В клетке

Бальтазар

      Кроули растянул губы в удовлетворенной улыбке. Ванная приятно поддерживала спину, а горячая вода заставляла млеть. Бокал шампанского не стал ванной с шампанским только по одной единственной причине: это было бы слишком уж банально на его изысканный вкус.       Бальтазар оглядел картину, чуть качнув головой.       — Ты так радуешься или решил утопиться в ванной по пьяни? — поинтересовался он, с деланным безразличием подходя к явно довольному Королю Ада. Кроули чуть вздрогнул. Бальтазар присел на бортик ванной, поддергивая брючину, и с легким удивлением отметил, как кожа демона покрывается мурашками. Брови сами поползли вверх.       — Завтра у нас дела, — проинформировал Кроули отнюдь не в форме вопроса, что заставило Бальтазара чуть прищуриться.       — Неужели? — пальцы сами скользнули по покрытому мурашками плечу, с силой проводя по коже, от чего на ней, разгоряченной, с небольшим запозданием проявлялись красные полосы. Рука перешла на шею, сжимая и без того расслабленные мышцы, и Кроули глухо застонал, склонившись едва не до самой воды.       — Продолжишь в этом роде, я и правда тут утону, — констатировал демон.       Бальтазар промычал что-то неопределенное, склоняясь к Кроули, вставая на колени рядом с ванной и оставляя укус на его плече.       — Не смог устоять — ты слишком заманчиво смотришься в мурашках, — он с наслаждением отметил, как демон вздрогнул, переведя взгляд на свою руку.       — Сквозняк, — пробормотал он сквозь зубы.       — Ну разумеется, — серьезно кивнул Бальтазар. Осадок от руководящих замашек немного растаял. — Так чего ты хотел? Может, у меня завтра планы?       Кроули чуть нахмурился.       — Да брось, — протянул он. — Завтра ты станешь официально парнем Короля Ада. Оно стоит того.       Ангел на мгновение задумался и чуть склонил голову на бок.       — Люди теперь и это делают официально? Что-то вроде соглашения о регулярных соитиях? — пораженно уточнил он, ломая голову над тем, как упустил подобное. Брови Кроули взлетели вверх, и он, наконец, повернулся в его сторону, чтобы посмотреть прямо.       — Что? — уточнил он с недоумением. — Нет, дурья твоя башка, официально Короля Ада. Весь момент мне испортил, — притворно недовольно шепнул он, утыкаясь в ладонь ангела. Бальтазар кивнул, пропуская оскорбление мимо ушей.       — Что задумал? — уточнил он с легким напряжением, зная, как порой кончаются даже самые безобидные идеи.       — Мне птичка сегодня напела, — демон начал чертить пальцем по чужой руке, подбираясь все ближе к краю майки, из-за чего Бальтазар немало отвлекался от разговора, — что пополз слушок, что я Рамиеля то ли убил, то ли сожрал, то ли, что куда более интересно, напился его крови и нажрался жареного мяса и теперь — тоже своего рода Князь.       Ангел прищурился, чуть усмехнувшись, но натыкаясь на серьезный взгляд Кроули.       — Серьезно? Да как им в голову пришло…       Судя по хитрому виду демона, тот прекрасно знал, как именно, и ангел посмотрел на него почти с восторгом.       — А когда они узнают, что его убил Люцифер, а сожрал Сэм? — поинтересовался Бальтазар со смешком. — Это не снизит твой политический рейтинг?       — То, что я участвовал в миссии нашего создателя, или то, что тот, кто должен был стать наследником Азазеля, теперь мой кореш? — хитро поинтересовался Кроули.       — Да ты просто национальный герой, — кивнул Бальтазар. — И в чем план?       — О, я войду в Ад через главные двери с ангелом, про присутствие которого у Рамиеля знают все, и получу всеобщее уважение, разумеется, — спокойно сообщил Кроули. — А потом буду править Адом вечно и счастливо.       — А ты от скромности не умрешь.       Короткое чувство беспокойства уступило чему-то новому. Сам план вполне мог состояться. Те, кто бунтовал против Кроули, были одержимы Люцифером. Слухи про Рафаила и про битву неподалеку от Лоуренса ходили, просто были не так точны. Мелькали там и их с Кроули имена, хотя подробностей никто и не знал.       Ставленник дьявола и Король Ада был в безопасности со всех сторон, пока действо происходило в Аду.       Небрежностью кольнул сам план. Бальтазар чуть поморщился, когда понял, в какой роли он туда идет.       — Моя задача, если что, помолиться Люциферу? Или ты меня туда как трофей ведешь? — безразлично уточнил он, впиваясь в демона глазами. Тот и не думал, как оказалось, юлить, легко пожав плечами.       — Не думаю, что придется молиться. К тому же, у меня будет аж два трофея, — он переместился в ванной, начиная подниматься, и выпрямился в полный рост. Обнаженное тело немного сбило Бальтазара с мысли, заставив потерять пару секунд, после чего он тоже встал на ноги. Первый трофей без сомнения был кольтом.       — Тебе как-то поможет ангел на побегушках? — уточнил он, что получилось исключительно ядовито. Обида, абсолютно иррациональная, поднималась внутри. Он был козырем в чужом рукаве далеко не первый раз. Все небеса так работали. В этом не было ничего такого.       Кроули чуть нахмурился.       — Брось, Бальтазар. Это лишь то, что будет полезно им увидеть, — разгоряченная мокрая ладонь обхватила пальцы Бальтазара. Стоя в ванной, Кроули возвышался над ним. Освещение позволяло считать стекающие по его груди и прессу капли.       — Может, — начал демон с искушающими нотами, — ты поможешь мне. А если тебе понадобиться сходная услуга, — демон чуть наклонился вперед, оставляя небольшой зазор между их губами, — я встану на колени и доставлю тебе удовольствие хоть при всех твоих братьях и сестрах разом.       Бальтазара прошибла дрожь предвкушения скорее от манящих интонаций и общей атмосферы беседы. Губы Кроули перед его не то чтобы упрощали необходимость быть сдержанным. Картина обрисовалась слишком четко, и он вздрогнул.       — Не думаю, — ангел кашлянул, — что подобная услуга мне пригодится.       — Жаль, — кажется, вполне искренне выдавил Кроули. Его руки сползли вниз, прихватывая пуговицу джинсов. — Тогда я мог бы осуществить что-то из сказанного сейчас?       Пуговица выскочила из петли, и с губ Бальтазара сорвался вздох. Он знал, что только что проиграл.       — Я пойду с тобой и подыграю, независимо от этого, — он чуть качнул головой, пытаясь отступить на шаг. Осадок от того, что происходящее будет оплатой, неприятно теребил. Отсутствующие у ангелов эмоции, явно имели что-то против этого, доставляя неприятное, почти болезненное чувство желания и его неправильности.       Кроули потянул его к себе за сжатый край брюк, опускаясь вниз в горячую воду. Бальтазар задохнулся, чувствуя, как брюки сползли по бедрам. Демон дьявольски усмехнулся.       — Я сделаю это, независимо от ответа.       

***

      Кроули шел, чеканя шаг, по каменному полу, и его шаги отдавались эхом в гулких коридорах. Как оказалось, парадный вход не был вратами ада в Висконсине. Они появились у арки-тупика, словно пройдя через нее, и бесконечные коридоры приняли их в свои объятия.       Бальтазар вздрогнул, когда дверь перед ними распахнулась, понимая, что теперь они на месте. Неожиданно он узнал ранее не виденный с этого ракурса зал. Едва они вошли, все взгляды в зале, наполненном демонами более, чем Бальтазар мог бы счесть убийственно комфортным, обратились к ним.       — Мэгги! — воскликнул Кроули радостно. — Сколько лет, сколько зим! Посторожила мой трон? Хорошая девочка.       Глаза демонессы, сразу узнанной Бальтазаром, залились чернотой, заставив его сжать кулаки. Он был осведомлен, что она может появиться. Но желание выжечь ей глаза, отбросив неаккуратно обугленный труп в центр зала на потеху остальным собравшимся, никуда не делось. Глаза засверкали. Кроули, видимо не обративший внимание на ангельскую силу теперь, когда встречался с ней слишком часто, чтобы хоть как-то опасаться, с недоумением взглянул на демонов, резко отступивших к стенам. Обернувшись, он возмущенно воскликнул:       — Бальтазар!       Частью плана это не было. Почти проявившиеся за спиной крылья, растаяли, а свет ушел из глаз куда-то глубоко внутрь. Короткая встреча с взглядом Кроули дала понять, что тот действительно не на шутку озадачен. Ярость отступила на второй план, оставив место непривычной липкой досаде.       Сейчас он был на пике силы и, скорее всего, перебил бы всех в этом зале. Пусть и не без риска для своей жизни. Сильных демонов тут не было — Мэг поклонялась та же рядовая шушера, что была в свите Кроули. Невольно Бальтазар задумался, где находятся все старшие демоны, позволяя драться за трон тем, кто не был и близко равным им по силе.       Кроули, не уделяя больше ему внимания, повернулся обратно к Мэг.       — Притащил пернатого? — усмехнулась та, которая отступила всего на один шаг, в отличие от остальных. — Мы с Тамарой ходим парой? Кажется, я уже обещала вам два люкса по соседству, — «королева» Ада растянула губы в неприятной ухмылке, обнажая зубы.       — Не боишься попасть в места не столь отдаленные за проявленное неуважение? — усмехнулся демон холодно, подходя ближе. Лицо Мэг напряглось. Бальтазар остался стоять на расстоянии. Крылья здесь его уже не слушались, но он был в одной молитве от брата, который, теоретически, был ему должен.       — С чего мне уважать самозванца? — прошипела Мэг, подходя ближе. Пока что обе стороны противостояния были не вооружены, но это было вопросом пары мгновений.       — Самозванца?! — притворно ужаснулся Кроули. — Может ты не в курсе, цыпа, но меня назначили, — уведомил Кроули.       — Рамиель, — фыркнула Мэг. — Предатель.       — Князь Ада, — напомнил Кроули большинству демонов в зале. Напряжение росло. — Но сегодня я не про него. Отец наш, наш создатель, — просмаковал Кроули, — одобрил мою кандидатуру. Это если у кого-то были вопросы о легитимности, — он отвернулся от Мэг, видя, что вверг ее в состояние шока, и уже не ожидая удара. — Ах да, — усмехнулся он, издеваясь над будущими подданными, — вы же не в курсе, что это такое.       — Брешишь, — рявкнула Мэг, оскалившись, и демон вновь повернулся к ней.       — Спросишь его сама, когда заглянет, — медленно и с угрозой предложил Кроули, и по залу прошел ропот.       — Ты врешь, — менее уверенно констатировала Мэг. — Если бы наш отец мог, он был бы тут.       — Ты, правда, думаешь, что у него нет более важных дел, чем нянчится с тобой лично? — умильно протянул Кроули. — Загляденье, — он покачал головой. — Мы так-то были чуть заняты, запихивая в клетку нашего нового бога. Апокалипсис, знаешь. Не было минутки заглянуть, — его лицо ожесточилось. — Но игры кончились. Да здравствует, Король! — патетично воскликнул он. Воцарившаяся тишина побудила его продолжить: — Но все, кто мне не верит или просто жаждет помереть, благословляю — скатертью дорога!       Отвернувшись от Мэг, Кроули подошел к трону и плюхнулся на него, как в удобное кресло, сразу по-хозяйски закинув ногу на ногу.       — Не смей…       — Аудиенция закончена! — громко продекламировал теперь действующий Король Ада. Демоны частично стали сразу же растекаться к дверям, а Мэг, все еще безоружная, что доказывало план Кроули лучше чего угодно другого, бросила на него ненавидящий взгляд. — Ждешь отдельного пинка?       — Ты врешь, отец…       — Отцу, — твердо произнес Кроули, — не до тебя.       Развернувшись, Мэг покинула зал, проносясь в опасной близости от ангела, в которой другие находиться не рисковали.       Кроули застыл на троне, ожидая, пока подданные, даже самые отстающие, покинут зал, и лишь затем улыбнулся напряженному Бальтазару.       — Ну, вот и все, — кивнул он, — а ты переживал.       — Все? — вопрос эхом пронесся по залу. Как «все» для Бальтазара это не выглядело. Король Ада закатил глаза.       — Ад — большая деревня, — пояснил он. — Подождем, пока сплетни разойдутся. Ничего не кончится в мгновение ока. Но начало положено.       — Люцифер, правда, мне должен, — Бальтазар чуть огляделся, убеждаясь, что они одни. — Я могу просто попросить ответную услугу, и не придется…       — Балти, я не побегу к «папочке» теряя тапки при первой же проблеме, — как-то резко оживившись и вставая, наконец, с треклятого трона, сообщил Кроули, направляясь к нему. Ситуация, докучливо неприятная и чем-то отвращающая, заставила ангела вновь оглядеть зал. Притворство и предательство были здесь набиты в каждой щели, и охотно выползали наружу.       Это место напоминало небеса.       — К тому же, — добавил Кроули, оказавшись вплотную, — мне он не должен.       — Какая разница?       — Одолжение архангела — слишком ценная валюта, чтобы так ей разбрасываться, Бальтазар, — словно читая нотацию малолетнему ребенку, откликнулся Король Ада, не оставляя сомнений у ангела: они были порознь. Что-то неприятно кольнуло, и Бальтазар сцепил зубы. — Балти? — почти с беспокойством прозвучал знакомый голос, и Бальтазар все же встретился взглядом с демоном.       — Что?       — Если ты очень хочешь отсюда убраться, я могу и сам…       Проигнорировав конец фразы, Бальтазар подошел к подиуму, на котором возвышался трон Короля и опустился на ступени, всем своим видом выражая готовность ждать.       — Вот и ладушки, — с каким-то странным выражением пробормотал Кроули.       

***

      Кроули бросил осторожный взгляд на метнувшегося по залу в очередной раз Бальтазара, чуть кривя губы. Его уход бы здорово подорвал положение вещей, хотя был вполне приемлем, и демон уже несколько раз открывал рот, предлагая это, и каждый раз жалел. Ангел лишь смотрел на него волком, не особо тратя силы и время на ответ, словно ему вдруг стало жалко воздуха на комментарии.       Свитки с последними сообщениями уже были у Кроули на руках, принесенные недавно одним из демонов, и теперь он лениво перебирал их, сидя на троне. Новость, в сущности, была прекрасной, только ангел почему-то не смог ее оценить.       В очередной раз предложение осталось не озвученным: стук в каменные двери раздался практически скромно, и Кроули поднял голову. Осторожно в дверь просунулась черноволосая голова, и Мэг вошла, прикрывая вход с осторожностью.       — Мой Король, — слетело приветствие с ее губ, и она отвесила кивок вместо поклона, но довольно уважительный.       — Мэг, — кивнул Кроули с видимым удовольствием. Та осторожной походкой направилась к трону, бросив недовольный взгляд на застывшего поодаль ангела. У трона она замерла на положенном расстоянии в несколько метров. Деревянная шкатулка в ее руках прекрасно сообщала о причине посещения.       Мэг поджала губы, а затем устремила на Кроули прямой взгляд. Сдвинув крышку, она чуть повернула шкатулку к Королю Ада, чтобы тот мог увидеть содержимое. Кроули чуть вскинул брови.       — В дар или в спину? — поинтересовался он с усмешкой.       — Я защищала интересы нашего отца, — качнула Мэг головой. — Но я не дура. Он на свободе и может прийти сюда в любой момент. Ты не стал бы врать о таком, а щемился бы по подворотням как испуганная дворовая сучка, готовая понести, — прозвучало почти оскорбление. — И если такова его воля… — она, чуть склонив голову, попросила разрешения, и, получив его, прошла вперед, передавая шкатулку подавшемуся вперед Кроули. Тот достал из шкатулки нож с арамейской гравировкой, способный убивать демонов. Один из трех существующих. Удовлетворенно усмехнувшись, демон ей улыбнулся. — Да здравствует Король! — улыбнулась Мэг, насколько могла искренне, в этот раз отвесив неглубокий, но настоящий поклон.       — Откуда?       — Азазель владел ими всеми. Первый отдал Руби именно он, — кивнула Мэг.       — И своей названной дочери — второй. Но где же потеряшка? — с ледяной улыбкой Кроули вперил в нее пронзительный взгляд.       — Мне неизвестно, — заверила та убедительно. — Я не знала про судьбы других, пока не узнала, что такой же у Винчестеров.       — Свежо предание, да верится с трудом.       Мэг опустила взгляд.       — Что ж! — Кроули отложил клинок в шкатулку и поставил ее на подлокотник. — Это действительно достойная Короля вещь, — признал он с воодушевлением. — Завтра будет крупное собрание. Собери всех разумных представителей нашего сообщества, — приказал демон, и, обведя взглядом пространство, добавил. — Зал, конечно, будет полупустой, но на безрыбье…       — Я? — ошарашенно переспросила Мэг, и, в ответ на вскинутые брови, с легким сомнением уточнила: — После всего?       — Ты предана создателю, — пожал плечами Кроули. — Он работал с тобой, что выгодно отличает тебя от других. Пожалуй, доверюсь его выбору.       В глазах демонессы мелькнуло секундное торжество и, затем, практически благоговение.       — Я соберу всех, у кого есть мозги. Зал наберется, — усмехнулась она, как бы заранее хвастаясь. Сомнение, весь разговор мечущееся в ней, словно угасло. Кроули улыбнулся ей и кивнул, и Мэг направилась к дверям.       Он проследил ледяным взглядом ее путь, позволив себе довольно выдохнуть, когда дверь захлопнулась.       Он победил.       — Ты что, совсем осатанел?! — воскликнул резко почти позабытый ангел, заставив Кроули подскочить на месте.       Кое-чего он, очевидно, не учел.       

***

      — Балтазар, — осадил Король Ада ледяным тоном, когда ангел сдавил подлокотники его трона, нависая над ним в угрозе. — Возьми себя в руки, — потребовал демон.       Резковато ангел отошел на несколько шагов и отвесил шутовской поклон.       — Как я мог! Прошу меня простить, Ваше Величество, — воскликнул он в притворном раскаянии. Кроули встал, едва такая возможность появилась, и сделал несколько шагов в его сторону.       — Балти… — позвал демон, протягивая руку в его сторону. Он оглядел зал, не чувствуя себя здесь достаточно комфортно. Мысль, крутившаяся в голове раньше, внезапно обрела форму, но потеряла смысл. Сперва Бальтазар должен был успокоиться.       Ангел затравленно взглянул на дверь, очевидно, проследив его взгляд.       — Балти, — позвал Кроули снова, касаясь его руки и гася секундный испуг, когда глаза напротив полыхнули. — Хочешь уйти? — поинтересовался демон спокойно, игнорируя слабую обиду за испорченный момент. Как бы то ни было, Бальтазар сделал все необходимое, оставаясь тут, по сути, на посту его телохранителя.       — Это единственное, что ты можешь мне предложить? — язвительно уточнил он. — Свалить и не путаться под ногами?       Кроули чуть скривился, ощущая, как гнев подступает откуда-то изнутри. Даже понимая, что Бальтазар не так его понял после десятка предложений его не ждать, сейчас он не мог сосредоточиться на слабом чувстве сострадания, обычно ему не присущем.       — Обязательно портить момент? — вскинув брови, поинтересовался он. — Ах да, ангелы.       Заметив, как Бальтазар вздрогнул, когда фраза стала напоминанием о прошлом, и отшатнулся, Кроули почти остановился. Свет разлился вокруг ангела, слабо озаряя пространство, в отнюдь не дружелюбной манере.       — Пожалуй, я насмотрелся, — кивнул Бальтазар, разворачиваясь к дверям. — Хочешь играться с этой черноглазой мразью в солдатиков? Флаг тебе в…       — Что же ты не косишь всех под одну гребенку?! — резко подходя к нему и оставляя лишь минимальное расстояние, чтобы это еще не считалось за попытку толкнуть, прошипел Король Ада. — Разве я чем-то отличаюсь, Балти?       Сияние, рвущееся от Бальтазара, не ранило, но причиняло дискомфорт. Сияющие глаза ангела горели так яростно, что демон сцепил зубы, подавляя абсолютно неправильное и самоубийственное желание — ударить и посмотреть, что будет. Ярость множилась на ярость не оставляя места ничему другому, пока где-то глубоко внутри его демонской извращенной сущность безудержный гнев не сплавился в желание.       План, задуманный им в отношении его персональной коронации, оживал перед глазами.       — Видимо, ничем.       Уже практически принятое решение пошатнулось, когда слова ударили наотмашь.       — Негоже оскорблять меня на моей территории, — пропел демон, ощущая, как поднимается внутри бесконечная тьма. Бальтазар нервно облизнул губы, что Король Ада принял разве что не за приглашение.       — Да пошел ты, — выплюнул ангел, застыв перед ним. Свет как-то слишком резко пропал, оставаясь только в глазах. Внезапное иррациональное желание, почти одержимость, требовали не прекращать игру, и Кроули, скорее от жажды, чем от злости, шепнул:       — Повтори.       Кажется, не понимающий его в очередной раз и уже слишком взбешенный ангел подался вперед.       — Пошел ты, — отчеканил он Кроули в лицо. Демон щелкнул пальцами, заодно проверяя, как подчиняется ему ад, и цепи, слетевшие с потолка, специально созданные, чтобы удержать любого пленника, которого ему захочется допросить, закрутились вокруг шеи Бальтазара, дернув чуть назад, а затем, вокруг его запястий. И, повинуясь воле Короля Ада, резко дернули вверх.       Кроули едва не застонал в голос. Стены отзывались привычным послушным гудением. Он действительно был Королем.       Проследив, чтобы цепи не причиняли лишней боли, лишь сомкнули кандалы на вздернутых руках и отпустили шею, Кроули проследил резко омертвевший взгляд уже не светящихся глаз. Ангел был полностью лишен своих сил в этих цепях, и теперь выглядел почти беспомощным.       Отчетливое понимание, что он может делать все, что только захочет, едва не сорвало с губ Кроули стон. Ангельский клинок скользнул в его ладонь из рукава.       — Кроули, — прошептал Бальтазар растерянно, сильно дергаясь в замкнутых над его головой цепях. Человеческой силы сосуда не хватало, чтобы подтянуться вверх, но ангел сделал пару попыток, шипя от напряжения. Кроули сделал шаг к нему, и Бальтазар безвольно замер в цепях. Мертвый взгляд как пригвоздился к Королю Ада, заставив его остановиться. Дыхание, сорванное прежде, полностью затихло.       Демон склонил голову вбок, ощущая, как отступает опьяняющее чувство. Его шаг вперед не вызвал никакой реакции, словно ангел окончательно отказался от идеи сопротивления.       — Скажи мне, и все закончится, — мягко заверил демон. Нестерпимое желание продолжить ярко контрастировало с необходимостью немедленно прекратить. Планы и идеи воевали друг с другом и с важностью согласия. Кроули с вызовом глянул на Бальтазара, вздрогнувшего, и, кажется, начинающего понимать. — Или доверься. Кажется, ты обещал мне цепи.       Бальтазар чуть дернулся в цепях, инстинктивно пытаясь поджать руки. Полное бессилие, поначалу исключительно пугающее, сейчас рождало немного новое чувство страха, смешанного с чем-то еще. Кроули все еще стоял перед ним вместо того, чтобы воткнуть ангельский клинок ему в тело.       Дрожь прошлась по нему, и Бальтазар сжал кулаки. Запястья были плотно сдавлены кандалами. Взгляд демона, манящий и молящий, чуть дрогнул, когда ангел заполошно вздохнул, а короткое беспокойство, мелькнувшее в нем, все определило.       Выбора не стояло вовсе.       Бальтазар чуть дернул подбородок вниз, сам не уверенный, что это можно счесть кивком. Но демон, кажется, слишком ждал этого знака, в два шага оказываясь около него. Заточенный клинок коснулся холодным металлом кожи на животе, и ангел распахнул глаза.       Крик почти сорвался с его губ в мольбе остановиться. Метал чуть прошелся по коже, но не ранил ее, лишь легонько царапая. Ткань рубашки упала вниз, и где-то уже в полузабытье Бальтазар отметил, что брюки рваными тряпками слетели с ног. Понимание, зачем нужен клинок, принесло короткое облегчение.       Цепи дернули его вверх, оживая по воле Короля, и ангел, ощутив себя полностью в чужой власти, зябко поежился. Мысли — здравые и нет — полностью покинули голову. В сухом остатке остались лишь хаос и ощущение легкого жжения в царапинах, оставленных в некоторых местах клинком.       Зябкий холод адского королевства, скользнул по коже. Зубы резко сомкнулись на его животе, вырвав сдержанный ранее крик.       — Кроу…ли… — прохрипел Бальтазар бессвязно. — Войдут?.. — полувопрос повис в воздухе. Ангел опустил взгляд вниз, понимая, что теперь голова Кроули находится на уровне его груди. Ноги бессмысленно вытягивались, скользя по воздуху в попытке достать до пола.       — Тогда пусть смотрят, — с вызовом и безумием одновременно яростно воскликнул демон. Цепи съехали вверх, а та, что раньше сдавливала шею, вернулась на свое место, заставив запрокинуть голову. Бальтазар потерял возможность смотреть — последний оплот контроля.       Чужие губы медленно, словно на пробу, коснулись члена, и ангел сморгнул, оказывается, выступившие на глазах слезы, понимая, что уставился широко распахнутыми глазами в каменный свод. Стон сорвался с его губ вместе с вскриком. Медленно, то ли успокаивая, то ли издеваясь, Кроули коснулся его обнаженной ступни, с силой проводя рукой вверх по икре, и с небольшим запозданием повторил то же самое второй рукой.       Бальтазар конвульсивно вздрогнул, пытаясь стряхнуть центральную цепь и освободить голову. Невозможность опустить взгляд, чтобы лицезреть эту картину, убивала. Дыхание, периодически останавливающееся, сейчас стало быстрым и глубоким, и, ощутив головокружение, ангел понял, что в этих цепях сможет потерять сознание.       Руки Кроули замерли на ягодицах, а губы, плотно обхватывающие член, задвигались по нему. Необходимость высвободить руки и притянуть уже явно разгоряченное тело к себе, смотреть, целовать в ответ, отодвинула остаточные отголоски липкого, совсем не связанного с возбуждением ужаса.       Бальтазар забился в цепях, отчасти специально вдавливаясь в держащую шею цепь. Голова закружилась, а в глазах помутнело уже от недостатка кислорода. Потолок резко свелся до узкого круга прямо перед его глазами.       Пальцы Кроули потянулись к анусу, и Бальтазар застонал, понимая, что в этот раз почувствует боль. Мечущееся беспомощно и хаотично сознание не хотело выдавать верные реакции. Плотнее вжавшаяся от его движения в шею цепь заставила со свистом втянуть воздух.       Он задался вопросом, сможет ли он умереть от удушья в этих цепях. Колкий страх обернулся пониманием, весьма уверенным, что Кроули этого не допустит. Жжение прошлось внутри, и ангел коротко вскрикнул, когда губы Кроули исчезли. Возбуждение, уже дошедшее до предела, требовало своего завершения. Время терялось, а петля, превращенная им самим в виселицу, сметала остатки ощущения пространства. Необходимость взглянуть на картину хоть один раз заставила вложить все жалкие человеческие силы. Цепь окончательно вдавилась у самого основания подбородка.       Бальтазар посмотрел вниз, встречаясь с абсолютно черными глазами, и видя в них свое обессиленное отражение. Головокружение обострилось и внезапно возникло ощущения падения в пустоту, уже понимая, что переборщил, он не знал, в какую сторону повернуть голову, чтобы прекратить это. Резко цепи давление исчезло, а цепи позволили ему рухнуть вниз. Ноги вновь засучили в нелепой бессознательной попытке дотянуться до пола, мгновенно перехваченные.       Ангел инстинктивно сдавил чужие бедра в попытке удержать равновесие. Теплые руки, до боли нужные совсем в другом месте, сдавили его лицо, и ласковое «Балти» обдало губы.       Он сфокусировал взгляд на Кроули, которого так жаждал видеть. Выражение беспокойства на лице демона абсолютно не соответствовало ситуации, и Бальтазар заерзал, пытаясь вырвать руки из цепей. Глухо застонав, он потерся о живот Кроули, не в силах терпеть больше эту незавершенность.       Усмехнувшись, демон убрал руки от его лица, сдавливая бедра. Цепи скользнули чуть вниз, но Бальтазар едва заметил это. Смешанная с удовольствием боль прошлась по телу. Ослепительная вспышка эмоций затмила все остальное, непривычная, и, в отличие от всех прочих, казалось отражающая сама себя в вечности.       Мир замер.       — Балти, — шепнул демон, застывший перед ним, заставив его задохнуться. Одна рука демона уверенно придерживала поясницу и, учитывая, что ноги Бальтазара мертвой хваткой сдавили его бедра, этого было достаточно. Освободившейся рукой, демон прошелся по его лицу, стирая непонятно когда появившиеся слезы. — Бальтазар? — позвал демон. Забота в голосе лишь многократно усугубляла бесконечную, застывшую где-то внутри вспышку, собравшуюся остаться там навсегда. Задохнувшись от невозможности прекратить это, ангел задвигался пытаясь выразить эмоции через уже и так перешедшее всякие границы возбуждение. Скользнув рукой ему за спину, Кроули теперь плотно обнимал его, прижимая к себе.       Ритмичные движения приносили восхитительное, несравнимое ни с чем удовольствие, лишь умножающее все остальное. Бальтазар, уже забывая дышать, попытался прекратить это, перехватывая цепи руками и пытаясь ползти по ним. Разрядка сейчас казалась не естественной необходимостью, а условием продолжения существования. Заметавшись в цепях, он задушено всхлипнул, а дыхание вновь стало поверхностным и рваным. Головокружение совсем не удивляло.       Мольба сорвалась с языка бессвязным бормотанием. Безумие подступало к нему быстро и уверенно, смыкаясь вокруг в полутемном зале. Конвульсивно содрогнувшись всем телом, он вдруг ощутил, как Кроули резко прижимает его к себе. Руки безвольно упали на чужие плечи.       Необходимость касаться вдруг показалась чем-то непреодолимо далеким. Бьющая его сейчас дрожь позволила лишь прижаться к Кроули, положив подбородок на его плечо. Жестокость завершения грозила разорвать его на части. Кроули прошелся рукой по его спине, будто успокаивая, будто издеваясь, и Бальтазар ощутил твердую холодную поверхность под ягодицами, не понимая, где находится. Руки соскользнули с плеч отстранившегося Короля Ада, и тот быстро опустился перед ним на колени.       В этот раз смотреть было не запрещено, и сквозь туман, так и не рассеивающийся перед глазами, Бальтазар увидел раньше, чем почувствовал, как Кроули вновь обхватывает его губами. Руки дернулись в стороны, пытаясь сжать ближайший возможный предмет. Мимоходом проскочила мысль, что в противном случае, он начнет рвать собственную кожу. Подлокотники захрустели под сжавшими их пальцами. Бальтазар выгнулся на троне, наконец, понимая, где находится, по мере того, как возвращались ангельские силы.       Очередная безбрежная волна прокатилась внутри, заставив содрогнуться. Свет вырвался из глаз, и Бальтазар заскулил, пытаясь отодвинуть-предупредить-защитить. Демон непредвиденно сильным движением сжал его бедра, отвечая мощной вспышкой силы.       Взгляд скользнул туда, вниз, где стоя перед ним на коленях, Король Ада сверкнул идеально черными глазами. Выражение блаженства на собственном лице, отражающемся в них, показалось безумием не меньшим, чем все происходящее. Ангел запрокинул голову, ощущая, как разрывающая его сила вырывается наружу, наконец освобожденная.       Бессилие, пришедшее следом, заставило Бальтазара обмякнуть. Пальцы едва не соскользнули с подлокотников. Ужас, в сравнении с которым ерундой было предвкушение смерти, прошелся по телу, но ангел почувствовал, как чужие, явно невредимые руки пробегаются пальцами по бедрам, бокам, ребрам и, огибая плечи, обхватывают за шею.       Сознание ускользало. Ад словно впитал все его силы без остатка, оставив внутри то, с чем он уже не мог бороться.       Он никогда уже не смог бы уйти. Более того, он никогда бы не захотел. Признание самому по себе расставило что-то внутри по местам.       С трудом разлепив глаза, явно не желающие видеть, он сморгнул пелену.       — М… — мычание никак не хотело облечься в слова, но Бальтазар сглотнул и с силой провел по губам языком, пытаясь заставить их слушаться.       Демон на секунду пропал из поля зрения.       Приятная ткань коснулась тела, укутывая его. Ангел моргнул, заторможено понимая, что демон укутывает его в черное пальто. Голова съехала в бок, и Король Ада быстро поймал его, устраиваясь рядом и прижимая к себе. Прикосновение к ступням прошибло током, но у тела не осталось ни малейших сил на движение. Демон закинул его ноги на себя и подоткнул пальто так, чтобы Бальтазар оказался целиком укрыт им.       — Мы на твоем троне… — не совсем понимая, какую мысль хочет донести, прошептал он.       — Да, — мурлыкнул Король Ада. — Он мне затем и нужен.