В клетке

Глава 12

      Сэм вздрогнул, неожиданно приходя в себя посреди холла.              «- Я могу побродить тут? — спрашивает он вежливо, и Люцифер чуть напряженно, но искренне улыбается:       — Да, все что угодно».              Сэм мог поспорить — он не имел этого в виду. Тем не менее, на практике все выглядело так, словно Люцифер действительно просто оставил его одного спокойно бродить по дому. Периодически проскакивающая мысль о том, что дьявол может смотреть за ним сквозь стены, не сильно беспокоила до этого момента.       Скорее из упрямства и ради проверки Сэм положил руку на ручку двери и повернул. Та легко открылась. Подобное всегда сокрушительно действовало на Сэма, пусть он и знал, что вид в окне рядом с дверью лишь иллюзия, мгновенно рассыпавшаяся, стоило открыть дверь. Снаружи был буран. Ничего даже приблизительно похожего на ухоженный парк и сад.       Сильный ветер дернул дверь, и Сэму пришлось сделать шаг на улицу, удерживая ее. Глупая мысль заставила оглянуться в поисках с угрозой смотрящего на него дьявола. Ледяной буран бросал в глаза снег, кажется, целыми горстями, и Винчестер прищурился, когда несколько пронзительно холодных снежинок попало ему в глаз, причиняя боль.       Он понял, что сделал, окончательно, лишь закрыв дверь и отрезая себя от иллюзорного, но вполне комфортного дома.       — Черт, — шепнул он. Еще раз оглянувшись и убеждаясь, что Люцифер все еще не стоит над душой, Сэм выдохнул и сделал пару шагов прочь от двери, с каждым из них все больше сомневаясь, что за ним следят. Неведомый инстинкт лишь сильнее гнал его прочь, каждый шаг, помимо сомнений, будил еще и незнакомый животный страх. Такой, он думал, испытывают люди при встрече со сверхъестественным. Но не охотники. Не он. До этого момента.       Просто обернуться было невыносимо — казалось, что Люцифер будет смотреть с порога своими бессмертными красными глазами, и стоит взглянуть — погрузит его в ад.       Паника зарождалась внутри неразумным, но упрямым ураганом. Сэм понимал, что уже не контролирует свои поспешные неловкие движения, с большим трудом заставив себя перестать бежать. Склад все еще был — должен был быть — в зоне видимости, и остановись он сейчас, спокойно мог вернуться.       Логика подсказывала, что он не будет наказанным за это. Логика подсказывала, что Люцифер, увидь он происходящее, не причинил бы ему и толики вреда. Сэм встряхнул головой, понимая, что ноги продолжают нести его прочь.       Мысли, словно чужие, метались в голове, неконтролируемые и лишенные смысла, а холод все больше сковывал движения. Утопающие по колено в снегу ноги слушались все хуже с каждым шагом в неправильном направлении. Люцифер определенно не следил за ним.       Подступивший к горлу истерический смешок вырвался изо рта вместе с паром. Он такого доверия абсолютно точно не заслуживал. Понимая, что не может остановиться, Сэм схватился за дерево. Ощущение погони, слишком реалистичное, словно один из давно знакомых ему монстров наступал ему на пятки, продолжало толкать вперед, а сердце выпрыгивало из груди.       — Люцифер, — шепнул он, неожиданно даже для себя. Ощущение, что в целом заснеженном и ледяном мире нет никого кроме них, заставляло теряться в поисках возможной помощи. Сэм зажмурился, на секунду позволяя логике одержать верх. — Люцифер, — позвал Винчестер, обращаясь к дьяволу в очередной молитве.       — Сэмми? — раздалось удивленно, — Сэмми, нахрена ты…       Картина перед глазами сменилась, и Сэм понял, что прижимается уже не к большому дереву, а к косяку двери. Дьявол, как и прежде, находился сзади. Трясло от холода и страха повернуться.       — Сэм, — позвал Люцифер мягче, и Винчестер почувствовал, как на его плече сжалась чужая ладонь. Слегка применив силу, дьявол потянул его к себе, в объятия, и охотник мимоходом отметил, что глаза абсолютно не красные и совсем не злые, а лицо дьявола перекошено не от гнева, а от волнения.       Ощущение погони схлынуло так резко, словно решило не просто покинуть его, но и отменить последние минуты, вот только это было невозможно. Остался лишь жгучий на грани невозможности стыд.       — Черт, — простонал Сэм, чувствуя, как руки Люцифера складываются за его спиной, запирая его в объятиях. До боли резко закончившийся страх вызывал слабость и оцепенение, и Винчестер чуть пошатнулся. — Черт… — пробормотал он смущенно, понимая, насколько неадекватно поступил.       — Ты же знаешь, — шепнул Люцифер, перемещая руку к его шее и чуть сжимая затвердевшие мышцы, — я предпочитаю по имени.       От неуместности шутки Винчестер растерянно хохотнул, инстинктивно сводя руки за шеей, кажется, очень довольного таким поворотом дьявола. Невозможно было не признать, что и сам охотник находил такое положение весьма приятным.       Впервые с момента разговора не было давящего чувства угрозы, и даже ощущение невесомости не заставило Сэма открыть неизвестно в какой момент прикрытые глаза. Сердце, все еще слишком часто стучащее, спешно успокаивалось, и лишь назревающая головная боль напоминала о происшествии.       Вдруг с чудовищной ясностью представилось, как это выглядит для Люцифера.       — Люцифер, я… — начал Сэм, и запнулся, не понимая как объяснить архангелу свое состояние, пугающее и путающее даже его самого. Он отстранился, не убирая руки с плеч архангела.       — Я знаю, — тот грустно качнул головой.       — Мне не стоило выходить, — повинился Винчестер, опуская глаза. Было невыносимо признавать, что себя он уже не контролирует, но отрицать очевидное он считал абсолютно бесполезным занятием.       — Не глупи, — фыркнул Люцифер, — это место сокрыто, мы с тобой тут на правах анонимности, — он качнул головой. — Прямо клуб анонимных любителей пропустить в клетке по столетию-другому, — и добавил уже серьезнее, — здесь безопасно. Правда в лесу водятся волки и один неприветливый лесоруб, но я всегда от тебя в одной молитве.       — Серьезно? — Сэм приподнял брови, немного отвлекаясь от тяготящего состояния.       — Абсолютно, — кивнул дьявол. — Я ему однажды: «Привет, будем знакомы, поделиться волками?», а он как побежит, махая крестиком. Никакой вежливости, — осуждающий голос контрастировал с ехидной улыбкой.       — Волками? — переспросил Винчестер, понимая, что собеседник шутит, но желая вникнуть в намеренно ироничный рассказ.       — Сэмми, ты меня вообще слушаешь? Я же говорил, в лесу водились волки! — Люцифер свел брови, изображая непонимание. Смена времени на прошедшее не осталась незамеченной. — Я бы поделился. Куда мне одному семь штук? Ты к тому же не ешь волчатину, насколько я помню.       Сэм невольно провел ладонью по лицу. Перед глазами рисовалась сцена, в которой окровавленный Люцифер предлагает леснику поделиться волками.       — Они сами напали, — быстро пояснил Люцифер, словно вдруг что-то понимая, — я никак их не провоцировал. Просто гулял.       — Гулял, — кивнул Винчестер не пряча иронию в голосе.       — Наслаждался живописными пейзажами, — без доли сомнения подтвердил дьявол. — Остался не слишком впечатлен. Чем планируешь заняться?       Резкая смена темы ввела в ступор, и Винчестер пару раз недоуменно моргнул, прежде чем понял, о чем его спрашивают.       — Стоит как-то поискать способ убить Рафаила, — наконец, ответил он со значительной заминкой. — Прости.       — Прекрасный план, — Люцифер отступил на шаг, поднимая руки, — всеми руками «за».        — Ты, правда?.. — Сэм сделал неопределенный жест рукой, не закончив предложение. — Он твой брат.       — Ты где-то упустил ту часть, где он хочет пустить меня на котлеты, Сэмми? — уточнил дьявол высоким голосом и качнул головой. — Ногами и руками, — подтвердил он еще раз, и тихо добавил: — пока они в наличии.       Винчестер хмыкнул и кивнул. Нервозность все еще ощущалась весьма сильно, но все же не была настолько всепоглощающей.       — Мы потеряли кольт, — охотник нахмурился, перебирая в голове возможные идеи убийства потенциально бессмертного существа и случайно вспоминая обстоятельства, при которых они с Дином потеряли кольт.       — Кольт?       — Тот, который может убить все на свете, — напомнил Сэм, приподняв брови. Этот артефакт при необходимости убить нечто запредельное, приходил ему в голову первым.       — А, этот, — протянул дьявол, отмахнувшись. — Невелика потеря.       — Ну, знаешь ли, — Сэм свел брови, — чем богаты…       — Насколько я понял, уже не богаты, — закономерно отметил Люцифер, и быстро заверил возмущенного Сэма: — Молчу, молчу. Оружие архангелов бы пригодилось.       — Надо спросить Бальтазара, — встрепенулся охотник, — вдруг, в оружейной…       — Будь там хоть что-то, я бы нашел, — перебил дьявол, — да и этот вороватый ангел не дурак, взял бы на бой с братцем то, что могло вас спасти.       — Он мог не знать, что это? — в отчаянной надежде предположил Винчестер.       — Сэмми, эти вещи в единичных экземплярах, их знает каждый ангел, — качнул головой Люцифер с какой-то непонятной грустью. — Михаил — самый большой любитель оружия, в свое время сотворил копье и клинок. Да и я тоже, признаться, делал оружие, но его изготовление занимает тысячелетия, а я долгое время был… — он горько усмехнулся, — весьма ограничен в средствах. Габриэль оружие не любил, да и их с Рафаэлем благодать абсолютно другая, действие их клинков сомнительно.       — То есть, у нас нет оружия, — кивнул Винчестер, подводя итог неудачному обсуждению, и тут же заинтересованно уточнил. — Вы делаете оружие из благодати?       — Частично, — кивнул архангел, поднимая руку. — Порой самый простой способ вложить что-то — сделать это буквально.       Между пальцами разгоралось все сильнее свечение, но свет не слепил глаза охотника, словно удерживаемый в руке, плавно перетекая по ладони. Светящаяся аура манила чем-то давно знакомым и, кажется, утраченным, Сэм склонил голову и сделал шаг вперед. Словно очарованный он коснулся чужой руки, не спрашивая позволения, уверенный почему-то, что если это было бы хоть немного опасно, Люцифер уже остановил бы его.       Улыбка тронула его губы, когда он взглянул в глаза дьявола: те сверкали всполохами отражаемого в них сияния.       — Красиво, — голос прозвучал резко хрипло, словно не желая слушаться, и Сэм невольно кашлянул, пытаясь стряхнуть наваждение.       — Тебе всегда нравилось, — Люцифер ответил на улыбку, в остальном не двигаясь и словно оцепенев. Все еще грустный взгляд не давал Винчестеру покоя.       — Наверное, — тихо произнес он, — не очень приятно, — он встретил непонимающий взгляд и пояснил. — Я не помню, и тебе приходится слушать то же самое второй раз.       — Это самое лучшее в ситуации, Сэмми, — Люцифер качнул головой, сияние в руке погасло, но ощущение завороженности никуда не делось. — И ты вспомнишь. У нас будет вечность.       Сэм чуть вздрогнул. В словах не было угрозы, но что-то запредельное, звучащее в них так просто, как констатация очевидного, вызывало неприятие. Обещание отдавалось теплом и пугало масштабами одновременно. Шум в голове становилось все сложнее игнорировать, и Сэм сглотнул, пытаясь избавиться от заложенности в ушах.       Дьявол выглядел обыденно, явно не обратив особого внимания на собственные слова или слишком хорошо играя, и Винчестер чуть усмехнулся. Находясь на расстоянии не до конца вытянутой руки, он разглядывал задумчивое лицо, а чувство отсутствия угрозы словно тянуло что-то внутри за невидимые нити. Больше угрозы Сэм чувствовал рядом с Бальтазаром. Намного больше — рядом с Кастиэлем. И теперь осознавать безопасность рядом с дьяволом было слишком странно.       Взгляд скользнул в сторону спокойно брошенного на тумбу ангельского клинка и Сэм поморщился от резкой боли в висках.              — Не подходи ко мне, — ярость и страх клокочут в горле в какой-то неизвестной ему ранее смеси. В руках сжат клинок, который не причинит Люциферу вреда и не позволит даже прекратить собственные мучения, но Сэм держит его так, будто ставит на него свою жизнь.       — Сэмми… — руки дьявола протянуты к нему, и Сэма разрывает между пониманием, что жест абсолютно мирный, и животным иррациональным ужасом. Он делает выпад клинком, надеясь попасть — боясь попасть. — Сэмми… — зовет Люцифер растерянно, и горько, что отдается аналогичным чувством в реальности, спрашивает, — что я сделал?       Вспоминается разом слишком много всего, бесполезные обвинения застревают где-то в горле. Воспоминания — лишь сон, сама возможность которого — величайший дар, над которым дьявол в поте лица трудился десятилетиями. Сэм оглядывает взглядом комнату, до боли знакомую ему и в воспоминаниях, и в реальности, и клинок падает на ковер со слабым, едва слышимым стуком. Со стоном, Сэм оседает на пол, чувствует, как не слушаются руки, как подгибаются колени, чувствует, насколько больно сделал, и как мало его винят.       Люцифер бережно поднимает его с пола, и теплые прикосновения обескураживают намного сильнее, чем мог бы крик или боль.       — Прости, — шепчет Сэм, чувствуя абсолютное раскаяние, отдающееся в реальности дрожью. — Прости.       Десятилетий не хватило ему, чтобы забыть, и он отчетливо понимает, что архангел растерян, удивлен и явно не ожидал подобного.       Люцифер говорит что-то ему на ухо, но Сэм не способен нормально слышать что-то, кроме того как собственные пальцы скребут чужую майку.       — Прости, — повторяет Сэм в абсолютном отчаянии. Мысли путаются, а воспоминаний слишком много, чтобы пережить их разом. Забытое, казалось, давным-давно, лезет из всех щелей. Губы касаются его виска, заставляя притихнуть, и разом обрушиваются поцелуи, знакомый шепот, мягкие прикосновения теплых рук.       Винчестер вжимается чуть сильнее в поисках тепла и получает его в избытке. Воспоминания кажутся далекими, клетка — свободной, а дьявол рядом — теплым как никогда.       — Сэмми…              — Сэмми? — Винчестер вздрогнул, приходя в себя и с удивлением отмечая, что в этот раз не упал и даже не попытался. Люцифер явно придерживал его за локти, опасливо изучая его лицо, но не пытался усадить, а значит, скорее всего, стоял Сэм на своих двоих. Радость от сохранения равновесия вдруг стала казаться чем-то комичным, и Сэм усмехнулся. Пальцы Люцифера пробежали по щеке, к виску, и боль прошла. — Я отдаю себе отчет в том, как выглядят для тебя многие из воспоминаний, и…       Воспоминания, почему-то, впервые за все время, показались охотнику безболезненными. Осознание, что где-то рядом бродит новый безумный бог, что мир — вместе с ними всеми — снова, опять на краю, будило нездоровое ощущение, что остальное неважно: отмененный конец света концом света в глазах Винчестеров не считался.       — Я просто прошу тебя дать себе время вспомнить все, чтобы судить уже по полной сумме…       Руки, удобно расположившиеся на чужих локтях, согнулись, и Сэм притянул дьявола к себе, перебивая его в этот раз более осознанным и заинтересованным поцелуем. Винчестер проследил большим пальцем границу волос, очертив ухо и заставив Люцифера улыбнуться в поцелуй, когда остановился на виске.       Небольшое преимущество в росте ощущалось странно: в большинстве случаев Сэм был намного выше, но в итоге охотник воспользовался имеющимся положением, проследив носом аналогичную траекторию по щеке, к границе волос. Губы сами коснулись виска в том же жесте успокоения, что помнил он сам еще из клетки. Шумный вздох Люцифера привел его в чувство, заставляя отстраниться, но руки он предпочел оставить на локтях дьявола, ощущая каждое его движение.       Смесь надежды, горечи и озадаченности быстро сменилась на лице архангела ухмылкой, в которой, Сэм мог поспорить, не было ничего настоящего.       — С другой стороны, — дьявол качнул головой, — сдается мне, ты все понял правильно.       — Разбираюсь понемногу, — кивнул Винчестер, поддерживая игру, сейчас действительно ощущая это лишь стилем общения. Словно проверяя его, Люцифер чуть приблизился, и Сэм склонил голову вперед, обозначая разрешение.       — Сэмми, — то ли простонал, то ли прорычал тот, обхватывая ладонями предплечья и чуть притягивая к себе, явно желая сократить любое остававшееся расстояние. Почему-то остановившись в последний момент, Люцифер моргнул, а его хватка на руках Винчестера ослабла.       — Что?       — Мне срочно надо спасти мир.       Быстрыми движениями Люцифер отошел на пару шагов.       — Что? — переспросил охотник озадаченно, чувствуя, будто упустил не то что деталь, но и значительный кусок разговора.       — Мир, — Люцифер обозначил руками кривоватую окружность. — Грохну брата, и мы останемся тут с тобой навсегда.       — Лю…       — Кто у вас отвечает за ваши гениальные планы? Нам нужно два, первый — А, второй рабочий, — архангел задорно хлопнул в ладоши.       Сэм открыл рот, но, встретившись с идеальной в своем безумии улыбкой, только качнул головой. Препятствовать спасению мира он, разумеется, не собирался.       — Я что, настолько плохо целуюсь? — вырвалось полушуточное обиженное замечание. Люцифер, сперва усмехнувшись, резковато приблизился, что-то жестокое отразилось на его лице, и Винчестер невольно напрягся, когда глаза дьявола залились красным.       — Больше никто между нами не встанет, — взгляд потух, и Люцифер чуть вымученно и недостаточно правдоподобно, но ярко, улыбнулся. Руки легли на плечи Винчестера, архангел чуть сжал пальцы, и с нотками восторга предложил: — А теперь пойдем и сделаем меня сиротой?       

***

      Кроули распахнул глаза, сразу спешно озираясь. Реакцию на свои движения он получил мгновенно: похоже сторожащий его ангел повернулся в его сторону, исследуя изучающим взглядом. Тревога, успевшая стать привычной и заставившая изучать помещение, слегка отступила: он действительно больше был не в аду.       — В вуайеристы метишь? — иронично поинтересовался Король Ада, приподнимая бровь.       — Семейное дело, — чуть пожал плечами Бальтазар, скривив губы в улыбке. Кроули задумчиво уставился в пространство и рассудительно прокомментировал:       — И до доски почета тебе далековато, — заметив, что Бальтазар непонимающе нахмурился, он пояснил. — Застал однажды твоего пернатого собрата, он часов пять пялился, как спит его Винчестер.       — А ты, значит, пялился на то, как он пялится? — усмехнулся ангел. — Это уже возведение искусства в квадрат, не находишь?       — Ты что?! — возмущенно фыркнул Кроули, и томно произнес. — Я на Лосеночка пришел полюбоваться.       — Само собой, — Бальтазар серьезно кивнул. Выражение его лица смягчилось, и он поднялся со стула, на котором неподвижно провел несколько часов, пересаживаясь на кровать к Кроули. Демон, впрочем, тоже не собирался отлеживаться. Приподнявшись на локте, он поморщился: тело не болело, но отзывалось неприятной, всепоглощающей слабостью. — Не надо, — попросил ангел тихо, — тебе скоро станет лучше.       — Сам знаю, — осадил Король Ада, подрагивающей рукой помогая себе сесть. — Но дела не дремлют.       Он едва сдержал улыбку, когда заметил, как перекосило Бальтазара.       — Дела? — переспросил тот тихо так, что каждая интонация тщательно отражала не скрытую угрозу.       — Ну, знаешь, — Кроули чуть выпятил губы, — смыть с себя Ад и черноглазую сучку, сходить в свой банк, сделать пару инвестиций, заключить пару сделок, Лося навестить, квартиру подыскать… — перечисление ровным тоном прервалось на глухом рычании. Мелькнула мысль, что он перегнул, когда Бальтазар метнулся прочь с кровати, останавливаясь и замирая неподалеку. Его пронзительный взгляд вцепился в Кроули, а короткое, лишь на секунду промелькнувшее выражение беспомощности и даже отчаяния, отрезвило Короля Ада намного больше, чем угрожающий рык. — Балти…       Ангел загнанно взглянул на него, а затем даже след любых эмоций исчез с его лица.       — Разумеется, это твой выбор, — кивнул он спокойно. — Мне ошибочно казалось, что мы решили вопрос.       — Бальтазар, — позвал Кроули мягко, с удивлением глядя, как едва заметно дрогнуло безразличное выражение на его лице. — Нам срочно нужно в ад, — увидев уже живое удивление, Король Ада довольно усмехнулся. — Ты забыл там свое чувство юмора.       С удовлетворением отметив разительную перемену на лице Бальтазара, Кроули улыбнулся уже спокойнее и свесил ноги с кровати, позволив ангелу подхватить себя под локти.       — Зачем тогда встаешь? — поинтересовался тот растерянно.       — Ну, так в каждой шутке… — пробурчал Кроули, и мигом, опасаясь быть понятым неправильно, пояснил, — про Ад и черноглазую сучку я не шутил.       — Снова этот твой душ? — по-особенному ворчливо поинтересовался Бальтазар, и Кроули с удовлетворением отметил, что злость и холод полностью исчезли из его голоса.       — А что, разве я уже перевыполнил норму в этом году? — ехидно и притворно взволнованно уточнил демон.       Бальтазар резковато сжал его плечо и развернулся куда-то в бок, оставляя его за спиной. Рука мгновенно легла на клинок, и Кроули с запозданием в секунду сообразил, что в комнате кто-то есть.       — Простите, отвлекаю, — насмешливо покаялся знакомый голос, — но отсовокупитесь друг от друга всего на пять минут. Архангельские клинки: да? Нет? Возможно?       Кроули почувствовал, как дрожь прошлась по всему телу. Картина милой беседы двух ангелов маячила где-то на краю сознания, но не успела восприняться до конца, и сейчас происходящее стало неприятным сюрпризом.       — Ты как нас нашел? — Бальтазар, тем не менее, отпустил клинок и одной рукой вновь подцепил Кроули под локоть, существенно облегчая необходимость стоять ровно. — Ты же сказал, что это вот меня сокроет? — он стукнул ладонью по груди, что не укрылось от демона, но вопросы показались незначительными.       — Оно скрыло, — охотно кивнул Люцифер. Недоумение вызывало только то, что он пока не пытается их убить, и Кроули нахмурился, осторожно наблюдая за ситуацией. — Пожалуйста, сосредоточься. Архангельское оружие. Сейчас, — активно жестикулируя, дьявол призвал к вниманию.       — В оружейной его не было, — Бальтазар чуть качнул головой. — Как ты меня нашел? — ангел прищурился, снова опуская взгляд к своей груди.       — Сам знаю, не слепой, — Люцифер распахнул глаза и следом возмутился: — Вечно одни и те же вопросы — еще дня не прошло, как я волок с этой самой кровати твою грустную пьяную тушу. Есть проблемы? Смени адрес! — переведя взгляд чуть за спину Бальтазара, он уставился прямо на демона. — А вы что скажете, ваше величество? — очевидно, ерничая, уточнил дьявол, отвесив абсолютно не натуральный легкий поклон. — Не соблаговолите распотрошить казну?       Кроули сглотнул, все еще озадаченно глядя на архангела и с большим трудом сохраняя спокойствие: обстоятельства явно изменились. Он понятия не имел, как и почему.       — Серьезно? — наконец хрипло переспросил он, скорее желая убедиться, что Люцифер перед ним — настоящий, чем в том, что тот не сошел с ума.       — О да, — выдохнул Бальтазар, чуть качнув головой, и побуждая Кроули приподнять брови в немом вопросе.       — Я вам помешал, — подвел итог Люцифер, глядя на них обоих чуть вопросительно. В голосе померещились нотки искреннего раскаяния.       — Нет? — с вопросом произнес Кроули.       — Да, — охотно кивнул возмущенный ангел.       — О, как это мило, вы не можете прийти к согласию, — дьявол сложил ладони в умиленном жесте, и очень воодушевленно, громко и раздраженно воскликнул: — Как хорошо, что мне плевать!       — У нас нет твоего треклятого оружия, — быстро произнес Бальтазар, и Кроули кашлянул, привлекая внимание, а затем широко улыбнулся.       В комнате воцарилась тишина.       — Чего только не лежит по адским сусекам, — усмехнулся Король Ада.       — Я весь внимание, — Люцифер широко улыбнулся, а затем демонстративно бросил беглый взгляд на запястье, досадливо качнув головой, когда не нашел там часов.       — Тебе зачем? — поинтересовался Кроули, чуть прищурившись. Интуитивно прямо сейчас Люцифер, спасший их из ада, не воспринимался врагом, но ситуация все еще оставалась непонятной.       — Двух братьев грохнуть, — ответил дьявол нетерпеливо, словно ответ был единственно возможным, а его заставляли пояснять очевидное. — Слушайте, у меня большие планы на это столетие, можно побыстрее?       — Копье Михаила было у меня, — кивнул Кроули.       — Ненавижу прошедшее время.       — От всего Ада я пошел пригласить Рамиеля занять положенную королевскую должность, — поторопился пояснить Кроули, — в дар я принес тот самый кольт и копье Михаила.       — Не прокатило? — вопросительно уточнил Люцифер, выглядя до глубины души пораженным. Кроули ошарашенно моргнул, не сразу понимая, к чему относится вопрос. — Ладушки, с тебя адресок, и я оставлю вас в вашем несогласии.       — Это дом в глуши…       Люцифер щелкнул пальцами, в которых мгновенно оказалась крупная карта.       — Поставь мне крестик.