Затерянный в прошлом

— Эй, Серый! — окликнули моющего велосипед посредине брода мальчишку с правого берега реки. Он оторвался от своего занятия и, прикрыв глаза козырьком ладони от слепящего солнца, взглянул на окликнувшего его, коим оказался Витька Коршунов, стоявшим на берегу вместе со Славкой Черненко и Димкой Орешкиным, его друзьями. В их руках были смотанные удочки и небольшие вёдрышки — видимо, они возвращались с рыбалки по тропинке, идущей вдоль берега. — Привет рыбакам! — махнул им рукой Сергей. — Хороший сегодня клёв? — Да не очень, — ответил Димка, зевнув. — Четыре раза только за всё утро у меня клюнуло. Ну хоть все разы удачно, пускай и мелочь одна. — Я двух больших вытащил! — похвастался Славка, приподняв своё ведро повыше. — Краснопёрки! — А мне вообще не повезло, — покачал головой Витька и сплюнул. — А ты, вижу, вырвался от бабульки своей? — Да не говори… — Сергей вернулся к помывке велосипеда, продолжая рассказывать. — С пяти утра сегодня на ногах вместе с Сашкой. Мало того, что на огороде и по двору кучу дел свершили, так потом ещё и в доме чуть ли не генеральную уборку нас заставили сделать! — Сочувствуем… — хмыкнули ребята. — Ну, а сейчас-то ты свободен, или она тебя только велик помыть отпустила? — Свободен, — Сергей протёр последнюю пыльную часть своего средства передвижения — задний щиток — и повёл его к берегу. — Думаю, что часов до четырёх точно. Есть какие-то планы на это время? — А почему бы им не быть? — расхохотались все трое и пожали выбравшемуся на берег другу руку. — Сейчас мы домой удочки и вёдра оттащим, захватим котелок с водой, картошки, хлеба и ещё кой-чего по мелочи, и отправимся в развалины фермы, сварим там ухи, поедим, а потом побродим по окрестностям. Может, найдём там что-нибудь интересное. — Но мы там уже сотню раз бродили… — начал было возражать Сергей, но тут же передумал и махнул рукой. — А, ну и ладно. Я с вами. Ребята подождали, пока их друг не наденет снятую на время помывки велосипеда обувь, стоящую рядом с водой на большом плоском камне, а потом все вместе пошли прочь от реки по степной дороге к посёлку. — А где Сашка-то? — спросил Димка. — Мне позавчера неплохой картридж подкинули, прошёл его полностью и хотел с братом твоим поменяться на пару дней. «Сонька»-то моя в ремонте уже полмесяца, приходится на старой «сеге» играть. — Да он в город поехал. Кассеты сдать в прокат, да новых взять. Кстати, может, нам попросить проектор у тётки Нади? Вечерком бы киносеанс на свежем воздухе устроили. — Ага, выпросишь его у неё, как же… — помрачнел Славка. — Если и даст, то обязательно с нами навяжется и будет отчитывать за неправильные фильмы и мультики. — В этом она с моей бабушкой схожа, — согласился Сергей. — Ну почему все старшие так помешаны на этой советской эпохе, сейчас же выпускают мульты не хуже… — Не будем о грустном, — скривился Витька. — Меня сейчас больше интересует будущий поход. Василий Степаныч хочет нас дня на три забрать, но вот маршрут нам не говорит до последнего момента, только список вещей и продуктов. Хитрец, только родителям рассказал, а они нам не скажут ни за что, интригу поддерживают. — Нетипичный у нас физрук, — согласился с ним Сергей. — На его уроки даже ходить интереснее, чем на остальные. Столько баек знает… — Ну, а ты как думал, всё-таки он отставной военный со сколькими-то там наградами. — Думаю, он поведёт нас вдоль реки к её устью. Как раз полтора дня пути туда и полтора обратно. — А, может, просто в степь? Или вдоль ручья в балке. — Хм. Кто там его зна-а-а!.. Блин! Славка случайно зацепился ногой за торчащий из грунтовки камень и потерял равновесие, едва не упав. Хуже того, он расплескал воду из своего ведёрка, и теперь две пойманные им рыбы вяло трепыхались в лужице на дороге. Димка быстро подхватил их и бросил в своё ведро с укоризненным возгласом: — Славка, чтоб тебя! Ухи нас лишить вздумал? — Да я случайно! — покраснев, стал оправдываться тот. — Не увидел просто этот камень… Внезапно налетевший порыв сильного ветра заставил всех замолчать. Славку чуть не опрокинуло на землю, Сергей вцепился в свой велосипед, слегка наклонив его правой стороной для большей устойчивости по направлению к ветру, Витька и Димка присели, поставив вёдра на землю и придерживая их. Спустя несколько секунд шквал утратил свою силу, погнав клубы пыли с дороги по степи и обрывая листву редких деревьев уже в отдалении от ребят. — Странно-то как… — подал голос Славка, приглаживая взъерошенные ветром волосы. — Вроде для шквалов ещё не время, чай не июль… — Кто их там знает… — буркнул Витька и, поднявшись с корточек, зашагал по дороге дальше. — По телику вон каждый день трындят о глобальном потеплении, даже запарили уже. Может, этот шквал — его последствие, климат-то меняется. Ребятам нечего было на это возразить, и они зашагали следом за ним. Некоторое время царила тишина. — Итак, для ухи нам понадобится следующее, — прервал затянувшееся молчание Славка и принялся раздавать указания: — Димон, с тебя хлеб и зелень для заправки. Витька, с тебя картошка и лук. Серый, с тебя тогда компот или газировка. С меня всё остальное, а также готовка ухи. И не забудьте каждый про свою посуду — чашку с ложкой! Встречаемся возле развалин через полчаса. Перелив из ведер Витьки и Димки в своё их рыбное содержимое и слив из ведра лишнюю воду на землю, Славка поспешил к себе домой, свернув с дороги налево на тропку. В другую сторону помчался Димка. Витька же, живущий чуть дальше Сергея, обратился к нему: — Не подбросишь до своего переулка? Всё равно ведь по пути будет. — Да без проблем, — мальчишка забрался на велосипед. — Садись! — Спасибо! — Витька устроился позади Сергея на багажнике над задним колесом, руками ухватился и стал держаться за сиденье, а владелец велика активно заработал педалями, лавируя между дорожными ухабами. Поселковые псы снова поприветствовали ездоков дружным лаем, но парнишка лишь поморщился, проезжая этот участок пути. Спустя какое-то время ребята домчались до нужного переулка, и мальчишка притормозил. Витька спрыгнул с багажника, крикнул «Спасибо!», и помчался по дороге дальше. Сергей же осторожно подъехал к своему двору и, соблюдая все меры предосторожности, заглянул через забор внутрь. Бабушки нигде не было видно, наверное, она по-прежнему смотрела телевизор. Парнишка не хотел показываться ей на глаза, так как знал, что она тут же найдёт ему какое-то занятие и уже не отпустит гулять до завтра, поэтому осторожно приоткрыл калитку, прошмыгнул в неё, прикрыл за собой и стал красться к летней кухне. Бельчик, лежащий в тени возле своей будки, повиливал хвостом, наблюдая за странным поведением своего хозяина. Тот же благополучно добрался до кухни и зашёл в неё. Приоткрыв дверцу посудного шкафчика, Сергей достал оттуда миску с ложкой, спрятал их под футболку, заправив последнюю в шорты, и направился обратно. Компот находился в холодильнике в доме, и идти туда за ним было крайне опасно, поэтому парнишка решил купить газировки, благо, некоторое количество денег всегда носил с собой. Выбравшись за двор, Сергей откатил свой велосипед подальше и, запрыгнув на него, вновь выехал на главную улицу, повернул налево, и направился по ней к поселковому магазинчику, находившемуся метрах в семистах от него. По пути он сделал крюк по другому переулку, огибая одно неприятное для него место, не желая быть преследуемым тамошней собачонкой. Весь путь туда, и после к развалинам фермы, занял у него минут пятнадцать. Ферма стояла в стороне от посёлка, рядом с лесополосой, защищавшей от ветра уже давно не существующее поле. Подъехав к недостроенному корпусу коровника, мальчишка сел на упавшую бетонную конструкцию и стал дожидаться друзей, рассматривая руины и вспоминая историю этого места, как-то рассказанную бабушкой. Когда-то на этой ферме содержалось многочисленное совхозное стадо. В трёх старых корпусах, от которых нынче остались только каменные фундаменты, располагались коровьи стойла, оборудованные пусть не по последнему слову техники, но весьма прилично для восьмидесятых. Доярки таскали парное молоко из коровников в перерабатывающий цех, где его очищали и разливали по пакетам и банкам на продажу. Чуть в стороне от остатков фундаментов корпусов находились огороженные большими бетонными плитами загоны, в которых на таких же бетонных плитах, которыми был вымощен и каждый загон, раньше находилась различная сельскохозяйственная техника. Сейчас же о ней напоминали лишь огромные ржавые остовы комбайнов и гусеничных тракторов, которые местные алкаши ещё не успели распилить для сдачи на металлолом. В самом начале девяностых совхоз начал строить новое здание коровника из больших бетонных блоков, в отличие от старых корпусов, в основе своей построенных из дерева. Но спустя пару лет в стране грянула разруха, колхоз к середине того десятилетия развалился полностью, старые деревянные здания коровников и перерабатывающего цеха растащили по частям, и теперь огромный бетонный скелет недостроенного корпуса одиноко возвышался среди низких каменных фундаментов и высокой степной травы. Его край за прошедшие года обвалился, и на одном из таких лежащих бетонных блоков и сидел сейчас Сергей. Вскоре к нему стали подтягиваться и остальные ребята со своими продуктами и столовыми приборами. Славка, едва появившись в зоне видимости, махнул всем идти ближе к лесополосе, где можно было с комфортом устроиться в тени от деревьев. — Ну что, хворост для костра уже собрали, надеюсь? — спросил он, как только подошёл поближе. Ребята бросились собирать сухие ветки и палки, в изобилии валяющиеся среди деревьев, и не прошло и десяти минут, как возле избранного для привала места образовалась высокая куча древесного топлива. Ребята разломали собранные ветки на мелкие кусочки для удобства, и попутно сложили их часть в основу для будущего костра. Славка принёс с собой пакет с продуктами и накрытый крышкой котелок с уже набранной в него колодезной водой для варки, и повесил его на палку над будущим костром, перекинутую через него на двух палках-рогатинках. Затем он достал из пакета парочку мелких луковиц, завёрнутую в кулёк рыбу, парочку морковок, а также складной перочинный нож. Рядом положил свёрток со своей посудой и половником. Димка притащил две буханки хлеба, укроп с петрушкой и перья зелёного лука, а помимо всего этого ещё две бутылки с чистой водой. Витька принёс штук шесть картофелин и крупную луковицу с морковью, которые добавил в общую кучу овощей, подлежащих очистке. Сергей привёз с собой из магазина две бутылки газировки, а также четыре пирожка со сладкой начинкой. Положив пакет с ними чуть в стороне, он достал свой перочинный нож и, взяв одну из картошин, начал её чистить. Славка, осмотрев принесённые продукты, одобрительно хмыкнул, после чего сказал: — Ну что ж, приступим. Я чищу рыбу, вы — всё остальное. Для ухи хватит одной большой луковицы, а морковки надо две штуки. Конечно, если кто-то из вас захочет почистить рыбу, я с удовольствием предоставлю ему эту возможность… Дружное «не-не-не, спасибо, лучше сам как-нибудь!» его развеселило. Посмеявшись над реакцией остальных, он сел на камень, развернул кулёк с рыбой и начал её очищать от чешуи, попутно сказав: — Эх, и хороший у тебя нож, Серый. И штопор, и ножницы, и даже отвёртка в комплекте есть… Может, поменяешь на чего-нибудь? Могу отдать свой нож, и ещё что-нибудь в придачу к нему. — Нет, спасибо, поменять не могу, — пожал Сергей плечами, кидая очищенную картошку на траву. — Это подарок отца всё-таки. — Ну, как знаешь. А случайно не в курсе, где он такую штуку достал? — Вроде в Ростове ещё в конце девяностых на рынке. Там был мастер один, торговал самодельными ножами, вот он и купил у него один. Не знаю, жив ли он до сих пор, но, если да, отец может адресок подсказать. — Хм, я запомню, спасибо, — кивнул Славка и обратился теперь уже к другому своему другу. — Димон, а давай какую-нибудь из своих баек-небылиц, чтобы время скоротать. Есть в запасе истории? — Да, есть одна, дайте минутку, припомню подробности, — Димка, очищавший морковь, наморщил лоб и спустя некоторое время начал говорить: — Случилось это неделю назад. Шёл я из школы, любовался себе синим безоблачным небом, да вдруг дождь внезапно пошёл. Я промок до нитки. А небо ведь по-прежнему чистое, ни облачка! И что мне теперь делать, до дома далеко, людей кругом не видать, пошёл себе дальше, вода с меня стекает, бежит уже ручьём впереди меня. Мне стало интересно, пошёл я за ним следом, и вдруг вижу — вода в озерцо собирается! Подошёл я ближе. Вода вся с меня стекла в это озеро, и я высох полностью. Ну что, смотрю, озеро как озеро, собрался только уходить, сделал шаг, как тут вода в центре вспучилась большим пузырём и резко поднялась в небо большой колонной. Затем что-то булькнуло, и вода обрушилась обратно в озеро, а на месте колонны осталась полупрозрачная нимфа с длинными колышущимися волосами, одетая в древнегреческую тунику, чем-то на Медузу Горгону похожая. Я перепугался, хотел дёру дать, а она тут говорит: «Дмитрий Орешкин, ты был избран богами, чтобы понести знамя водного народа в борьбе против войск засухи!». У меня резко ноги подкосились, шагу сделать не могу, и грохнулся я на землю вместе с портфелем. А она наклонилась и суёт мне в руки какой-то синий флажок и говорит: «Неси же, о герой, это славное знамя наших войск — надобно тебе донести его до реки и бросить там в воду, чтобы исполнилось пророчество, и народ воды победил народ засухи! Тогда я освобожусь от заклятия, держащего меня в плену, и смогу вернуться в свою родную стихию». И с этими словами она стала опускаться в озеро, а то — быстро уменьшаться в своих размерах. А я сижу на земле, как дурак, пялюсь на флажок в руке и ничего сделать не могу, даже пошевелиться. Только когда озеро исчезло полностью, я смог подняться на ноги, отряхнуться и высказаться по поводу этого неожиданного пророчества. Жаль, меня никто не слышал, хотя, может, и к лучшему это. Думаю, ладно уж, донесу этот флажок до реки, благо, она недалеко. Ага, как же. Только я прошёл пару шагов, как тут из-за крайнего дома вырулил шестисотый «мерин», затормозил возле меня, обдав гравием из-под колёс, из него выскочили два амбала в дорогих костюмах с галстуками и солнцезащитных очках, и говорят: «Отдай нам знамя». А я стою, весь в пыли, кашляю, и меня эта ситуация настолько взбесила, что говорю: «А не пошли бы…» Не успел это произнести, как один из них суёт мне в лицо какую-то блестящую авторучку, та вспыхивает ослепительным светом, и я зажмуриваюсь от неожиданности. Открываю я глаза и обнаруживаю, что сижу на стуле за каким-то компьютерным столом перед включённым монитором. Чёрный фон, и на нём загораются зелёные строчки: «Проснись, Орешкин». Только эту строчку прочитал, за ней последовала другая: «Проснулся? Молодец. Яйца — в холодильнике, хлеб и масло — в магазине, деньги на покупку — в кармане, карман — в куртке, куртка — на вешалке, вешалка — в прихожей. Мама». Дочитал я и эту надпись, хотел встать из-за стола, как тут появилась ещё одна строчка, на сей раз горящая синим цветом: «Постскриптум: всё не то, чем кажется. Будь осторожен, Орешкин. Захвати синюю перфокарту на столе». Я глянул на столешницу и вытащил эту карту, торчащую из стопки тетрадок. А она вдруг засветилась у меня в руках, и над ней появилась голограмма той нимфы, которая мне флажок давала, и такая говорит: «Отнеси эту перфокарту в большое здание через дорогу и вставь там в ЭВМ. Народ воды рассчитывает на тебя. Помоги нам, Орешкин. На тебя вся наша надежда». Ну, я башню почесал свою, да и двинул к выходу. Только дверь открыл, ещё даже шага не сделал, как путь мне преградили опять эти амбалы, и один из них говорит: «Почему? Почему, мистер Орешкин, почему? Что вы делаете? Зачем продолжаете нести это проклятое знамя? Неужели вы верите в какую-то свою особую миссию, или вам просто сложно признать тот факт, что вы бредите?». Я ору «Отвалите, уроды, достали!», и вдруг ощущаю, что больше не могу открыть рот. Ощупываю руками его, а на его месте пусто, губ нет, гладкая ровная кожа! А амбалы наводят на меня свои блестящие авторучки и говорят: «Прощайте, мистер Орешкин». Опять вспышка, опять зажмуриваюсь. Открываю я глаза и обнаруживаю, что нахожусь в гуще схватки между людьми и зелёнокожими орками. Одни орут «за Альянс!», другие — «за Орду!», а я среди них, в синих доспехах, и держу в одной руке меч, а во второй — длинное копьё с синим стягом на нём. Один орк на меня бросается с дубиной, я её отбиваю мечом, а следующим выпадом пронзаю его. Второй кидается, да напарывается на копьё. И тут из задних рядов выходят двое здоровенных орчища в лохмотьях чёрных пиджаков и брюк, смотрят на меня и скалятся. Вижу, у них морды подозрительно знакомые, поэтому пытаюсь поскорее удрать. Но у меня ничего не выходит — меня окружают прочие орки плотным кольцом, а эти двое подходят ко мне и говорят: «Тебя предупреждали, человек. Это наша земля!». Один из них опускает мне на голову дубину, и меня приветствует знакомая вспышка. На сей раз, открыв глаза, я вижу себя в высокотехнологичной белой броне, на голове шлем, в руке бластер. Я в компании таких же безликих, похожих друг на друга солдат, мы идём строевым шагом по улице. Дома по обеим сторонам все в дырах от снарядов, часть разрушена, другая часть пылает. Впереди нас стоят двое в плащах, спинами к нам, с включёнными лазерными мечами. Стоят совершенно спокойно, явно дожидаются нас на подмогу. Вдруг у меня прямо перед глазами загорается синяя голограмма, где нимфа, полускрытая капюшоном, говорит: «Исполнить приказ шестьдесят шесть!». Те двое поворачиваются к нам, и я вижу, что это те же амбалы, что гоняют меня своими вспышками из мира в мир. И тут я начинаю шмалять. Вслед за мной по амбалам палит весь отряд. Те же своими мечами отражают все наши выстрелы обратно в нас, и в несколько прыжков оказываются возле меня. Один перерубает моё оружие, второй сшибает с меня шлем. «Надо же, какая встреча», — иронизирует первый. — «Давно не виделись, Орешкин». «А пацан-то упорный», — замечает второй. — «Может, отпустим его?» Оба смотрят друг на друга и начинают хохотать. Я же делаю попытку свалить, но не тут-то было, они меня останавливают, и перед моим лицом снова сверкает вспышка, на сей раз от меча. Прихожу я в себя в каком-то мрачном месте. Везде застывшие потоки лавы, воздух тяжёлый и душный, очень жарко, неба не видать, сплошная стена со всех сторон. В руке у меня синее светящееся кольцо, а впереди — обрыв, откуда тянет жаром. Меня настолько достали эти бесконечные прыжки по различным мирам, что я поднялся на ноги и решительно направился к краю, размахиваясь рукою с кольцом для броска. И тут — кто бы сомневался! — опять выскакивают эти двое. Оба в лохмотьях, кожа серая, выглядят так, будто сотню лет недоедали, глаза навыкате, рот почти без зубов. Тянут ко мне руки и шипят: «Не выбрас-с-сывай наш-ш-шу прелес-с-сть, мерз-с-ский человечиш-ш-шка! Отдай её нам!» Я им показываю средний палец и швыряю кольцо вниз, в лаву, которая протекает далеко внизу под этим обрывом. А эти два придурка прыгают следом за ним, вопя, как оглашенные: «Не-е-ет!!! Пре-е-елес-с-сть!!!» Ну, и плюхаются в лаву вместе с кольцом. Барахтаются там немного и тонут. И тут же следует очередная вспышка, и я понимаю, что стою на мостике через нашу речку, а на воде расходятся круги такого диаметра, словно туда бросили что-то большое. Значит, я всё же выполнил просьбу той нимфы. Стою я, жду награды, или просто какого-то знака, что всё отлично, так нет, всё тихо. В итоге плюнул я с моста в реку и пошёл домой… — Тут и сказочке конец, а кто слушал, молодец, — подытожил Славка, помешивая половником ароматно дымящуюся в котелке уху, приготовившуюся за время рассказа. — История супер! А теперь налетай, поторопись, ешь скорей, да не подавись! Давайте ваши миски! Ребята не заставили себя долго ждать, и вскоре наполненные до краёв миски были опорожнены и отставлены в сторону. Котелок быстро опустел. — Вкусно! — похвалил стряпню Славки Витька, принимаясь за пирожок с газировкой. — Хорошо готовишь! Отличный повар у нас в походе будет. Остальные поддержали его одобрительными возгласами «угу», «точно», и кивками головой. Славка смутился: — Спасибо, ребята! Ну, а теперь можно и по окрестностям побродить. В прошлый раз я тут целый моток проволоки нашёл, заваленный камнями. Может, и в этот раз повезёт. Доев пирожки и тщательно затушив костёр, ребята разбрелись в разные стороны. Славка ушёл к фундаменту производственного цеха, Димка с Витькой залезли на скелет нового корпуса и сели там, болтая ногами и о чём-то болтая. Сергей же неторопливо продвигался по остаткам одного из старых коровников, раздвигая ногами высокую траву и вспугивая то жаворонков, отлетающих в сторону и вновь прячущихся в траве, то мелких ящерок, спешащих укрыться в расщелинах потрескавшегося фундамента, оставшегося от здания. Мимо мальчишки пронёсся небольшой степной пылевой вихрь, называемый в этих краях смерчиком — довольно частое явление в разгаре лета, но редкое в конце весны. Завихрение воздуха продержалось с десяток метров, а потом развеялось, раздвинув напоследок траву у входа в подвал. Сергей направился к нему, удивившись и решив заглянуть внутрь — раньше, при своих прошлых походах на развалины фермы, он не видел этого места. Ящерки, гревшиеся на кирпичных обломках возле входа, юркнули в траву, как только парнишка подошёл поближе. Тот же раздвинул траву, нависшую над ступеньками, и стал медленно спускаться по ним, дав глазам возможность привыкнуть к полумраку, царящему тут. Стены по обеим сторонам ступеней были сложены из кирпича, потолок же перекрывался бетонными плитами. Из глубины подвала тянуло сыростью. Внизу ступеньки заканчивались небольшой площадкой, упиравшейся в противоположную стену. Казалось бы, это тупик, но мальчишка всё-таки спустился в самый низ и понял, что это обманчивое впечатление — слева от площадки был проём, немного утопленный в стене и поэтому незаметный сверху, пока не спустишься до конца. За ним царила кромешная тьма. Сергей достал из кармана коробок спичек и чиркнул одной, осветив часть помещения. Такие же кирпичные стены, сложенный из бетонных плит потолок, цементный пол, усыпанный кирпичными обломками, какие-то старые тряпки вперемешку с пластиковыми кульками и пакетами… Мальчишка сделал пару шагов вперёд и замер, услышав чьё-то глухое ворчание. Из оставшейся неосвещённой части подвала на него пялились два светящихся глаза с вертикальными зрачками. По спине Сергея побежали мурашки. И тут, спичка, догорев почти до конца, обожгла его пальцы, из которых и упала быстро потускневшей искоркой. Запаниковавший парнишка стал пятиться назад, попутно нашаривая ещё спичку в коробке, как тут неизвестное существо с резким стрекотом пронеслось мимо него, своим шершавым телом задев его ногу ниже колена. Развернувшись к выходу, Сергей успел заметить силуэт крупной ящерицы с длинным хвостом, удирающей на двух задних лапах. Секунда — и она исчезла из виду, дав дёру вверх по ступенькам. Мальчишка бросился за нею следом, так как это был единственный выход из помещения, плюс к этому он был перепуган неожиданной встречей и не хотел больше оставаться в этом месте. Выбежав на площадку перед ступеньками, он успел заметить, как длинный зелёный полосатый хвост исчезает среди зарослей травы наверху. В тот же момент сверху дохнуло свежим воздухом — видимо, мимо входа в подвал промчался очередной смерчик. Когда Сергей выбрался наружу и заморгал, привыкая к яркому солнечному свету, таинственной ящерицы уже и след простыл. Ветер тем временем усилился, солнце заслонило облако. Подняв голову вверх, парнишка увидел, что восточный горизонт затянула огромная грозовая туча, а кучевые облака над головой становились всё гуще и гуще. Донёсся отдалённый раскат грома. — Серый! — донеслось от кострища. — Куда ты пропал? Собирайся, пора сваливать по домам, а не то под дождь попадём! — Я в подвал спускался! — выпалил мальчишка, подбегая к ребятам и собирая свои вещи в пакет. — А там какая-то здоровенная ящерица сидела, я такой раньше не видел! Глаза размером с монету! Ростом мне почти до колена, хвост длиннющий, да ещё и бегает на задних лапах! — Гигантская ящерица? Не видел здесь таких, — Славка задумчиво поскрёб затылок. — Хотя, с другой стороны, тут вокруг терриконов полно, может, мутация какая. — Ага, как в «черепашках», — засмеялся Витька, — Ящерица-ниндзя. Ящеричья сила! — Или дикий покемон, — хмыкнул Димка. — Чармандер, я выбираю тебя! — Да ну вас, — отмахнулся от ржущих ребят Сергей, поднимая свой велосипед и вешая на руль пакет. — Я же серьёзно! Может, стоит поискать, пока она тут прячется? — В любом случае, не сейчас, — Славка посмотрел на быстро приближающийся грозовой фронт, гремящий всё чаще и громче. — Давайте-ка быстрее по домам, завтра встретимся тут и поищем это чудо-юдо. Все согласились с его мнением и поспешили покинуть развалины фермы — гроза наступала, сверкая молниями всё ближе и ближе. * * * Вечером, рубясь вместе с братом в очередной старый битемап, взятый Сашкой на время у своих городских друзей, Сергей рассказал ему про загадочную ящерицу. Сашка, завершающим ударом отправив очередного босса в нокаут и дожидаясь загрузки следующего уровня, сказал: — Вообще теоретически то, что ты видел, смахивает на игуану или варана. С другой стороны, откуда этим животным взяться в наших степях? История довольно странная… Ладно, завтра вместе с вами пойду искать эту зверушку, а сейчас погнали дальше! Проходившая мимо их комнаты бабушка взглянула на экран телевизора, где различные мультяшные фигурки мутузили друг друга, и фыркнула, пробурчав себе под нос: — Опять в свою ерунду играют, давно большие уже, пора за ум бы взяться! Нет, чтобы новые учебники получить и до школы пройти несколько тем… Всего каких-то три месяца, пролетят и не заметишь!