Roulette

            В репетициях, концертах, барах, редких посещениях занятий и конечно же в работе прошли почти две недели жизни Евы. Девушка была вся в заботах и делах, но так она чувствовала себя лучше. Она позабыла о своих проблемах, с которыми долго не могла смириться, когда оставалась наедине с собой. Только сейчас Ева начала понимать смысл комбинации слов: «Движение — это жизнь». Она веселилась, занималась своим любимым делом, и бытовые, и психологические, и физические проблемы отходили на второй план.

***

      Через шторы пробирались маленькие лучи солнца. Сначала они грели щеки спящей девушки, но в скором времени перебрались на глаза Еве, разбудив её.       Девушка неохотно раскрыла свои глаза. Она чувствовала усталость и голод, перерастающий в тошноту. Ева медленно прошла в кухню, налила в чайник купленной воды и стала распаковывать лапшу быстрого приготовления. Такая быстрая и дешёвая еда была основным рационом певицы — для её темпа жизни это было очень удобно.       Доев свой завтрак девушка отправилась в душ. Как всегда, она сделала температуру воды прохладной — так намного проще просыпаться. Выйдя из ванной комнаты и одевшись Ева вернулась на кухню, в надежде, что у неё осталась хотя бы последняя баночка энергетического напитка, но не обнаружив такой, девушка расстроилась. Кофе у неё закончился ещё вчера, а денег на новые любые формы кофеина у вокалистки больше не было.       Опечаленная Ева села краситься. Её макияж, как обычно, был в темных оттенках, которые так ей шли. После тридцати минут с просиживания с косметикой в руках девушка-музыкант взяла свою любимую гитару «Schecter Revenger» черного матового цвета и отправилась на работу.

***

      Открыв дверь магазина Ева удивилась, увидев своего сменщика: — Дэйв? Доброе утро. — Ах, Ева! Привет! — ответил молодой человек. — Ты вчера что-то забыл? — спросила синеглазая. — Нет. Я теперь работаю шесть дней в неделю, а ты только по воскресеньям. — парень едко улыбался — Что?! А у меня никто не хотел спросить?! — Ну прости, мне нужно больше средств на жизнь, а с руководством я уже договорился. — Да пошёл ты! Мне кажется, что ты настолько убогий, что тебе ничего уже не надо. — девушка пребывала в агрессивном состоянии. — Ну прости, куколка! Это жизнь! Если ты подохнешь, это будет ярким примером естественного отбора. — Твоё кривое лицо с растопыренными ушами и неспособность найти пассию — вот яркий пример естественного отбора. — Иди к чёрту, сучка! — выкрикнул в ответ Дэйв. Справедливости ради, он действительно был уродлив.

***

      Медленно выйдя из магазина девушка с тихой грустью побрела домой. Из-за большого количества пропусков на учёбе ей угрожают лишением стипендии, а теперь ещё работы в два раза меньше. Единственной надеждой, призрачной, но надеждой девушки оставалась возможность подписания контракта, возникшего из-под земли. Еве до сих пор казалось всё это странным, ведь ей так быстро предложили и участие в группе и контракт… Но шатенка предпочитала отгонять негативные мысли подальше. Очень часто она руководствовалась фразой: «Дают — бери.» и редко отказывалась от каких-либо возможностей и предложений.       Было ли это совпадением или нет, но как только девушка начала думать о группе раздался звонок: — Привет, Золотко! — как всегда раздался наглый голос Рэйка. — Фу, какой же ты противный. — своеобразно поприветствовала его Ева. — А ты как всегда — милая. — ирония чувствовалась через динамик. — Мистер Стоун хочет поговорить с нами, подъехать сможешь? — Да, теперь каждый день, кроме воскресенья у меня свободен. Скоро буду. — разговор на этом закончился.       Спустя десять минут девушка стояла на остановке полностью поглощённая своими раздумьями. К этому времени небо плотно закрылось тучами, словно одеялом, а глаза девушки без яркого света были более серыми.

***

      Ева открыла дверь в уже полюбившуюся студию звукозаписи. В помещении все сидели в ожидании девушки, даже мистер Оливер. — Всем привет! — напарница Рэйка обвела глазами всех присутствующих. — Предлагаю приступить сразу к делу. Вот, смотрите! — Оливер вытащил из своего дипломата стопку бумаг и положил на стол. — Тут шесть договоров — пять для каждого участника лично и один для всей группы. Прочитайте все внимательно, если с чем-то не согласны, то мы можем всё обсудить и внести корректировки. — Стоун добродушно посмотрел на группу. — Что? Мы уже подписываем контракт? — Ева была слегка удивлена. — Не рано? — Мы же договаривались, что если всё будет хорошо, и что если всех и всё устраивает, то через две недели мы подписываемся. — раздражённо сказал барабанщик. — Совсем во времени потерялась?       Девушка уже была готова ответить, но в последний момент передумала и решила, что при Оливере не стоит начинать перепалку и тактично промолчала.       Спустя несколько минут все подписи были на месте. Теперь группа была официально в составе лейбла. — Ну вот и всё! — радостно подытожил мужчина. — Теперь начинается абсолютно новая глава в вашей жизни! — по нему было видно, насколько он рад. — Я, пожалуй, оставлю вас. Думаю, у вас без меня есть о чём поговорить. — Стоун вышел из комнаты. — Ну что, мне кажется, что пришло наконец-таки время придумать название. — спокойно сказал Энди. — А мы же уже подписали контракты… — сказала чуть поникшим голосом девушка. — Название-то ещё в контракт не вписано, тупица мелкая. — улыбнулся Эрик. — пока тебя не было, нам сказали, что у нас есть немного времени, что бы придумать, как мы хотим называться. — А, это так работает? Понятненько. — Еву отпустило. — Слышь, сам ты тупица! — Долго же до тебя доходило! — посмеялся Эрик. — Да иди ты! — девушка тепло улыбнулась парню. — Может возьмём что-нибудь из скандинавской мифологии? Вы же с севера. — А ты нет. — буркнул Эллиот. — А ты уверен? — ответила ему шатенка. — Что ты предлагаешь? — вступил в разговор Рэйк. — Ну, не знаю… Может «Нифльхейм»? — Земля льдов и туманов? Как-то скучно. — вариант не понравился Энди. — Это, насколько я помню, греческая богиня, но почему бы и нет? «Clean Psiheya». Психея — богиня души. — предложил Эрик. — Чистая богиня души это конечно поэтично, но нужно что-то более агрессивное. — сказал фронтмен. — Хм… — Ева задумалась, так же, как и другие парни. — А может «Настронд»? Это берег мёртвых, на котором змеи пожирают души грешников? Мне кажется, что это достаточно агрессивно. — Звучит неплохо, мне нравится. — сказал Рэйк, а затем и все остальные согласились.       Девушка взяла листок и ручки со стола, а затем, сделала надпись и показала её парням: «NÁSTRÖND». — Да, отлично. — сказал Энди. — Вам как? — спросил он у остальных участников группы. Все ответили положительно, даже вечно недовольный Эллиот.

***

      После нескольких часов репетиций компания начала расходиться по домам. Все собирали свои вещи и прощались, поочерёдно выходя из студии.       Ева закрыла кофр, положив в него гитару. Она повесила его на плечо и уже хотела было уйти, но тут её остановил Рэйк: — Ева! Постой! — крикнул ей в спину парень и девушка обернулась: — Что-то хотел? «Золотко»? — девушка дразнила Рэйка. — Ахахах, да — хотел! — певец посмеялся в ответ напарнице. — Может я тебя провожу? Зная твою любовь встревать во всякое говно, не думаю, что это будет лишним. — Да, действительно хорошая идея. Знаешь, когда я в последний раз попадала в настоящее дерьмо? Тогда, когда вы меня к себе в группу пригласили. — девушка хитро улыбалась. — Это «Нет», или «Да»? — Воспринимай как хочешь. — безразлично ответила Ева. — Тогда идём. Давай я понесу твою гитару. — не спрашивал, а утверждал Рэйк и снял гитару с плеча шатенки. — Эй! Я и сама могу понести свою гитару! — возмутилась она. — Знаю я, знаю. — сказал парень и открыл дверь, пропуская Еву, но не отдавая ей инструмент.

***

      Пара людей молча шла вдоль темных улиц. Парень то и дело поглядывал на спутницу, выгадывая момент получше для прервания тишины, но девушка гордо шла прямо, смотря вперёд. А парень не догадывался, что каждый брошенный взгляд не остался незамеченным. — Слушай. — всё-таки решился парень. — Почему ты себя так странно ведёшь? — Что? В смысле? — Ну знаешь, ты всегда держишься на расстоянии, со всеми жёстко разговариваешь, до тебя нельзя дотронуться даже в дружеском жесте. Неужели мы такие страшные и ты нас боишься? — Так заметно, да? А я-то думала, что смогла перебороть в себе всё. Если хочешь, то можешь зайти ко мне домой и я расскажу одну стори. Но не думаю, что тебе такое интересно. Да и хата моя больше похожа на обрыганные руины, а не жильё. — Да, я зайду. — отчеканил Рэйк.

***

      Рэйк, по указаниям девушки прошел на кухню не снимая обувь. Парень со скрытой тоской осматривал интерьер квартиры Евы. Та, выйдя из какой-то комнаты положила на стол небольшой пакетик кексов: — Всё, что есть. Чай будешь? — Если не затруднит.       Ева открыла шкафчик, в котором обычно лежал чай, но именно сегодня его там не нашлось. — Вот чёрт! Прости, чай закончился, а больше ничего и нет… — девушка стыдливо подняла глаза на парня. — Ничего страшного — так тоже справимся. — прозвучал понимающий ответ.       Рэйк обходительно не спешил торопить шатенку с рассказом, так как понимал, что это будет не самая приятная тема для Евы, которая уже минут десять смотрела в окно, собираясь с мыслями. Парень просто молча ждал. — Мне было лет десять. Мать как обычно была в пьяном угаре. Она начала кричать на мне и злиться за что-то. Тогда я собралась на урок в музыкальную школу на пару часов раньше, чем нужно было — сидеть дома я просто не могла. Я дошла до школы, позвонила в домофон. Вахтёрша мне открыла, но стала задавать вопросы, почему же я так рано пришла. Мне пришлось соврать, что дома я заниматься не могу, потому что моя мама устала после работы и легла поспать, а я пришла заниматься сюда. Потом мне пришлось повторить ложь и для своего преподавателя по специальности*. Мне дали ключ от свободного кабинета и отправили туда заниматься одну, потому что у учителя был другой ребёнок. Учитель у меня был добрый и хороший. Приносил нам пазлы и планшет, что бы мы в перерывах отдыхали. Постоянно нам приносил всякие разные музыкальные плюшки (ну, то есть аппаратуру), лишь бы его уроки были нам интересны. Одним словом — любил детей. В тот день, спустя примерно час от моего занятия, он принёс мне пазл, и сказал, чтобы я отдохнула. Он разложил пазл на столе и усадил меня к себе на колени. Сначала всё было хорошо, но потом… Потом… Потом он перешёл все дозволенные границы, которые могли существовать между маленькой девочкой и взрослым мужчиной и… И… — девушка никак не могла сказать это страшное слово. Но вдруг Рэйк перебил её: — Я понял. — Спасибо. Такое повторилось ещё несколько раз, а потом, как я слышала, он переехал в какой-то другой город. Видимо побоялся, что я расскажу о случившемся, но рассказывать-то было некому. И я держала всё это в себе почти десять лет — я пообещала себе ещё тогда, в детстве, что никому ничего и никогда не расскажу. Уже в том возрасте я выкупила, что ни я никому не нужна, ни тем более мои проблемы. Почему я всё это вывалила на тебя? Понятия не имею. Может ты как-то можешь располагать к себе людей, причём магическим образом — просто я никогда никому в своей жизни не открывалась. Я привыкла, что быть одной, справляться самой, переживать что-то в соло — это гораздо проще, чем заводить какие бы ни было близкие отношения. — девушка не выглядела сильно обеспокоенной из-за рассказа, она говорила так же, как и всегда — уверенно смотрела собеседнику в глаза, с полным пониманием сказанных слов, без дрожи в голосе и слёз. А вот парень сидел в гневе — с каждым словом Евы его глаза чернели всё больше и больше, или быть может так только казалось… — Ева, я не могу представить, насколько тебе было тяжело в той ситуации. — Рэйк говорил медленно, выбирая каждое слово. — Теперь я могу понять, почему ты предпочитаешь держаться от всех на дистанции, но поверь мне, что ни я, ни кто угодно из группы ни в коем случае не желает тебе вреда. Мы все будем соблюдать расстояние, приемлемое для тебя, никто тебе больше и слова о твоём поведении не скажет. Только поверь, хорошо? Поверь, что мы все действительно положительно к тебе относимся, несмотря на все едкие высказывания Эллиота (на самом деле он хороший), никто не собирался и не собирается нарушать твои границы. Хорошо? Ты мне веришь? — парень смотрел на неё с сожалением и надеждой. — И да, я никому не расскажу то, что услышал сегодня. Даю тебе слово. — Хорошо, я… Я верю тебе, Рэйк. — ответила ему Ева. — Только прошу, не надо меня жалеть — это очень противное и разрушительное чувство. Я постараюсь контролировать себя и не отлетать от вас, как ошпаренная. Это действительно очень странно выглядит. — Не переживай об этом. — Спасибо тебе, Рэйк. Если честно, то мне впервые стало легче. — Тебе спасибо за доверие, Золотко. — парень приподнял один уголок своих губ. Девушка ему улыбнулась в ответ.       Два творца сидели на кухне до глубокой ночи, обсуждая всевозможные темы. Спектр затронутых вопросов был крайне широким. Не зря говорят, что разговоры ночью на кухне — самые откровенные разговоры в жизни каждого.