Андрей в квадрате

Открыв глаза в 5 утра, именно открыв глаза, а не проснувший, начался понедельник Андреста. Ночью он не спал, хотел, да не мог. Мысли его просто уничтожали, он был не в силах им сопротивляться. Но это, естественно, не является достаточно уважительной причиной не идти в школу. Выйдя на улицу, Андрест окинул грустным взглядом ту самую скамейку, невольно скривив губы. Было пасмурно, причём настолько, что было тяжело сказать, что сейчас не вечер, холодно и ветрено. Будто и погода подхватила настроение Андреста. Но не успел Андрест вывернуть со своего двора, как Андреа схватил его за руку и крепко потянул на себя, развернув Андреста на 180 градусов. Их взгляды встретились. Глаза Андреста, необыкновенно тусклые в этот день, будто соответствующие погоде и его внутреннему ощущению, были устремлены невероятно глубоко в глаза Андреа с какой-то особенной многословностью. Андрест не успел ничего сказать, лишь лениво приподнял в недоумении бровь. — Андрей... Я..., — с несвойственной ему стеснительностью заговорил Андреа, — возможно, я поступаю неправильно и ещё тысячу раз пожалею об этом, но, пожалуйста, не пойми неправильно... — Андрей, не надо, я уже и сам всё понял, не настолько же я тупой, — оборвал его Андрест, вырвав свою руку, которую слишком сильно, однако, будто механически, сжимал Андреа. — Давай просто забудем это. Пожалуйста. Я не могу потерять тебя так просто, по своей же глупости. — Как скажешь, господин, — ответил Андрест без, превратив уже ранее им знакомую фразу в какой-то акт безоговорочной грубости, но только грубости той, которая обусловлена глубочайшими душевными потрясениями, никак же не безосновательной. В прочем, в школе всё было предельно обычно. По крайней мере для Андреа. Либо он был настолько хорошим актёром, виртуозно скрывая свои истинные чувства, либо произошедшее было ему максимально безразлично. Его поведение было абсолютно прежним. Андрест, правда, уже был не настолько подавлен. Ему было спокойнее, хотя бы услышав, что Андреа боится потерять его. Уже победа. Однако же, безусловно, осталась некая натянутость.