем телом, словно пытаясь слиться с ним в одно целое. Он предпочитал думать что это был их последний, прощальный поцелуй. Малфой не знал, что скажет Поттер, придя в себя, как отреагирует и захочет ли и дальше продолжать их общение. Даже если все пойдёт по худшему сценарию, Драко переживет это. Обязательно переживет, потому что теперь у него останется хотя бы одно воспоминание, о прекрасном времени, проведённом в объятиях любимого человека. Спустя несколько минут Гарри пришёл в себя. Драко понял это, когда, все ещё держа того в своих объятиях, поймал его немного потерянный взгляд. Поттер не знал, как реагировать, и по нему это было прекрасно видно. Малфой решил не мучить его разговорами и разбором их отношений после всего случившегося. — Гарри, что дальше? — неловко отстранившись, он задал единственный вопрос, словно на повторе крутившийся в голове. Поттер легко встряхнул головой с ещё более растрёпанными волосами, чем обычно, словно пытаясь собраться с мыслями. — Драко... я... мне... Мне нужно подумать. Дай мне, пожалуйста, немного времени. Малфой был готов буквально предоставить ему все время мира, лишь бы Гарри пришёл хоть к какому-то решению. Поэтому он лишь понуро кивнул. Все равно у него не было выбора. Поттер так же кивнул в ответ и стремительно покинул душевые, оставив Драко наедине со своими собственными мыслями.