Это Агарков!

Сергей Агарков наслаждался поездкой по ночному городу. Он часто так делал, когда ему нужно было подумать — просто садился за руль и нарезал круги по городу. Сейчас нужно было подумать над новым форматом для видеоблога, а дома все постоянно отвлекало. Отблески придорожных фонарей скользили по салону и стёклам машины, изредка проезжая по лицу блогера, которое обрамляла русая, почти совсем светлая бородка. Проезжая мимо кофейни в узком переулке, Сергей притормозил и начал парковаться — кофе сейчас не помешает. После того, как он втиснулся между белым “Мерседесом” и грязной “Опель” он глянул на айфон — распознавание лица тут же узнало хозяина и смартфон показал время — 20:43. Потом Агарков, будучи в своих мыслях, выдохнул, заглушил мотор и вышел из машины. Переходя улицу, он повернул голову влево, где и увидел группу людей, от которой буквально веяло напряжением. Кажется, сейчас будет потасовка: трое бугаев окружили скрюченное тело на асфальте, будто гепарды — раненое животное. Уж не девушка ли там, совсем с ума сошли? Вроде нет. Не его дело. Агарков отвернулся и уже полез в карман за кардхолдером, разглядывая меню кофейни, как вдруг услышал знакомый голос: — Нет, пожалуйста, я верну всем деньги, только не трог…— фраза оборвалась отзвуком глухого удара и сдавленным стоном. Агарков застыл с кардхолдером в руке, потом медленно принялся убирать его обратно в задний карман джинсов. Среди ног обидчиков он разглядел лицо, уже измазанное в крови. Трое отморозков избивали Александра Полярного. Это точно был он — странная прическа, серые глаза, будто скрытые за пеленой, сейчас были широко раскрыты. Александр то кричал, то сжимал зубы от боли, уворачиваясь от ударов и катаясь по земле, с каждым разом пачкая пальто все больше. Вот он пытается встать, держится рукой за кровоточащий разбитый нос, потом хватается за свой белый кроссовок, как за опору, пачкая кровью и его, но тут же получает очередной удар ботинком в лицо. Полярный падает на спину и удар приходится на затылок. — Поганая сволочь! Сдохни! — ЗА ЧТО?! — заорал писатель, глядя в небо, кровь брызнула из носа и капли упали на белую майку. Крик множественным эхом разбежался по округе, но слышать было некому — больше никого на улице не было. Из киоска с кофе выглянула девушка, её маленькие черные глазки окинули быстрым взглядом Сергея, который застыл на месте, пытаясь осознать, что он видит. — Добро пожаловать…— начала она и осеклась, — Может, полицию вызвать? Агарков так обалдел от того,что видит, что не услышал её слов. Полярный поднялся, заливая кровью одежду и асфальт, и на глазах блогера трое тут же затолкали Сашу в темный туннель в основании дома, ведущий во внутренний двор. Агарков задумался. Зачем ему это? Да и кто он, чтобы иметь к этому какое-либо отношение? Чёрт с ним, с Полярным. На улице было свежо и Сергей с удовольствием вздохнул. Однако наслаждение погодой было тут же прервано очередным криком. — ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ! — визжал сорванным голосом Полярный, хлюпая носом из-за непрекращающегося кровотечения. Туннель придал его крику и заливистому смеху компании жутковатый оттенок. Агарков осознал, что вышел без куртки — тут же стало зябко. Или это дрожь от осознания того, что Полярный не выживет? Этот крик… Похоже, все-таки придётся помочь. Блогер недовольно нахмурился и закрыл лицо ладонью. Почему именно он и именно сейчас? У этого Енотова просто талант всё портить. Серёжа с досадой выдохнул. Ладно, эти трое наверняка пьяные, и их припугнуть и завалить будет несложно. Агарков занимался спортом, знал несколько приемов борьбы, хоть это всё и было давно. Надо же было ему захотеть кофе! Мысли огромным потоком прорвали плотину сознания, сбивая все остальное на своём пути. Вот он заходит во двор, окликает этих уродов, затем… Агарков быстро дошел до туннеля и остановился на входе. Во дворе под фонарем происходила все та же картина. Сергей даже не успел подумать — через секунду в этой картине появился нож. -НЕЕТ! БОЖЕ, ЗА ЧТО?! НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО, ПОМОГ...ИТЕ! — кричал Полярный и его крик вдруг оборвался. Он сдавленно кашлянул, договорил остаток слова, а потом судорожно задышал. Глаза Александра широко распахнуты, рот застыл в немом крике. Подбородок лёг на плечо убийцы, а что было делать? За спинами трех мужчин Саша, прижимая руку к животу, опустился на колени, а затем, как кукла, в бессилии упал на бок. Кровь заливала руку и майку под расстегнутым пальто — многочисленные красные дорожки бежали между пальцев. Полярный выдыхал и не мог вдохнуть — все тело сковывала боль, он задыхался, а такие необходимые короткие вдохи сопровождались жалобными стонами. Слезы хлынули из широко раскрытых глаз. Он смотрел вперёд пустым взглядом — было видно, что Сашу сейчас волнует только нестерпимая боль, от которой некуда было скрыться. По этому бешеному взгляду Агарков понял, что лишняя секунда промедления будет стоить этому парню жизни. — Как же ты меня бесишь, урод! — на плечо поставили грязный ботинок, от которого несло собачьим дерьмом. Полярный сдавленно сглотнул, останавливая рвотный позыв. Агарков стоял за спинами у обидчиков. Ему не хотелось тоже получить ножом в живот, но и медлить было нельзя — Енотов был ранен. Он не придумал ничего лучше, как заорать: — На слабых нападать легко, а на сильных слабо, ребята? Внимание мужиков сразу же переключилось на него. — Мне полицию вызвать? — продолжил блогер непринужденно, как обычно, чуть хрипло. — Не лезь сюда, иди гуляй! — услышал он в ответ возглас самого старшего из всех. На вид тому было лет тридцать пять, длинные спутанные волосы скрывали за собой широкие плечи, которыми заканчивалась округлая фигура. Не медля ни секунды, блогер побежал вперед и бросился на обидчиков. Одному зарядил коленом в причинное место, второму — острым локтем в челюсть, а третий, самый старший, как раз сжимал нож. От всех троих несло перегаром. С непривычки активно двигаться было тяжеловато, но Агарков быстро собрался. — Ну давай, подходи, крепенький...хе-хе... — оскалился лохматый, вертя окровавленный нож в руке. В самом середине этого оскала блестел золотой зуб. Агарков глянул на лезвие и осознал, что это была кровь Полярного. Не успел подумать, зачем он об этом подумал. Он бросился к отморозку и заехал ногой в колено — удар был неожиданный, и тот выронил нож. Этого Агарков и добивался, схватив оружие, он направил его на всех троих, которые уже очухались от ударов. — Я сниму ваши отпечатки и вас найдут, ясно, придурки? — пригрозил он, теперь в голос Агаркова прокралась нотка злобы — так подействовал на него бой, включились базовые инстинкты. Как давно он уже не испытывал таких эмоций? Агарков метнулся к Полярному, не без труда поднял его с земли, будто ребенка, и помчался к машине. Он понимал, что против троих он сейчас ничего не сделает, а тут было дело поважнее, и этим делом была неконтролируемая потеря крови. Полярный задыхался у него на руках, из носа он пускал кровавые пузыри, а под глазом наливался огромный фиолетовый синяк. Рукой, испачканной в крови, он схватился за шею Агаркова, отчего тот задрал голову назад, как мог. Сергей закинул Полярного на заднее сиденье, сам быстро сел за руль, хлопнув дверью. После он кинул нож рядом с собой и резко завел мотор. Больница, больница… Его обвинят в убийстве… Адрес больницы… Трое мужчин сделали несколько попыток побежать, но быстро отстали. Они что-то кричали, но из-за закрытых стекол ничего не было слышно. Оказавшись в теплой машине, Саша, потерявший до этого всякую надежду, почувствовал, что все еще может спастись, от чего его организм принялся привлекать к себе внимание. Полярный уткнулся носом в сиденье и, заливая его кровью, жалобно шептал в бреду: — Помогите, помогите пожалуйста…! Сейчас умру, умру! — Погоди, Саня, едем! — откликнулся Агарков. Его лицо исказила застывшая гримаса напряжённой сосредоточенности. Руля практически по инерции, он думал. Несколько минут назад, когда Агарков спокойно поворачивал руль, мог ли он представить истекающего кровью Полярного на заднем сидении своей машины? Вот, в чем заключается вся спонтанность жизни, думал он, несясь на скорости под 120 км\ч по шоссе, в таких вот Полярных на заднем сидении! Александр Полярный почувствовал, как содержимое желудка, скудный ужин из бутерброда с сыром, поднимается выше. Его попросту вдобавок ко всему укачало, что было неудивительно: он лежал на заднем сидении навзничь, поджав под себя руки и ноги, будто новорожденный. Саша медленно поднялся, держа ладонь у носа и, как ему казалось, препятствуя стеканию крови на майку, джинсы и сиденье. Между тем густая красная жидкость продолжала капать. — Не вертись там, сейчас приедем уже! — бросил Сергей, почувствовав его движение, но Полярный только попытался ответить, в итоге промычав что-то несвязное. — И хватит разговаривать! — продолжил Агарков. Все плыло перед глазами: красные и жёлтые огни машин, качающийся на зеркале заднего вида брелок в форме ёлки… Или это треугольник? Сильно пахло кожей и железом. Полярный силился понять, что это за голос разговаривает с ним? Кто это, такой одновременно знакомый и далёкий? У водителя светлые волосы, голос чуть с хрипотцой, довольно звонкий. Где же он слышал этот голос? Саша плохо понимал, что произошло. Он ранен, его пырнули ножом, это было ясно. Остальное было пока что за гранью понимания. Машина резко затормозила на светофоре и Агарков недовольно цокнул языком и хлопнул себя ладонью по коленке: — Да чтоб вас всех! Полярный по инерции подался вперёд, вцепившись одной рукой в спинку переднего сидения. Его взгляд, дрожащий, как и все его тело, пытался разглядеть лицо водителя в зеркало заднего вида. — М-меня с-сейчас стошнит… — счёл он нужным сообщить. — Нет, Енотов, не смей! — машина все ещё стояла на светофоре и тут Агарков повернулся и чуть не столкнулся с Полярным носом. Писатель отпрянул, но кресло не отпустил. Взглядом запуганного зверя он смотрел прямо на блогера, придерживая руку, с которой без остановки лилась кровь, у носа. — Отцепись от кресла! — раздражённо бросил Агарков и принялся один за другим отцеплять пальцы Саши от своего сиденья. Он не успел сделать это до конца, загорелся зелёный и Сергей снова отвлекся на дорогу. — Сиди спокойно! Полярный вдруг почувствовал,что вот вот умрет. Когда машина тронулась, его резко откинуло назад, он отодрал оставленные Агарковым собственные пальцы от сиденья и беспомощно повалился на бок. Дышать не получалось — каждый вдох отдавался болью в животе. Александр закрыл глаза, убрал руку от носа, кровь хлынула на сиденье, залилась по щеке в ухо. Перед тем, как окончательно потерять сознание, он подумал: "Это Агарков!"