Небесный дом

— Как там Сардиния? — спросила Латона. Скуало, чьё лицо из-за расстояния показывалось на экране смазанным, закатил глаза. Что-то изменилось с их последнего созвона, но Латона не могла понять что… О, у него появились новые косички! Обычно Скуало расплетал волосы в неформальной обстановке. — Ужасно, — ответил он. — Региону минимум лет пять восстанавливаться. Вонгола бросила все силы, но мы успели первые. Теперь это наш остров, говоря политически. — Поздравляю, — искренне порадовалась Латона. Между Варией и Вонголой она всегда выбирала Варию. Скуало устало улыбнулся. Захват контроля над регионом, особенно таким большим, да ещё и против Вонголы, наверняка дался им нелегко. — Капитан акула, а с кем это вы разговариваете? — вдруг протянули сбоку. В камере показалась зелёная макушка, а затем и вся голова пятилетнего мальчика. Латона с умилением смотрела, как Скуало пытается отцепить руку ребёнка от собственных волос. Занятие бесполезное, Латона по себе знала. — С тем, кому я тебе потенциально сплавлю, — буркнул Скуало. — Знакомься, Латона, это Фран. Он мелкий, надоедливый и Бэл уже хочет его прикончить. Фран, это Латона Каваллоне. — Элемент? — спросила Латона. Скуало наконец отпихнул мальчика от экрана и вздохнул. Фран не обратил на это никакого внимания и переключился на что-то вне поля зрения Латоны. — Не наш, у нас полный набор, особенно если считать тебя. Туман с дождём. Но это не главное, если бы всё было так просто, я бы его в казармы определил и забыл, — фыркнул Скуало. — На него не действуют наши способности. — Оу? — удивилась Латона. Нетрудно было понять, что он говорил о той части способностей, которая досталась им от богов. — Всю его деревеньку эпидемии Солнца выжгли, а этот выжил, — выдохнул Скуало. На фоне Фран прикидывал, как бы снять меч со стены. Латона фыркнула про себя, сплавит, как же! — Даже не так, дальше его деревеньки Солнце не пошли. — Эпидемия остановилась? Совсем? — уточнила Латона. Фран в итоге достал меч и с громким грохотом уронил его с подставки. Скуало подхватил пламенем оружие, чтобы оно не упало на ребёнка. — Пропала, — ответил Скуало. — Те, кто не умер, выздоровели полностью. Мальчик развернул Солнце вспять. Особенность пламени или способность? — Латона задумалась. — Полагаю, способность. Но в таком случае имеет смысл обратиться к Озаки, — Скуало пробормотал что-то неразборчивое. Фран наконец допрыгнул до левитирующего меча и повис на нём. Скуало вздохнул. — Я ей позвоню. Пережить с ним двенадцать часов в самолёте я не смогу… — Латона рассмеялась. Конечно, раз на него не действуют способности полукровок! Скуало автоматически успокаивал всех окружающих, при желании мог и усыплять. А тут вдруг гиперактивный ребёнок. — Удачи, братец, — фыркнула она. — Могу вас даже в аэропорту встретить, — хитро улыбнулась Латона. Скуало вздохнул, обернулся, приманил меч к себе и вздохнул ещё раз. — С Бельфегором было легче, — ответил он и отключился. Латона рассмеялась в голос. О, если бы Латона не знала, что они оба бессмертны, то сказала бы, что её брат постарел!

***

— Что ж, — фыркнул Колонелло, смотря из окна в спину удаляющемуся Реборну. — Хотя бы эта проблема решена. Он согласился на план. Снять проклятие хотели все, но разговоры о плане велись долго. В любом случае, пока не объявится Шахматноголовый, большее, что они могли сделать — планировать. Реборн просто был единственным Аркобалено, общение с которым потребовало так много сил от их союза. Верде был другом Сакеры, она умела общаться с ним сквозь все странности, которые они оба проявляли. Ария согласилась, едва услышала о снятии проклятия, с куда большей злобой в голосе, чем у неё когда-либо было. Фонг, что неудивительно, принёс меньше всего проблем. Он уже успел смириться с проклятием, ввиду своего мировоззрения, но в снятии обещал поучаствовать. — Ничего не решена, — возразили Вайпер. — Ты же знаешь Реборна! Думаешь, если ему предложат снять проклятье только с него одного, он откажется? — Сакера посмотрела в окно. Занимался закат. Её ученица вместе с Хранителями так и не вернулась. У Каркасса было много детей, но далеко не всех она знала в принципе. Да, её называли матерью и спасительницей, но иногда Сакера знала о них самое большее имя и занимаемую должность. Найти время абсолютно на всех, имея то количество обязанностей и проблем, которые имела Сакера как одна из глав семьи, было практически невозможно. Её взрослые дети в какой-то степени её понимали и, к счастью, не держали на неё злобы. Трудно злится на мать, проводившую с тобой мало времени, когда ты подобно ей занимаешь должность, отъедающую большую часть. Сакера не считала себя идеальной, но она делала всё, чтобы дети чувствовали её присутствие. Именно поэтому дети, которые были действительно были её, были так важны для Сакеры. Мукуро был в порядке, но Киоко, которую Сакера научила менять образы; Кёя, не очень стандартное Облако, с которым Сакера именно из-за этой нестандартности и законектилась; Тсуна, да все они, в конце-то концов! Сакера имела полное право волноваться за этих детей наравне с Наной, Акико, Хибари Мэйюми и Хибари Тору. Да и для остальных Аркобалено они не были пустым местом: Лар волновалась за Акихико и Хаято, Колонелло — за Реохея, к которому за время тренировок очень привязался, и как бы Вайпер не притворялись, к Мукуро и к добившемуся таки парочки тренировок с ними Хаято, они прикипели. Десятые были учениками едва ли не всех Аркобалено. — Ты параноишь, — выпала из своих мыслей Сакера. — Реборн может и мудак, но не настолько. Наш план достаточно продуманный, чтобы иметь шансы на успех. Единственное существо, которое может сделать подобное предложение — Шахматноголовый. — И мы отлично знаем, почему ему не стоит доверять, кора, — закончил Колонелло. — Расслабься, Вайпер. Кстати, Скалл, познакомишь нас с Лар с той бывшей Аркобалено? Ты же её не придумала, я надеюсь? Вайпер, знавшие о существовании в Намимори Акико Йосано в основном со слов остальных и поверившие в её существование, только когда Сакера откапала документы времён до проклятия, хмыкнули. Сакера закатила глаза. Стоило бы просто всех их в Намимори притащить, но Хибари-кай, и без того напряжённые из-за ситуации с Тсуной, явно не оценят приезд нескольких Аркобалено и соответственно приехавший с ними хаос. — Не придумала, — ответила Сакера Колонелло. — Откуда мы по-твоему узнали про битву представителей? От Виндиче с их привычкой швыряться в нас цепями при первой же возможности? — И кто в этом виноват, напомни? — фыркнули Вайпер. — Надо сказать это весьма мелочно с их стороны, — Сакера пожала плечами. Она вполне обосновано считала, что Виндиче как минимум не безэмоциональные машины, так что и на мелочность они в её мировоззрении способны были. — Что ты такого сделала? — удивился Колонелло. — Они же вроде как ко всему индифферентны, — да… ко всему, кроме своей грёбанной работы, которую иногда приходилось исполнять за них! — Угадай кто пошёл в разнос, узнав про Эстранео? — вздохнули Вайпер. Сакера только поморщилась. Да, это был скоропалительный поступок, но не плохой же! — О последствиях пришлось думать потом. Долго думать, я даже не знали, что у тебя есть такие деньги… — Ты многого обо мне не знаешь, — хмыкнула Сакера. Когда-то молодая она подбирала детей исключительно из доброты душевной, когда у неё самой мало что было. Теперь она подбирала, имея ресурсов на всех, и надеялась на то, что её дети будут успешными. Не зря. — То есть ты… начала уничтожать Эстранео раньше, чем они? — поднял бровь Колонелло. — И чего в этом плохого? На Эстранео в любом случае объявили охоту. — Это было уже потом, — закатила глаза Сакера. — А вот до — справедливость линчевателя. Едва выпуталась. Но знаешь, мне кажется, что несмотря на всю эту мелочность… Сердце у Виндиче есть, — потому что Сакера и Каркасса отделались очень малой кровью за нарушение законов. Даже Виндиче понимали, что Эстранео совершили преступление куда более тяжкое. — Кто они вообще такие? — пробормотали Вайпер. — Если не люди, то кто? А если люди, то где их имена до вступления? Виндиче что, размножаются почкованием? — Помнишь главу Вендиче? — спросила Сакера. — Мы были в тюрьме однажды, как раз из-за того случая, — пояснила она для Колонелло. — Для нелюдя у него в кабинете было слишком много чисто человеческих вещей. Причём древних, знаешь. — Ага, времён Джотто минимум, — согласились Вайпер. Такие вещи уходили на рынок по очень большой цене, так что Вайпер умели определять на глаз возраст всяких интересных штук. — И говорил он… — Как мы с младшим поколением, — ответила Сакера. Колонелло вздохнул. Сакера фыркнула. Когда Колонелло занялся тренировками будущих Десятых, первое время между ними возник настоящий языковой барьер. И Сакера знала, что у него и Лар есть табличка с разъяснением непонятных молодёжных слов. Сама Сакера адаптировалась куда быстрее, хотя и была даже старше. Разница характеров. — Думаешь, они что-то вроде Аркобалено, но Виндиче? — спросил Колонелло. — Бессмертные на службе в тюрьме… На бумаге идея отличная, ничего не сказать. — Именно, — щёлкнула пальцами Сакера. — На бумаге. Если же их заставляет, например, тот же Шахматноголовый, то мы можем их освободить, — Вайпер переглянулись с ней с очень хитрым видом. — Мафиозная тюрьма в должниках, — пробормотали они мечтательно. Колонелло разразился смехом.

***

Аркобалено выбираются двумя способами, насколько нам известно. Первый из них — Битва Представителей. Второй — Роковой День. Поколение до нас было выбрано битвой представителей. До этого — так же, как нас. Роковой день. Согласно предположению, два этих способа чередуются. Этот план предполагается использовать в случае объявления начала Битвы Представителей.

***

— Мы сражались за Небо, — произнесла Акико из записи. Зашифрованный и расшифрованный несколько раз, её голос звучал с небольшими помехами. — Юн Су Джи, кореянка, — корейское имя звучало слегка инородно в японской речи. — Мы встретились в Йокогаме, её сын был из моего поколения и погиб во время Войны за документы. — Мы не были семьёй как таковой, но вполне друг друга уважали. Уважали достаточно, чтобы когда сестре Су Джи предложили снять проклятие с помощью битвы представителей, и она попросила нас, мы согласились. Они были хорошими. — Тогда я не обратила внимания на то, что нас было семеро. Мафиозный мир и его обожание семёрок, — Акико в записи хмыкнула и ядовито добавился. — Но теперь… У меня было много времени на размышления. — Мы не стали Аркобалено сразу. Прошло два месяца, прежде чем нам передали пустышки, — голос Акико в записи наполнился горечью. — Два месяца Су Джи держала все пустышки одна. Это невероятная нагрузка и допускать подобного позволять было нельзя, но- Запись прервалась на секунду. Скорее всего, сама Акико вырезала часть, которая фактически не относилась к делу. — Единственный способ остановить цикл Аркобалено — убить Проверяющего, — это было странно, но на японском Аркобалено разных поколений называли его по-разному. Наверное, из-за того, что он представлялся на языке, похожем на английский.