Однажды мы все бываем погружены во тьму

Глупая, едва ли стоящая внимания ссора довольно быстро забылась. Тем более, что по итогу Локи, пусть и не магией, оказал помощь Энтони, а тот настоял хотя бы на обезболивающем, и маг согласился, после чего они подобрали нужную дозировку, безопасную и действенную, хотя скандинавское божество и уповало на то, что ему едва ли это нужно. Они возвращаются к ставшим уже привычным будням. Локи не уходит, не говорит о захвате вселенной, не раскрывает своих целей. Тони привык уже, он тянется к магу, и тот тянется к нему, они кружат друг вокруг друга, словно весь мир сузился до их нерешительно строящейся дружбы. Но если они забыли про мир, то мир не забыл про них. Про Тони уж точно. Он мог сколько угодно выполнять свою работу для СИ, Пеппер была достаточно сильно раздражена, и, похоже, пройдёт несколько больше времени, чем Старк думал, прежде, чем она остынет и они смогут попробовать вернуть свою дружбу. А ведь мужчина думал, что это он будет создавать сложности в их отношениях. Впрочем, личные отношения и дела минувших дней не были единственной проблемой Тони хотя бы потому, что Фьюри, оставивший его в покое на некоторое время, вспомнил про него. И ладно бы, если бы дело касалось консультативной деятельности, это было бы ещё терпимо — Тони периодически проклинал себя за данное им тогда согласие, но не в его привычках было отказываться от собственных слов без серьёзных причин — но нет. Пришёл без предупреждения. Благо, что хоть не вломился в дом. Стоял на пороге не с извечной Романофф, которая была знакома Тони, а с кем-то другим. Тоже знакомым, кого он не должен был увидеть никогда, потому что знал этого мужчину сугубо по комиксам, фотографиям и рассказам Говарда. Стив, мать его, Роджерс. — Мы войдём, — это даже не вопрос. Тони, замерший, уставившийся удивлённым взглядом на смущённо улыбающегося блондина, который также разглядывал его с любопытством, отмер и кинул гневный взгляд на Фьюри, но всё же посторонился, пропуская их внутрь. — Чем обязан, директор? Фьюри смотрит на него с подозрением, оглядывается, не особо-то и скрываясь. Тони терпеливо ждёт, ему скрывать нечего, не Локи же — тот пусть и иномирный, но особо засветиться не успел, да и планы свои не особо безопасные он кому ни попадя вряд ли будет рассказывать. — Четыре месяца тишины и затворничества без пьяных выходок, — обронил директор. — Решил проверить, жив ли ты ещё. — Может быть тебе стоило дать мне какую-либо задачу, чтобы это проверить, а не беспокоить меня в моём доме? Директор хмурится, выглядит почти угрожающе. Роджерс, кажется, чувствует себя ещё более неловко. Тони хочет и не хочет знать, какого чёрта Капитан Америка жив и стоит сейчас перед ним. А ведь не обманка, хотя Фьюри и мог выкинуть что-то подобное, чтобы сманипулировать. Сложно обмануть того, кто буквально вырос на историях о Кэпе, будучи постоянно сравненным с ним. — Что ты задумал, Старк? — напрямую спрашивает Фьюри, и, эй, это забавное нововведение — говорить честно и прямо, не ходя вокруг до около. Это, конечно, не спасает от того, что даже настоящего Капитана Америку директор наверняка собирается использовать сейчас для манипуляций. — Абсолютно ничего, — лёгкое пожатие плечами. — Если ты опять о том случае с погашением света, то я же сказал, что это случилось абсолютно случайно и больше не произойдёт… скорее всего. Что ты ещё от меня хочешь? Провести тебе экскурсию по мастерской? Обойдёшься. Я не твой подчинённый, я всего лишь консультант. И могу послать тебя к чёрту в любой момент. — Затворничество тебе абсолютно не идёт, Старк, — ворочит директор. — Ты стал ещё более наглым. Впрочем, одиночество никому не играет на руку. Не хочешь поздороваться с моим спутником? — Доброго дня, Мистер Роджерс, — отозвался Тони. — Что дальше? — И это всё? — Меня мало касается, каким образом и где вы откопали Капитана Америку, директор. Если только он — не очередной проект, по которому вам понадобилась моя консультация. — Прошу прощения, но я человек, а не проект или вещь. Изобретатель закатывает глаза. — В данный момент, вы скорее инструмент для манипулирования в руках Фьюри, Мистер Роджерс, — чуть раздражённо просветил он его. — Понятия не имею, для чего в этот раз, но мне это уже даже не интересно. — Вы совсем не похожи, — бормочет скорее самому себе блондин. Но Тони слышит. Он не хочет думать об этой фразе, осмысливать её, но он понимает. Усмехается иронично, паясничает, даже шутливо-демонстративно отвешивает поклон, словно горд этой характеристикой больше всего в своей жизни. — Благодарю, рад, что вы это поняли, — говорит Тони. — Надеюсь, на этом всё? Тот поджимает губы, укоряюще смотрит, но ничего не говорит. А Старку… ему плевать. Почти. Потратить большую часть своей жизни, чтобы оправдать ожидания отца — сперва живого, потом лишь его вечно недовольного образа, что так чётко врезался в разум. Быть вечно в тени человека, который пропал во льдах и предположительно мёртв, даром, что сейчас стоял перед ним живее всех живых, просто потому, что какие бы сладко-лживые слова не сказал Говард на съёмке про СтаркЭкспо, лучшим творением его всё равно оставался Капитан Америка. Тони не ненавидел Стива самого по себе, но и приятных эмоций к нему не питал, не после всего того, чем был его образ для отца изобретателя. Пускай гений и фанател в детстве по Капитану Америке, это тоже давным давно прошло. Не в этот раз. Он не даст управлять собой. Ему хватило. — Так спешишь, Старк? — Мне есть ещё чем заняться, директор, — спокойно отзывается Тони. Он не будет сближаться с тем, кого ему всё время ставил в пример Говард, просто, чтобы ЩИТ мог шпионить за ним через блондина. В конце концов, Наташа ведь уже не могла этим заниматься. Изобретатель усмехнулся. — Есть что-то ещё, что вы оба хотели бы обсудить со мной? — Чем таким ты занят, что забыл свои прежние развлечения? Ты не выходишь из дома, не общаешься фактически с людьми. Я бы понял, если бы ты пил — в конце концов, ты и мисс Поттс расстались некоторое время назад, но ты по большей части просто находишься в одиночестве и делаешь что-то. Мне не нравится, когда на моей территории, может произойти что-то, чего я не знаю, просто потому, что одному бесконтрольному гению придёт в голову какая-нибудь опасная идея. — Я абсолютно не должен перед тобой отчитываться, но я по большей части занимаюсь проектами СИ. Вот и всё. Что касается одиночества, то у тебя какие-то неверные данные. У меня прекрасная компания, чтобы не иметь проблем со скукой. — Думаешь, я поверю в то, что какая-нибудь из твоих интрижек могла занять тебя настолько долго, тем более после расставания? Ты, конечно, не особо… — Он занят мной, спасибо, — мягкий баритон звучит почти у уха Тони. Его обнимают со спины, Локи чуть наклоняется вперёд, утыкается подбородком в плечо изобретателя, трётся щекой о его щёку. Словно это самое естественное, что только может быть. Словно так оно и надо. Старк не то, чтобы против, он даже не вздрагивает, они часто находились в непосредственной близи друг от друга, особенно в последнее время, но настолько? Это было слегка ново. Тони улыбнулся, расслабляясь в чужих объятиях, его нос уловил ненавязчивый аромат Локи (чем может тот пахнуть?), а карие глаза следили на досадой на лице Фьюри. — Не могли бы вы оставить моего парня в покое? — Старк… — Прежде, чем ты скажешь об договоре о неразглашении в его сторону — нет. Он ничего не успел ни увидеть, ни услышать. Имя его тебя тоже не касается. Может быть оставите меня и моего парня в покое, директор, Мистер Роджерс? На блондина было забавно смотреть, настолько комично выглядело его выражение лица. Директор же выглядел весьма раздражённым. Но они всё-таки ушли, словно успокоившись, убедившись, что Тони не строит в своей мастерской оружие судного дня или что-то типо того. Его правда не воспринимают, как героя, верно? Словно он сам какой-то опасный элемент. Мило. Очень мило. И безумно досадно. — Тони? Старк покосился на Локи, который отпустил его лишь тогда, когда их взгляды столкнулись. Мужчина благодарно улыбнулся. — Неплохая импровизация, — усмехнулся он. — Спасибо. Зачем правда? — Твоя бывшая пассия подала хорошую легенду, — пожал тот плечами. — Слишком легко поддержать. Идеальный выбор. К тому же, легче их убедить, что ты решил тратить своё время не на что-то, что требует присмотра со стороны, если продемонстрировать причину. Я достаточно соблазнительная причина? За шутливым тоном скрывалась горькая уверенность в совершенно обратном. Тони почти нахмурился, но успел остановить себя. Пусть Локи и рассказал ему о себе многое, очень многое, в тот момент их общей откровенности, но этого было недостаточно, словно там под полуправдой скрывался ещё приличный и значимый кусок истории. — Более чем, — отозвался гений максимально серьёзным тоном. И, откровенно говоря, это не было ложью. Локи и правда был довольно красив. Он скорее почувствовал, как фыркнувший Локи закатил глаза.