В клетке

Глава 7

             — Сэм?.. — после минутного молчания, когда звук шагов Бальтазара уже стих, заговорил Дин.       — Мм?       — Сэмми, я даже выразить не могу… — голос Дина затих. Свободной рукой он провел по лицу, сдавливая переносицу, пытаясь успокоиться. — Я не… Я… — слова некстати кончились.       — Забей.       Дин растерянно осознавал, что спокойное «Забей» звучит как гвоздь в крышку гроба. Руки чуть дрожали, и он глубоко вздохнул, пытаясь обрести спокойствие: Сэму было не до разборок.       — Сэмми, давай медленно, — он взял брата за руку, ожидая, пока тот свесит ноги с кровати. Глаза, все еще угольно-черные, посмотрели на него с вопросом. — Я помогу, — пообещал он.       — Я могу встать, Дин, — шепотом откликнулся брат, и охотник только тупо кивнул в ответ, не в силах комментировать.       Младший Винчестер очень медленно, принимая помощь, поднялся с кровати, чуть пошатываясь. Голова немилосердно болела и весьма сильно кружилась. Его повело, а рука сама дернулась к расшибленному и кровящему до сих пор виску.       — Сэм?       — Голова. Сотрясение, — легко узнав симптомы, сообщил Винчестер.       — Черт, — Дин прижал Сэма за пояс, подныривая под его здоровую руку. — Мы пойдем очень медленно, — проговорил он спокойно, словно это могло чем-то помочь. Не могло — и он понимал это весьма ясно. — Сэмми, черт подери, мне… Если сможешь когда-нибудь, я…       — Еще черные? — поинтересовался брат тихо, заставляя Дина встретиться с ним глазами.       — Да, — Винчестер кивнул.       — Останутся, — пробормотал Сэм полувопросительно.       — Хм, — промычал Дин неопределенно, и мягко подтолкнул брата к выходу. Тот сделал первый шаг, а затем остановился, глядя на пол, перед границей ловушки. Дыхание участилось. — Сэмми?       Язык некстати снова не слушался, а линия, проходившая сантиметрах в десяти от носков его ног, казалось, отделяла его от вечной ненависти. Он был в шаге от того, чтобы стать демоном.       Даже понимая, как это глупо, он не мог заставить себя шагнуть.       — Обопрись, — предложил Дин, — посильнее, — и еще мягче добавил, — я держу.       Сэм резковато вдохнул, когда охотник снова перенес вес вперед, собираясь продолжить движение: он не мог этого допустить, и отклонился назад, игнорируя вспыхивающую в голове боль. Паника подступала снова. Дин положил руку ему на щеку, заставляя остановиться и не крутить головой, уменьшая повреждения.       — Сэм, мне никогда, — он с явным усилием над собой заставил себя продолжить, — никогда и никак за это не… я не знаю, что мне делать, Сэмми, — прошептал он. — Я не… Если бы я хоть на секунду допустил, что это — ты, я бы… — все слова казались неправильными и лишенными смысла. От сослагательного наклонения тошнило. — Пойдем, — позвал он, наконец. — Пойдем, тебе сперва нужна помощь.       Сэм сделал неловкий шаг назад, едва не упав из-за сильного головокружения, смешавшегося с тошнотой.       — Сэмми…       — Я не могу, — прошептал Сэм, кивая на границу ловушки, — я не могу…       — Не можешь перейти? — Дин ожидаемо напрягся, и младший Винчестер знал, что пояснить нужно сейчас. Немедленно. Пока не стало поздно, но не смог издать ни звука.       — Посиди, я сейчас сотру, — подхватив его под локти, он постарался посадить его на койку.       — Что?..       — Чертов ангел слегка ошибся, — слишком виновато, чтобы можно было подумать, что он винит Бальтазара, заявил Дин, — я сделаю проход, посиди несколько минут.       Старший Винчестер попробовал отцепить вцепившиеся намертво в его руки пальцы брата.       — Сэм, — позвал он немного испуганно. — Сэм, я не ухожу, я просто уберу ловушку, ладно? — так и не сумев усадить брата на кровать, Дин замер перед ним, перестав выдергивать руки, — эй, Сэмми? — притворная улыбка вышла кривой и совсем не успокаивала. — Сэм, послушай, что бы ты ни хотел… я не… Ты можешь сказать и сделать все, что угодно, но давай мы сперва выйдем.       Сэм кивнул, морщась от прострела в виске, и сделал шаг вперед, заставляя Дина растерянно отступить с его дороги, оставляя лишь придерживающую его за локоть руку.       — Сэм… — раздалось неуверенно на самой границе, а затем последовал удивленный вздох, когда Винчестер ее пересек. К двери они плелись молча. Раненного охотника потряхивало от напряжения, а голова немилосердно кружилась, плечо горело, и лишь то, что по ту сторону крутой лестницы маячило исцеление, позволяло идти.       На лестнице мнимая устойчивость его подвела, и Дин все же ухватил его за пояс, с силой прижимая к себе и не давая упасть, и принял на себя большую часть его веса. Люк над их головой уже был открыт, и братья с трудом, но без этого препятствия выбрались в ночь.       Сэма, едва тот оказался снаружи, без лишних слов подхватил Бальтазар, сразу усаживая на влажную и холодную землю. Сперва дернувшийся охотник затих, едва услышав знакомое, возвращенное уже многократно «свои».       Ангел приложил пальцы ко лбу его брата. Вопросительное «Сэмми» застряло в горле Дина, когда он увидел как крепко Бальтазар сжимает уже не раненные плечи, а Сэм кивает в ответ, не делая болезненную гримасу.       Когда-то Кастиэль держал его также, вытаскивая из ада. В некотором роде, то же самое сделал Бальтазар.       Не хотелось думать о том, что этот ад Сэму он устроил сам.       

***

      — Поешь, — мягко попросил старший Винчестер, успевший смотаться в город и вернуться, пока Сэм смотрел на поверхность стола. Казалось, даже его поза не изменилась за время, пока брат отсутствовал.       Светало.       Сэм глянул на то, что ему дали. Опаска по поводу святой воды быстро сошла на нет: если бы Дин хотел его пытать, он бы пытал. Сама мысль показалась отвратительной. Но, черт возьми, его самый страшный кошмар уже сбылся десятикратно.       Он потянул руку к пластиковой вилке и придвинул уже заботливо открытую пачку. Отсутствие шуток про вкус бараньей пищи напоминало о том, насколько Дин виноват.       — Сэм, — вдруг остановил Дин. — Там соль, — Сэм посмотрел на него недоуменно. — Нет, я не… Я… Я к тому, что если…       Кряхтенье раздалось сбоку, все нарастая и превращаясь в полноценный смех. Дин поджал губы, повернувшись в сторону расшумевшегося ангела.       — Тебе котяток с деревьев спасать не пора? — уточнил он язвительно, мигом притихнув, когда Сэм постарался незаметно от него отодвинуться.       — Я бы с радостью вас покинул, но сперва, как насчет курсов по контролю гнева? — усмехнулся ангел, с улыбкой изучая, как Винчестер открывает рот и, спохватившись, его захлопывает.       — Лосяра! — раздалось громко так, что дернулся не только Сэм, но и все трое, а Дин успел нецензурно чертыхнуться сквозь зубы. — Ты не поверишь, что…       Кроули замер, недоуменно глядя на изгвазданную кровью рубашку Сэма с приличных размеров дырой на плече.       — Лосяра… — пробормотал Король Ада растерянно, похоже собираясь потерять дар речи. — Тебя пытали?       Кроули заозирался, словно ища того, кто мог быть причиной такого состояния Сэма, и, не найдя, снова уставился на Сэма. Сэм повел плечом, не особо желая отвечать, но то, как он отшатнулся, когда Дин громко спросил «Какого хрена ты приперся?!», ответило вместо него.       — Меня не было сколько, — прошелестел Король Ада, — часа четыре? — он поднял брови, не особо интересуясь их согласием или его отсутствием. — И вот возвращаюсь я с новостями, а вас на одного меньше, — он огляделся, словно еще раз проверяя верность подсчетов, а затем указал на Бальтазара, — нервно хихикающий ангел терзает тебя глазами, будто ты свежий кусок окровавленного мяса или скоро им станешь, а мой Лосеночек ведет себя так, будто пережил Вьетнам, — он сделал паузу, дав Дину открыть рот, но не позволив успеть ответить. — В связи с чем, закономерный вопрос — он поднял указательный палец и обвел им комнату, — Динь-Динь, какого хрена?       Воцарилось молчание, Сэм устало облокотился на стол, абсолютно не желая участвовать в словестной перепалке.       — Сэм обзавелся черными глазами, красота неземная, ты бы от зависти лопнул, — решил все же пояснить Бальтазар. Кроули странно посмотрел на Сэма, не торопясь издеваться.       — Были, да сплыли, да, Лосенок? — прозвучало на удивление ласково. Настолько на удивление, что молчащий Сэм оторвал взгляд от салата. Пристально взглянув Винчестеру в глаза, словно увиденное там его удовлетворило, Кроули широко улыбнулся. — Ладно, с этим ясно, ты мне не конкурент глазками сверкать. А пирсинг в рубашке — это новый писк моды? И как я только такое-то прошляпил…       Сэм бросил взгляд на Дина.       — Может, уже к делу? — поторопил старший Винчестер демона, который немного помолчал, словно обдумывая что-то.       — Как скажешь, пупсик, — кивнул он, поворачиваясь к Дину и улыбаясь ему. Если Винчестер и считал раньше, что улыбка Кроули, как правило, угрожающая, то сейчас оценил, насколько милым тот старался быть. Демон оскалился, отражая лишь намек на ухмылку, глаза при этом остались абсолютно ледяными. — Итак, пернатые стоят у клетки, Рафаил, кстати, уже был. На пару минут и не взаправду, но ад тряхнуло только так, — Кроули сделал не особо определенный жест рукой. — Они стоят там и… думают.       Демон озадаченно покачал головой, и добавил растерянно:       — Как будто есть, чем.       Бальтазар закатил глаза.       — Я не слышу общее радио, его… — он прижал пальцы к виску, словно пытаясь настроиться на волну. — Его отключили.       — Или тебя отключили, — подал голос Сэм.       — А Лосяра прав, пернатый пернатому не брат и все такое, — кивнул Кроули. — Там толпа ваших. Демоны шкерятся по углам, — продолжил он. — Ад стал очень неприятным местом.       — Ну, а раньше-то был курорт, — подал голос старший Винчестер, натыкаясь на тот же холодный взгляд демона.       — Тебе виднее, дорогуша, слышал, ты оставил нам пять звезд и решил задержаться, — прозвучало жестко настолько, что удивленно на Короля Ада посмотрел даже Бальтазар. — Так вот, пернатых… Точно больше сотни. И действуют слажено. Но они обнаружили, что замка-то у клетки нет, и нового бога вставить как бы пока и некуда. Полагаю, пара дней у нас есть, — сделал он вывод, — если повезет.       — Пара дней не изменят положения вещей, — хмуро добавил Бальтазар к неутешительному выводу. — Во всей оружейной нет такого оружия, которое помогло бы…       — Ну, тогда пойди и напиши завещание, — безразлично пожал плечами Король Ада. — Отпиши мне ангельскую оружейную, если не сложно, а то у нас, знаешь, интервенция, — он обвел взглядом фигуру Бальтазара. — Рад, кстати, что ты жив, здоров и не шмаляешь благодатью как конфетти.       — Лучше радуйся, что тебя самого на конфетти не пустили, — Бальтазар, несмотря на слова, все же улыбнулся, пусть и устало.       — Я многофункционален, голубчик, могу радоваться сразу многим вещам, — Кроули же, несмотря на явно потрепанный вид, усталость не демонстрировал, и, хлопнув в ладоши и неодобрительно оценивая, как сильно Сэм дернулся, заявил: — Ну что ж, пора и честь знать. Балти, ты предпочтешь остаться в доме норовящих потыкать тебя клинками охотников? Или…       — Да, я здесь прямо как со своими братьями, — Бальтазар втянул воздух носом, словно принюхиваясь, и воодушевленно добавил: — Ностальгия.       — Ну что ж, — Кроули пожал плечами и оперся о стол. — Лосяра, поспи, выглядишь как несвежее дерьмо, не обязательно ломать сегодня то, что может быть сломано завтра. Дин…       Винчестер встретился с ним взглядом, ловя эту неприятную улыбку, не затрагивающую глаза, приготовившись к очередной гадости. Кроули чуть прищурился, отпуская даже эту ухмылку, касающуюся уголков губ, и почти проникновенно тихо произнес:       — Аластар бы тобой гордился.       

***

      Сэм чувствует.       Ощущает горячее прикосновение дьявола и его дыхание на своей коже. Пламя костров взметается в обсидиановую пустоту местного неба.       — Сэмми…       — Я — Сэм, — слышит он свой охрипший голос, будто со стороны. Не может вспомнить, не может понять.       Огонь полыхает резко где-то рядом, пугая его — и здесь, и там — и он дергается, пытаясь выбраться, толкает абсолютно неподъемного дьявола руками, но его хватка твердая. Сэм — лишь раб в ее железных цепях.       Губы Люцифера требовательно ложатся на его.       Сэм чувствует все, но не уверен, что хочет помнить.              Едва мышцы начали слушаться, он вскочил, спеша отойти от уже не существующего в этом мире дьявола. Руки нещадно трясло, и он снова и снова стирал словно засохшие на губах следы чужой слюны.       — Сэм…       Брата ни слышать, ни видеть не хотелось абсолютно. Да и не смог бы он смотреть ему в глаза своими черными — наверняка черными, и в этот раз черными заслужено — глазами. Тошнота, несоизмеримо более сильная, чем от ночного сотрясения, заставила Сэма выскочить в уже слабо освещенный солнечным светом коридор, и, едва не выбив дверь в ванную, рухнуть на колени перед унитазом.       Охотника вырвало, но лучше он себя не почувствовал, снова и снова отирая губы, желая, в действительности, оторвать их от своего лица.       Это было слишком. Это было чертовски слишком.       Он был готов к пыткам, к огню, он был готов вспомнить, как с него сдирали кожу — и помнил, где-то урывками. Но это воспоминание должно было его сломать. Что бы ни было дальше, он уже не мог оставаться человеком ни в аду, ни тут.       — Сэм, Сэмми…       Сэм нажал кнопку сливного бочка, и бросился к раковине стремясь смыть с себя воспоминание. Возможным это не представлялось, а губы уже болели от сильных прикосновений, включающих ногти.       — Сэмми… — Дин дотронулся до плеча, заставив Винчестера отшатнуться, врезаясь в стену, и защитно выставляя руки.       Со стеклянной поверхности зеркала на него смотрел демон. Демон, которым он и должен был стать.       «Не трогай», — попытался сказать он, но звуки не складывались в слова, в итоге охотник лишь булькнул что-то непонятное, пытаясь вжаться в стену и раствориться в ней, и покачал головой, умоляя не подходить.       Дин не услышал или не понял, делая шаг к нему, демонстрируя безоружность. Будто это он был угрозой.       Будто хоть что-то еще могло быть.       Сэм истерично засмеялся, прижимая ладони к лицу, снова и снова отирая губы и пытаясь прикрыть глаза, и сполз спиной по стене. Дин положил руки на его предплечья, потянув от лица и, уселся прямо перед ним, сжимая пальцы и не позволяя стряхнуть или увернуться от непрошенного прикосновения.       — Это кончилось, — тихо, с мольбой произнес он, понимая, что не сработает. — Это уже кончилось. Ты дома. Ты со мной. Пожалуйста, Сэмми.       Странная сцепка жесткой хватки, напоминающей о худшем, и родного лица, замершего перед глазами, что-то, все же, меняла. Дин, явно перепуганный таким резким подъемом, придвинулся чуть ближе, разом забывая про личное пространство.       — Эй, Сэм…       Сэм резковато кивнул, убеждая, что слышит. Руки снова потянулись к губам, которые сейчас были словно меткой, отражающей, что он прокаженный. Дин удержал его, и охотник сдавленно застонал. Ощущение, что губы разлагаются заживо, инфицированы или все еще горят в адском огне, было непреодолимым. Это было не смыть, но он обязан был попытаться.       — Сэм! — громче позвал Дин, — это воспоминания, только воспоминания, это не здесь, не сейчас. Ты дома, ты со мной.       С большим трудом втягивая воздух, он кивнул еще раз, пытаясь заставить себя не выдергиваться. Дин ничего не знал. И Сэм не мог найти слов, чтобы рассказать об этом. Сэм не мог найти слов, даже чтобы об этом думать.       Загнанный взгляд снова наткнулся на свое отражение, постыдное отражение его сущности смотрело на него глаза в глаза.       — Хватит, — Дин снова привлек внимание. — Хватит смотреть в зеркало, Сэмми. Ты НЕ демон. А если даже и… — Винчестер поморщился и покачал головой, не веря в сказанное, но закончил. — Если даже и так, это еще не все.       Сэм кивнул снова. Так, словно это могло что-то изменить. Словно хоть что-то могло изменить, кто он. Дин вряд ли поверил в это не притворяющееся искренним согласие, но промолчал.       — Дин, — ломано позвал Сэм через пару минут, достаточно успокоив дыхание и истерично тянущиеся к лицу руки. — Если он выберется…       — Нет, — отрезал Винчестер, резковато мотнув головой, не желая, чтобы брат хоть на секунду допускал, что все повторится.       — Нет, Дин, если он выберется…       — Сэмми, не надо, я не…       — Я лучше сдохну, чем снова… — голос Сэма сорвался, и даже то, что он видел, как скривилось лицо его брата, явно не бывшего в силах это слушать, его не остановило. — Я лучше…       — Шшш, — перебил Дин, все же открывая глаза. — Никто тебя не заберет, Сэмми. Ни один из этих чертовых крылатых ублюдков тебя не заберет, — обещание звучало уверенно, так, словно это зависело от Винчестера. Так, словно он верил, что зависит. — Иди сюда…       Такое редкое объятие, в этот раз непрошенное, хотя и желанное, досталось Сэму неожиданно. Брат просто притянул его к себе и прижал, не торопясь отпускать.       Сэм почувствовал, как пальцы Дина хаотично ерзают по его волосам, пытаясь скрыть дрожь.       — Я обещаю.       Голос Дина чуть дрогнул.       — Обещаю.