Тьма внутри нас

      «Какие планы на вечер? Мы могли бы поужинать где-нибудь».       «Ты немного опоздал) Я уже договорился пойти с Аникой. Но можем выбраться куда-нибудь в субботу. Ок?»       «Конечно».       Похоже, его снова ждёт одинокий вечер перед телевизором. Хотя нет, ещё не так поздно, можно выйти на пробежку. В парке в этот час было почти безлюдно, лишь на одной освещённой аллее какая-то дама степенно выгуливала своего шпица. Не сказать, что одиночество сильно тяготило его, тем более когда жизнь строго расписана по чёткому графику. Это его братишке можно пока побыть беззаботным студентом. Подумаешь — вечеринка среди рабочей недели. Всегда можно пропустить пару нудных утренних лекций. Вильгельм остановился у ближайшей лавочки и, стянув рюкзак, достал бутылку воды. Какая-то смутная тревога не давала ему покоя.       Возможно, он излишне подозрителен, но в последний раз ему показалось, что подруга Фридхельма чересчур навеселе. Точнее не так… Вполне вероятно, она была навеселе не только из-за алкоголя. Они тогда выпили не так уж много пива, а у этой Аники был немного странный взгляд. Слишком часто он видел похожие — с неестественно расширенными зрачками, когда приходилось накрывать очередной наркоманский притон. Если он прав, нужно будет всё же поговорить с Фридхельмом. А послушает ли он его? Вильгельм вспомнил, сколько намучился, пытаясь образумить вспыльчивого братца, когда тот после очередной ссоры с отцом наскоро побросал вещи в рюкзак и перебрался на квартиру. То, что он съехал было не страшно — рано или поздно всем пора становиться самостоятельнее, — но он же после этого чуть ли не полгода отказывался приезжать домой и едва не бросил учёбу, заявив, что ему ничего «от него» не надо.       Как всегда физическая нагрузка помогла сбросить напряжение после тяжелого дня, хотя это было немного не то, чего бы ему сейчас хотелось. Открыв холодильник, он достал пачку сока. В морозилке нашёлся контейнер с мясным рагу, который ему всучила мама во время его последнего визита. Закончив с ужином, Вильгельм перебрался в спальню. Включил ноутбук и взглянул на часы, вспоминая, сколько времени сейчас в Найроби. Где-то семь утра. Можно попробовать позвонить Чарли. — Приве-е-ет, — несмотря на ранний час, девушка бодро улыбалась. — Я думала, ты спишь, хотела позвонить чуть позже. — Днём я буду на службе, так что решил, пока есть время, пожелать тебе доброго утра. — Я ужасно соскучилась, как там все? — Фридхельм всё ещё с Аникой, Виктор решил уйти из модельного бизнеса. — А Грета? — По-прежнему обивает пороги музыкальных студий и бегает на прослушивания. — А как ты? — А что я? — усмехнулся Вильгельм. — Я единственный в этой компании богемы приземлённый человек. Кому-то, может, и кажется, что быть лейтенантом полиции скучно, но кто-то же должен сохранять порядок. — Кому-то кажется скучной и моя работа, — рассмеялась Чарли. — А тебе всё нравится? Это то, чего ты хотела? — Вильгельм вспомнил, как она с горящими глазами рассказывала, что хочет попробовать себя в волонтёрстве, сделать что-то важное, значимое для мира, прежде чем осядет на стабильной работе в какой-нибудь клинике. — Конечно, — Чарли отпила небольшой глоток кофе. — Ты бы видел, в каком состоянии здесь местная медицина. Некоторых детей мы буквально вытаскиваем с того света, — она обернулась, и Вильгельм увидел чей-то силуэт. — Сейчас иду, Йен. — Кто там? — спросил он, недовольный тем, что их прерывают. — Начальство вызывает, — Чарли приблизила камеру к мужчине, который сдержанно кивнул ему. — Познакомься, это доктор Йен.       Вильгельм вежливо улыбнулся. Вспыхнувший огонёк ревности моментально погас. Будь этот доктор молодым привлекательным мужиком а-ля Джордж Клуни из знаменитого сериала, ещё можно было бы поволноваться, а тут… Невыразительные глаза за стёклами очков, резкие черты лица. Да к тому же он лет на десять старше Чарли и, скорее всего, женат. Впрочем, ревновать у него нет никакого права. Даже если Чарли и флиртует иногда с кем-то из коллег-волонтёров, это ни в какое сравнение не идёт с тем, что скрывает он. — Прости милый, но мне надо бежать, — Чарли ласково улыбнулась. — Береги себя.       Прощание вышло скомканным. Он и половины не сказал ей. Что скучает по их тихим почти семейным вечерам. Что чувствует себя непривычно одиноко, когда они собираются без неё, а потом к концу вечера обе парочки начинают тискаться и ворковать, и ему приходится уходить раньше, ссылаясь на усталость. Окно электронной почты замигало, оповещая о новом письме. Отлично. Марк переслал ему то, что он просил. Вильгельм быстро пробежал глазами отчёт.       Даниель Энгель. 20 лет. Родители: Матиас Энгель — банкир, мать Анна Энгель — домохозяйка. Проживают в пригороде Берлина. Братьев, сестёр нет. В 2014 поступила в университет Гумбольта и через три года забрала документы. За последний год три раза сменила незатейливые заведения общепита, работая официанткой.       Вильгельм недоверчиво хмыкнул. Девчонка из обеспеченной семьи просто так без всякой причины бросает престижный вуз и довольствуется местом разносчицы кофе? Должна быть веская причина, и как он знал по опыту, чаще всего связанная с нарушением закона. Например, попала в плохую компанию и пошла по наклонной, но тогда бы она обязательно засветилась с каким-нибудь приводом в полицию. В том, что Дани не наркоманка, он был почти уверен. Слишком много он повидал за время работы героинщиков, которые зачастую вели себя неадекватно, вечно шмыгающих носом любителей кокса, расширенные зрачки тех, кто сидит на метамфетаминах. Правильно ли он поступил, связавшись с этой девчонкой?       Полгода назад он принял решение оставить Тему. Тому было немало причин. Во-первых, Чарли. Их роман как раз стал набирать обороты, дело шло к помолвке. Ему претила мысль обманывать жену, к тому же тогда он ещё был уверен, что сможет оставить свои грязные секреты в прошлом и жить как тысячи добропорядочных граждан. Сыграло свою роль и то, что он, можно сказать, попался. Конечно, клуб гарантировал своим постоянным клиентам анонимность, но как быть в том случае если клиенты сами узнавали друг друга? Меньше всего он ожидал столкнуться во время публичной сессии со своим начальником. Благо, хоть никогда не рвался на сцену с показательными выступлениями. Файгль сделал вид, что они не знакомы, а через пару дней позвал его в перерыв выпить кофе и смущённо выдал: — Мне неловко говорить об этом, Вильгельм. Я более чем толерантен…гхм… в вопросах личного характера и считаю, что человек имеет право на частную личную жизнь, но как ни крути, общественный резонанс никто не отменял. Тем более мы с вами являемся представителями законной власти.       Вильгельм невозмутимо слушал его, помешивая сахар по десятому кругу, и едва не спросил, а что, собственно, он сам делал в том клубе. Судя по бегающим глазам, Файгль там затесался не случайно. — Признаю, я, как и вы, был довольно беспечным, полагая, что раз гарантирована анонимность, то… Но как видите, членом клуба может оказаться кто угодно, и не хотелось бы потом обнаружить в сети пикантную информацию об офицере полиции. — Я вас понял, — сдержанно улыбнулся Вильгельм. — Глупо получилось. Приятель позвал развеяться, и вот — попался как мальчишка за первым просмотром порносайта. — Да я тоже собственно попал туда… гхм… случайно, — с готовностью закивал Файгль.       Ну вот и выяснили — просто парад случайностей. Вильгельм невольно подумал: «А в качестве кого Файгль посещал клуб? На Дома он явно был не похож». Мысленно фыркнул, представив своего чопорного сдержанного начальника, распятого на Андреевском кресте в портупее и с кляпом во рту.       Пару месяцев после этого ему удалось продержаться, а потом уехала Чарли. — Понимаешь, милый, прежде чем мы поженимся, я хочу успеть сделать что-то важное, значимое.       Он понимал. Вот только ощущение, что жизнь теряет краски, сжигало его день за днём. Тема давала ему всё, чтобы чувствовать уверенность, ощущение, что всё под контролем, адреналиновый драйв в конце концов.       Он пробовал найти Нижнюю через тематический форум и убедился, что интернет — большая помойка, а адекватного партнёра найти нелегко. Форум кишил девчонками, которые понятия не имели, что такое сабмиссивные отношения и искали своего «Дориана Грэя». Через месяц он снова вернулся в клуб и быстро сошёлся с Клаудией. Несмотря на то, что сразу пояснил, что ему периодически нужны сессии — никакого лайфстайла, — девушка буквально через пару недель начала вести себя странно. Умоляла разрешить переехать к нему, расписывая, что готова быть Нижней без единого табу. Он предпочёл разорвать договор. В конце концов пусть ищет Дома, который с удовольствием примет её условия. Неприятным открытием стало, что она продолжала звонить и писать, устраивала истерики, а однажды он застукал её возле отделения полиции. Это было уже слишком. Не хватало ему сбрендившей Сабы, которая сталкерит в тёмных переулках. До сих пор было неприятно вспоминать, как он разрулил этот вопрос. После этого пришлось снова оставить клуб. Но как говорил один его знакомый: «Из Темы не уходят, особенно если это действительно твоё».       Раньше Вильгельм не понимал, как можно зависеть от вредных привычек, и с лёгким презрением смотрел на тех, кто уже к открытию винного магазина отирался под дверями. Не говоря уже о наркоманах, теряющих человеческое лицо при виде новой дозы. Но оказывается, психологическая зависимость ещё хуже. Не прошло и месяца, а он снова здесь, и это при том, что скоро должна вернуться Чарли. Он осмотрелся в поисках знакомых и направился к барной стойке. Оказывается, ему не хватало этой атмосферы. Повсюду мелькали кошачьи ушки и лисьи хвостики, торчащие из-под микро-юбок. На сцене мастер в маске палача оплетал свою «жертву» изящными узорами шибари. — Осторожнее, — миролюбиво сказал он девушке, которая, неловко споткнувшись, окатила его содовой. — Простите, — виновато улыбнулась она. — Позвольте в качестве компенсации взять вам что-нибудь. — Тоник со льдом.       В принципе, можно было бы и расслабиться. Завтра выходной, но раз уж он рассчитывает на сессию, придётся побыть трезвым. Это одно из его непреложных правил. — Держите, — девушка протянула ему стакан и, потягивая через соломинку свой напиток, пристально стала разглядывать сцену.       Мастера шибари уже сменили — два крепких паренька установили Андреевский крест. Вильгельм хорошо знал Дома, который сейчас вышел. Он умел красиво преподнести порку практически любым инструментом: от паддла до девятихвостой плети. Его «жертвой» был на этот раз парень. Его Вильгельм тоже помнил. Кажется, это был постоянный Нижний Андреаса. Впрочем, мальчишка красиво разыграл постановку. Испуганно жался, пока его вели на сцену, трогательно вздрагивал всем телом от каждого удара. Вильгельм усмехнулся. Он-то хорошо понимал, что сейчас его Мастер, можно сказать, ласково гладит, бьёт даже не вполсилы. Он покосился на свою соседку. Девчонка во все глаза смотрела на этот спектакль, напряжённо прикусив губу. Вильгельм подумал, что она не выглядит завсегдатаем этого места. Простенькие джинсы и чёрная футболка, кеды. Волосы собраны в обычный хвост, минимальный макияж, но, может, это так и задумано. Многие косят под невинных девочек-припевочек. — Первый раз здесь? — потянулся спросить он. — Можно и так сказать. А вы? — Периодически прихожу сюда.       Вильгельм оценивающе скользнул взглядом. Бесспорно эта неискушенность подкупала, но он решил не торопиться. Его, в принципе, устроит незатейливая сессия с постоянным клиентом клуба. Возможно, кто-то из тех Сабов, кого он неплохо знает, сегодня свободен. — А сейчас у нас традиционная сессия вслепую. Если вы у нас впервые напоминаем: сейчас я наугад выберу пару, которой предоставится на выбор выбрать себе занятие. Итак, я отправляю моих помощников на охоту.       Вильгельм усмехнулся. Это был излюбленный приём владельца клуба ввести в Тему какого-нибудь новичка. Разумеется выбор Дома случайным не был — как правило Матиас приглашал на сцену опытного мастера. Правда для Нижних всё было обставлено максимально зрелищно — Вильгельм уже не раз наблюдал, как перепуганных девчонку или мальчишку «принудительно» вытаскивали на сцену. — Что-то тебя давно не видно, — Вильгельм повернулся, увидев знакомого. — Хотел забыть эту историю с Клаудией, — пожал плечами он.       Разумеется, он не собирался рассказывать Отто, что на самом деле решил завязать и выдержал всего пару месяцев. — О, брось, — усмехнулся он. — Клаудия нашла нового Дома. Ты, наверное, даже его знаешь… — Это какая-то ошибка, отпустите меня!       Повернувшись, Вильгельм увидел, как подручные Матиаса чуть ли не силком тащат его соседку. — Отпустите, — негромко сказал он, машинально отреагировав на её протесты. — Найдете другую, кто не будет поднимать шум. — Да ладно, они поначалу почти все пищат, — отмахнулся парень.       Так то оно так, но в глазах этой девушки был неподдельный страх, даже, скорее, паника. — В конце концов, сюда все приходят именно за этим, — хохотнул он и крепче перехватил тонкую девичью руку. — Не заставляй всех ждать, куколка. — Найдите кого-то другого, — повторил Вильгельм, вставая из-за стойки. — Она сегодня со мной.       Он уверенно положил ладонь на талию девушки, потянув ближе. — Так может, поднимитесь вдвоем? — Я больше люблю приватные сессии, — убедившись, что инцидент исчерпан, Вильгельм вернулся к бару, чтобы расплатиться. — Спасибо вам.       Вильгельм лишь вздохнул. Тут всё понятно. Начиталась какой-то мути вроде знаменитых «Оттенков» и решила попробовать, толком не изучив Тему, а в последний момент испугалась. — Всё нормально, — снисходительно улыбнулся он. — Главное, ты поняла, что это не твоё, не в процессе сессии. — Я не сессии испугалась, — сбивчиво ответила девушка. — Просто делать это на виду у всех… как-то слишком… — Я уже понял, что ты новичок в Теме. Тут важно не торопиться. Понять, чего ты хочешь и насколько далеко готова зайти. Думаю, на сегодня тебе впечатлений хватит, — самое правильное — отправить эту перепуганную дурёху домой. — Вызвать тебе такси?       Девушка помотала головой, и Вильгельм лишь пожал плечами. Ну, пусть ищет дальше приключения на свою задницу. Сам он чувствовал, что потерял нужный настрой. Пожалуй, лучше поехать домой, налить бокал коньяка и неспешно цедить его, слушая Джона Колтрейна. Да, именно так он и сделает. — Подождите!       Он обернулся. — Передумала насчёт такси? — Нет… — девчонка нервно поёжилась. — Я… я хочу, чтобы вы провели со мной сессию. — Интересно… — опешил он. — Особенно если учесть, что ты даже не знаешь, кто я. — Я знаю, что вы Дом.       И с чего такая уверенность? Наверное, случайно услышала его разговор с Отто. — Допустим, но это так не делается. — А как тогда? — хмыкнула девушка. — Здесь же все собираются именно ради этого. — Вот и присмотрись к кому-то ещё. Я предпочитаю не связываться с новичками.       Во-первых, такие вот неуверенные в себе девочки зачастую полагают, что сессия — это всего лишь секс, приправленный для остроты парой наручников и символическими ударами декоративной плёткой. Во-вторых, вводить кого-то в мир Темы, значит взять на себя ответственность и расхлёбывать потом последствия в виде импринтинга. Свести её с Отто, что ли? Тот просто обожает возиться с такими вот нежными цветочками и, кажется, сейчас свободен. — Я понимаю, что у меня нет опыта, но я быстро учусь. Всего одна сессия, любая подходящая для вас вариация.       Он понятия не имел, почему она так уцепилась именно за него и вообще почему он всё ещё разговаривает с ней. Возможно, дело в её взгляде. В нём открыто светилось отчаяние. Либо она опытная актриса, либо действительно из неё выйдет неплохая Нижняя. Тогда зачем был нужен этот цирк, который она устроила, разыгрывая стеснительную монашку? — Ты отказалась раздеваться для сессии, — напомнил Вильгельм холодным тоном. — Но я потребую тоже самое.       После секундного колебания она выдавила: — Хорошо. — И выбирать, что с тобой делать, а что нет, тоже буду решать я.       Снова послушно кивает головой, не поднимая взгляда. Девчонка либо законченная мазохистка, которой плевать на собственную безопасность, либо действительно полный ноль в Теме. Ну кто в здравом уме соглашается на сессию с незнакомцем, да ещё не обсудив условия? Почему-то её безвольность злит. — Что, вот прямо никаких табу? — насмешливо спросил он. — Ну, кроме расчленёнки и всяких туалетных мерзостей, — выпалила девушка. — И… без сексуального контакта.       А вот это уже интересно. Значит, его первое предположение отпадает. Она ищет не секс, приправленный пикантными игрушками, а настоящей боли. Остается понять, насколько она готова подчиняться. Меньше всего ему хочется в процессе слышать постоянные отказы. Одно дело воспользоваться стоп-словом, а другое — включать заднюю, мол, вот так делать не надо, а так я не встану, потому что стесняюсь. Нет ничего хуже, когда «хитрожопый мазохист», как называют таких в клубе, начинает исподтишка руководить Домом, подстраивая под свои капризы. — Я проведу с тобой сессию, возможно, даже не одну, но сначала докажи, что ты готова, — в глазах девушки мелькнуло нетерпение. — Сними майку.       Было жестоко пользоваться её стеснительностью, но он должен был убедиться, что не зря потратит своё время. Наблюдая, как в её глазах вспыхнул страх, он испытал лёгкое удовлетворение. Что и требовалось доказать. Девчонка убедится, что это всё блажь, и спокойно поедет домой спать. — Сейчас? — едва слышно выдохнула она. — А что не так? — коварно усмехнулся он. — Ты мне только что озвучила свои табу, и среди них не было публичного обнажения, так ведь?       Пусть в следующий раз лучше думает, на что соглашается. Неопытность абсолютно её не оправдывает. Сейчас столько тематических сайтов в интернете. Уж если решила влезть в Тему, нужно было хорошенько её изучить. — Ладно.       Она нерешительно огляделась, и Вильгельм мысленно закатил глаза. Можно подумать, в BDSM клубе можно кого-то удивить этим недостриптизом. Тут порой и не такое увидишь. Продолжая смотреть ему в глаза, она медленно стянула майку и, нервно скомкав её в руке, застыла. Вильгельм едва заметно улыбнулся. Вот теперь в её глазах было то, что нужно. Растерянность, смущение, но уже не паника. Он медленно стянул свою джинсовку и набросил ей на плечи. — Пойдём.       В клубе, конечно, есть комнаты для желающих уединиться, но он предпочитал работать со своими «инструментами». Кроме того, нужно хотя бы немного выяснить о своей временной партнёрше. Он не идиот, чтобы связываться вслепую. Ну и разумеется, нужно всё-таки провести элементарный инструктаж, раз уж она нулевая в этом вопросе. Он знал, что небольшая кофейня через квартал отсюда открыта допоздна и лучше будет поговорить в более спокойной обстановке.

* * *

      В кофейне почти не было народу, учитывая поздний час. Вильгельм заказал кофе и зелёный чай. Пусть девчонка немного успокоится. Впрочем, она быстро пришла в себя, спокойно, пусть и немногословно рассказывая о себе. Его это в общем-то устраивало. Слишком личные подробности ни к чему, а если потребуется, он всегда сможет найти информацию на неё. — Расскажи мне о своём опыте.       Даниель опустила глаза, и осторожно ответила: — Я пару раз списывалась кое с кем на форуме. — У тебя была хотя бы одна сессия? — терпеливо переспросил Вильгельм, глядя, как она переплела пальцы вокруг чашки. — Никто не соглашался из-за моих условий. Меня таким дерьмом облили, мол, я идиотка, которая сама не знает чего хочет, и что без секса нечего делать в Теме. — Это не так, в Теме есть много практик и не обязательно они должны включать в себя собственно секс, — Вильгельм усмехнулся, поймав себя на том, что перешёл на менторский тон, каким раньше поучал Фридхельма, вот только тема разговора сейчас далеко не так невинна, как хорошие отметки в школе. — Ты должна понимать, что нужно соблюдать осторожность и не связываться с кем попало. Особенно через интернет.       Хотя кто бы говорил, учитывая его неудачный опыт. — И вас действительно устраивает вот так? — Да, — кивнул он. — А вот тебя устраивает, что во время сессии ты полностью передаёшь контроль за своим телом? — Мы же договорились. — Сколько ты сегодня выпила? — правила сухого закона он применял и к Сабам. — Один коктейль.       Что ж, некритично, учитывая, что она сильно нервничала. — Впредь запомни — сессия должна проходить только на трезвую голову, иначе ты не сможешь адекватно оценить своё состояние и навредишь не только себе, но и своему Дому. — А ему то как? — похоже, девчонка не представляла, что такое BDSM сессия от слова «совсем». — Потому что Дом всегда несёт ответственность за обоих.       Они прошли к его машине, и Вильгельм заметил, что она ни разу не достала телефон, да и собственно не спросила даже, куда они поедут. Раздражение переросло в настоящую злость. Учитывая, что он прекрасно был осведомлён о криминальных сводках, такое легкомыслие было недопустимым. — Ты написала кому-нибудь, куда едешь? — Это немного не та ситуация, чтобы оповещать подружек, — смущённо улыбнулась Даниель.       «Господи, как всё запущенно», — рыкнул про себя он. — Необязательно же делать селфи с кляпом во рту и рассылать всем знакомым, но отправить подружке невинное сообщение, мол, «познакомилась в клубе с парнем поехала к нему», можно? — Да я сроду никому ничего не писала, — беспечно отмахнулась девушка. — К тому же вас хорошо знают в этом клубе, чего мне бояться? — Ну хорошо, а представь ситуацию, что едешь с Домом в какую-нибудь глушь, и во время сессии его прихватит сердечный приступ? Напоминаю, ты в этот момент абсолютно беспомощна, да к тому же никто понятия не имеет, где тебя искать. «Игру Джеральда» читала? — Жесть…       Похоже, что читала. Неважно, как у них пойдёт дальше, но преподать небольшой урок о правилах безопасности он обязан. — Ещё пара моментов. У тебя есть хронические заболевания? — Я не больна ничем таким, — покраснела Даниель. — А я сейчас не имею в виду «такое», — передразнил он, поражаясь, как такой стеснительный цветочек вообще полез в Тему. — Я имею в виду проблемы с сердцем, сосудами, давлением. — Вроде бы нет. — Эпилепсия, судороги, аллергия? — Точно нет. — Хорошо. Не стоит пугаться, это нормальные вопросы, ведь я должен регулировать степень допустимого на твой организм. — Собеседование и то пройти проще, — пошутила девушка. — В кафе ты не подвергаешь риску своё время здоровье и безопасность, — строго ответил он. — И последнее. Думаю, ты знаешь, что нужны стоп-слово и стоп-жест, если у тебя кляп. — Да, я в курсе про этот светофор, — улыбнулась Даниель. — Не светофор, — поправил Вильгельм, снова чувствуя раздражение от её легкомысленности. — Запомни: красный — это когда я должен остановиться немедленно. Жёлтый — когда ты хочешь, чтобы я остановился, но окончательное решение остаётся за мной. Ну и зелёный — значит, всё в порядке.

***

— Проходи.       Он усмехнулся, заметив, с каким любопытством девушка оглядывает прихожую. А чего она ожидала? Что у него по стенам развешаны плети и фаллоимитаторы? — Раздевайся, — сказал он мягким буднично-спокойным голосом.       Порой такой тон действует на Сабов не хуже приказного командного. Тем более не стоит её пугать раньше времени. Даниель стянула майку, бросив её на стул, затем торопливо расстегнула джинсы. Надо было проверить, действительно ли ей есть восемнадцать. Девчонка выглядит как подросток: худенькие ножки, выступающие ключицы, грудь не дотягивает даже до второго размера. — Всё снимай, — безжалостно повторил он, отмечая, как бледные щёчки вспыхнули.       Он почувствовал знакомое возбуждение от предвкушения игры, обострённое долгим перерывом. — Иди в душ, — сжалился он, наблюдая, как она нервозно дёргает застёжку лифчика.       Путь немного расслабится под горячей водой. Кроме того, он не любил посторонних запахов на коже во время сессии. От Даниель же исходил лёгкий запах туалетной воды. Не то чтобы неприятный, но ванильная сладость сейчас точно неуместна.       Вильгельм прошёл в комнату, чтобы всё подготовить. Вопреки распространённому клише, у него не было полноценной «игровой», тем более приходилось хранить в тайне свои увлечения. Это вполне могло сойти за кабинет: небольшой стол, офисный стул, икеевский диван. Сумку с девайсами он хранил в шкафу надёжно запертыми. Вильгельм аккуратно поставил её на стол. Аптечка для оказания экстренной помощи нашлась в боковом отделении, в соседнем были мотки верёвок и комплекты наручников. В специальной шкатулке хранились разнообразные грузики, зажимы. Пожалуй, не стоит сегодня пускать в ход весь арсенал. Он выбрал самый обычный флоггер, средних размеров стек, мягкую плеть и повязку на глаза. Подумав, отложил её обратно. Он хочет видеть, как смущение и стыдливость в её глазах сменятся на отрешённое выражение. Услышав, как скрипнула дверь, он повернулся. Взгляд скользнул по изгибам хрупкой фигурки, оценивая, где следует проложить витки верёвки, которую он всё ещё держал в руке. Заметив, как девушка смотрит на его пальцы, он прищурился: — Не передумала? — Нет, — пискнула она.       Вильгельм неторопливо подошёл к ней и быстрыми точными движениями отвёл руки назад. — Ты будешь принимать эту позу во время сессий, — лёгким пинком заставил её поставить ноги на ширине плеч. — Запомни её. Стой ровно.       Даниель слушалась, пока без возмущений и вопросов, но в глазах по-прежнему мелькали нотки страха. Это завораживало. В его власти сейчас сделать ей по-настоящему больно, и тут важно не переборщить. Тогда испуг и стыдливость постепенно сменятся благодарностью и доверием. — Я люблю использовать со своими Нижними кляп, но поскольку ты совсем неопытная, обойдёмся сегодня без него. Так ты будешь чувствовать себя увереннее, имея возможность в любой момент прервать сессию, — он отступил, давая ей возможность увидеть разложенные на столе «игрушки». — Я собираюсь сегодня использовать бондаж и попробовать разные девайсы для порки. С чего ты хочешь начать? Флоггер? Стек? — Не… не знаю, — взгляд у Даниель слегка поплыл.       Вильгельм слегка улыбнулся. То, что нужно — лёгкий «вкусный» страх и нужный градус покорности. Ей действительно всё равно, что он с ней будет делать? — Что ж, начнём.       Он выбрал моток чёрной верёвки, решив, что она будет красиво смотреться на её бледной коже. Даниель послушно опустилась на колени, когда он мягко накрыл ладонью её шею, слегка надавливая вниз. Помня, что это всё-таки её первый раз, Вильгельм не спешил, тщательно подбирая место и степень натяжения, аккуратно стягивая узлы. Закончив обвязку, стянув и зафиксировав её руки и ноги, он накрыл ладонью её подбородок и приподнял, запрокидывая назад голову и заглядывая в её глаза. — Цвет? — Зелёный, — немного заторможенно ответила девушка.       Вильгельм прошёл к столу, взял стек и пару раз щелкнул им по кожаной обивке. — Иди сюда.       Даниель поёрзала, проверяя крепость верёвок, и только теперь, видимо, осознала, насколько надёжно её зафиксировали. — Я не могу, — растерянно моргнула она.       В принципе ему ничего не мешало заставить её ползти до стола на коленях, но вместо этого он шагнул и схватился за верёвочный узел, стягивающий её локти за спиной. Небрежно подтащил её к столу, подтолкнув в нужную позу. — Не шевелись.       Он огладил её бедро и хлестнул стеком резко, внезапно, потом снова. Девчонка и впрямь старалась не шевелиться, только судорожно сжимала и разжимала пальцы. Похоже, у неё высокий болевой порог. Впрочем, это не страшно. Он умел это делать больно, ощутимо, но безопасно. Хотя он и согласился провести сессию без секса, член привычно напрягся. Распростёртое на столе беззащитное тело, напряжённо сжимающиеся запястья, туго зафиксированные веревкой… Да, ему этого не хватало. Он отбросил стек, и Даниель попыталась повернуться, чтобы рассмотреть, что он сделает дальше.       «А дальше, девочка, настало время преподать тебе урок безопасности», — Вильгельм, жёстко перехватив её руки, вжался, прижимая к столу своим телом и упираясь пахом в её задницу так, чтобы она ощутила его стояк через ткань джинсов. — Что вы делаете? — испуганно пискнула девушка. — А на что это похоже? — для полноты картины он щёлкнул пряжкой ремня. — У нас же был договор — никакого секса, — Даниель безуспешно попыталась вывернуться. — А с чего ты взяла, что я буду его соблюдать? Что ты вообще обо мне знаешь, Даниель? Что я зависаю в тематическом клубе? Да мало ли кто там зависает. Среди любителей Темы далеко не все адекватные. Я знаю пару историй, когда таких вот любительниц жести как ты увозили в заброшенный дом, трахали до разрывов толпой, а потом просто перерезали горло.       Даниель судорожно выдохнула, по её напряженной спине прошла дрожь, связанные руки беспомощно дёрнулись. — На твоё счастье, я не маньяк, — Вильгельм добавил иронии в тон. — Но у меня тоже есть свои слабости. Например, трахнуть хорошо зафиксированную девчушку. И мне глубоко похер на какие-то там договоры. — Не надо, — всхлипнула девушка.       Вильгельм протянул руку, приглаживая её растрёпанные волосы издевательски ласково. — Постарайся расслабиться, а то будет больно. Впрочем, это как раз-таки не должно тебя пугать, так ведь? — Отпустите меня, — Даниель опять попыталась повернуться, но он тут же стиснул её волосы и надавил на шею, впечатывая в стол. — Я же сказал, не дёргайся, — процедил он. — Ты что хотела? Связать тебя и выпороть? Всё, связал, выпорол. Теперь моя очередь получать удовольствие.       Девушка подозрительно обмякла, и он быстро отстранился, поворачивая её. Нет, к частью не обморок, но что-то близкое.       Похоже, он переборщил, войдя в роль отморженного насильника. Вильгельм подхватил её на руки и перенёс на диван. — Ты поняла? — мягко спросил он, неторопливо распутывая узлы. — Что? — растерянно моргнула Даниель.       Затем, видимо сообразив, что это была игра, вяло пробормотала: — Ну у вас и шуточки… — Это не шуточки, а элементарные правила безопасности. Безусловно в парах Дом-Саб оба должны соблюдать табу друг друга, но также нужно соблюдать правила, а ты пренебрегаешь всеми. Так и не отправила никому сообщение, поехав с незнакомцем. Запомни: даже если ты знакомишься с кем-то в клубе, а тем более в интернете, нужно пару раз встретиться на нейтральной территории и получше друг друга узнать. — Что, требовать показать паспорт и справки от венеролога и психиатра? — фыркнула девушка. — Неплохая мысль. Кроме того, раз уж ты понятия не имеешь, куда лезешь, рекомендую слушать, что тебе говорит более опытный партнёр.       Даниель отодвинулась и осторожно потянула на себя край пледа. — Хорошо. — Не только слушать, но и применять. Я тебе по дороге рассказывал про стоп слова и что? Ты ведь так им и не воспользовалась.       В глазах девушки мелькнуло растерянное: «А что, так можно было?» — Я… просила вас отпустить меня. — Советую пересмотреть тематические ролики. Ты убедишься, сколько сабов разыгрывают целые спектакли, сопротивляясь и умоляя не делать ничего с ними, и ни один Дом на это не ведётся, потому что Тема — для многих игра. Для этого и придуманы стоп-слова. Так что запомни: только «красный» означает чёткое и однозначное «нет». Итак, какой сейчас цвет? — З-зелёный? — неуверенно, но сойдёт. — Тогда продолжим. Перевернись, вытяни руки вперёд и обопрись локтями об диван. Да, так.       Вильгельм провёл флоггером вдоль её руки, прежде чем сделать замах. Размеренно стал наносить удары сначала лишь кончиками хвостов, но непрерывным потоком по всему телу. Боль от таких ударов не должна становиться невыносимой, лишь дразнящей. Спина, плечи, ягодицы постепенно порозовели, но не осталось ни одного чёткого следа. Что ж, он мог гордиться своей работой после долгого перерыва. Обычно Нижние не сдерживались во время порки, если это было не запрещено мастером. Кто-то скулил, кто-то вскрикивал или громко стонал, но Даниель пока что вела себя тихо. Лишь изредка шипела от особо болезненного удара. — Достаточно на первый раз? — спросил он, переводя дыхание.       Здесь важно не «перекормить» ощущениями. — Можно ещё, — робко ответила она. — Больнее? Сильнее? — уточнил он, прежде чем сменить флоггер на плеть. — Да… чтобы выбило всё… чтобы голова стала пустая…       Вильгельм чуть приподнял её подбородок. Поплывший затуманенный взгляд, дорожки слёз на щеках, припухшие искусанные губы. Возможно, при должной дисциплине со временем она станет подходящей ему Нижней. — Хорошо, — он мягко провёл тыльной стороной пальцев по её щеке. — Давай так. Выдержишь тридцать ударов «кошкой» — проведём ещё пару пробных сессий.       Плеть удобно легла в руку. Первые несколько шлепков он нанёс легко, почти неощутимо, постепенно увеличивая силу ударов. На этот раз Даниель не выдержала. Периодически сдавленно стонала и даже вскрикивала, но не пыталась увернуться или остановить его. Вильгельм про себя считал удары, внимательно следя, как она напряжённо сжимается и вздрагивает. Интересно, она вытерпит до конца или всё-таки сорвётся, выкрикнув «Красный»?       Вильгельм отбросил плеть и коснулся ладонью её затылка, мягко поглаживая по голове. — Всё.       Даниель замерла под его рукой. — Посмотри на меня, — он быстро перевернул её на бок, но, похоже, всё в порядке. Даже более чем. Расфокусированный взгляд Даниель был явным подтверждением, что она ушла в сабспейс. — Ты молодец, — он устроил её поудобнее и прикрыл пледом. — Ты прекрасно справилась для первого раза.       Слабая улыбка промелькнула на её губах. Он знал, что сейчас должен позаботиться о ней: принести воды, осмотреть и, если потребуется, обработать спину, но позволил себе расслабленно вытянуться, мягко поглаживая всё ещё вздрагивающую от пережитого Дани.       У него была своя эйфория, которую хотелось прочувствовать и переждать. Нет, никакая пробежка или простой секс не сравнится с этим ощущением драйва. Это была странная сессия, хотя у него были разные Нижние. Раньше он любил после удачной сессии закончить всё жарким соитием, но оказалось, что провести через боль неопытную девочку, довести её в первый же раз до сабспейса, даёт куда более богатую палитру ощущений. Получить контроль не только над телом, но и над эмоциями… Он чувствовал себя так, словно после долгого голодания получил самый вкусный, эксклюзивный десерт.

* * *

      Вильгельм задумчиво побарабанил пальцами, глядя в экран ноутбука.       «Что же мне с тобой делать, Дани?»       С фотографии двухгодичной давности девушка открыто улыбалась и выглядела беззаботной студенткой. Он понимал, что, скорее всего, с ней случилась какая-то мерзкая история. Вероятно, она наказывает себя за что-то, иначе откуда бы взялись шрамы на её руках? Она каждый раз ломала себя, преодолевая страх и стыдливость, чтобы получить свою порцию боли. Станет ли другой Дом считаться с её желаниями или окончательно сломает? По-хорошему девчонке стоило давно обратиться к психологу вместо того, чтобы пытаться облегчить внутреннюю боль сомнительными способами. Он по крайней мере постарается бережнее относиться к ней. Его вполне устраивают сессии без секса. Вроде как, получается, он не изменяет Чарли. Хотя кого он обманывает? Связь между Домом и Сабом бывает намного глубже и интимнее ни к чему не обязывающего секса. Возможно, если бы Чарли была здесь, он бы смог завязать, но раз ей требуется время, чтобы найти своё призвание, значит, у него тоже есть время, чтобы справиться со своими внутренними демонами. Завязать он всегда успеет, а сейчас он снова чувствует привычную уверенность каждый раз, когда неторопливо стягивает верёвками покорное тело Дани и видит в её глазах будоражащую смесь лёгкого страха и покорности.       Это не измена, это как терапия. Они оба помогают друг другу. Он удерживает её от очередного селфхарма, а она даёт упоительное ощущение контроля.       «Завтра, как обычно, в семь. Не забудь взять анкету, которую я тебе дал.»