Уберзлодей. Часть первая. Закат

Герой пожертвует тобой, чтобы спасти мир. Злодей пожертвует миром, чтобы спасти тебя.

Едва зайдя в командную рубку, Мегамозг оказался в мягких меховых объятиях Прислужника. Он вздрогнул, а потом расслабился. Ему очень не хватало этого. Прикосновения Прислужника безумно раздражали его после смерти Роксаны, но теперь, зажмурившись, он просто наслаждался и не находил тех неприятных ощущений. – Вы в порядке? – спросил Прислужник. – Я был в относительном порядке последние дни, почему мне не быть в полном порядке сейчас? – отплёвываясь от шерсти, пробурчал Мегамозг, делая вид, будто был недоволен, а потом всё-таки засмеялся. – Я в порядке, порядке, теперь я в порядке. Прислужник стиснул его сильнее. Он выглядел перевозбуждённым. Мегамозг попытался отпихнуть его, снова отплёвываясь от густой шерсти, и случайно задел лицом торчащий оголённый провод на его костюме. – Прислужник, привёл бы себя в порядок, у тебя всюду провода торчат! Что это за рухлядь? Где ты это раздобыл? – Это запасной костюм, сэр, из тех, что валялись на складе. Основной сейчас чистят умботы от вашего клея. Не волнуйтесь, костюм полностью функционален, когда я снова переоденусь, умботы проверят, где обнажилась проводка, но это вряд ли что-то серьёзное, я бы заметил. Мегамозг всё-таки выпутался из его объятий, пытаясь подцепить и соединить проводки, но Прислужник отстранился от него и резко стал серьёзным. – Мне казалось, я хорошо знаю вас, – тихо сказал он и взмахнул рукой в сторону экранов. – Не могу поверить, что вы не убили его, когда увидели всё это. – Убил бы, – ответил Мегамозг ровно, резко отступив и нахмурившись. – Роксана была у него в руках. Это отрезвляло. Только потому. – Это правильное решение, – вздохнул Прислужник. – Тяжёлое, но правильное. Герои не убивают. Если все обвинения будут доказаны, а его дело переведут под федеральную юрисдикцию, его всё равно будет ждать электрический стул, или что-то типа того... – Я больше не герой, Прислужник. Я не Защитник. Разумеется, я сам убью его. Прислужник широко открыл рот, а потом заметался в своём аквариуме. – Роксана не простит. – Она никогда не узнает. – У нас уже был этот разговор! – Это неважно! – Нет, важно! Она будет злиться, она будет бояться вас, вы никогда не сможете больше быть вместе, и вы снова сойдёте с ума! Мегамозг резко отвернулся. – Я думал, мы снова друзья. – Друзья не бросают друзей в беде и не позволяют им совершать ошибки. Мегамозг повернулся обратно и ткнул пальцем в стекло аквариума Прислужника. – Ошибкой было бы позволить этой падали жить дальше. К тому времени, как я убью его, Роксана уже будет знать всё, что он сделал, она увидит все документы и видеозаписи, на которых он будет со смехом признаваться в своих преступлениях. Когда мы с ним разговаривали... Я записал всё, что он мне рассказал. Он говорил о людях как об увлекательном конструкторе, который можно разбирать на кусочки и каждый кусочек использовать с выгодой. Отвратительно. Даже тысячи имён и фамилий живых людей, лично пущенных им на органы, достаточно, а ведь это малая часть его большого преступления. Стоит ли ей видеть список и последствия генетических экспериментов, все те видеозаписи людей, которым выжигали мозги по живому? Это не понадобится. Когда она узнает о его смерти, она вздохнёт с облегчением и скажет, что восторжествовала справедливость, и её никогда не будет интересовать вопрос, насколько болезненной, долгой и мучительной была эта смерть, и кто её устроил. И даже если однажды она всё равно узнает. Не изменится ничего. Я знаю её, Прислужник. Россо не тот человек, которого она будет жалеть. – Вы не должны быть убийцей. – Многое не должно было происходить. Нет, Прислужник, я не кровожадный монстр, который убивает только ради удовольствия. Я по-прежнему хочу справедливости. И ты прекрасно знаешь, что ни одна человеческая система суда не способна наказать Россо по справедливости за его преступления, потому что в рамках гуманности нет той меры, которая была бы достаточной для него. Я отдам его суду, но то, что не сделает правосудие, завершу сам. Не смей отговаривать меня, потому что я не хочу противостояния с тобой. А ты? – Я не буду вам противостоять, – горячо заверил Прислужник. – Никогда, сэр. Что бы ни случилось. Вы это знаете. Но мой долг сказать, что это плохая идея. Ужасная идея. – Я знаю, – согласился Мегамозг. – По твоему, у меня есть выбор? Я могу поступить иначе и жить спокойно? Убрать на дальнюю полку? Знать всё это и жить? Заставить себя не вспоминать? Прислужник отвёл взгляд. Мегамозг быстро переключил его внимание. – Теперь у нас много работы. Нужно арестовать их всех. Да, слишком много дел для одного супергероя, и слишком опасно, потому что на Россо работает слишком много людей и суперов. Даже несмотря на то, что в деле уже участвуют федералы. Поэтому это сделаю я. Я не возвращаюсь из отставки, я никогда больше не буду супергероем. Но их всех надо остановить. – Я... Конечно, мы остановим их! – Я остановлю их, – поправил Мегамозг. – Ты останешься здесь, с Роксаной. Прислужник резко выпрямился и сделал шаг вперёд. – Нет, – сказал он. – Да, – жёстко повторил Мегамозг. – У Россо одних только клонированных невидимок шестьдесят две единицы. Это всё Стэлс, ты помнишь этого парня? Впрочем, откуда. Мегамозг активировал большой экран и вывел на него подборку досье известных ему завербованных суперов. – Это Стэлс. Он же Ник Флинт. Наёмник, который несколько лет назад пропал без вести в Ираке. Официально погиб. Отличается от остальных невидимок тем, что в активной форме его тепловую сигнатуру практически невозможно отличить от обычных природных потоков тёплого воздуха. Ты его не увидишь. Я могу его увидеть только благодаря моему бионическому глазу с тепловизором и тому, что я подробно изучил, как именно выглядит тепловая сигнатура Стэлса, наблюдая за ним в действии, и то в половине случаев я ошибусь и приму за него какой-нибудь дымок. Обычно у его жертв такой возможности нет, и никто ещё не рассказал, какую форму они видели в тепловизорах перед смертью. Один Стэлс может наделать проблем. У Россо таких полноценный взвод. Я не знаю, чем он подкупил их всех. Это неважно, насколько мне известно, Стэлс просто псих, и если он не был полностью сумасшедшим до клонирования и промывки мозгов, у Россо есть парочка специалистов, способных довести его до нужной кондиции. Взвод сумасшедших убийц-наёмников, которые тащатся от количества власти и смертоносности в своих руках. Одних Стэлсов было бы достаточно, чтобы контролировать мир. Следующий слайд. Капитан Справедливость. – Капитан Справедливость погиб! – возразил Прислужник. – Капитан Справедливость клонирован, и скоро подоспеют ещё несколько, потому что Россо рассчитывает уничтожить очередного в ближайшее время. Кэп не полностью ему подконтролен, но у Россо есть винтики для управления. Он всё-таки сенатор штата и работает с кэпом от имени правительства. К сожалению, кэп ему верит. На месте Россо, я бы не стал ввязывать его сейчас, потому что им действительно трудно управлять. Но не брать в расчёт его мы не можем. Видящий. Быстрый. Сильный. Я слежу за ним, чтобы не позволить подобраться слишком близко, и могу нейтрализовать. Но предпочёл бы этого не делать. Мегамозг переключил слайд. – Теперь группа официальной охраны. Все сверхсильные, один сверхбыстрый. Девять человек. Следующий, Меняющий Обличье. Да, тот самый. Я полагаю, сегодня на складах обнаружен труп его клона. Они вряд ли заморачивались с копированием памяти, потому что Меняющий Обличье точно ещё нужен Россо для выполнения его грязной работёнки — шпионаж и шантаж. На месте Россо я бы не стал убивать его просто для достоверного прикрытия, если есть более выгодные способы имитации. Поэтому списывать его мы не будем. Это Электрический Джо. Прыгун. Лава. В принципе, на эту мелочь я не стал заморачиваться с отдельными слайдами. Они бесполезны. Я так понимаю, они нужны Россо скорее для полноты коллекции, потому что ни один из них не дотягивает до боевой единицы. Эдакие декоративные собачки для поднятия престижа в глазах публики. Но даже декоративные собачки могут доставить хлопот. Мегамозг ещё раз переключил слайд. – Ну и конечно, гвоздь программы, мисс Джессика Мерфи. Так же известная в узких кругах как Скоростная Джесси. Если ты думаешь, что только со Стэлсами будут проблемы, ты ошибаешься. Джесси психопатка в буквальном смысле, она сумасшедшая, она конченная. И она самая быстрая из всех официально существующих на сегодняшний момент суперов. Чтобы тебе было понятней: теоретически, она уступает в скорости только Мачомену, поскольку не умеет останавливать момент. Соответственно, сила её ударов может быть сокрушительной. Опытный медик и бывшая военная наёмница, она прекрасно знает, как быстро убивать. Она получает от этого настоящее удовольствие. Ты не успеешь моргнуть, а она уже сделает всё, что посчитает нужным, и больше. Это только часть охраны и его наёмников, состоящая из суперов. Следующий слайд запустил бесконечное мелькание множества лиц. – А это обычные люди без сверхспособностей. Медики, учёные, персонал. В том числе рядовая охрана для рутины и военные наёмники. Их гораздо, гораздо больше. Каждый может быть потенциально опасен. Арестовать нужно многих, многих из них. Я хочу, чтобы потрошители дошли до суда, чтобы суд был громким. Мне нужна международная шумиха. Слишком многое на кону. Сейчас мой человек в полиции и Б-3 объясняют мой план федералам, он уже передал часть данных. Кроме федералов нам не на кого положиться, вся полиция Метросити давно под Россо. Они всё ещё надеются это замять. Не получится. За Россо я приду лично, как только ФБР начнёт задержания в Департаменте. Это будет самый громкий арест в истории. Россо не отделается малой кровью и не умрёт быстро и безболезненно. Нет. Для начала он испугается до смерти. Мегамозг выключил презентацию. Прислужник выглядел ошеломлённым. – Есть ещё вопросы? Прислужник отрицательно качнул головой. Мегамозг обошёл его и встал прямо напротив экранов. Ему не пришлось стучать пальцами по кнопкам, чтобы высветить пустой кабинет Россо. – Где он? Мегамозг пролистал вкладки с видеонаблюдением за всеми доступными помещениями Метро-Медикал, а потом недовольно скривился. – Хорошо, где Джесси? – вслух спросил он, набирая команду отслеживания внедрённых ей наноботов. – Номер Б-1, отследи для меня перемещение Россо с момента его последней фиксации в кабинете и до момента, как он окончательно пропал с камер. – Камеры вне Метро-Медикал не оборудованы записывающими устройствами. – Подними его расписание, звонки, переписки и деловые встречи. – Старший Медицинский Колледж Мичигана, – сообщил Б-1 почти одновременно с тем, как Мегамозг запеленговал Джесси в районе этого колледжа. – Там есть видеонаблюдение? Взломайте мне видеонаблюдение, дайте картинку. Что он там делает? – По его расписанию у него там ежегодная речь для выпускников, сэр, по плану мы должны были задержать его перед этим до того, как он покинет офис, – равнодушно пояснил Б-1. – Он так же вручает лучшим выпускникам контракт на работу в Метро-Медикал. Мероприятие продлится ещё как минимум полтора часа. Они начали пятнадцать минут назад, предсказать длительность нахождения на месте объекта невозможно. – Почему Джесси не с ним? Мегамозг открыл одновременно два окна — запись трансляции какого-то телеканала, снимавшего выпускной, и камеру наблюдения с парковки, где ошивалась Джесси возле двух больших фургонов Метро-Медикал. – Что в фургонах? – Шпионские дроны в пути, – отрапортавал Б-1, хотя Мегамозг сам направил группу дронов. – Улучши качество картинки, зафиксируй её губы, дай расшифровку. Подключитесь ко всем доступным камерам, мне нужно знать, сколько там ещё суперов. Кто из вас не сильно занят? Выделите андроида с низким приоритетом, чтобы запеленговать всех инвазированных и определить их точное местоположение. Стелсы и другие суперы в приоритете. Мегамозг дождался, когда умбот подкатит к нему кресло и сел, нервно играя желваками. Его большой палец тёр кольцо, как всегда, когда он пытался успокоиться. Прислужник подошёл и встал рядом, встревоженно глядя то на него, то на мелькающие окна в гигантском экране. – Что не так? – Тут толпа гражданских. Огромная толпа гражданских. Я не могу взять группу Б на захват, потому что если кто-то из них взорвётся, пострадают гражданские, а обвинят в этом меня, и это не те обвинения, к которым я готов по плану. Я не могу даже отследить и гарантировать, что, пытаясь скрыться, Россо не попытается убить как можно больше людей. Что в фургонах? Суперы? Боевики? Бомбы? Я даже этого не знаю, но то, что Джесси даёт какие-то указания, а я не могу отследить шевеление её губ, не обнадёживает, Прислужник. Как суперзлодей, я знаю слишком много плохих вариантов. Первые данные начали отображаться на большом командном экране. – Прекрасно, – зло процедил Мегамозг. – Что? – Из шестидесяти двух единиц Стэлсов тридцать сосредоточены внутри и вокруг колледжа, ещё тридцать в непосредственной близости от Мегаскрёба. Мне это не нравится. – Колледж и Мегаскрёб в трёх кварталах друг от друга, – пожал плечами Прислужник. – Я не вижу на карте ещё двоих. Их нет в Метросити. – Это важно? Если Стэлсы — профессиональные убийцы, очевидно ожидать, что их отправили на очередное задание, – вслух размышлял Прислужник. – Их, конечно, нужно остановить. Но важнее сначала арестовать Россо, тогда мы сможем узнать на допросе, куда он их отправил. – Не для того я вешал на них следилки, чтобы потерять в ответственный момент. Б-2, займись отслеживанием инвазированных, отсутствующих в Метросити. Б-1, дроны уже на месте? Мне нужна картинка. И анализ атмосферы. Я хочу знать, есть ли там взрывчатка. Б-1 вывел большие изображения на главный экран, чтобы и Прислужник видел. Джесси была всё ещё на парковке. Россо выглядел немного нервным, когда говорил, в одиночестве стоя у трибуны, свою речь, но он и раньше всегда так выглядел ради спектакля. Сверхсильные верзилы из его охраны пристально следили, чтобы к трибуне никто не приближался ближе пяти метров. Горожане давно привыкли к маленьким чудачествам своего сенатора. За его спиной его изображение транслировалось на большой экран, чтобы люди, которые вынуждены были сидеть далеко от него, хорошо его видели и слышали. Хоть эта мелочь играла Мегамозгу на руку. – Я должен задержать его, пока он не смешался с толпой гражданских. – Он не будет. – Когда поймёт, что я пришёл по его душу? Он будет прикрываться от меня людьми, Прислужник, всеми, до кого дотянется. Если он только сможет, он будет швырять в меня людей, он прикажет стрелять по людям и взрывать их, чтобы отвлечь меня, потому что он привык иметь дело с супергероями и считает, что я супергерой, который поставит спасение каждой отдельной жизни выше, чем свою месть. Конечно, я не допущу массовых жертв, но выбирать не буду. Я иду за ним, а не для того чтобы спасать людей. Каждая предполагаемая жертва будет на его совести, не моей. Мегамозг встал, бегло проверяя, взломаны ли все городские сети трансляций для того, чтобы задержание видело как можно больше людей. – Ты остаёшься здесь. – Я не отпущу вас туда одного, – строго сказал Прислужник. – Это глупость. – Ты останешься здесь и будешь охранять Роксану, – возразил Мегамозг. – Ты будешь рядом с ней, когда она проснётся. Ты единственный, кому я могу доверить это! Прислужник развёл руками. – Это охраняемое армией вооружённых умботов бронированное здание со спутниковым наблюдением, лазерным самонаводящимся оружием по периметру, смертельными ловушками на каждом этаже и в шахтах лифта, готовыми к боевым действиям андроидами внутри и доступом только по биометрическим параметрам, – сказал он. – Здесь не нужен супергерой. Он нужен там. Прислужник ткнул пальцем в экран. – Вы задерживаете Россо. Я обезоруживаю боевиков магнитным полем и прикрываю гражданских, сводя к минимуму возможные потери. Так? – Ты нужен мне здесь, – возразил Мегамозг. – Я справлюсь. У меня есть план. – Вы справитесь с тем, чтобы задержать Россо и обезвредить его охрану, я верю. Но сэр, полиция не в состоянии защитить гражданских. Там для этого никого нет. Вы готовы к жертвам? – Да! – А вы готовы нести ответственность, когда вас обвинят в этом? Вы готовы объяснить Роксане, почему мы не сделали всё, что могли, и почему я сидел и бездействовал здесь, вместо того, чтобы помочь вам там? Вы думаете, она никогда не спросит? – Прислужник, жертв не будет. Я легко обезврежу всю команду Россо как только начну задержание. Я готов к этому. – Команду – да. Что насчёт бомб с дистанционным управлением? Тех, которые активируются, если их не отключить вовремя? Что в тех фургонах? – Шпионы не обнаружили следов взрывчатых веществ в атмосфере. – Вам необходима поддержка. – Роксане нужна защита. – Она в самом безопасном месте в Метро-Сити! – И я хочу, чтобы ты тоже здесь оставался! – рявкнул Мегамозг. Прислужник замер. – Вот оно что? Мисс Ричи не при чём? Мегамозг отвернулся. – У тебя костюм неисправен. Я пришлю умботов, чтоб они его починили. Ты никуда не пойдёшь, пока все проводочки не будут на своих местах. – Я не буду отсиживаться в самом безопасном месте в Метро-Сити, пока в опасности вы, – возразил Прислужник. – Я не беспомощный. Я супергерой. И это полностью функциональный костюм, мигающие лампочки не в счёт. – Я хочу, чтобы это закончилось, и всё было как прежде. Почти как прежде. – Вам тогда следовало снова обездвижить мой костюм тем клейким составом. Я не останусь в безопасности настраивать лампочки, пока вы там делаете главное дело вашей жизни в одиночку. И у нас нет времени на этот спор. Мегамозг вздохнул. – Но Роксана останется здесь одна. – Я уверен в вашей системе безопасности. Она здесь с вашими андроидами, которые присмотрят за ней. – Искусственный интеллект не совершенен. – Я тоже. Мрачно взглянув на Прислужника, Мегамозг подключился к управлению Б-10 в логове Бехолдера. Тот сидел на своём троне, подперев кулаком щёку и сосредоточенно сверля взглядом пустоту, когда андроид рядом с ним ожил и повернулся. – Мистер два миллиона, – обратился он к Бехолдеру. – Дело почти сделано. У меня к тебе последняя маленькая просьба. – Тебе больше не нужны глаза, твои камеры везде, – огрызнулся Бехолдер. – Но я слушаю. – Я буду занят. Присмотри за Роксаной. – Присмотрю. – Нет, ты не понял. Глаз с неё не своди. Ни на минуту. – Я тебя понял. Всё под контролем, – заверил Бехолдер. – По твой башне ей слоняться можно? – Сколько угодно. Проследи, чтобы она оставалась в безопасности. – Тогда порядок. – И пожелай мне удачи. – От твоей удачи зависит моя жизнь, – пожал плечами Бехолдер. – Уничтожь их всех и возвращайся с победой, а потом отпусти меня на заслуженную чёртову пенсию. – И твои два миллиона в придачу, – Мегамозг позволил себе улыбнуться, отключаясь. – Я слишком стар для этого дерьма... Он в последний раз окинул взглядом расположение врагов на экране, проверил устойчивость работы сигнала, ввёл последние распоряжения для запуска программ в нужной последовательности и кивнул Прислужнику. – Я потерял слишком много ценного времени. Давай мы это закончим. * * * Экран за спиной сенатора дёрнулся и погас, его микрофон отключился. В наступившей тишине он замер и медленно обернулся назад. Громкий, одновременный вздох громом прокатился по толпе, когда, пару раз мелькнув серой рябью, экран начал транслировать гигантское изображение Мегамозга — точно так же, как каждый экран в городе, от рекламных щитов до настроенных на любой телевизионный канал телефонов. Трансляция началась и на множестве площадок в интернете вместе с активной рекламой ссылок на неё и даже вирусными баннерами. – Скучали по мне? – рявкнул Мегамозг с экрана, недобро оглядывая толпу так, что у каждого должно было появиться ощущение, что смотрел он прямо на него. – У вас ровно три минуты, чтобы убрать от трансляции маленьких детей и беременных женщин, если не хотите травмировать их психику. Время пошло. Хотите посмотреть увлекательное документальное кино? Нет? Вам придётся посмотреть увлекательное документальное кино. Сенатор Россо уже медленно, бочком покидал трибуну, пока на всех экранах города запустилась трансляция тридцатиминутного фильма — плод многодневного труда андроидов-киномонтажёров, которые должны были просмотреть украденные у Россо записи и документы, выбрать нужные и соединить в фильм о его преступлениях, чтобы показать городу. К концу трансляции толпа должна дойти до гнева, достаточного, чтобы разорвать виновных на кусочки, попадись те им в руки. Ссылка на полную двухчасовую версию уже была в свободном доступе и светилась на всех экранах — для того, чтобы довести желающих до состояния бешенства, огненной ярости и мстительного экстаза. Если люди пойдут штурмовать и жечь Метро-Медикал и требовать выдать им на самосуд фигурантов фильма — это нужный результат. Всё человечество, кипя и негодуя, должно встать на сторону Мегамозга — только так он сможет сделать мир безопасным для Роксаны в будущем. Только так он получит карт-бланш на любые действия, чтобы защитить её — под видом защиты человечества. Управлять общественным мнением несложно, даже если лгать. Но правда бывает более ужасающей, чем самая изощрённая ложь. – Уходим, – сквозь зубы процедил Россо Стронгу, как только подошёл достаточно близко к телохранителям. В этот момент Стронг вместе со вторым охранником упал — Мегамозг активировал наноботов и запустил программу, по которой отключится каждый инвазированный, оказавшийся в выбранном радиусе. По толпе прокатился испуганный вздох и поднялся гомон, когда внезапно невидимые прежде боевики в полной экипировке начали появляться из пустоты и падать на землю обездвиженными. Мегамозг не убил их — наноботы просто заблокировали им возможность двигаться. Чем больше из них дойдут до суда, дадут показания и будут казнены правосудием, а не им самим — тем лучше. Он неприязненно думал о том, что либо Россо конченный параноик, и это его обычные меры охраны своей жизни на каждый день, либо Россо ждал его здесь. Слишком мало известных фактов, чтобы делать выводы об этом. Прислужник появился в толпе, чтобы оттеснить людей от Стелсов и не позволить любопытным присвоить что-то из оружия, заодно объяснившись с штатными охранниками колледжа. Он просканировал их, убедившись, что на их телах нет взрывчатки, прежде чем трогать. – Всё в порядке, они живы, они пробудут без сознания до приезда полиции, – сообщил он взволнованным людям. – Я бы просил вас покинуть трибуны, соблюдая порядок, для вашей безопасности, потому что фильм вы можете посмотреть в любом другом месте. Террористы нейтрализованы, но у зла всегда есть сюрпризы. Россо на краю сцены тем временем беспокойно оглянулся вокруг, едва успев понять, что все его планы в одночасье рухнули. Прямая трансляция его изображения появилась в верхнем левом углу экрана, пока фильм продолжал идти, знакомя замерших на местах зрителей с секретными лабораториями Метро-Медикал. Возможно, Прислужник действительно понадобится — чтобы сдержать толпу, когда она попытается ринуться на расправу. Мегамозг снял режим невидимости, чтобы опустить руку на плечо сенатора, пока он не опомнился, и, схватив за шкирку, выдернуть обратно на сцену. Агенты ФБР в это время уже скрутили комиссара Томпсона и его помощника прямо в кабинете, и Мегамозг собирался позже несколько раз с удовольствием пересмотреть, как Томпсону разбили при задержании лицо. Позже. Начались облавы на продажных копов. – Сенатор Пол Россо, вы задержаны, – прогремел Мегамозг в микрофон, ухмыляясь и наслаждаясь страхом в глазах врага. – Давайте для начала посмотрим кино вместе? – Убьёшь меня? – хрипло спросил Россо, нервно облизывая пересохшие губы. – Нет, это будет не так просто и легко для тебя, – тихо процедил Мегамозг и отключил звук микрофона, чтобы их дальнейший разговор не мешал фильму. Ему не понравилось выраженное облегчение на расслабившемся после этих слов лице Россо. – Как благородно. Конечно, ты же супергерой, сейчас, когда есть для кого стараться. Меня предупреждали. Это было так предсказуемо... К сожалению. Но не поздно хорошо подумать. – Ты будешь мечтать о смертной казни, поверь, – ядовито процедил Мегамозг ему в ухо и с силой сжал плечо, пока тот не охнул. – Ты будешь умолять об этом. Он отметил, что Скоростная Джесси, второй человек, за которым он пристально следил, не только не ринулась боссу на помощь, но уже удалялась от колледжа. Мегамозг не ожидал, что она отступит в такой ситуации — он ждал, что все силы охраны Россо будут брошены на то, чтобы отбить его. Он хотел этого. Он хотел иметь повод уничтожить Джесси. Убить её в бою. Демонстративно. Красиво. Жестоко. Конечно, Джесси не собиралась считаться с его желаниями. Психопатка, не имела ценности выше собственной жизни. И, в отличие от своего босса, она гораздо лучше подозревала, с кем они имели дело. Вовремя отступить — самая мудрая политика. Не то чтобы это спасло ей жизнь, но она получит пару часов форы. – Похоже, твоя любимая телохранительница всё-таки решила тебя бросить, – небрежно сказал Мегамозг. – Она умнее, чем я думал. Точка Джесси перемещалась по карте стремительнее, чем успевали среагировать следящие системы, но по несколько минут она оставалась в одном месте на окраине города. Она уже дважды вернулась на парковку колледжа, но так и не двинулась ближе — Мегамозг даже успел пожалеть, что сделал критическое расстояние таким коротким. Он всё равно не был уверен, решила ли она сбежать, или просто пыталась запустить какой-то план Б. В любом случае, как только она приблизится к ним снова на установленный программой радуис, её мучительная казнь будет активирована автоматически. Если она уничтожала какие-то улики... Лучше бы она потратила время на то, чтобы сбежать. Мегамозг просто направил по её самой стабильной геолокации одного из шпионских дронов и сконцентрировался, наконец, на Россо. Он всегда успеет найти и убить её позже, когда она будет уверена в своей безопасности. Он насладится её смертью, а в списках пропавших без вести появится всего лишь ещё одно имя. Это тоже неплохо. – Мегамозг, я даю тебе последний шанс передумать, – твёрдо и почти великодушно сказал Россо. – Я здесь, чтобы дать тебе этот шанс. – Ты здесь потому что мерзости, которые ты творил, непростительны. – Не совершай ошибку, о которой пожалеешь. – Единственная возможная ошибка, которую я совершаю — это оставить тебя в живых только потому, что я верю, что ты не заслужил быстрой и безболезненной смерти. Не пытайся спровоцировать меня избавить тебя от мучений. Сперва ты за всё это ответишь. – Ты меня не понял. Я не собираюсь просить у тебя смерти. Я собираюсь просить отпустить меня. Мегамозг провёл свободной рукой в сторону экрана. – Ты не в том положении, чтобы торговаться. Ты пытался играть в шахматы с чёрной мамбой. Ты проиграл. – Я дал тебе жену. Я дал тебе семью. Я избавил тебя от боли. Будь благодарен за то, что имеешь, Мегамозг, и не нужно больше играть в супергероя. Это обычно плохо кончается. Просто позволь мне ускользнуть сейчас и не ищи больше, и у тебя по-прежнему будет всё. Твоя любимая жена родит тебе детей. Что если она беременна от тебя прямо сейчас? Мегамозг стиснул плечо Россо так сильно, что услышал хруст, а кровь начала окрашивать белый воротник. – О, ты ведь уже знаешь, что она беременна, верно? – прохрипел Россо, скривившись, но достойно борясь с болью. – Нет, не думай дурного, это ваш общий чудный ребёнок. Настоящий. Ваш, Мегамозг. Из её яйцеклетки и твоего генетического материала. Настоящая семья, Мегамозг. У тебя есть это сейчас благодаря мне. Только мне. Я подарил тебе то, о чём ты не смел мечтать. То, что ты не посмел бы сделать сам. Ты же не хочешь потерять это навсегда? Давай, пока не закончился твой глупый фильм, мы сделаем вид, что я ударил тебя и ускользнул. Просто дай мне уйти, и никто не пострадает. Я тоже умею проигрывать красиво. Забирай и уничтожай дело моей жизни, к чёрту компанию, я проиграл. Просто забудь о моём существовании и наслаждайся вечностью с твоей замечательной женой и сыном, хорошо? – Достаточно, сенатор, – процедил Мегамозг. – Мы просто посмотрим кино, а потом тут появятся федералы, и я помогу им доставить тебя в твою камеру так, чтобы эти милые люди не разорвали тебя на кусочки. Я мог бы прострелить твою голову прямо сейчас, но я действительно умею быть благодарным и буду охранять твою жизнь, пока ты не начнёшь жалеть об этом. Россо фыркнул, имитируя смех. Прислужник закончил собирать обездвиженных боевиков и изымать их оружие. Небольшой участок возле трибун для этого оцепили, вместе с несколькими охранниками Прислужник ожидал приезда федералов и нервно прохаживался. Мегамозг не собирался никуда тащить Россо, пока не появятся уполномоченные представители власти. Его поведение должно быть полностью доброжелательным и законопослушным для зрителей. – Нет, Мегамозг, давай поговорим, раз уж ты здесь. Мне есть что сказать. – Тебе не удастся заставить меня убить тебя. Россо снова мерзко захихикал. – Но раз уж ты так хочешь поговорить, я жду от тебя признательных показаний, которые я смогу вывести на этот экран. Мегамозг провёл рукой, и экран за его спиной разделился на две части. На первой половине всё ещё транслировался фильм — кадры с камер видеонаблюдения и фотоотчёты, эксперименты расчленителей, списки людей, подвергшихся опытам и бесконечному клонированию для дальнейшего умерщвления. – Я убираю звук, потому что на этих кадрах всё понятно и так, – медленно сказал Мегамозг, убедившись, что их снимают с лучшего ракурса. – Вы можете позднее пересмотреть фильм со звуком, перейдя по ссылкам. Впечатлительным не рекомендую, сейчас как раз начнутся самые отчаянные вопли людей, над которыми ставили бесчеловечные эксперименты по приказу этого человека. Мистер Россо хочет прокомментировать для вас то, что вы видите — полагаю, это более эксклюзивно. Россо уставился в объектив умбота, снимавшего их. На его лице застыла мерзкая, обычно не свойственная ему улыбка. Он понимал, что побеждён, хотя не осознавал всех последствий. – За клонированием будущее, Мегамозг. Это ключ к вечной жизни. И я держу его в руках. Ты хочешь доказать им, что я злодей. Это не так. Я помогаю людям. Я уже сейчас омолаживаю людей, пересаживая им здоровые органы — их собственные, но здоровые. Разве это уже не достаточно потрясающе? Один только этот мой вклад в оздоровление нации настолько серьёзен, что ты обязан отпустить меня немедленно с извинениями. Чёрный рынок человеческих органов практически полностью уничтожен — благодаря мне. Но это не всё. Я открыл секрет пересадки разума. Я открыл секрет, как взять личность и поместить её в новое, здоровое, живое тело. Я нашёл, как возвращать мёртвых. Мёртвых, Мегамозг! Я вернул тебе твою жену! И ты вот так благодаришь меня за дар, который я дал тебе? – Ты убил мою жену восемнадцать раз, – наклонившись к самому уху Россо прошептал Мегамозг, и микрофон позволил услышать это каждому. – Перед тем, как дать этот дар, ты пытал и убивал мою жену, пропуская сквозь неё ток, а потом расчленяя на органы, пока её сердце ещё билось. Я не понимаю, почему ты ещё жив, сенатор. – Потому что ты идиот, Мегамозг. Мегамозг одним движением заклеил рот Россо скотчем. Вероятно, это стоило сделать давно. Не нужны признания. Они уже есть, давно записанные на камеру. Речи Россо веяли чем-то жутким, и Мегамозг предпочёл не позволить заболтать себя, у него уже начинала кружиться голова — верный признак того, что он был готов потерять самообладание. Россо вытаращился на него, пытаясь ещё что-то сказать. Чёртовы федералы, вероятно, встретили какие-то препятствия, потому что их всё ещё не было, чтобы завершить арест Россо. Мегамозг рассчитывал, что они прибудут раньше, чем закончится фильм. Во всём остальном его план шёл идеально. Кроме той мелочи, что он едва держал себя в руках, впиваясь пальцами в плечо Россо и до тошноты мечтая просто убить его. Он навязчиво повторял в голове, как его пальцы могли бы просто сжать шею и давить, пока не стихнут хрипы. К этому времени Мегамозгу пришло уведомление, что местоположение Джесси, наконец, полностью стабилизировалось — она прекратила прыгать и находилась на шоссе уже за пределами города и двигалась со стандартной скоростью спортивного автомобиля. Один из шпионских ботов вёл её, непрерывно снимая сверху. А потом в кармане Россо зазвонил телефон. Россо буркнул сквозь скотч что-то выразительно напоминающее «возьми трубку», стреляя глазами в сторону телефона. Мегамозг ещё раз проверил все свои системы синхронизации, перевёл в боевую готовность умботов и переглянулся с Прислужником. Он молча ответил на звонок, прижав телефон к уху. – Смотрю твоё шоу онлайн. Захватывающе, – услышал он голос Скоростной Джесси. – Должна сказать, я с самого начала в тебя верила и ни капельки не удивлена, хотя, конечно, мне бы хотелось верить версии Эда, что мы сумели тебя присмирить. Этот голос услышали все — он донёсся из колонок на сцене. Мегамозг сильнее стиснул плечо сенатора, тот охнул, и его ноги подкосились. – Готова дать показания против своего босса, чтобы спасти свою шкуру? – спросил Мегамозг, чертыхаясь и проверяя, как Джесси сохранила контроль за системой звука после того, как он её взломал. – Не то, чтобы это было нужно, как видишь, я собрал достаточно доказательств. – Да, дорогуша, будь любезен, выведи от меня сообщение на главный экран, я хочу что-то сказать. Покажи всем парковку. Я поставила камеру напротив наших фургонов и веду трансляцию, тебе нужен пароль, чтоб её взломать, или ты сам? – Ты мне не нравишься, почему я должен это делать? – Потому что... – Джесси истерично засмеялась прежде чем продолжить. – Как ты сказал своему рыбодругу, «Джесси психопатка в буквальном смысле, она сумасшедшая, она конченная. Ты не успеешь моргнуть, а она уже сделает всё, что посчитает нужным, и больше». Я сделала больше. У меня есть сюрприз для тебя на парковке, дорогой, давай ты посмотришь? Или ты хочешь скрыть что-то от этих добропорядочных граждан, а? Мегамозг уже отправил боевой отряд умботов и группу андроидов Б на парковку, он подключился к необходимым видеосистемам, но два одинаковых фургона Метро-Медикал всё ещё спокойно стояли на местах. Они оба были заведены, водители скучали, нетерпеливо ёрзая. Не числящиеся в базах, гражданские, не инвазированные, никто из них не догадывался, в чём они участвовали прямо сейчас. Всё выглядело спокойно и безопасно. Мегамозг всё-таки позволил трансляции с парковки попасть на общий экран. – Что в фургонах? – спросил он. Джесси засмеялась. – Что в этих фургонах? – Так, ребятки, кино закончено, эвакуация! – внезапно скомандовал Прислужник, быстро оценив опасность ситуации. – Не дожидаемся взрыва, уходим в этом направлении. Моих щитов на всех не хватит, мы не знаем тип взрывчатки... Смех Джесси стал громче и истеричнее. – Ты, ублюдок, решил уничтожить дело моей жизни. Я уничтожу твою жизнь. Это несложно. Мне даже не пришлось неделями ждать, когда твоя параноидальная бдительность ослабнет. Я ожидала большего. Благо, ты глупее, чем я думала, твоя женщина ещё глупее, и это оказалось не так сложно и долго. – Роксана? – уронил Мегамозг. Забыв обо всём, он немедленно подключился к командному пункту Мегаскрёба, вызвал со своих постов андроидов, проверил камеры наблюдения. Её ни на одной не было. – Где Роксана? – вслух вскрикнул он, обращаясь сразу ко всем, кто мог слышать. Миссис Хат ответила ему: – Роксана Ричи покинула Мегаскрёб шесть минут назад, сэр. – Как? Что? Почему? Как вы допустили?! – Протоколы безопасности запрещают препятствовать в передвижениях Роксане Ричи, сэр. – Где Роксана? Как? Куда она пошла?! Вспомнив, Мегамозг переключился на управление Б-10. – Бехолдер, чёрт тебя дери, идиот, где Роксана?! – закричал он вслух одновременно с андроидом. Бехолдер вылупил на него свои огромные испуганные глаза. – Я не... – Ты следил за ней? Или ты шоу смотрел, любопытная старая задница?! Бехолдер промолчал, закатив глаза. Андроид ударил его по лицу. – Фургон. Она в фургоне. Прости, она в фургоне... Я прошляпил... – Идиот, – прорычал Мегамозг. – Я здесь не для того, чтобы торговаться, Мегамозг, – прервала его Джесси. – Я здесь, чтобы причинить тебе боль, ублюдок. Я здесь чтобы поиздеваться, дорогуша. Оба фургона резко двинулись с места и через пару секунд вылетели на дорогу. – Я здесь, чтобы загнать тебя туда, откуда мы с Эдом тебя достали. Джесси смеялась. – Я здесь, чтобы уничтожить тебя. Мегамозг, активировав летательное устройство, уже мчался за фургонами. Шпионские дроны, прикрепившиеся к кузовам, не были оборудованы ничем, что могло помочь. Андроиды группы Б всё ещё были слишком далеко, только недавно покинув Мегаскрёб. Выехав на дорогу, оба фургона рванули в разные стороны, игнорируя знаки дорожного движения и сразу спровоцировав несколько аварий. – Прислужник! – закричал Мегамозг, уворачиваясь от автомобилей и набирая высоту. Небоскрёбы в этой части города делали невозможным удобное преследование по срезанному пути. Он потерял несколько драгоценных секунд, не зная, какой фургон преследовать. Если он ошибётся, даже несколько секунд будут критичны, поэтому он пожертвовал меньшим временем, чтобы ещё раз связаться с Бехолдером. Тот пытался сбежать из своей башни, и Мегамозгу было некогда. Слишком некогда. Приняв решение, он рванул за левым фургоном, послав за Бехолдером Б-10, а вспомогательную группу андроидов за правым фургоном. – Прислужник, ты направо! – отчаянно кричал он, чувствуя, как разрывался между несколькими сущностями и задачами. Секунды утекали. Но Бехолдер не успел далеко уйти. Андроид прострелил ему ногу и, нагнав в прыжке, прижал к стене, схватив за шею. – Грёбаный ублюдок, слева или справа? – прорычал он. – Какой фургон? Слева или справа? – Справа... Справа... – одними губами прошептал посиневший Бехолдер, царапая руки андроида. Не медля, Мегамозг отключился и сосредоточился на главном, перекувыркнувшись в воздухе и меняя курс. Правый фургон успел уйти слишком далеко, но Прислужник почти нагнал его. – Прислужник, Роксана в твоём фургоне, будь с ним осторожен! – Понял. – Останови его безопасно! Плевать на жертвы, любой ценой! Сохрани фургон! – Знаю! Камеры шпионских дронов зафиксировали, как Прислужник поравнялся с кабиной фургона, лазером срезал дверь и влетел внутрь. – Тормози, и отделаешься штрафом за нарушение ПДД, – услышал Мегамозг яростный голос Прислужника, обращённый к водителю. Фургон начал сбрасывать скорость. Мегамозг с облегчением вздохнул. Двое андроидов, посланные на перехват, поравнялись с ним, когда он почти подлетел к остановившемуся фургону. Мегамозг подавил естественное желание взорвать или срезать двери фургона, потому что всё ещё не знал, какие ловушки внутри. Данные дронов сообщали, что следов взрывчатых и воспламеняющихся веществ внутри не было. Как и сигнала каких-либо инвазированных суперов. Но это ничего не значило. У Россо и Джесси было слишком много возможностей и слишком много вариантов ловушек, чтобы максимально долго отвлечь его и сбежать. Прислужник выскочил из кабины, толкая перед собой водителя и направляясь к нему. Мегамозг, подбегая, разрывался между необходимостью открыть двери фургона и пониманием, что это со стопроцентной вероятностью активирует смертельную ловушку. Поднеся руку к двери, он замер и снова подключился к управлению Б-10, потому что у него всё ещё был способ безопасно заглянуть внутрь. Бехолдер был мёртв, задохнувшись в железной хватке андроида после того, как Мегамозг забыл дать команду отпустить его. Брезгливо поморщившись, Мегамозг отключился и повернулся к водителю. – Какую команду тебе дала Джесси? – Мчать так, как будто за мной гонится вся бездна ада, потому что если догонишь, ты убьёшь меня. – Ты знаешь, что внутри? – Нет. Честное слово. Нет. – Открой. Достав дегидратор, Мегамозг приготовился обезвожить Роксану в ту же секунду, что увидит, чтобы ничто не могло повредить ей. Два андроида заняли готовую к бою позицию. Что бы ни было внутри, у них была команда устранить любых посторонних лиц и не допустить никакого вреда ей, кроме обезвоживающего луча. Водитель поспешно ввёл код в замок и открыл двери. Роксана неподвижно лежала на полу почти пустого хорошо освещённого помещения внутри фургона. Мегамозг рванул к ней и натолкнулся на стеклянную преграду. Роксана была внутри стеклянного куба, без сознания, но тепловизоры показывали нормальную температуру её тела, хотя не было возможности зафиксировать её пульс. Мегамозг видел газовые баллоны, установленные у дальней стены, и от страха не мог дышать. Джесси уже угрожала Роксане «Циклоном-Б». На этот раз в баллонах был, согласно надписи, азот. Мегамозг ничего больше не видел, ничего не слышал, меняя обезвоживающий луч на разрушительный, чтобы убрать стекло. Вероятно, тело перешло на автопилот, потому что он полностью не воспринимал себя в нём, хотя мог чувствовать мыслительные процессы в своём мозгу, проистекающие словно отдельно от его воли, и решения, которые он принимал, словно не имеющие к нему никакого отношения. Он помнил, что азот не взрывоопасен и безвреден, если вокруг достаточно кислорода. Очевидно, в камере Роксаны кислорода не было. Только азот. Мозг сам просчитал, что с момента, когда с ним связалась Джесси, прошло примерно семь с половиной минут. Роксана была без кислорода примерно семь с половиной минут. Если повезёт — меньше. Теоретически у него было две с половиной минуты до того, как процессы в её организме станут необратимы. Всё это происходило в его голове без его участия. Всё, что он делал, происходило без его участия. Он ничего не видел и ничего не слышал, когда стекло исчезло. Он ничего не видел и ничего не слышал, когда коснулся её. Он ничего не видел и ничего не слышал, когда перевернул её на спину и занялся искусственным дыханием, потому что это был единственный способ наполнить её тело кислородом после того, как её дыхание остановилось. У неё не было пульса. Он ничего не видел и ничего не слышал. Долго. Настолько долго, что Прислужник привёл помощь. Он настолько сильно ничего не видел и не слышал, что Прислужнику пришлось оттаскивать его, заблокировав его руки, чтобы медики могли закрепить на лице Роксаны кислородную маску и заняться реанимацией. Он ничего не видел и не слышал, пока Прислужник кричал что-то. Он ничего не видел и не слышал, вырываясь из рук Прислужника, хотя его мозг уже оценил, что лучше позволить врачам заниматься их делом. Его мозг ещё лучше оценил, что если всё-таки обезвожить тело Роксаны, то позже, придя в себя, он неизбежно найдёт способ вернуть её к жизни. Её сердце всё ещё не билось. Он ничего не видел и не слышал. Её сердце не билось. Её тело остывало. Её сердце не билось. Его сердце, возможно, не билось тоже. А ещё его оглушил собственный крик. Прислужник держал и тряс его, заблокировав его руки и пытаясь докричаться. Он ничего не видел и не слышал, но ненавидел всех вокруг, потому что если бы ему дали возможность обезвожить её, он нашёл бы способ её спасти. Секунды уходили, а её сердце всё ещё не билось. Прошло слишком много времени, потому что к Мегамозгу начал возвращаться самоконтроль. По крайней мере, он вспомнил о существовании андроидов, которые, к счастью, не воспринимали медиков как угрозу и позволили им проводить реанимацию всё это время. Угрозой был Прислужник, который мешал Мегамозгу поднять дегидратор и обезвожить её. Когда андроиды атаковали Прислужника, это было неожиданным для всех. – Не прекращайте реанимацию! – крикнул Прислужник, едва медики, испугавшись за свои жизни, отпрянули. Клейкий состав, разработанный специально против костюма, застыл и обездвижил его мгновенно. – Сэр, нет, они спасут её! Мегамозг понимал, что он не смог бы выполнять то, что делали медики, лучше. Его знаний и умений не хватало. Он не был готов к этому. Он не мог её спасти. Но секунды уходили. Он старался держать себя в руках, когда упал рядом с ней на колени. Голос не слушался, но рот сам по себе открылся, повинуясь приказу мозга. – Вы её спасёте? – Мы делаем всё что можно. – Мне нужен точный ответ, – прервал Мегамозг. – Не обнадёживающие расплывчатые формулировки. А точный ответ. Каково её состояние и в силах ли вы или какой-либо живущий врач на этой планете спасти её прямо сейчас? Точный ответ. Быстро. Честно. Я гарантирую твою жизнь, клянусь. Мне нужен точный быстрый ответ, а не потеря времени. – Технически она мертва. Это всё бесполезно. Её мозг погиб, судя по признакам, до того, как мы прибыли на место. Даже если мы запустим сердце... Обезвоживающий луч ударил в её тело словно сам по себе до того, как медик договорил. Мегамозг снова задохнулся, давя в себе слёзы, слабость и наступающую обморочную черноту. Не время. – Спасибо за честность. Он снова чувствовал себя не в своём теле. Он чувствовал себя нигде. У него не было тела, не было воздуха, которым он дышал, не было жизни, которой он жил, и сердца, которое у него билось бы, тоже не было. Он не чувствовал своих рук, ног, головы и способности думать. Он был как будто под влиянием наноботов, которые заставляли его функционировать исключительно в рамках заданной программы, но его силы воли не хватало даже для того, чтобы понять, что это за программа. Встав, Мегамозг бережно поднял обезвоженный кубик и надёжно спрятал в мешочек на поясе. Прислужник что-то кричал, это было неважно. Мегамозг замер, словно отключаясь от своего тела. Роксана, обезвоженный кубик, была в его руках, но он опоздал. Он мог её спасти, но он прекрасно понимал, что не существовало никаких технологий, чтобы это сделать, а он не в силах их изобрести. Никто не мог воскрешать мёртвых. Он бы это признал. Если бы это была не Роксана. Это его бесконечная вина. Ему нельзя было трусить. Сохранять жизни и перекладывать ответственность за них на других — так малодушно. Пытаться выглядеть в глазах других героем, спасителем. Пытаться доказать Роксане, что он достойный её герой. Так глупо, недальновидно и смертельно бессмысленно. Он должен был убить всех, мгновенно, как только убедился, что Россо не сможет дистанционно навредить ей. Он должен был убить всех, наплевав на последствия. Он инвазировал полторы сотни человек вокруг Россо, он должен был, не медля, убить всех, а за ним самим послать андроида-убийцу. И плевать, что было бы с ним, с миром и последствиями, потому что Роксана была бы жива. Если бы он убил их всех сразу. Его бы даже не смогли арестовать за это, потому что он уничтожил бы всех, кто попытался бы ему противостоять. Роксана никогда не смогла бы быть с ним вместе, зная, что он убийца, но она была бы жива. Он должен был убить их всех. Сразу. Немедленно. Убить. Всех. Он снова осознал своё существование, когда держал Россо за шею. Он с ненавистью смотрел в его глаза, когда душил его, смотрел, как кривились его губы, как обнажились зубы, как сознание уходило из его тела, пока, чувствуя собственную злобную ухмылку, он бил Россо головой о бетонный блок, наслаждаясь тем, как его затылок превращался в кровавую кашу. Когда он вернулся к медицинскому колледжу, оцепленному ФБР, эвакуация была уже закончена. Он спокойно кивнул Уинстону, когда тот о чём-то спросил, пожал руку фэбээровцу, которого тот представил, солгал, что всё в порядке, но он должен задать Россо один вопрос, безразлично скользнул взглядом по Стэлсам, состояние которых пытались оценить вызванные медики. Его лицо ничего не выражало, он был пуст, спокоен и уравновешен, и если бы его сейчас каким-то чудом привели в себя, он сам не смог бы ответить, что он делал, потому что его тело выполняло какую-то программу, пока он был не здесь, пока он думал, насколько глубока его вина и какими способами он должен был всех убить, пока не стало поздно, но уже поздно. Его мозг отказывался просчитывать, какими способами он мог вернуть к жизни Роксану, потому что он заранее знал ответ. Он был безразличным ко всему роботом в это время с ничего не выражавшим взглядом и ледяным спокойствием на лице. Поэтому его без опасений подвели к автомобилю, где сидел с мерзкой беспечной улыбкой арестованный сенатор, как будто ничего не происходило, под арестом он был в безопасности и у него был ещё один запасной план. Мегамозгу даже позволили открыть дверь. Россо даже успел что-то сказать прежде, чем Мегамозг выволок его. Андроиды и умботы держали под прицелом многочисленного устрашающего оружия фэбээровцев, пока ему что-то кричали, а он душил Россо и разбивал его голову об бетонный блок. Он душил и бил, душил и бил. Роксана, мёртвая Роксана была перед его глазами, он слышал свой давно стихший крик и помнил ощущение тщетных попыток искусственного дыхания. Он душил и бил. Пока не понял, что лицо Россо исчезло. Труп в его руках был полноватым патлатым парнем с длинным носом и разбитой в кровь головой. С отвращением он вскрикнул и отпрянул. Меняющий Обличье рухнул к его ногам. Мегамозг пнул его, переворачивая на спину и снова всматриваясь в его лицо. Это всё было ловушкой. Заранее срежиссированным спектаклем. Россо знал, что он придёт, ещё до того, как он пришёл. Фэбээровцы всё ещё что-то кричали, но его мозг отказывался воспринимать, что. Он на автопилоте рассчитывал план действий. Найти. Уничтожить. Истребить. Сделать мир безопасным. После этого вернуть Роксану. Любой ценой.