Roulette

      Гитарист достал откуда-то несколько роксов и со звоном стекла поставил их на стол. — Я смотрю, вы часто тут пьёте, да? Раз тут припрятаны такие красивые роксы. — спросила парней Ева. — Да, частенько! — с улыбкой ответил Эрик — парень с темными волосами, достающими до его плеч. — А ты у нас тоже любишь выпить, да? Наш человек. — парень улыбнулся ещё шире. — Самую малость. — девушка ухмыльнулась. — Вы сегодня какие-то другие. — девушка высказала своё наблюдение. — Просто мы не любим, когда кто-то без предупреждения что-то делает, а мы оказываемся в этом замешаны. — с присущей ему хмуростью сказал Эллиот. — Ты хочешь сказать, что вам вчера не понравилось, что я пела вместе с вами? — удивлённо-возмущённо спросила девушка. — Нет, я уже сказал. — ответил парень. — Ох, Эллиот хочет сказать, что мы любим, когда все наши дела идут по плану. Он не имел ввиду, что ты нам не нравишься. — вступил в диалог Энди. — Эл, ты же не против, если я буду называть тебя так? — спросила Ева и не дожидаясь ответа продолжила — Ты в курсе, что этот клуб создан специально для знакомства музыкантов, чтобы абсолютно незнакомые друг другу люди выходили на сцену и начинали вместе играть музыку? Там так каждый вечер. Так что я не вижу причин для твоей агрессии. — Мы там были в первый раз. Да и потом, наша группа не нуждалась в ком-либо, нас просто пригласили выступить. — всё так же грубо отвечал парень. — Эл, что же ты так нелюбезен с Евой? — ярко выделяя сокращение имени парня сказал Рэйк. — Я веду себя так же, как и всегда. — ответил барабанщик.       Эрик открыл первую бутылку алкоголя «Егерьмейстер» и налил каждому примерно пол рокса. Девушка начала вытаскивать банки RedBull'a, сразу открыв две штуки. — Зачем ты открыла две? Одной же пока хватит. — спросил импровизированный бармен. — Я одну себе открыла, что бы просто так пить, а не мешать егерьбомб. — Ева начала смешивать компоненты коктейля. — Сердце от таких приколов не остановится? — спросил Рэйк. — Не, не остановится. Лучше всё-таки расскажите, как вы нашли друг друга и начали вместе играть? Даже если это и не самая веселая история, мне всё равно крайне любопытно. — сказала девушка, подняв руки в защитном жесте. — Ну, раз уж тебе это не даёт покоя сейчас расскажу. — ответил Рэйк. — Только сначала нужно выпить хоть один рокс. А ты нам расскажешь, как пришла к музыке? — Ну, это тоже не самая клёвая и весёлая стори, но раз уж ты спросил… Меня отправили в музыкальную школу, а я ее терпеть не могла — там мы всегда играли какое-то старперское говно, на нас орали и чуть ли не били за малейшие ошибки. Но зато я там лучше всех играла и писала сразу несколько контрольных работ по сольфеджио — для себя и подружек. До сих пор горжусь, если что. — девушка наигранно гордо улыбнулась своим словам. — Кароч, я ненавидела это сраное место. Но потом я переехала к своему деду, а он был фанатом музыки до мозга костей. Всегда такой весёлый, готов был в любую секунду сорваться куда угодно, всегда шутил — охуенный был мужик. Он всю жизнь провел с трубой в руке, только перед смертью выпустил её. Он сначала сам мне играл, потом включал самые разные пластинки на таком старом, потёртом граммофоне. Начал водить меня на всякие джазовые концерты. Рассказывал мне, как цеплял девочек разных с помощью музыки. После всего этого я поменяла свое мнение о музыке, начала опять заниматься, кстати забыла сказать — играла я на саксофоне. В скором времени мы начали вместе играть. Знаете, это были самые лучшие дни в моей жизни. Тогда я действительно была счастливой. Но потом… Потом дед умер и с того дня я в руки саксофон не брала. Не могу — без него не могу. — девушка сидела абсолютно спокойно, можно даже сказать без эмоций. — А вы как стали группой? — спросила Ева с энтузиазмом.       Все как раз допили первую порцию напитка. — Грустно. — оценил краткий рассказ сероглазый. — У нас тоже всё не радужно. Мы все дружили с детства. Из нас даже никто не помнит, как мы познакомились. Естественно, у нас были одинаковые интересы, вкусы и взгляды, потому что мы ни с кем больше не общались, только наша четверка. Все наши родители дружили, всегда ходили друг к другу в гости и все праздники мы справляли огромной компанией семей. Все наши родители были музыкантами. Постоянно играли вместе. У них даже было отдельное помещение, где все они хранили свои инструменты. Как-то раз все наши собрались на какой-то праздник, устроили на заднем дворе дома целую кухню — стояли столы с овощами и фруктами, которые резали наши мамы, пару грилей, за которые была ответственна мужская часть — такое забавное разделение труда. А нас, мелких, отправили в какой-то магазин — чего-то не хватало. Мы ушли, загулялись на лишних пол часа, а когда вернулись — уже никого не было. Дом сгорел. Они сгорели. Мои бабушка и дедушка оформили опеку над всеми нами, и мы переехали в сюда, к ним. Все, что нам удалось с собой забрать — инструменты родителей. — закончил Рэйк.       Девушка начала хихикать. Сначала её не поняли, а затем начали потихоньку возмущаться, но девушка заговорила, опережая никому ненужные стычки: — Я смотрю, что нет ни одного нормального творца. У всех в жизни был какой-то пиздец, через который они прошли, а боль стала проводником в мир творчества. — девушка между слов продолжала посмеиваться. — Мы все просто кучка калек, ищущих утешение в музыке… — и тут до всех дошло, в чем причина такой странной реакции Евы на рассказ. Она взяла бутылку и налила себе ещё одну порцию. — Кто-нибудь ещё будет? А то я точно буду. — в ответ парни кивнули.

***

      Захлопнув ночью за собой дверь в квартиру девушка медленно по ней скатилась. У неё была истерика — сначала домогательства, а ведь у неё с этим психологические проблемы. Ева не могла даже обниматься с противоположным полом в знак приветствия. Плюс ещё нахлынувшие воспоминания, бессонная ночь и отсутствие какого-либо питания кроме кофеина и алкоголя уже третий день — всё это сказалось на состоянии девушки, как физическом, так и моральном. Ева сидела у входа в квартиру, схватив свою голову руками и пропустив между пальцами свои волосы в попытке сдержать громкие рыдания, ведь вопросы от соседей ей были не нужны. Ева выпускала все свои эмоции, накопленные за последнее время, потому что днём, при ком-либо она не позволяла себе открываться и показывать свои чувства. Горячие слезы лились ручьем, захватывая с собой тушь. Шатенка так и заснула на грязном полу, не заметив этого.

***

      Телефон девушки разрывался от настойчивых и непрекращающихся звонков — Да ну что такоеее.? — промычала севшим голосом Ева. — Что от меня опять надо в такую рань? — девушка подняла телефон и ответила на одиннадцатый звонок. — Да? — Да где тебя носит? Пунктуальность и это не твоё, да? — гневно разорялся парень. — Что? — не поняла Ева. — Да ты издеваешься! У нас репетиция, мы тебя уже час с хером ждём! Концерт скоро, алло!       До девушки начало доходить, о чем говорит парень: — Дерьмо! Скоро буду! — Ева сбросила звонок и посмотрела на время. — Да ёп твою! — девушка подскочила, у неё сразу же закружилась голова, но она не обратила на это внимания и побежала собираться. Она носилась из одной части квартиры в другую, быстро собирая свою одежду и вещи. — Ни одного нормального и спокойного дня в твоей жизни, Ева! — крикнула сама себе шатенка. Она схватила наушники и очередную банку энергетика и выскочила на улицу. Ева опять очень мало спала и пропустила, в очередной раз, приём пищи.       Примерно через пол часа она уже подбегала к нужному ей зданию. Когда поднялась она выкинула уже пустую банку в урну и прошла в комнату, заметив недовольных парней, ожидающих её уже полтора часа. Они успели настроиться, разыграться и отрепетировать несколько песен: — Опять плохо выглядишь. — констатировал Эллиот. — Ну, у меня хотя бы лицо не перекошенное от всратого недовольства. — отдышавшись от бега ответила барабанщику вокалистка. Они кинули друг на друга по гневному взгляду.       Если отношения с другими участниками группы потеплели, то с Эллиотом всё становилось хуже с каждым диалогом.       Группа прошла в репетиционную комнату и начала заниматься уже вместе с девушкой.

***

      Стоя на сцене вся группа завороженно смотрела в зал, разразившийся аплодисментами и свистом. Участники смотрели друг на друга и улыбались, понимая, что это именно то, к чему они стремились. Пусть зал был не таким большим, как хотелось бы, но отдача публики была нереальной — народ выкрикивал имена парней, свистел и кричал от эмоций, подаренных выступлением. Из разных концов зала донёсся один и тот же вопрос — как же зовут девушку. Рэйк взял её за руку подошёл вместе с ней к микрофону: — Ева! Её зовут Ева и теперь она вместе с нами! — прокричал парень в микрофон.       Зал начал скандировать имя девушки. Рэйк поднял её руку так, как рефери поднимают руки победивших бойцов. Ева не могла поверить, что это происходит сейчас с ней. Да, она часто выступала в «Душе», но таких выступлений у неё ещё не было.       Группа сошла со сцены и пошла сидеть в бар, отмечая их первое (не считая незапланированного) выступление. — Это. Было. Просто. Охуенно. — выделяя каждого слово произнес голубоглазый басист. — Забавно, что все так быстро получилось. Ещё пару дней назад я не была с вами всеми знакома, а тут мы уже вместе выступаем. — поддержала Ева. — Мне кажется, что это ненадолго. — кинул Эллиот. — Вот тебе всегда нужно встрять со своим говном? — возмутился Эрик. — Что тебе девочка сделала, м? — Да не нравится она мне! Какого чёрта она к нам присосалась! Нам и раньше было заебись, а теперь вот эта… — Эллиот взбесился — Эта дура вместе с нами! — парень никак не унимался — Так ещё проблемы себе находит, а ты спасай её! — Знаешь, ты мне тоже не нравишься. Только я почему-то просто стараюсь не выходить с тобой на конфликт — пока говно не трогаешь, оно не воняет. А ты, как я понимаю, когда вы разговаривали со Стоуном согласился, чтобы я присоединилась к вам. Да и спасать вы меня не обязаны, я вас ни о чём не просила. Так что иди-ка ты нахер! — девушка вскочила и поспешила на выход. — Заебись. Красавчик. Так и надо. — саркастично отчеканил Эрик. — Да сука… — протянул Рэйк. — нам же нельзя с ней сраться, забыл? Пойду догоню её.       Парень вышел на улицу и увидел, как его напарница прикуривает сигарету. — И какого хера ты делаешь? — разозлился певец. — А тебя ебёт, что я делаю? — взбунтовалась девушка. — Я достаточно самостоятельна и могу делать то, что хочу.       Рэйк подошёл близко к девушке и вырвал сигарету у неё из рук, затем кинул и затушил её ногой. — Пока ты поёшь с нами в группе про сигареты можешь забыть! Нам прокуренные и хриплые женские голоса не нужны! — рыкнул парень. — Я так смотрю, что вам любые женские голоса не нужны! — исподлобья кинула Ева. — Да Господи… Так. Давай начнем сначала — Эллиоту никто не нравится, он со всеми груб и необходителен, но он такой с детства. Ему не нравится, когда кто-то влезает к нам, ведь он думает, что это может расколоть нас. Да и потом, жизнь у него не сладкая и его можно понять. Ты же тоже неспроста такая острая на язык. — Разве я сделала ему что-то плохое? Или я пытаюсь рассорить вас? — девушка в непонимании свела брови. — Нет, нет. Просто, дай ему немного времени привыкнуть. Договорились?       Девушка постояла задумчиво с минуту и ответила: — Ладно, но слишком долго я глотать такое не буду. — девушка отвела глаза в сторону.       Рэйк приобнял девушку за плечи и уже хотел было повести её обратно в заведение, но она слишком резко скинула руку парня и отошла на пару шагов от него: — Не надо, я ценю личное пространство. — как-то слишком странно произнесла шатенка.       Парень посмотрел на Еву глубоким, пронзающим взглядом и спросил: — Вернёмся? — Да, пойдём.