Белое на чёрном

      По каменному полу цокали её каблуки. Освещение было тусклым, полной противоположностью тому ослепительно белому месту, где женщина провела так много времени, пока не сбежала и не добилась условной свободы. Если бы не слабый свет от фонаря, что нёс мелкий мужчина, который выглядел слишком довольным для своей профессии, посетительница этого… зверинца смогла бы лучше увидеть ущербность данного помещения. Но запах и сырость и столь знакомый хруст костей под её тяжёлыми шагами сделали своё дело. Шла она не спеша, разглядывая, в поисках «того самого». Брюнетка знала, что почувствовала бы, если- — Беру эту, — резко остановившись, женщина указала на приглянувшуюся ей девчонку. — Да, госпожа, — покладисто ответил работорговец, решительно избегая взглядом покупательницу. Честно говоря, он был ей противен. Желтоглазая весьма и весьма трепетно относилась к такой вещи, как свобода. — Вы заберёте сейчас или товар прислать в ваше имение? — Сейчас. — Вас понял, госпожа, — продавец быстрыми мелкими шагами подошёл к ржавой клетке, открыл её и потянул за цепи на шее и руках девчонки. Звон металла навевал не самые приятные воспоминания. О прошлом, о том, что должно называться «детством», о войне… — Выходи. Что, не слышала? Госпожа смилостивились и купила такую ничтожную- — Аккуратней, — прошипела женщина. Если бы то, что она искала, чаще всего не находилось в таких местах, брюнетка пытала бы каждого жалкого работорговца в такой же мерзкой, погрязшей в междусобицах, взятках и интригах стране. — Да, госпожа, — мужчина, конечно, сильный да и это место набито стражниками, но она всё-таки убьёт его быстрее, чем кто-то успеет подойти. Нет, даже раньше, чем он позовёт на помощь. Только пискнуть бы и успел, ведь он простой смертный. — Шевелись, — рявкнул работорговец. — Тц, ни черта не можешь сделать, да? — жёлтые глаза грозно посмотрели на продавца, там же было и презрение с раздражением. Брюнетка слегка потянула за цепи и девчонка поддалась. Медленно вышла, потом выпрямилась и предстала перед новой хозяйкой в полный рост. — Молодец, — улыбнулась женщина. После взяла худое тельце на руки. Да, она определённо не относилась к слабым барышням, которые только и встречаются сейчас в светском обществе. Игнорируя противное чувство жжения (в ад это и туда же ведьму, которая её прокляла), желтоглазая покрепче ухватилась за девчонку. — Больше мне от тебя ничего не надо, — развернулась от мужчины женщина в чёрном простом, но очень удобном платье, кинув мешочек с платой. Работорговец поспешил его поймать. — Будем рады, если вы вновь посетите нас, — пролепетал тот с дрожащей улыбкой. — Да-да, мечтай, — прошипев, отмахнулась красотка. Если быть конкретнее, то во всех её словах так или иначе сквозило шипение. Но женщина ничего не могла с этим поделать. Расовую принадлежность менять ой как нелегко. Тем более её волновало скорее не то, кем она является, а её… родственники, как бы прискорбно не было признавать сам факт их существования.

***

— Теперь это твой новый дом, — Эррор развела руки в стороны, не в силах показать весь свой особняк и другие принадлежащие ей территории, потом развернулась к новоприобретённой подопечной. — Как твоё имя? — Дрим, — впервые с момента… знакомства подала голос девчонка. Слова были тихими, осторожными и чёткими, хоть и из-за долгого молчания несколько хриплыми. — Я Эррор. Ты должна меня слушаться, понимаешь? — Любое ваше слово закон для меня, госпожа, — покладисто ответила блондинка, слегка склонив голову. Что брюнетке одновременно и нравилось, и разочаровывало. С одной стороны женщине нравилось такое отношение, с другой же прекрасные (блёклые) золотые глаза, которые не получалось увидеть. — Если будешь вести себя хорошо, то я подумаю о том, чтобы снять печать, — соврала она, что делала крайне редко. За время их поездки к дому, Эррор дала себе клятву, что никогда не отпустит это золотце. Теперь она принадлежит только ей. Желтоглазая вздохнула, выдохнула и поправила рукой в чёрной перчатке подол платья, улыбнулась и сказала. — Пойдём.       Та печать, что ранее она упомянула, есть у каждого раба в стране. Она просто гарантирует абсолютную покорность слуги. Полезная штука, что сказать.

***

      Дрим уже неделю живёт в особняке Глючной змеи, как называют госпожу в народе. Что ж, блондинка не может подтвердить, что её новая хозяйка змея, но тёмно-синие чешуйки на её теле она видела. Когда успела? Эррор захотела лично отмыть свою новую вещицу, в общем, вместе принимали ванну, причём весьма роскошную, как, в прочем, и всё здание.       Последствия этой процедуры показали, что девчонка имеет не только золотые глазки, но и того же цвета волнистые волосы… и множество шрамов разнообразного происхождения. После того, как её переодели в старую одежду хозяйки (которая клялась, что скоро подопечной купят новую), отправили спать, хотя солнце только-только зашло за горизонт. Что примечательно, спала она в одной постели с Эррор. Большая мягкая кровать со множеством подушек в шёлковых наволочках и воздушным, тёплым одеялом.       Один раз, примерно на девятый день проживания с чешуйчатой, во время чаепития, просматривая стопку бумаг, старшая раздражённо и недовольно проворчала (она выглядела готовой разорвать лист в клочья): — Завтра приедет этот, — Эррор быстро осяклась, поймав на себе заинтересованный взгляд украдкой и улыбнулась. — Что такое, солнце? Интересно? Это того не стоит… — женщина легко махнула рукой, что была уже в синей перчатке до локтя и держала красивую чашку. — Просто птичка спела, что приедет завтра в гости, — перечитав ещё раз письмо, зло промямлила. — Когда эта чернильница успела только прознать о моём золотце?..       Женщина яростно поправила свои чёрные короткие, прямые волосы, ненадолго задумалась, а потом приказала: — Дримми, иди ко мне, — Глючная змея поманила блондинку пальчиком. Когда же та подошла, произнесла, садя к себе на колени. — Только ты приносишь мне счастье и спокойствие… моё маленько солнце, — и обняла.       Честно говоря, иногда Дрим становилось жутко из-за действий её новой хозяйки. Настроение той менялось быстро, мгновенно, как по щелчку пальцев, но стоило ей заметить рядом её тонкую фигурку, как тон и взгляд становились тёплыми и ласковыми. Но за свою жизнь блондинка видела много людей и смогла распознать в её глазах безумие. «Птичка спела, что завтра приедет в гости… Что это должно значить? Хотя, может быть, этот человек, если это человек, а не очередной бред хозяйки, из рода пернатых? Может, он, как и госпожа Эррор, приближен к Богу?» — думала Дрим, абсолютно не замечая действий со стороны змеи. Через некоторое время девчонка заснула у неё на руках. Брюнетка отнесла её на кровать в своей комнате, наклонилась и поправила золотые пряди. — Я ни за что не позволю этому старому ворону тронуть тебя.