Клиника

В руки Сяо прилетело яблоко. Он поднял голову, чтобы посмотреть, кто же такой наглый его кинул и встретился с уж очень внимательным взглядом, направленным на себя. — Посидишь со мной? Это был Сюэ Ян. В пустом кафетерии на первом этаже, где не было никого, кроме сонного продавца. Наглец отодвинул стул напротив Синчэня и сел, сложив руки на столе. — Кажется, это ты решил со мной посидеть, — после слов Сун Ланя даже как-то непонятно было, как реагировать на этого, пока толком незнакомого, человека. — Я просто прошу тебя не уходить. Продолжай заниматься своими делами. — Я ел. — Ну так продолжай есть, я просто посижу здесь. Сяо кивнул. Да, так было правильнее всего. И всё же первым не выдержал он сам. — Я слышал, ты с третьего этажа. — Правильно слышал, — собеседник кивнул, разворачивая уже вторую конфету подряд. — Хочешь спросить, почему не там, раз псих? Потому что мне там не нравится. — А почему… — Почему тогда хожу туда? Потому что так я хотя бы пытаюсь что-то изменить. Будут какие-то менее банальные вопросы? Да уж, можно было догадаться, что тому уже надоело отвечать на подобное. — Ну. Можно ведь не так грубо, дорогой друг, — Синчэнь мягко улыбнулся. Уж очень тот был похож на мальчишку, хотя по возрасту явно не подростком был. — Меня тут уже год как не было. Ты появился после меня. — А где ты был? — в чужом взгляде мелькнул интерес. — Уезжал в другую клинику работать. Хотел сменить обстановку. — Неудачно? — Почему же? Удачно. Просто здесь как-то приятнее. Всё же тут моё место. — Уезжать, чтобы понять, что твоё место тут? Глупо это. — А приходить лечиться и сбегать с терапии — это не глупо? Сюэ смешливо фыркнул. — Один-один, — а потом, немного поколебавшись, положил перед ним конфету из своих запасов и встал из-за столика. — Спасибо за разговор. — Уже уходишь? — Сяо откровенно удивился. Он-то думал, что всё надолго затянется. Собеседник задумался, словно что-то решая для себя, а потом плечами пожал. — Пора. Я завтра ещё могу прийти, но только если ты тут будешь. Вот это было интересно. Ещё и могло немного скрасить привычные (хоть и любимые) будни в белых халатах. — Буду. — Ну, приду тогда. До завтра. Собеседник ушёл так же быстро, как и появился, а Синчэнь ещё несколько минут задумчиво сидел, смотря на конфету и вертя в руках так и не тронутое яблоко.

✕✕✕

— И что она потом сказала? — Сяо даже голову от своих бумаг поднял. — Что жизнь моя ещё долго будет с клиникой связана, — Ян хмыкнул и сунул в рот новую конфету. — Иногда я совсем не понимаю Баошань саньжэнь. Говорит какими-то загадками. Или это о том, что я ещё долго от своей фобии не избавлюсь? Побеги-побегами, но у меня всё же было в планах вылечиться. А тебе она о чём-то таком говорила? — Ну, не совсем такое, но говорила, — Синчэнь кивнул. — Расскажешь? — А ты о своей фобии расскажешь? — Ну, тогда поговорим о фильмах лучше. Ты смотрел…. В этот раз Сюэ заявился в гости прямо в кабинет Сяо, да ещё и посреди рабочего дня. Он, как оказалось, столкнулся с наставницей, которая наговорила ему туманностей и отправила гулять дальше. Догулял ровно до кабинета нового друга. Удивительно, но за прошедшие недели они не то, что нашли общий язык, но и сдружились как-то. Так, что маленький наглец позволял себе некоторые вольности в чужом присутствии. Неожиданно оказалось, что он очень тактильный, хотя и далеко не всегда радостный, особенно после терапий. И всё же разговоры с ним были приятны, да и в кармане Синчэня теперь всегда была хотя бы парочка конфет. Так, на всякий случай. Сун Лань продолжал каждый раз закатывать глаза и уверять, что ещё немного, и мелкий у них поселится. Его, правда, особо никто не слушал.

✕✕✕

— Ты не смотри, что он такой приятный и общительный, — наставница, ведущая разговор о пациенте, неожиданно прервалась и кивнула на Яна, который мучил автомат со сладостями. — У него проблем выше головы. Хотя, кажется, к тебе он и правда привязался. Даже если сам об этом не знает. — Он мне улыбается, — Сяо перевёл на того взгляд. — Обнимает иногда. Приходит поговорить часто. — Это всё его фобия. Ты можешь ему быть противен, а он всё равно тебя в разговор тянуть будет. Это было неожиданно. Неприятно царапнуло где-то в глубине души. — Вы меня предупредить хотите? — Синчэнь напрягся. Ему о многом теперь подумать надо будет. — Только если о том, что с ним непросто будет. Но и не отвертеться тебе от него. — В каком это смысле? — и нахмурился. Не нравился ему этот разговор. Тревожное было в нём что-то. — Потом расскажу, как время придёт. А может и сам догадаешься. А пока советую просто аккуратнее с ним быть, да стараться подмечать, когда он искренен, а когда так, на публику играет. И, скажу я тебе, играет он чаще, чем ему самому хочется. Ладно, пойду я. — А пациент? — Пусть ещё день полежит, понаблюдаем, а там уже выписывай, если всё стабильно будет. — Да, наставница. И в следующие дни Сяо делал всё так, как ему сказано было. И с пациентом, и с Сюэ, который так и не перестал к нему заглядывать. Первого выписал, а за поведением второго наблюдал — как он ведёт себя с ним, а как с другими. Сначала одинаково всё было, а потом со временем начала фальшь того проявляться, наигранность излишняя. Немало её было. Искренность больше в моменты усталости и грусти появлялась, но потом сразу прикрывалась игрой на публику. Смехом на публику. Что же это у него за фобия-то такая была, что ему приходилось строить из себя непонятно что? — Аутофобия. Синчэнь вздрогнул. — Я узнал, — Цзычэнь сел на стул напротив друга. — У Яна этого аутофобия. Вот почему он постоянно у нас гуляет. — Аутофобия? — Страх одиночества. Ему постоянно нужно что-то делать, если он оказался в одиночестве, иначе он просто сойдёт с ума. Если один останется, то постоянно будет волнение и страх чувствовать. Раньше до панических атак доходило, но сейчас вроде лучше. Ему нужно постоянное общение. А у нас, сам знаешь, более шумно, чем у них на этаже. Его пытаются приучить оставаться в одиночестве и у него уже потихоньку получается, но ненадолго. При этом он постоянно чувствует себя ненужным, но продолжает навязывать себя другим, потому что не может оставаться один на один с собой. — Но разве при всём этом нельзя ограничиться просто дневным стационаром или походом на терапии? — Можно. Только у него никого нет. Вообще. Его поэтому и в клинику положили, потому что дома он буквально сходил с ума. Либо таскал к себе очень подозрительных личностей и в принципе первых встречных, лишь бы одному не быть. — Звучит… –…отвратительно. Я знаю, — это был голос самого Сюэ, который зашёл в кабинет. Он остановился недалеко от двери, прислонившись спиной к стене. — Вы говорили с моим лечащим врачом? — Да. Он просил вести себя помягче по отношению к тебе. — Просто устал, что вы каждый раз жалуетесь на то, что я у вас в отделении появляюсь. У него и другие пациенты есть. Наступило молчание, которое никак нельзя было назвать уютным. Сун Лань всё ещё испытывал неприязнь к мальчишке. Мальчишка явно был недоволен тем, что его тайну узнали, а Сяо даже не знал, что ему делать теперь с полученной информацией. — Цзычэнь? — Да? — Можешь оставить нас с Яном наедине? Думаю, нам с ним нужно немного поговорить. — Как скажешь, — прозвучало, тем не менее, недовольно. — Ты знаешь, где меня найти. — Разумеется. И вновь молчание, только на этот раз разделённое на двоих. Ян прошёл, садясь на место, где до этого был Сун Лань. Синчэнь выдохнул. Кажется, ему стоит заговорить первым. — Хочешь это обсудить? — Мою фобию или то, что вы тут шепчетесь за моей спиной? — И то и другое, очевидно. — Я привык и к первому, и ко второму. — А что обиднее? — Первое. С ним тяжелее жить. — Всё действительно так, как рассказал Цзычэнь? — Да. Мне приходится улыбаться и заводить разговоры с людьми, которые ни им, ни мне не нужны, чтобы просто случайно не свихнуться. На моём этаже как-то очень мало разговорчивых ребят, приходится спускаться к вам. — Тяжело? — Учитывая, что я терпеть не могу тупых людей — очень. Ты знал, что со многими не о чем поговорить? — Тебе никогда не интересна тема? — признаться честно, Сяо вспоминал все их разговоры и чувствовал себя немного… обманутым. Было обидно. — Ну почему. Мне было интересно, когда мы обсуждали книгу вчера. Я её не читал, но ты говорил хорошо. — Ты серьёзно говоришь только сейчас, что не читал её? А так уверенно кивал! — Синчэнь не удержался от удивления. — Мне просто нравилось, как ты рассказывал. — Ну хорошо. Хотя верится всё ещё с трудом. — Мне всегда нравится, как ты рассказываешь, — это Ян говорит, кажется, смущённо. Морщит кончик носа. — И всё же иногда я чувствовал, что ты притворяешься передо мной. — Ты настолько изучил мои речи? — тут настала очередь Сюэ удивляться. — Просто начал больше внимания на них обращать. Так что же? — Ну… Да, порой было. Но больше от усталости. Мне ведь всё равно нужно было хоть как-то начинать тему, верно? — В следующий раз можешь просто подойти и попросить меня рассказать тебе что-нибудь. — Подожди, — глаза Яна в этот момент были такими широкими. — Даже зная всё это ты разрешаешь мне приходить к тебе? — Зная что? — Сяо позволил себе улыбнуться. — То, что ты не всегда искренен, но именно это помогает тебе выживать? Это ведь не страшно. Я готов развлекать тебя беседами, если тебе действительно интересно со мной. — То есть, это всё же сделка? — теперь Сюэ щурится, но видно, что это его забавляет. — Моя искренность в обмен на разговоры с тобой в любое время. — Что-то вроде того, — Синчэнь кивнул. — Сложные условия? — Мне понадобится немного или даже много времени, чтобы перейти на искренность. Знаешь, у меня с людьми не очень складывается. Всегда кажется, что я им отвратителен. Впрочем, я даже уверен в этом. Но со мной работает врач, пытается помочь преодолеть это и многое другое. — Ничего. Можешь приходить и без искренности, — было глупо надеяться на то, что всё изменится в один момент и лишь из-за чужого желания. — Я готов помочь тебе. — Разговорами? — Разговорами. Но ты можешь попробовать обратиться ко мне ещё с чем-то. — Хм. Это забавно, — казалось, что над предложением задумались. Ян ещё немного посидел и в итоге поднялся с места. Вынул из кармана конфету, которую положил перед Сяо. — Ещё увидимся. — Да, дорогой друг. Синчэнь улыбнулся. Он сомневался во многом, но точно знал, что, если Сюэ отдаёт свою конфету — это многое значит.

✕✕✕

А потом, со временем, Ян начал меньше приставать к пациентам и врачам, больше отсиживаясь в кабинете Сяо или надоедая тому во время перекусов. Тот, как и обещал, развлекал его разговорами, которые не всегда поддерживались, но точно всегда внимательно слушались. — Моему лечащему врачу это не нравится, — Сюэ буквально упал на диванчик в кабинете Синчэня. — То, что ты ходишь ко мне? — И забываю о других, да. — И почему не нравится? — Сяо заинтересованно положил подбородок на ладонь. Сейчас, по прошествии нескольких недель после того знаменитого разговора о фобии и заключения договора, он заметил, что Ян начал по крайней мере пытаться быть честным. Не было той демонстративной весёлости, не было наигранности. Мог просто зайти и молча сесть на диван. И тогда Синчэнь сам начинал разговор, рассказывая о том, как проходит у него день. Со временем это начало казаться каким-то… правильным, что ли. — Вроде же это хорошо. — Боится, что привыкну. И тогда начну от тебя зависеть. А мне нельзя сейчас отношения начинать. Пока не вылечусь. Сяо нахмурился. О таком они ещё не говорили. — Я вроде бы пока не предлагал тебе отношения. — Ну влюбляться мне тоже нельзя. Иначе стану очень токсичным. Сломаю жизнь и тебе, и себе. Стану эгоистичным и ревнивым. Постоянно подозревать в изменах буду. Ещё и прилипну, как репей. — Это всё из-за фобии? — Да, — Сюэ кивнул. Теперь говорить об этом ему было легче. Всё равно ведь всё известно. — А с чего он решил, что ты влюбишься? Проводить с человеком много времени — это ещё не означает влюбиться в него. — Ну. Я сказал ему, что ты мне нравишься, — Ян плечами пожал. — Он же мой лечащий врач, ему важно знать обо всех изменениях, которые со мной происходят и могут повлиять на лечение. — Но мне ты не говорил, — возможно Синчэнь ошибался, но ему почему-то казалось, что подобное должен был знать и он. Ну, это же вроде его немного касается, верно? — А надо? — а может и не касается, раз Сюэ так искренне удивился сейчас. — Ну… — Тогда да, ты мне нравишься. Но в силу очень многих причин мы с этим ничего делать не будем. Расскажи мне лучше о той книге, что лежит сейчас у тебя на столе. Она интересная? — Постой-постой. Может ты хотел бы узнать мою реакцию на твои слова? — Мм… Нет. Я бы хотел узнать о книге. Информация о ней принесёт мне меньше вреда, чем информация о тебе. Мальчишка был прав, если так подумать. Он старался сохранить своё и без того шаткое спокойствие. Нужна ли в таком случае реакция, которая может побеспокоить, нарушить всё? И Сяо действительно заговорил о книге, что лежала на его столе.

✕✕✕

— И ты бы всё равно с ним поосторожнее, — Сун Лань проводил мальчишку взглядом и заговорил с другом после того, как закрылась дверь. — Хотя, надо сказать, я тебе благодарен. Он по крайней мере перестал всех доставать. — И тебя в том числе, да? — Именно, — Цзычэнь позволил себе усмехнуться. — Но всё же поосторожнее. Если с ним что-то случится, его лечащий врач всех покусает. Как минимум. А как максимум, боюсь, нас не спасёт даже наставница. — Его так сильно хотят вылечить? — А ты сам бы не хотел, если бы твой пациент упорно сбегал от лечения? — О. Я, признаться, так сильно привык к тому, что он ко мне приходит, что начал считать его другом, а не пациентом. — К тому же чужим пациентом. Послушай, рано или поздно он вылечится и уйдёт по своим делам. Так что давай не привыкай, а то потом тебе вечно не будет хватать одного мелкого засранца рядом. — Ты забыл добавить «симпатичного», — неожиданно хмыкнул Синчэнь. Сун Лань на это, правда, чуть не подавился воздухом. — Что-что? — Симпатичного мелкого засранца рядом. — У, как далеко у вас всё зашло. А ты мне не говорил, что он тебе нравится. Стой, — в эту секунду он, кажется, изменился в лице, словно осознав свои слова. — Тебе он нравится? — До тебя это очень странно доходит, знаешь, — Сяо даже бровь вскинул. — Но может быть. Мне он кажется достаточно… симпатичным. С ним интересно даже когда он молчит. Смотрит на тебя своими прекрасными глазами и, кажется, запоминает каждое слово. Он красивый, когда искренний. — Уже не просто симпатичный? Так. Это пахнет влюблённостью. И, чтобы ты знал, мне это совершенно не нравится, — Цзычэнь даже показательно скривился, показывая всё своё отношение к подобному. Ему не нравилось видеть, как тонет его друг в каких-то непонятных чувствах. Как меняется чуть ли не до неузнаваемости при виде нахальной улыбки. — Это не влюблённость, не говори глупостей. Просто интерес. — Который неожиданно возник впервые за всю твою жизнь? — Со всеми может случиться. И вообще, не стоит ли тебе идти по своим делам? — И то верно. А то ещё заражусь этой неизвестной болячкой. Синчэнь тихо рассмеялся, но потом всё же покачал головой. Ну что ещё за глупости. Понял, что это совсем не глупости, он позже, когда вместо того, чтобы вернуть Яна на его этаж, позволил ему уснуть в своём кабинете, а в другой раз счастливо улыбался, когда тот влетел и сообщил о том, что может оставаться в одиночестве уже на целых два часа. И когда жарко целовал его, прижав к своему рабочему столу. Нет, то, что происходило между ними двумя — это совсем не глупости. «Это судьба», — как сказала Баошань саньжэнь, когда увидела, как они незаметно для других, но не для неё, касаются рук друг друга, прощаясь на ночь у стойки регистрации. Она тогда улыбнулась и покачала головой, а Сяо, услышавший её, неожиданно понял, из-за кого он должен был остаться всего лишь заведующим отделением.