Клиника

Если честно, то он действительно не знал, что ему теперь делать. Судьба раскрыла перед ним все карты, и Синчэню почему-то показалось, что теперь у него есть выбор: пойти ей навстречу или продолжить настаивать на своём, пока не стало слишком поздно. Второе было глупо, особенно потому, что Ян ему уже успел действительно понравиться. Но оно же и было очень много лет желанно. Он чувствовал, что ему нужно подумать. На целую неделю дверь его кабинета оказалась закрыта для одного наглого пациента с третьего этажа. Первую оплеуху он получил от лечащего врача этого пациента, как только вернулся на работу после своего кратковременного отпуска. Сун Лань не зря пугал его этим человеком, ох не зря. Выглядел Мэн Яо очень грозно и, кажется, действительно готов был покусать, пусть у него и не было таких очаровательных клычков, как у Сюэ. – Какого чёрта ты творишь? – доброжелательностью этот врач не отличался. – Мы, кажется, не знакомы лично. Я… – Я знаю кто ты. А я – лечащий врач Сюэ Яна, если ты ещё не знаешь. Ты какого чёрта с ним делаешь? Одно дело я ему говорю, что нельзя только к одному человеку ходить, что нельзя привязываться, что сейчас не время, но у него в одно ухо влетело, а в другое вылетело. А другое дело ты – взрослый человек. Врач. Ну хоть каплю ума иметь в голове надо. – Я не отвечаю за чужие привязанности, – Сяо нахмурился. – Зато ты отвечаешь за свою пропажу. Ты знаешь, что у него фобия. Ты знаешь даже какая фобия. Ты мог даже догадаться, что неожиданная пропажа близкого человека воспринимается через призму этой фобии максимально дерьмово. И что ты сделал? Свалил. – У меня был отпуск в связи с некоторыми обстоятельствами. – Замечательно. А Яну ты об этом сказать забыл? Чтобы он не приходил каждый день дёргать ручку двери, а потом не возвращался на наш этаж чуть ли не в истерике. – Нас ничего не связывало кроме разговоров, – самому так кривить душой было неприятно, но и раскрываться перед незнакомым человеком… – Я не думаю, что обязан отчитываться перед ним. Да, симпатия имеет место быть, но мы не пара, чтобы знать друг о друге всё. – Если бы он был нормальным человеком, – Мэн Яо наконец взял себя в руки и заговорил спокойнее. – Твои слова были бы логичны. Но у него фобия. Ему сейчас нельзя лезть в эти американские горки. Ты оттолкнул его. Проси Вселенную, чтобы он не запомнил это на всю жизнь. Он боится одиночества, а ты ему закрытую дверь оставил. – Он мог бы пойти к кому-то другому. – Мог бы. Если бы ты сам не разрешил ему до этого приходить к тебе, чтобы не мучить других и не мучиться самому. – И что теперь? – Синчэнь выдохнул. Он начинал осознавать все масштабы своей ошибки. Очень большой ошибки. – Да ничего, – собеседник плечами пожал. – Усиленная терапия. Много таблеток. И мы совсем не выпускаем его с этажа. А тебе к нам доступ закрыт, если только ты не по врачебному вопросу. – То есть, я больше не могу с ним увидеться? – К счастью, нет. У Мэн Яо зазвонил телефон, заставивший его кивнуть в знак окончания разговора и пойти по направлению к лестнице, отвечая на звонок. А Сяо, которого застали врасплох у собственного кабинета, провёл рукой по ручке двери и неожиданно заметил рядом с ней следы, словно в неё когда-то усердно скреблись. На одно мгновение отчаяние накрыло его с головой.

✕✕✕

– То есть, ты либо становишься главврачом, либо связываешь себя с этим мальчишкой? – Сун Лань ещё раз посмотрел на свой чай, подумав о том, не капнуть ли в тот немного валерианы. – Как-то так, – Синчэнь кивнул. – Но не совсем. Она сказала, что из-за него мне им не быть. Буду ли я главврачом, если от него откажусь, это другой вопрос. – А может, наставница ошиблась? Может это можно как-то совместить? – Ты прекрасно знаешь, что она никогда не ошибается. – А ещё она никогда не договаривает. Поговори с ней ещё раз. Вы тему с судьбой давно обсуждали, может что-то успело измениться? Не думаю, что она прогонит тебя. Удивительно, но несмотря на многое наставница к тебе достаточно благосклонна. – Не уверен, что это что-то даст, если честно, – Сяо покачал головой, хотя мысленно отметил, что идея достаточно разумна. – Но я подумаю. Спасибо. Это важно для меня. – Да пока что не за что. Ты знаешь, что я в любую минуту готов помочь тебе, – сказать сказал, а сам вновь подумал о валериане, вспоминая, сколько же у него осталось пузырьков. Как жаль, что он не обладает таким даосским спокойствием, каким славится его друг. Впрочем, того тоже нельзя было назвать сейчас спокойным. Нет, всё же судьба — это очень коварная штука.

✕✕✕

– Давно ты ко мне не заходил, – Баошань саньжэнь мягко улыбнулась вошедшему в её кабинет Синчэню. – Присаживайся. Наслышана я о том, что ты успел натворить. Хотя вроде умный мальчик, а всё же мальчик. Жаль, что я часто забываю об этом. – Здравствуйте, наставница. Вероятно, вы уже знаете, что я хочу спросить. – Конечно. Тут даже гадать не нужно. Хочешь спросить, можно ли тебе быть главврачом и при этом заботиться о том мальчишке с третьего этажа. Уже знаешь ведь, что это он тебе предначертан судьбой? – Да, наставница, – Сяо выдохнул. Перед этой женщиной он всегда испытывал уважение и некий трепет, словно перед высшим существом. – Я знаю, что мы с ним связаны незримыми линиями. И, вероятно, я согласен на это. – Вероятно? – на губы Баошань легла тень усмешки. – Он нравится мне, – опустил голову. Нет, перед наставницей совершенно невозможно ничего утаить. – Но люди… Я хочу им помогать. – Дорогой мой мальчик. А разве я сказала, что ты не сможешь помогать людям, если примешь судьбу? Сможешь. – Но должность главврача… Я всегда думал, что это даст мне больше возможностей для этого. – В этом ты прав. Знаешь, я утаила от тебя кое-что и, вероятно, в этом моя большая вина. Из-за этого я виновата в том, что происходит. Ведь сказала, что не быть тебе главврачом, но это не так. – Не так? – Синчэнь оживился. – Не перебивай. Ты можешь стать главврачом. Ты волен делать всё, что хочешь. Но скажи мне, что в последние дни занимает твои мысли? – Моя судьба, наставница. – А если конкретнее? – она смотрела с интересом. – Сюэ Ян. Я предал его. Я усугубил его состояние. И теперь даже не могу увидеть его. Я не хотел поступать с ним так. Он не виноват в том, что так повлияет на мою судьбу. Он… – Достаточно, мой мальчик, – Баошань повела рукой, останавливая чужую речь. – Разве тебе самому уже не всё ясно? Какой из тебя главврач, если у тебя все мысли об этом мальчишке? – Но настанет время и… – И они всё ещё будут у тебя. Он излечится от фобии, но думать меньше о нём ты не перестанешь. Вы привыкните друг к другу за годы сожительства, но ты всё равно не перестанешь о нём думать, – она улыбнулась. – Главврач думает только о других. Он отдаёт им себя всецело. Но у тебя так не выйдет. Перестань мучать мальчика, позволь свершиться предначертанному. – Но разве это равноценно? Променять такую заботу о других на заботу об одном человеке? – И всё же ты ещё такой мальчишка, – Баошань саньжэнь покачала головой. – Нет, это неравноценно. Но иметь человека, на который можно променять весь мир — это высшее благо. Не многие этого заслуживают. Тебе досталось сокровище, величайший подарок. Конечно, если очень хочется, ты можешь попробовать одновременно и быть главврачом и налаживать отношения с мальчишкой. Скажем... Я дам тебе неделю. Ненадолго отойду от дел, а ты попробуешь всё успеть. Как тебе такой вариант? – Но разве это возможно? – Вполне. Тебе немного поможет мой секретарь, к тому же, я всегда буду на связи. В остальном же твоих компетенций более чем достаточно. Ты долго к этому шёл. Остальным скажу, что у тебя испытательный срок на должность моего зама. Или ио, на случай чрезвычайных ситуаций. У меня достаточно полномочий, чтобы на некоторое время дать тебе побыть в моём кресле. – И если я справлюсь, то тогда мне можно будет изменить свою судьбу? – Ты в любой момент можешь её изменить, но так ли оно тебе надо? Впрочем, тебе ещё стоит подумать об этом. А пока можешь быть свободен. Я вызову тебя позже, когда надо будет объяснить детали. – Спасибо, наставница. – Удачи, мой мальчик. Выйдя из кабинета Синчэнь наконец улыбнулся. Пока что на его мечте не поставлен крест. Он даже может попробовать осуществить её. Сейчас всё будет зависеть только от него.