В клетке

      Глава 21              — Моя лучшая правая рука! — пропел Король Ада, отходя к Бальтазару, сжимающему рукояти трона и явно собирающемуся с него встать. — Рад видеть в добром здравии, Мэгги!       Взгляд Мэг вновь скользнул к Адаму, и Кроули с некоторым нетерпением, граничащим с раздражением, заметил, как Сэм оскалился на нее. Уверенность, что без хотя бы капли крови, он вряд ли вырежет половину населения, таяла на глазах.       — Мэг! — Король Ада хлопнул в ладоши. — План Б. Сейчас.       — Тот, который запасной? — уточнила она зачем-то, бросая в сторону Адама взгляды, уже давно отражающие полное узнавание и понимание.       — Тот, который «Беда пришла на наши жопы», — рявкнул демон, и Мэг, вздрогнув, попятилась к выходу.       — Я все подготовлю.       Бальтазар мазнул рукой по его плечу, явно не имея достаточно сил, чтобы поднять руки. Вся ситуация с благодатью, да еще и собственное участие в ней, неприятно кололась. Хотя ангел доверил ему процесс по доброй воле, сейчас Кроули не казался достойным сам себе.       — Что за план Б? — хрипло уточнил ангел. Мэг на входе вздрогнула в ответ на очередные безответные вопли Дина, покачала головой, и быстро вышла. — Кроули?       — Окопаемся в Аду, полная изоляция, железный занавес, как в старые добрые Азазелевские, — промурчал демон, стараясь придать речи беззаботность. Сэм встрепенулся, глядя на него с явным непониманием, судя по всему, услышав ответ и вполне его разобрав. Шумно перевел дыхание Бобби, но больше всего взволновала вцепившаяся в него слабая рука. — Эй, отдохнешь как в пятизвездочном, — заверил Кроули. — Ад прекрасен в это время года.       — Иди ты, — простонал Бальтазар, опираясь на него, и вставая, по сути, в объятиях. Ноги явно держали плохо, что поняли оба, и Кроули сдавил его чуть крепче и увереннее.       Цепи опустили Винчестера поодаль, и Кроули с сожалением пришлось оторваться от лицезрения лица Бальтазара. Синяки под глазами, отчетливо проявившиеся, чуть обеспокоили, но не верить во все сказанное ангелом было глупо. Тот не был самоубийцей, да и по симптомам, которые Король Ада наблюдал, все совпадало.       Дин раскрыл рот, и демон цокнул языком:       — Откроешь хлебало — получишь в ебало, — с умильной улыбкой констатировал он, чуть склонив голову на бок, и с удовольствием наблюдая перекосившееся в гневном выражении лицо старшего Винчестера. Упрямство явно собиралось сыграть против него, и Кроули выдал на упреждение: — Дай угадаю, старина Кас? Как я мог забыть? Ах да, я не забыл! — Дин открыл рот. — Молчать, Динь-Динь! Знаю, для такого остолопа как ты, это нечто новенькое, но предлагаю сесть, обмозговать план и, например, подумать, чем ты собираешь рубить там всех в капусту? Или думаешь подойти да попросить?       — У него нет времени на то, чтобы…       — Его или убили, или захватили, и тогда будут судить на небесах, — проговорил Бальтазар, вызывая у Кроули невольную злость. Беспокойство за еще одного «брата» ощущалось в его голосе абсолютно явно даже при том, что сам он едва стоял на ногах, причем с помощью. Но надежда, появившаяся на лице Дина, того явно стоила. — Суды обычно не идут в тот же день, — сообщил он. — Дня два-три у нас точно есть, и это с учетом того, что случай особый.       — Предлагаешь сидеть тут и просто ждать, пока его пытают?       — Никто не будет пытать его до суда, — сообщил Бальтазар размеренно, и добавил, будто это само собой разумелось. Кроули удивился тому, что Винчестер не взорвался окончательно: — Разумеется, методы допроса у небес тоже не шибко приятные.       — Из какого же дерьма ты свалил, пернатое, — пробормотал Кроули язвительно, стараясь не выдать никакого эмоционального контекста. Бальтазар чуть вздрогнул на обращении, сейчас явно не особо держа себя в руках, и Кроули прошелся пальцами по его локтю, стараясь подбодрить.       — Просто отправь меня на Землю, черт тебя…       — Дин, нам не Земля нужна, а Небеса, — тихо пробормотал Сэм, сразу привлекая к себе внимание. С явным трудом оторвав взгляд от лица дьявола и своего брата по совместительству, он переложил его тело на себя, видимо, замечая улучшения, потому что на его лице отразилась слабая улыбка, а затем чрезвычайная сосредоточенность. — Нам нужно оружие, мне — кровь демона посильнее, и нам нужно как-то добраться туда. Бальтазар нас отправить не сможет, так что…       — Лосяра, я — Король Ада! — возмутился Кроули. План был уже готов и изменению не подлежал, а все сказанное Сэмом лишь подтверждало его благонадежность: — Вселиться в ангела смерти и зашвырнуть вас пернатым за очко я сочту за честь. Только поимейте их и от моего имени. Пусть пойдет приятная молва.       Сэм ухмыльнулся настолько опасно, что Кроули невольно сжал Бальтазара крепче, готовясь его прикрыть.       — Молву не обещаю, — прищурился младший Винчестер. — Пленных брать — не мой стиль.       — Дамы и господа! — несмотря на отсутствие дам, воскликнул воодушевленный демон: — Вот так и кончился Рай!              ***              — Лосяра, — протянул Кроули, нехотя выпуская руку Бальтазара, который весьма условно, но все же стоял на ногах, тяжело прислонившись к стене. Заниматься делами, оставляя его, не хотелось абсолютно. Очевидно покачнувшись и вцепившись в выемку камня, Бальтазар усмехнулся, едва лишь поймав его обеспокоенный взгляд, на что Кроули покачал головой. Сэм, несущий Адама и Люцифера, едва ли был готов отвлекаться. — Могу одолжить ствол за набор начинки, — предложил он с усмешкой.       — Я дам тебе рецепт, — перебил Дин с абсолютным хладнокровием, не дав ответить Сэму. Если и были у Кроули сомнения, что с Дином придется договариваться долго и сложно, а вся надежда была на Сэма, то сейчас он разом понял, насколько ошибался. — Но та демонская сучка сказала, что их можно сделать только на земле, так что…       — Не волнуйся, у меня и там связи, — заверил Кроули, и махнул рукой Сэму, который все же оторвался от созерцания бренного тела на своих руках и пола под своими ногами. — Эта комната вся ваша. Она вообще не для гостей, потому что… — он поморщился, — в Аду как бы не бывает гостей.       — Если ему станет хуже… — начал Винчестер, и Кроули закатил глаза:       — Не должно.       — Но если…       — Ну, тогда от меня толку уже будет ноль, — задорно признал Король Ада, и добавил, наслаждаясь звуками неразборчивого рычания: — Не ссы, Лосяра, все там будем.       Он мог поклясться, что Сэм бы кинулся на него, если бы не драгоценная ноша в его руках, и усмехнулся, глядя на удаляющуюся фигуру Винчестера.       — Кольт будет, а тебя я познакомлю с адской оружейной, — с ухмылкой проинформировал демон Дина, полностью игнорируя присутствие очевидно шокированного Сингера. — В общем, чем смог…       — Я… — Дин запнулся. — Буду должен.       — О, само собой, Динь-Динь!              ***              Бальтазар покачнулся, прижимаясь к стене. Собственное уверенно брошенное «Вали уже, я дойду до поворота» показалось самонадеянной ерундой. Отвлекать Кроули не хотелось абсолютно: у того явно было немало планов на ближайшие часы. Что бы ни происходило, а что конкретно происходит, Бальтазар все же понимал не до конца, лучшее, что он мог бы сделать, это не мешать.       — Так-так, ковыляем? — Мэг, приближение которой он к собственному ужасу не заметил, стояла в нескольких шагах от него. Понимание, что клинок в кармане он едва ли сможет использовать по назначению, обескуражило. — Пойдем, провожу, — предложила девушка, совсем не вооруженная, вполне дружелюбно, и подставила ему свой локоть. Как бы то ни было, убраться отсюда поскорее хотелось нестерпимо, и Бальтазар принял предложение, слегка хмурясь. Мэг ловко приподняла руку, чтобы ему было удобнее опираться, и засеменила вперед. Ангел мог поклясться, что скорость она сбросила совсем не из-за каблуков, а лишь ради его удобства.       — Моя комната должна быть за поворотом, первая дверь налево, — пробормотал Бальтазар.       — Я знаю, — усмехнулась Мэг. — Только не «твоя комната», а «королевские покои». Впрочем, не будем придираться к словам, он все равно делал их для тебя.       Как-то сразу и сполна позабыв про ощущаемую остро угрозу, Бальтазар захлебнулся потоком преподносимой ему информации. Понимание, что Кроули не оставит его где-то, удивительным не стало: все же Король Ада ясно дал понять, что отлучиться лишь ненадолго. Но все же было в этом что-то для ангела дикое.       — Ну вот, пришли, — Мэг толкнула дверь и щелкнула пальцами. Одинокий факел загорелся в помещении, освещая совсем не дружелюбную гостиную. — Мда, — протянула она. — Знаешь, тут все немножко недоделано.       Огромный стеклянный столб по центру комнаты, переходящий в кажущийся зеркальным потолок, будто отражал в себе всю тьму мира. Бальтазара едва не передернуло, и он отчетливо понял, что даже приди Кроули к нему в ближайшее время, в этой комнате расслабиться у него не получится. Если уж на то пошло, у него было бы больше шансов в тронном зале голышом на виду у толпы черноглазых.       — Мило, — кивнул он, добавляя: — Буду чувствовать себя как дома.       — На это он и рассчитывал! — будто не чувствуя сарказма, но явно притворяясь, воскликнула Мэг восторженно, прикрывая входную дверь. — Ты, наверное, хочешь сам все посмотреть, но спальня вот за этой дверью. Будь солнышком, по Аду не мотайся. Не хочу лишиться головы в этот прекрасный день.       — Понял, — кивнул Бальтазар, не желая участвовать в разговоре, и направляясь к указанной двери.       — Так… — начала она, но тут же оборвалась. Бальтазар остановился, бросив на нее сомневающийся взгляд. — Собственно, я по делам шла, а не к тебе, и вот задаюсь вопросом: какова вероятность, что Сэм не оторвет мне голову с порога, когда я зайду спросить, что им там нужно?       Ангел фыркнул, и лишь потом сосредоточился на вопросе, понимая, что за шутливыми нотками скрывается реальная тревога.       — Ты его боишься?       — Знавала я Винчестеров в старые добрые времена, еще до того, как некоторые из них начали пускать наших богов на компот, — заметила она с улыбкой, и серьезно добавила: — Пока не попустило.       Бальтазар покачал головой, проходя в комнату и готовясь закрыть дверь. Бросив взгляд на поджавшую губы и уже явно не рассчитывающую на какую-либо информацию Мэг, он коротко посоветовал:       — Постучи прежде, чем входить — удвой свои шансы.              ***              Люцифер неловко дернулся на постели, и Сэм мгновенно сжал его руку. Глаза дьявола распахнулись, один — все еще светящийся красным, и второй — с полопавшейся сеткой капилляров.       — Хей, — позвал Сэм тихо, не уверенный, кто из них с Адамом пришел в сознание, и пришел ли хоть кто-то. Толчок в грудь стал полной неожиданностью. Сэм сдавил толкнувшую его так, что выбило дыхание, ладонь, и отвел в сторону: — Люцифер!       Архангел, явно не узнавая его, метнулся в его сторону, и Сэм отлетел в стену, получая очередной удар. Фоном раздался стук в дверь. Глаза сосуда стали теперь полностью красными, и не было сомнений в том, что Люцифер точно там, но даже в самых жутких предположениях Винчестер не допускал, что тот может атаковать осознанно.       — Люцифер! — крикнул он, стараясь, чтобы, несмотря на громкость, голос звучал без злости. — Эй, стоп…       Будто задавшись целью убрать первую попавшуюся угрозу, Люцифер сдавил пальцами его горло. Сила архангела, прерывающаяся и сбоящая, что отражалось и в периодически теряющих яркость глазах, потекла в него, нагревая кровь. В голове помутилось.       Все резко прекратилось, и Сэм закашлялся. Люцифер завалился назад.       — Прости меня, отец, — простонала Мэг, скручивая руки дьявола за его спиной.       — Нет, не порань!.. — воскликнул Винчестер, подрываясь к ней. Голос прозвучал хрипло, и Сэм почувствовал кровь на губах, которые видимо поранил во время короткой драки. Мощный толчок отправил демона в полет, и Мэг с грохотом врезалась в стену. — Люцифер! — закричал Сэм, хватая дьявола за руки. Сила вновь прошибла тело, но, очевидно, кончалась: глаза потухли на короткую секунду до нормальных, а взгляд дьявола впервые сосредоточился на нем. — Люци… — позвал Винчестер ласково, снизив голос до слышимого минимума.       — Сэмми? — не совсем четкий вопрос слетел с потрескавшихся губ, и Сэм с облегчением подхватил Люцифера под локти, принимая на себя его вес.       — Тише, — попросил он. — Я здесь, с тобой все будет хорошо.       Бросив угрожающий взгляд на поднимающуюся Мэг, смотрящуюся крайне опасливо, Сэм обнял Люцифера за талию и ребра. Прижимая его к себе, он замер, абсолютно зачарованный исходящим от него теплом и тихим рваным дыханием.       Осознание, что он почти человек, судя по увиденному, заставило быстро вернуть его в кровать, и Люцифер слабеющими пальцами вцепился в него в момент, когда его голова коснулась подушки. Винчестер провел ладонями по его запястьям, пытаясь успокоить.       — Я здесь, — повторил он зачем-то, массируя напряженные мышцы, и чувствуя, как слабеющие пальцы окончательно разжимаются. Ужас, отразившийся в глазах дьявола в эту секунду, заставил сказать то, что он счел глупостью: — Ты в безопасности, — заверил он. — И я никуда не денусь.       Люцифер тяжело вздохнул и прикрыл глаза на пару секунд, будто давая им отдых.       — Люцифер, Адам там? — как можно спокойнее спросил Сэм, не до конца уверенный, что хочет знать ответ. Он прекрасно понимал, что Адама могло не быть. Скорее всего, не было. Судя по произошедшему, по тому, что Люцифер едва ли бы выжил без помощи, человеческой душе просто не оставалось шанса уцелеть. Беспокоить дьявола в его текущем состоянии не хотелось вовсе, его необходимо было защищать, но все же, что-то неуловимо похожее на чувство вины побуждало проявить небезразличие.       Адам просто не должен был умереть. Несмотря на короткое знакомство, они были братьями, и если уж на то пошло, Сэм симпатизировал ему не только на основе кровных стереотипов. Готовый отреагировать с каменным лицом даже на самый худший исход и успокоить архангела, игнорируя собственные чувства, Сэм сжал зубы до скрежета.       — Пацан? — хрипло уточнил дьявол, снова прикрывая глаза, и в тот момент, когда Сэм уже хотел попросить его не напрягаться, чтобы что-то узнать, прозвучало тихое: — Да.       Винчестер почти задохнулся резко хлынувшим внутри облегчением. Они были живы оба. Если бы он не знал, что Бог — покинувший их гандон, он бы благодарил его за чудо. Потому что ничем другим это быть не могло.       — Боже, спасибо, — сорвалось с губ, несмотря на пролетевшие мысли, чисто по привычке, и Сэм не мог не добавить: — Если что, это я тебе.       Облегчение дурманило разум. Люцифер потянулся к нему, едва имея силы приподняться на подушке, и Сэм сдавил его ребра, помогая и склоняясь к нему, оставляя поцелуй на потрескавшихся пересохших губах. Люцифер ответил ему с необходимым одобрением. Дурман счастья, пришедший так резко, нуждался в выражении, и охотник покрыл поцелуями щеку дьявола, вновь возвращаясь к губам.       — Нет, ну дело-то семейное, — пробормотала Мэг, охотник не стал утруждать себя обдумыванием ее слов. Достаточно было того, что она все еще находилась у стены, на расстоянии минимум в три метра, и никаких попыток напасть не предпринимала. Понимание, что лучше уделить ей внимание хотя бы для того, чтобы узнать, зачем она пришла, стерлось разгорающейся внутри потребностью.       Люцифер прикусил его губу, и Сэм счел бы это за приглашение, если бы через пару секунд его руки безвольно не скатились по спине Винчестера, разом ослабшие.       Дьявол замер под ним в ответ на очередной поцелуй, Сэм напоследок потерся об него носом и отстранился. Люцифер поморщился, и охотник вопросительно вскинул брови.       — Прости. Пацан чего-то недоволен, — не слишком обеспокоенно пояснил Люцифер, и реальность взорвалась в голове. Сэм открыл рот, и, вспомнив, где тот только что побывал, резковато потер его ладонью. Дальнейшее обсуждение просто не укладывалось в голове. Постепенно выходящее из тела напряжение оставляло терпкий осадок, и Сэм не был уверен в своем разуме сейчас, но точно знал, что обсуждать произошедшее не стоит.       — Что ты хотела? — повернулся он к Мэг, и демон, будто ее вывели из состояния гибернации, встрепенулась, глядя на него.       — Я собственно должна была узнать, нужно ли вам что-нибудь, — демоница еще раз моргнула, будто стараясь избавиться от мыслей или застывшей перед глазами картины. — Кроули отлучился, и я должна убедиться, что все в порядке.       Едва не дав слишком резкий и поспешный ответ, Сэм еще раз отер, в этот раз краем куртки, свои губы. Воспоминание, ставшее из приятного отвратительным, все же дало подсказку. Пересохшие губы. Люцифер не восстанавливался как архангел, а значит мог хотеть того же, чего люди.       — Воды и еды, — пробормотал он, вопросительно поглядывая на Мэг. Та выглядела так, будто хлопнет себя по лбу.       — Конечно, — кивнула она, собираясь выходить.       — Мэг, не только нам. Дин с Бобби люди, и Бальтазар почти без благодати, — напомнил Сэм, складывая все происходящее в единую картину. Разум определенно просыпался. Накативший внутри стыд за то, что еще десять минут назад он был уверен, что все, включая него самого, могут сдохнуть от жажды, а он не пошевелит и пальцем, рассеялся в чужом прикосновении. Сэм переплел с Люцифером пальцы в ответ на просящее движение.       — Поняла, — Мэг отсалютовала ему кулаком, и вышла, прикрывая двери.       — Вы как? — с ходу поинтересовался Сэм.       — Пацан без перерыва бормочет слово «нет», боюсь, сломался, — пожал плечами дьявол, изображая одну из своих коронных ухмылок.       Винчестер еще раз провел по своим губам.       — Прости, — пробурчал он виновато, — я увлекся. Серьезно, как ты? — уточнил он, нежно сжимая чужую ладонь.       — Больно даже дышать, — признался дьявол тихо, и охотник, чуть поморщившись, подумал, что ему нужно больше сна. Будто в ответ на эту не озвученную мысль, Люцифер прикрыл глаза. Выравнивающееся дыхание стало для Сэма идеальным свидетельством существования утопии на земле.       Он опустился на кровать, а точнее, койку, стараясь не слишком задевать Люцифера, но тот, будто желая опровергнуть это стремление, лишь прижался к нему, втеревшись головой в его грудь. Сэм прикоснулся губами к его затылку, сочтя этот жест достаточно платоническим.       — Я люблю тебя, — шепнул он через пару минут, думая, что дьявол уже уснул, и почувствовал, как дрогнули пальцы в его руке.              ***              Бальтазар перевернулся, теряясь в беспокоящей до самого нутра полутьме, тревожащей какие-то несвойственные ангелам инстинкты. Жар пламени единственного факела, который он забрал с собой в спальню, казался слишком сильным, чтобы находиться с ним рядом. Ангел стер проявившуюся на лбу испарину, ощущая, как вся майка стала липкой и промокла почти насквозь.       Перевернувшись в очередной раз, вновь потеряв счет времени, Бальтазар опустил голову на подушку, та была то ли слишком высокой, то ли абсолютно плоской. Ангел вздохнул, стараясь сложить ее как можно удобнее. Назревшая за время «отдыха» головная боль обострилась и теперь стучала в висках. Ангел коротко простонал, закрыл глаза и сосредоточился на собственном дыхании, воспринимая человеческий сон как одну из разновидностей медитации.       Высунул ноги из-под одеяла, и их моментально обожгло холодом. Намеренно заставляя себя терпеть, Бальтазар выдержал несколько минут в промозглой обстановке, а затем поднялся, совершая очередную попытку поудобнее застелить постель.       Раздражение заставило задуматься о прямом нарушении приказа Кроули и здравого смысла, к нему побудившего. Он хотел домой, и всерьез обдумывал возможность покинуть королевские хоромы. Истошная слабость заставила покачнуться, мышцы будто затекли, а о том, чтобы воспользоваться крыльями не шло и речи.       Противное бессилие все никак не хотело заканчиваться. Бальтазар потянулся к своим брюкам, брошенным на прикроватную тумбу, в поисках телефона, и, не найдя его в карманах, с глухим рычанием потряс в воздухе опротивевший предмет одежды.       Время было неизмеримо.       Вымотанный больше чем думал, ангел опустился на кровать, мгновенно падая на подушку. Со злостью натянув одеяла на себя почти до самой макушки, он дал свободу колотящей его дрожи. Взмокшая майка противно морозила, и Бальтазар сжался, понимая, что если снимет ее, станет лишь холоднее. Измученный настолько, что от обиды слезились глаза, Бальтазар уткнулся в подушку лбом, делая вид, что комнаты не существует.       Накрытый одеялом с головой, он довольно быстро почувствовал удушливость, потерпел ее пару минут и скинул проклятую тряпку с головы. Постаравшись расслабиться и глубоко вздыхая, он лег на спину, игнорируя прострелы в затылке. Закрытые глаза чесались и жглись, будто в них насыпали песка.       Собственное самочувствие казалось настолько отвратительным, что боль в чистом виде могла легко сойти за благо в сравнении.       Время периодически терялось, уходя в сферу едва воспринимаемого фона, и Бальтазар считал такие моменты в наивысшей степени приятными на фоне непрекращающегося мучения. Слабость не позволила бы встать и заняться хоть чем-то помимо бесконечных падений на пол. Тьма не становилась спасением, и мысли о том, чтобы попросить кого-то знающего, вроде Сэма, просто вырубить себя, посещали все чаще.       Свет погас, резко приводя в себя. Бальтазар сжал кулаки. Потухший факел и тихий шорох на фоне не могли быть совпадением. Проклиная свою невнимательность и полукоматозное состояние, Бальтазар максимально тихо потянулся к подушке, сжимая пальцы на рукояти клинка.       То ли от резкого пробуждения, то ли от смены положения, то ли от ускорившегося пульса, голова отдавалась кружением, а шорох, приблизившийся уже до предела, будто смещался по кругу следом за всем пространством. Понимая, что от постоянного верчения его начинает тошнить, ангел проигнорировал здравую идею подпустить противника поближе, и подскочил, нанося удар по касательной, чтобы не задеть потенциального нападающего слишком сильно, но ослабить его.       Крепкая рука перехватила его за запястье, прижимая так, что клинок выпал. Потерянное равновесие Бальтазар восстановить не успел, падая с кровати на пол, но так и не встретившись с камнями.       — Балти?! — поняв, что шорох принадлежал Кроули, всего лишь вернувшемуся, как и обещал, Бальтазар открыл рот, чтобы принести полагающиеся по такому случаю извинения. Пересохший язык слушаться отказался, и несвязный стон, скорее, лишь напугал и без того растерявшегося демона. — Бальтазар?! — позвал тот с нотками паники.        Загорелся факел. Понимание, что головокружение не просто не прошло, но еще и дополнилось резью в глазах, стало неприятной неожиданностью. Глаза Кроули залились чернотой на мгновение, и Бальтазар осознал себя уже сидящим на кровати с подушкой, подложенной под поясницу и спину. Изголовье, обитое кожей, было достаточно мягким, и ангел, не раздумывая, прислонился к нему виском. Голова соскальзывала.       — Так, посиди, я на две минуты.       Фраза едва ли была понята хоть в какой-то мере, и Бальтазар с большим запозданием разобрался в ее запутанном смысле, сперва сжав пальцы отстранившегося демона, что было сил. Он старался держать глаза открытыми, но зрение почему-то пропадало.       — Балти, — позвал демон. К губам прислонилась холодная поверхность, в которой ангел с трудом определил стакан. Понять, чего хочет демон, труда не составило, и Бальтазар сделал несколько глотков до того, как окончательно устал от процесса. — Прости, — почему-то проговорил демон. — Прости меня.       Не слишком вникая в слова, ангел безмолвно наслаждался их звучанием, и, прижавшись ухом к чужой груди, слегка улыбнулся. Пальто кололо кожу, и это непривычное ощущение лишь дополнило безумную картину. Кроули прошелся по его губам большим пальцем, но это не было похоже на обычную ласку, как и дальнейшие прикосновения к лицу.       — Так… — протянул Кроули со странными интонациями. Губы прикоснулись к виску в невесомой ласке, но после этого демон попытался отстраниться. Со стоном подавшись к нему, даже сквозь одежду немного теплому, Бальтазар прикрыл глаза. — Я сейчас, ладно? — попросил он так обстоятельно, будто ему нужен был настоящий ответ. Ангел упустил момент, когда оказался лежащим на постели в гордом одиночестве.       В отсутствие Кроули сам его приход в какой-то момент вызвал здоровые сомнения. Бальтазар приоткрыл глаза, разглядывая режущее их пламя, и оценил свое состояние с максимальной трезвостью. В нем не было ничего нормального и, однозначно, ничего хорошего. Понимая, что надо позвать хоть кого-то, ангел с трудом приподнялся на локте, протягивая руки к брюкам и вспоминая, что телефона в них все равно не обнаружит.       Со стоном заставив себя сесть, Бальтазар коснулся ледяного пола ногами. Боль разошлась уже по всему телу. Несмотря на то, что он отчетливо понимал, что ноги едва ли его удержат, необходимость сделать хоть что-то в рамках собственного спасения была достаточно ясна. Перспектива остаться окончательно беспомощным была весьма близкой. Пока он мог идти — он был обязан.       Ноги подогнулись на первой же попытке.       — Бальтазар! — то ли настоящий, то ли привидевшийся в бреду, Король Ада оказался рядом. Что-то звякнуло, и демон подхватил его под руки, снимая сомнения в собственной реальности. Вновь оказавшись на кровати под неразборчивое бурчание, Бальтазар прижал болящие и, кажется, собирающиеся застыть в судороге от холода ноги. — Ты меня слышишь? — обеспокоенный взгляд привлек внимание вместе с вопросом, и ангел озадаченно посмотрел на него. Чувство, что это все — лишь бред и выверты его собственного сознания, отступило. — Я спросил, болит ли что-то, — пояснил Кроули мягче.       Бальтазар покачал головой, не желая добавлять проблем, и отвечая на слишком крепко вбитых в голову инстинктах. Он походя поморщился на движении головой, когда шею до самого уха прострелило болью.       — Я принес тайленол, но вижу, он тебе не нужен, — со злостью в голосе констатировал демон, намеренно громко гремя баночкой с чем-то, что люди вроде называли таблетками. Чего бы Кроули ни хотел, Бальтазар явно не дал ему это, ведь его злость обычно была оправдана. Мысли путались, не желая приходить к какой-то общей линии. — Балти, — с горечью позвал демон. Взмокшая рубашка противно липла к телу, озноб усиливался по мере нахождения вне одеяла.       — Мне… — дрожащие губы плохо слушались, а язык прилипал к небу, несмотря на постоянные попытки сглотнуть. — Я не знаю. Все, — ответил он на предыдущий вопрос. — Не сильно.       — Ладно, — Кроули нахмурился, его лицо исказилось прыгающими тенями факела, и Бальтазар в какой-то момент отпрянул, увидев что-то, чего не было. — Что?       — Не злись, — тихо попросил ангел, добавляя скромное: — Пожалуйста.       Кроули издал странный смешок и встал с кровати. Бальтазар лишь задался вопросом, от чего все его просьбы и действия приносят эффект прямо противоположный тому, что был нужен. Пальто демона полетело на пол, он явно не задумывался о чистоте. Ангел смерил взглядом тумбу, на которой уже не было его брюк, ежась в майке и впервые считая футболку более чем приличным вариантом. Если бы он не знал, что пиджак так же холоден, как все вокруг, непременно совершил бы попытку его надеть.       Небольшой поднос, разместившийся на тумбе, приковал взгляд валящим от чашки паром.       — Иди сюда, — позвал Кроули, заползая рядом, уже в достаточной степени обнаженный: Бальтазару стало зябко от одного только вида. Объятие, чуть смазанное собственной дрожью, принесло спокойствие. Ангел заерзал, пытаясь найти удобную позу, и сделал попытку лечь, но это было сразу же пресечено. Кроули дотянулся до чашки и поболтал в ней ложкой. Теперь уже горячая поверхность оказалась прямо под носом, и Бальтазар фыркнул в ответ на странный запах.       — Это что?       — Чай для начала, — известил демон серьезно. — Понятия не имею, как бредящие ангелы реагируют на таблетки. Обязательно проведу при случае пару экспериментов с кем-нибудь менее ценным. Благо, таких скоро будет завались.       — Что?       — А то, что на жизнь пернатой расы, я нынче не поставлю и цента, — фыркнул демон, прижимая чашку к его губам. Бальтазар сделал небольшой глоток, отмечая, что не чувствует привычного потока молекул. По телу разлилось тепло. Странный запах оседал на языке, демонстрируя незнакомую палитру ощущений. Бальтазар невольно потянулся руками к чашке, когда жидкость слегка стекла по губам. Позволив ему взять предмет поверх собственных рук, Кроули дал ему направлять процесс.       — Вкусно, — пробормотал Бальтазар с удивлением.       — Чувствуешь? — с интересом экспериментатора уточнил демон. — Вкус?       — Я… — ангел замялся, не до конца уверенный, но восприятие чего-то языком люди называли вкусом, и он кивнул. Мир все еще неприятно вращался, а тело болело, но хотя бы какой-то источник приятного тепла появился в перспективе. Чашка показалась слишком маленькой, и ангел бросил недовольный взгляд на поднос.       — Что?       — Да бокал виски и то больше, — недовольно нахохлился Бальтазар. — Разве это чашка?       — Не быть тебе британцем, — усмехнулся демон со странными интонациями. — Еще?       Бальтазар устроил голову на его плече, затрудняясь сделать выбор между спокойной неподвижностью в его объятиях и возможностью получения добавки. Холод постепенно отступал, и нарастающая слабость уже не казалась такой страшной, потеряв жутковатый оттенок тьмы и одиночества.       — Ты настоящий? — уточнил он тревожно. Кроули слегка отстранился, приподнимая брови так высоко, что спутать это даже в полутьме прищуренными глазами было невозможно.       — А что, слишком хорош? — уточнил он со слабой издевкой и проскакивающим беспокойством, которое, впрочем, могло просто примерещиться. Смутившись серьезного ответа «да», Бальтазар собирался, было, выдать что-то про завышенное самомнение, попутно проверяя реальность пальцем, которым ткнул чужую грудь и задумчиво поковырялся в области ключицы. Видимо, не дождавшись ответа, демон зарылся носом куда-то в его волосы так, что Бальтазар затылком ощутил расходящееся от дыхания тепло, и тихо пробормотал: — Без благодати ты просто ангел.       Ангел только прикрыл глаза.              ***              Сэм проснулся от легкого на грани слышимости щелчка двери. Стука не было. Кто бы ни пришел, он явно не был обременен правилами приличия. Охотник сжал клинок той рукой, что была под их подушкой. Односпальная койка казалась маленькой, но Люцифер, почти вплавившийся в него после засыпания, занимал минимум места, будто стараясь забраться в каждую нишу у его тела.       Отдавая себе отчет в том, что есть небольшая вероятность, что пришел Дин и просто решил их проведать, не беспокоя, Сэм склонялся к куда менее приятным вариантам. Люцифер заелозил носом по его шее, напоминая Винчестеру о том, что подскочить мгновенно он не сможет. Сперва пришлось бы сместить вес и разделить перепутанные с Люцифером руки.       Отсутствие тихого «Сэмми» явно склоняло чашу весов в пользу менее дружелюбного варианта, кроме того, Сэм различал шаги нескольких человек, он не мог точно сказать двух или трех, но был почти уверен во втором утверждении. Клинок, осторожно смещенный в пальцах, теперь лежал наиболее удобно, и охотник быстро просчитал наиболее безопасный вариант боя.       Очередной шаг, уже слишком близкий к нему, а значит, к Люциферу, стал спусковым крючком. Охотник резко дернул руку, ощущая как пальцы дьявола запоздало реагируют, вцепляются, скользя по рельефу предплечья, подбросил себя другой рукой, махом вытаскивая клинок из-под подушки и с разворота, давая себе время затормозить в случае, если бы нападающие нападающими не оказались, полоснул клинком по груди демона, не смертельно, но болезненно. Глаза всех трех, как он и ожидал, залились черным, Сэм скривил рот в кровожадном оскале.       Тихое «Сэмми» сзади отвлекло всего на долю секунды, не помешав бою. Охотник перехватил замах кулака демона, в этот раз уже не сомневаясь и ударяя второго клинком точно в центр груди. Удар молнии очертил скелет и череп, взорвался внутри со звуком громоподобного разряда. Отметив для себя, что полтора демона существенной угрозой не считаются, он едва не заорал благим матом, поняв, что Люцифер в попытке помочь подался к нему.       Сэм в последний момент подсек раненного демона, явно собирающегося напасть на своего «отца». Подхватив покачнувшегося Люцифера под ребра, он толкнул его на кровать, с разворота ударяя ногой в везучую тварь, которой клинком пока не доставалось.       — Помочь…       — Просто посиди-ка в уголочке, — ласково попросил Винчестер, оценив, что имеет на это лишнюю секунду, и протолкнул Люцифера дальше по кровати.       Провернув клинок в пальцах для максимального удобства, Сэм одним быстрым движением вогнал его в горло поднимающегося после его подсечки, уже и без того ослабленного демона. Остался один.       Короткое предвкушение победы пошло на спад, когда в дверях один за другим появились еще трое. Один из них, сильно крупнее прочих, ухватил руку Сэма на подлете, выворачивая ее до хруста и оставляя на предплечье синяки. Вместо того чтобы вывернуться в попытке избежать боли, охотник, пренебрегая вероятным вывихом, подался вперед, ударяя лбом в его лицо. Не помогло.       Переросток сдавил его шею, отрывая его от пола, и охотник вцепился руками в его ладонь. Успев безрезультатно врезать ногой тому демону, который пришел в первой группе и теперь направлялся к Люциферу, Сэм беспомощно смотрел, как поднимается дьявол, сжимая выпавший у одного из демонов ангельский клинок. Страх взметнулся внутри так резко и всепоглощающе, что закружилась голова.       Перед глазами предстал Люцифер. Умирающий снова. Окончательно, в этот раз.       Бессильный взмах руки в сторону демона, которого удар ногой не опрокинул, переходящий в крик ужаса, вырывающийся булькающими звуками из сдавленного горла, привел к неожиданному результату. Демон упал навзничь, чуть проехав по полу. Голову пронзила боль, и сперва Винчестер решил, что пропустил удар, не сразу опознав нарушения, аналогичные тем, что возникали после видений и случайной успешной попытки телекинеза.       Страх чуть улегся, позволив отметить сходство обстоятельств.       — Какого хрена вы творите?! — высокий голос Мэг, скорее криком, чем просто репликой, огласил комнату.       — Король сказал позаботиться о гостях, — услышал Сэм сквозь шум в ушах. Сознание ускользало, но он изловчился достать кулаком локоть держащего его за шею демона, ударяя в болевую точку. Тот выпустил шею, не продолжая нападение, видимо, до прояснения обстоятельств, и Сэм шарахнулся назад, занимая место между демонами и покачивающимся Люцифером, мгновенно подхватившим его и выставившим вперед ладонь.       — Уверяю, он имел в виду не это! — выплюнула Мэг.       — Нет, Люц, нет, — в панике зашептал Сэм, не зная, как отразится на архангеле трата сил. Тот уже выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок.       — Пошли вон, — распорядилась девушка.       — Король приказал… — явно не собираясь отступать, повторил один из демонов. Сэм воспользовался ситуацией, чтобы вытащить из окаменевшей ладони дьявола клинок и перебросить его в рабочую руку.       Свет озарил тело демона, возразившего Мэг, и та процедила:       — Какие же отборно тупые ублюдки.       Демон в крупном сосуде, представляющийся наиболее страшным противником рванул вперед, но Сэм быстрым движением шагнул к нему, в секунду нанося удар и протыкая его грудину. Ни на мгновение не останавливаясь, он направился туда, где ближайший к девушке уцелевший демон перехватил ее запястье, мешая воспользоваться оружием.       Сэм резанул попавшегося на дороге черноглазого, ударил соперника Мэг в точку под коленом, заставив того рухнуть и открыв для ее удара. Мэг со всей силы ударила его коленом в лицо, и охотник позволил себе переключиться на своего врага, наконец, завершая его бессмысленное существование.       Сзади отгремел свет, и охотник повернулся, понимая, что осталась только девушка, а затем занял боевую стойку. Мэг слегка приподняла руки в жесте «сдаюсь», несмотря на наличие уже двух клинков в своих руках.       — Он не это имел в виду, — проинформировала она еще раз, и почему-то истинность этой фразы не вызвала у Винчестера ни малейших сомнений. Люцифер покачнулся, все еще слабо держась на ногах, и Сэм позволил себе полностью переключиться на него, устраивая на кровати.       — Пожалуйста, пусть впредь избавит нас от своего гостеприимства, — предложил охотник не до конца дружелюбно.       — Я передам, — слегка улыбнулась Мэг, явно почувствовав смену атмосферы. — Вообще я шла к вам со всем, что может быть нужно, но мне пришлось оглушить Фредди подносом, — она махнула куда-то назад, — так что мне придется смотаться еще раз. И я пришлю кого-нибудь забрать трупы, — в ответ на ее фразу Сэм вскинулся, — впрочем, лучше я сама.       — Дитя, — позвал Люцифер тихо, и демон, будто в полной мере осознав его присутствие, вытянулась по струнке: — Я в тебе не ошибся.       Глаза залились черным, к удивлению Сэма, абсолютно не зловеще, а восторг отразился на ее лице. Мэг кивнула, что было больше похоже на неглубокий поклон, и вылетела за дверь.       Охотник проследил ее уход, и сосредоточил все свое внимание исключительно на Люцифере, укутывая его в невыносимо тонкое для ада одеяло и прижимая к себе. Тот ощущался промерзшим, и, непривычный к таким реакциям с его стороны, Сэм вздрагивал от каждого его неровного вздоха. Пробормотав что-то ласковое, сам уже не отслеживая свои слова, Винчестер поцеловал его в висок, и покосился на разбросанные по комнате тела.       Люцифер завороженно проследил несколько кровавых следов, и Сэм свесил ноги, доставая до пола:       — Давай, я вытащу их в коридор, — предложил он.       — Не уходи, — капризно попросил Люцифер, явно понимая, что речь идет о нескольких минутах. Однозначно, эти детали ничего не меняли. Он обхватил Сэма руками за шею, и охотник в последний момент увернулся от явно намеревающихся поцеловать его губ.       — Мы с Адамом братья, — напомнил он тихо, и дьявол, прижавшись губами рядом с его ухом, прошептал:       — А мы по-быстрому, пока пацан не видит.       Не уверенный в шутливости или серьезности предложения, охотник тихо хмыкнул, зарываясь руками в его волосы и прижимая к себе.       — Ты неисправим.              ***              Бальтазар проснулся от не обжигающего, а приятного ощущения тепла. Приоткрыв глаза и щурясь, он обвел взглядом темную комнату. Сквозь приоткрытую дверь струился белесый свет, похожий на солнечный, почему-то напоминающий о Земле и Небесах разом.       Короткое сомнение, что подобное может быть в аду, проскочило внутри тревогой, и он повернулся на кровати, обнаруживая, что соседняя половина пуста. Еще раз окинув взглядом помещение и понимая, что улучшившееся самочувствие едва ли стало последствием чьего-то вторжения, Бальтазар свесил ноги с кровати.       Слабость чувствовалась во всем теле, а в ушах неприятно зашумело, но, во всяком случае, ничего не болело. Бальтазар поиграл мышцами на руках, улыбнулся, отметив, что поверх всей его сложенной аккуратной стопкой одежды водружен черный халат Короля Ада, и, недолго думая, накинул его прямо поверх майки.       Дверь без скрипа и малейшего звука поддалась, открывая вид на центральную комнату. Столб темного стекла, запомненный еще со вчера и наводящий немалый ужас, заворожил, и ангел замер, разглядывая переливы и вспышки света, преображающие комнату.       Будто живые, они пробегались вдоль стекла, оставляя на нем красочные разводы, поднимались к потолку, прорисовывая на нем потоки, будто ветви огромного растущего вверх дерева. Ангел шумно перевел дыхание, абсолютно околдованный картиной божественного чуда. Приоткрытый рот ничуть не беспокоил и не отвлекал от любования.       Бальтазар сделал неуверенный шаг в сторону стекла, не позволяя себе даже мысли о том, чтобы дотронуться до совершенства, прорастающего перед ним. Он поднял руку, просто желая увидеть ее на фоне творящегося восторга, и отметил, что на приближение потоки светлячков сместились, обнаруживая новые дороги ближе к нему. Ветви на потолке засияли ярче в том месте, где стоял он.       — Проснулся, — голос Кроули привел в чувство, и Бальтазар захлопнул рот, опуская протянутую к чуду руку. — Прости. Пялься дальше, я тише травы, — разрешил он, утыкаясь в какую-то бумагу, явно делового характера, судя по скучающему выражению лица.       — Что это? — хрипло спросил Бальтазар, непривычно немногословно.       — Местное освещение, — несмотря на формальный и лаконичный ответ, улыбка на лице Кроули подсказала, что он крайне доволен проявленным интересом.       — Это… — Бальтазар запнулся, бросая еще один взгляд на ствол света и сияющие будто внутри потолка ветви, и направился к демону. — Это великолепно.       — Это ангельская благодать, — пояснил Кроули с легким напряжением, наконец, отрывая взгляд от бумажек. — Полночи экстренно скреб по сусекам.       — Благодать? — Бальтазар бросил быстрый взгляд на ствол, оценивая еще раз, и кивнул. Именно так это и ощущалось, но невозможность допустить, что что-то из благодати есть в аду, мешала признать правоту его интуиции. — Здесь хорошо.       — Ты в курсе, что ад ослабляет ангелов? — переспросил Король Ада серьезно, и Бальтазар отрешенно кивнул.       — Да, конечно, но речь обычно про десятилетия, как минимум.       — Только не в том случае, когда ты в капле благодати от очеловечивания, — заметил тот с налетом сердитости, заставляя Бальтазара нахмуриться. — Я изучал вопрос.       — Изучал вопрос? — чувствуя, что что-то упускает, переспросил ангел, не в силах понять, дело в его глупости или в недосказанности.       — Вопрос твоего постоянного проживания в аду, конечно, — пожал демон плечами так, будто это само собой разумелось. Холодок страха прошелся внутри непривычно по-человечески, сразу разгоняя пульс и сбивая дыхание. Руки похолодели, и Бальтазар сложил их в замок перед собой. — Бальтазар, — взволнованно выдернул его демон из размышлений. Нездоровое яркое чувство принадлежности, Бальтазар сперва не смог распознать вовсе, а когда понял его, поморщился. Эмоция явно была неправильной даже для человека.       — Прости, мне еще нездоровится, — произнес он размеренно, растирая пальцы. Кроули поднялся с места, вставая напротив него. — Постоянное проживание, думаешь, хорошая идея?       — Да, если не будет Земли, — пожал плечами демон с непоколебимым спокойствием, будто объясняя азы математики идиоту. — Балти, — обратился он мягко, — я в ад с горящей жопой каждый день не просто так ношусь. Рутина не требует столько внимания. Признаюсь, что провел пару реформ, — он слегка пожал плечами. — Только не думал, что результаты пригодятся так скоро, так что некоторые вещи закончить вовремя не успел, — он махнул в сторону «светильника», который Бальтазар называл чудом. — Тут вы с твоим любящим пихать язык куда не надо братцем сможете чувствовать себя как дома. Конечно, благодать надо пополнять.       — Ты залил сюда благодать кого-то из моих братьев? — уточнил Бальтазар. Незнакомые эмоции от всего сказанного нуждались, требовали отвлечения, ведь ангел чувствовал, что вот-вот взорвется. Неправильное чувство и тысячи желаний лишь набирали силу по мере объяснений.       — Да? — чуть вопросительно кивнул Кроули, явно не понимая сути ничего не значащих претензий. Понимая, что с языка рвется что-то непоправимо глупое, Бальтазар подался вперед, затыкая себя единственным доступным образом. Вкус виски на губах демона неожиданно ударил в голову, пьяня так, как раньше не пьянили несколько бутылок.       Ладони огладили спину Кроули сквозь ткань рубашки, притягивая его вплотную. Неожиданно понимая, что привычная сила полностью отсутствует, Бальтазар несколько потерялся, спустился на шею, лаская ее, и запутался пальцами в черных волосах.       Кроули быстрым, но бережным движением толкнул его на диван. Несколько свитков упали на пол, а несколько — Бальтазар почувствовал — оказались прямо под ним.       — И тебе доброе утро, — промурлыкал Король Ада, прижимая его сверху и вырывая тихий надрывный стон. Их фигуры отражались в полузеркальной глади потолка поверх рисунка сияющих веток.              ***              Бобби показался в дверях с перекошенным лицом, и Сэм, прислушивающийся к шагам заранее и уже сжимающий в руках оружие, расслабленно перевел дыхание, опускаясь обратно на кровать к уже начавшему подниматься Люциферу.       Взглянув на Бобби, тот кивнул ему:       — Старик, — и продолжил есть уже надкушенный круасан, пару упаковок с которыми Мэг закинула им на продержавшийся дольше своего собрата поднос.       — Дьявол, — приветственно откликнулся тот. — Молодец, что не сдох, а то у нас пока нет кладбища для божественных первенцев, — Люцифер отсалютовал ему круассаном, с наслаждением откусывая очередной кусок. — У вас там несколько трупов за дверью.       — Ага, — кивнул Винчестер, — мы в курсе.       — Хорошо, — спокойно пожал плечами Сингер. — А то было бы неловко с такими новостями к завтраку.       — У вас с Дином все нормально? — уточнил Сэм с легким напряжением, понимая, что Кроули мог «позаботиться» не только о них.       — Демоны не пришли по наши души, полагаю, это успех, — пожал плечами Бобби, отмахиваясь рукой от Сэма и, подойдя к ним ближе, стащил с тарелки Люцифера сэндвич.       — Ты не попутал? — надулся дьявол, что странно комично смотрелось на лице Адама, и уже на порядок мягче добавил: — Я думал, всем дали еду.       — Мне дали, — пожал плечами Бобби, — но я не рискнул пробовать ее первым.       — А дьявола не жалко, — понимающе кивнул Люцифер, запихивая в рот остатки круассана.       — Слышал, что дьяволы — живучие сукины дети.       Живучий чуть не подавился, попытавшись возмутиться с набитым ртом, и Сэм закатил глаза, слабо усмехаясь происходящему. Понимая, что Дина надо навестить, он абсолютно не хотел оставлять Люцифера даже на короткий промежуток времени.       — А Дин?..       — Скорешился с Кроули еще вчера, — перебил его Бобби, не испытывая затруднений Люцифера в силу богатого опыта. — Тот показал ему маршрут в оружейную, и теперь мы имеем психопата, ищущего, на ком протестировать оружие.       — Этого Кроули не учел.       — О, он учел, и даже отправил ему пару не шибко ценных тестовых образцов.       — Еще что-то мне говорил про сохранение популяции, — прокомментировал Люцифер лениво, явно устав за короткое время бодрствования, и покосился в сторону подушки.       — Сохранение популяции и естественный отбор друг другу не противоречат, — Сэм пожал плечами, и бросил нервный взгляд на Бобби, который одним взглядом дал понять, что все прекрасно уловил.       — Ладно, за сим откланяюсь.       — Старик, — позвал Люцифер, — если тебе было что-то нужно…       — Все, что мне нужно, я уже получил, спасибо, — состроив ему гримасу, Бобби помотал зажатой в руке половиной сэндвича, и направился к дверям, напоследок бросив: — Кстати, у вас трупы в коридоре. Ах да, я же говорил!..              ***              Бальтазар дернулся, попытавшись прикрыться, едва лишь услышав стук в дверь. Пальто демона легло поверх его обнаженного тела. Этого не было достаточно, и он съехал вниз, кутаясь в пальто и используя диван как укрытие.       — Да? — откликнулся Кроули, оборачиваясь к дверям. Мягкая улыбка коснулась его губ напоследок, и он кивнул Бальтазару в успокаивающей манере.       — Мой Король, — поздоровался незнакомый голос от входа.       — Ну?       — Мэг послала меня вместо себя, — сообщил демон, не слишком мозговитый, но запомненный Кроули как один из надежных.       — С чего это? — с подозрением уточнил он.       — Она занята упаковкой трупов.       — Чьих трупов? — переспросил демон осипшим голосом. Бальтазар приподнялся с дивана, высовываясь из-за спинки. К счастью, на лице пришедшего отразился лишь страх и недоумение, но никакого протеста.       — Гостей.       Кроули подскочил. Сердце Бальтазара ухнуло куда-то вниз, начиная биться в животе.       — В смысле не трупы самих гостей, а трупы, принадлежащие гостям…       — Что ты, мать твою, несешь?! — заорал Кроули, метнул озабоченный и почти безумный взгляд на Бальтазара, и ангел понял, как никогда более ясно: не оставит. Страх уйти и вернуться к уже мертвому телу на секунду проскочил на его лице настолько очевидно, что у Бальтазара не возникло сомнений в его мотивации впервые за все их совместное время.       — Те трупы, которые стали трупами, благодаря гостям, — пояснил демон, голос которого дал петуха. Бальтазар с облегчением выдохнул. — Простите, мой Король. Как я узнал, ваш приказ позаботиться о гостях был неверно понят, — доложил демон. — Во всяком случае, так мне сказала Мэг.       — Неверно… — Кроули хмыкнул и запнулся на полуслове. — Какие же отборные кретины.       — Да, мой Король.       — Кроули, может, нам… — начал Бальтазар, не понимая, чего больше: желания убедиться, что все целы, или позволить Кроули разобраться с проблемами.       — Позже, — отмахнулся тот, вновь устремляя взгляд на демона. — Принеси-ка нам сэндвичи и чая со святой водой.       Ошарашенное лицо черноглазого отразило полный спектр выражающих общее недоумение эмоций. Ошеломленное молчание продолжалось, немного затягиваясь, и Кроули пояснил:       — Люблю бодрящий БДСМ с утра пораньше.       Демон сглотнул, безмолвно покидая комнату. Кроули потянулся, поворачиваясь к Бальтазару, потихоньку снимающему с себя его пальто.       — На кой хрен тебе чай?       — Поживем-увидим. Если будет долго возиться — выплесну ему на рожу.              ***              Дин с размаха ударил небольшим мачете стену, выбивая светящиеся ярко-красные всполохи. На камне осталась выщерблина. Его едва не отбросило, и он встал на ноги в паре метров от стены. Волна силы прошлась по помещению. Несколько демонов, оставленных Кроули и не убитых исключительно из уважения к его оружейной, вздрогнули.       — Беснуешься как маленький дьяволенок, — констатировал Король Ада. Казалось, что с момента, как он привел его сюда, прошла вечность. — Не того брата дьявол подмял.       — Завали нахрен! — рыкнул Дин, но без особого энтузиазма. С обидными высказываниями Сэм мог разбираться сам до третьего пришествия или поручить это своему парню. Это больше не была его проблема. — Ну?!       — Говори «ну» своей пернатой кобыле, — рявкнул Кроули. Дин кинулся вперед, но запнулся на третьем шаге. Его лицо исказилось таким отчаянием, что демон невольно промолчал. Меч первого серафима — ангела Гадриэля — дрогнул в его руке, сжатый до предела сильно. — Пулями занимаются, Динь-Динь.       — Да сколько можно?!       — Понимаю, это сложно для твоего крошечного беличьего мозга, но на земле прошло чуть больше десяти минут, — констатировал Король Ада, хмуро глядя на Винчестера. Охотник поморщился. Внимание привлекло слабое шевеление в тенях позади Кроули, и Дин отметил, что Бальтазар, все еще не особо хорошо стоящий, выглядит на порядок лучше. — Пойдем-ка.       — Куда?       — Обсуждать, как спасти твою Джульетту, о Ромео, — закатил глаза Кроули и вдохновенно пожаловался: — Ну как со стеной! — абсолютно другим тоном, обращаясь уже не к Дину, он уточнил в полутень: — Ты в порядке?       — Лучше, — кивнул Бальтазар. — Честно. Не падаю.       Дин продолжал двигаться с прежней скоростью, краем сознания отметил, как Кроули закрывает Бальтазара от него, вооруженного, словно он был угрозой. Чуть смягчившись от этого явно невольного жеста Дин бросил:       — Рад, что ты жив, пернатый.       — Взаимно, — усмехнулся Бальтазар. — Меч Гадриэля, — он пораженно вскинул брови.       — Оно так называется? — уточнил Дин со слабым недоумением, глядя на штуку, которой собирался всех убить. Коротко усмехнувшись, он про себя помянул Аластара крепким, но не до конца злым словом, с уверенностью осознавая, что даже одним лишь клинком можно доставить очень много боли, если проявить фантазию.       — Гадриэль был первым серафимом, — кивнул Бальтазар. — Этот меч был создан им для борьбы с левиафанами и защиты младших братьев и сестер.       — Иронично, — фыркнул Дин. — Ведь именно с помощью него я буду резать глотки всем в поднебесье.       Заметив, что Бальтазар слегка поморщился, он быстро добавил:       — Только тем, кто нападет сам, — знание, что Кастиэль где-то там, не отменяло того, что Небеса были его домом. Убивать его братьев и сестер с особой жестокостью он собирался только в случае прямого нападения. При мысли, что кто-то станет на его пути к Касу, хотелось рвать и метать.       — Спасибо, — поблагодарил Бальтазар искренне.       — Очаровательно, — прокомментировал Кроули. — Столько патетики. Жаль с Лосярой не прокатит, — усмехнулся он, заработав недоуменные взгляды. — Да бросьте, — фыркнул он. — Серьезно? Вы его не видели, что ли?       — Он был не в себе, — кивнул Бальтазар, и Дин быстро выразил согласие аналогичным образом. «Не в себе» было вполне подходящим определением. Сэм вчера, если честно, едва их слышал. Коридоры быстро сменяли друг друга, Кроули поворачивал в какие-то проходы, уверенно ведя их по Аду, и это отвлекало внимание. — Почему ты так уверен?..       Кроули резко остановился посреди коридора, фыркнул и поначалу посмотрел на них с насмешкой, но его взгляд резко потяжелел. Остановившись глазами на Бальтазаре, он с нескрываемой яростью и жестокостью произнес:       — Если бы там вчера лежал ты, я бы лично выпустил всю псарню прямо в центре этой сраной шараги, — Дин краем глаза заметил, как вздрогнул, принимая это откровение, Бальтазар.       — Если с Касом что-то… — заговорил он раньше, чем подумал. Голос сел, но он быстро взял над ним контроль. — Сэм будет меньшей из их проблем, — он прищурился, с вызовом встречая взгляд Короля Ада. — Аластар будет мной гордиться.       — Кошмары в драной джинсе на тропе войны — два! — воскликнул демон, в задумчивости проводя рукой в пространстве, будто представляя слоган фильма. — Рэмбо курит в сторонке, Терминатор бросился в лаву, Ума Турман закопалась обратно в гроб!       — Ты дебил, — выплюнул Дин беззлобно, глядя на улыбающегося во все тридцать два зуба демона.       — Ну так, с кем поведешься…              ***              Ни единого стука, ни единого вздоха, ни единого движения. Тело Люцифера лежало идеально ровно. Холодное, как камень. Привычных ожогов на сосуде Ника не было. Люцифер был безупречен и абсолютно мертв.       Пальцы Сэма дрогнули на запястье, пытаясь обнаружить очевидно отсутствующий пульс. Всхлип сорвался с губ. Внимание переключилось на шею. Прижав два пальца к артерии, Винчестер ощутил слабую вибрацию, но через несколько секунд понял, что она исходила от него самого.       — Нет, — шепнул охотник. — Нет, пожалуйста, нет.       Дьявол оставался абсолютно неподвижным. Сэм положил руки на его грудь, склонился ниже, надеясь поймать едва уловимый шелест дыхания.       — Только не ты, — едва не уткнувшись в чужую шею, простонал он. — Не ты, Люцифер, только не ты.       Собираясь с остатками разума, который вопил в этой оглушительной тишине, Винчестер приподнялся. Спасать его как человека, наверняка, было бесполезно, но он не мог не попытаться. Белесая пелена уже виднелась на стеклянных глазах, и Сэм беззвучно закричал.       Пальцы вновь дрогнули на шее, одеревенело холодной.       — Сэм… — охотник обернулся на полувздохе. Бальтазар покачал головой.       Сквозь шок Винчестер понимал, что реальность мутнеет.       — Давай, Сэмми, вот так, — обдало ухо горячее дыхание, Сэм забился в руках, наверняка, Дина. Существовать не хотелось. Не хотелось открывать глаза. Стереть себя из мироздания виделось единственным вариантом, ведь никакой Рай не мог забрать из него такую боль мороком своих подделок. — Эй, дыши, Сэмми. Это только воспоминания.       Задохнувшись на первом же глотке воздуха, Сэм закашлялся.       — Не хочу помнить, не хочу это помнить, — взмолился он. Картина стояла перед глазами как живая. Руки на щеках дрогнули, Сэм распахнул глаза. Чуть светящиеся красным глаза Адама прищурились, а его губы скривились в болезненной гримасе.       Каменная адская кладка ставила все на свои места. Винчестер перевел дыхание, чувствуя, как бьется в груди обезумевшее сердце. Кошмар заставил дрогнуть еще пару раз, прежде чем он, перехватив руки Люцифера, поднес их к своим губам в безотчетном движении.       — Люци? — позвал он совсем тихо. Тот склонился к нему, чуть поморщился, и сказал то, в смысле чего Сэму пришлось разбираться несколько секунд:       — Сэмми, технически я могу стереть любое воспоминание. Любое. Но лучше бы, чтобы память сперва восстановилась, чтобы мы не таскали его туда-сюда, ладно?       В сосуде Адама Люцифер выглядел непривычно, зато это сразу напоминало о том, что пережитый кошмар кончился совсем иначе. Губы брата двигались, тот издавал звуки, вроде бы своим голосом, но интонации при этом были исключительно его дьявола.       — И лучше мне быть в силе. И если ты вдруг имел в виду все сто сорок…       — Ты спятил? — уточнил Сэм с тихим смешком. Дьявол нависал над ним. Подушка сильно давила на затылок. Люцифер явно успел испугаться и прижать его к кровати в попытке совладать с движениями и разбудить. — Не клетка, — пояснил он, когда безумный смысл кощунственных слов дошел до него в полной мере. — Не клетка приснилась. Т… твоя… — когда и на второй попытке перехватило дыхание, он рассмеялся над собственным бессилием. Во сне он не мог даже кричать. Закусив губу, чтобы сдержать стон, он вжался в подушку, не зная, куда деться от внимательного взгляда голубых глаз.       — Сэмми? — позвал Люцифер с испуганными нотками. Губы дьявола опустились на его в целомудренном поцелуе, коротком, но отчетливом. — Воздух никогда не кончится, ты же знаешь?       Сэм задохнулся очередным вздохом, переходя на смешанный с кашлем смех, не в силах отпустить мысль, что лучше бы весь мир вымер, а он задыхался, глядя в черное небо. Определенно, это было бы лучше, ведь лучше было все, что угодно.       Нащупав на шее дьявола пульс — общий, их с братом — он слегка выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Это — последнее, что им было надо.       — Прости, — еще чуть заикаясь, произнес он. — Просто кошмар.       — Послушай, что бы там ни было, это было столько лет назад, что многое поменялось, ладно? — умиротворяющий голос дьявола с привычными интонациями патокой растекался внутри, просящими звуками пытался утешить.       — Нет, — покачал головой Сэм, понимая, как это выглядит. — Не воспоминания вообще. Не клетка. Просто кошмар, — пояснил он, глядя, как Люцифер нахмурился.       — Сэмми, я видел тебя после кошмаров. Не воспоминаний. Ты таким не был, — мягко сообщил он очевидную истину. Джессика, например, умерла взаправду. И хотя у него с Дином была парочка очень плохих и стыдных совместных пробуждений, ничего даже отдаленно подобного он не допускал.       Вчерашние события снова густым туманом забили разум.       — Твоя смерть, — дважды заикнувшись на простых словах, процедил Сэм сквозь зубы, пытаясь взять себя в руки. — Не воспоминания о… А… — он втянул воздух, понимая, что его безотчетно и сильно трясет.       — Я здесь, — уверенно произнес Люцифер, вновь прислоняясь губами к его. — Я с тобой, — выдохнул он, нависая над ним, наверное, специально надавливая на него всей своей массой, чтобы доказать свою плотность. Очередной поцелуй стал менее сухим.       — Адам, — покачал головой Сэм, периодически теряя это из внимания.       — Он дал нам немного времени, — уверенно произнес дьявол.       — Ты его выставил, — обескураженно отметил охотник, пытаясь найти любую причину отвлечься.       — Нет, он сбежал сам, увидев твою бледную рожу, — шутливо, но при этом нежно, фыркнул дьявол, потянувшись за очередным поцелуем.       — Люцифер, это все равно странно.       — Вам не угодишь, — закатил глаза Люцифер с легким прищуром. — Брат смотрит во все глаза — «психологическая травма на всю жизнь», брат участвует — «кошмар, инцест и все сгорят в аду», брат забился в дальний угол, чтобы не видеть — странно.       — Боже, — шепнул Сэм тихо, утыкаясь приподнятой головой в его плечо. Адам был слегка легче Люцифера в его постоянном сосуде, и это ощущалось действительно странновато. — Он в порядке?       — Ты его очень напугал, он проснулся первый и сразу позвал меня, — Люцифер сверкнул красным взглядом, прицельно поднося пальцы к тому месту, где под подбородком отчетливо ощущалось биение сердца. В точности как Сэм несколькими минутами ранее, только без дрожи в руках. — Прости, я не в лучшей форме, чтобы тебя сканировать. Осмотрю так, хорошо?       — Я в порядке.       — Ты взмокший и тебя трясет, — качнул головой дьявол. Немного свечения сорвалось с пальцев, Сэм дернулся и перехватил его руку так быстро, будто отражал смертельно опасную атаку.       — Не смей, — прорычал он, со слабым сомнением замечая, что дьявол выглядит удивленно. — Не смей меня лечить! Никогда больше не смей меня лечить!       Понимание глупости собственного выпада пришло с запозданием. От стыда и чувства вины за растерянность на чужом лице хотелось кричать, но Сэм лишь сильнее сжал чужую руку, чтобы не дать возможность дотронуться.       — Сэмми…       Охотник яростно замотал головой. Люцифер резко, явно применяя силу, отвел в сторону его руки. Наносить удары ногами Сэм бы сейчас не рискнул ни за что. Ладони дьявола вновь легли на его щеки, фиксируя голову и заставляя остановить взгляд.       — Мы в безопасности, — заверил Люцифер. — И я, и ты, и пацан. Мне намного лучше, Сэм, исцеление мне не навредит.       — Я в порядке, — повторил охотник упрямо, но голос чуть дрогнул. Лицо горело, в висках пульсировала боль.       — Я лишь чуть-чуть успокою твое тело. Не усыплю, только немного помогу, хорошо? — пальцы дьявола помассировали виски, запутались в волосах, осторожно их перебирая. Свечения больше не было.       — Только не напрягайся.       Слабый свет замаячил на крае зрения. Немедленно отступила головная боль. Винчестер ощутил, как понемногу проходит едва ли не болезненное ощущение в груди и давление в висках.       — Вот так, — прошептал Люцифер. — Лучше?       — Не уходи, — вместо ответа выдавил Винчестер. Спать хотелось неимоверно. На мгновение подумав, что дьявол мог нарушить свое слово, если решил, что ему нужен сон, он отмел это предположение: последние дни были достаточно ужасны, чтобы в сон его уносило и просто за счет успокоения.       — Я здесь, — повторил дьявол ему на ухо. Чужая рука коснулась пальцев, и Сэм растопырил их, позволяя переплестись ими. Ощущение тепла в ладони, на коже, успокаивало. Люцифер выдохнул куда-то ему в висок.Невесомость, предваряющая сон, заставила напрячься. Сэм ощутил, что падает, крепче цепляясь в держащую его руку. — Эй, Сэмми? — позвал Люцифер. — С нами все хорошо. С тобой все хорошо. Все закончилось, ясно?       Где-то под сумасшедшим страхом, все равно не отступающим до конца, притаившаяся слепая ярость подняла голову.       — Ничто не закончилось. Я обращу их в пепел, — сквозь дрему прошептал Сэм. Вопросительное мычание Люцифера осталось уже по другую сторону. Сон пришел к нему во вспышках ангельской крови, которые абсолютно не ужасали.