Любишь?

      Санкт-Петербург. Вторая столица России. Считается самым интеллигентным и чистым местом. Прекрасный город, прекрасные люди. Все так думают. Все…кто не живёт в Питере. А те, кто здесь родился, не обращают внимания на других, пока они не трогают их.       Здесь каждый считает себя важной личностью, поэтому стремится это показать, так сказать, выделяясь из толпы: разноцветные волосы, татуировки на всём теле, яркая одежда.       Наш главный герой не красит волосы, не любит татуировки, — только если на чужом теле, сделаные со вкусом — но поход по магазинам одежды происходит регулярно. Не сказать, что он мажор, но одевается всегда стильно. Допустим, сейчас на нём чёрные скинни джинсы с прикреплённой к ним массивной серебряной цепочкой, а на верх надета приталенная чёрная футболка с надписью: «Агентство Разбитых Сердец». Образ завершают белые кроссовки с шнурками-радугой.       Арсений стоит на Троицком мосту и провожает закат, пока в наушниках на всю играет Сплин — «Танцуй». Обводя взглядом один из самых красивых видов, он думает о последних днях лета. Совсем скоро начнётся одиннадцатый класс. — Я выпускник… — с улыбкой произносит он одними губами.       «Куда поступать дальше? Остаться здесь или уехать в Москву? Буду ли я после выпускного общаться с одноклассниками? Кто будет моей парой на вальсе? Кто будет заменять ушедших учителей?» — такие вопросы блуждают в его голове.       От раздумий отвлекает телефонный звонок от: «Серёга-пёс». Ухмыльнувшись, он принимает вызов. — У аппарата. — Здарова, Арсюх, — голос лучшего друга всегда вызывает улыбку. — Дарова, щенок. — Да ты заебал! — Арс закусывает губу, чтобы не засмеяться в голос. — То, что мне в фантах выпало выгнать соседскую собаку из будки и занять её место на несколько ходов, не значит, что можно называть меня щенком. — Как скажешь, шавка, — уже в открытую угорая, произносит он. — Долбоящер блин… — устало выдыхает Матвиенко. — Ладно, я чё звоню то. Завтра в 9 сборы в школе. Расписание, учебники, вот эта вся поебень. — Понял. Вместе пойдём? — Ага. Давай тогда, на созвоне. — До завтра.       С Сергеем они дружат с детства. Их знакомство началось в песочнице и с мокрого песка, который маленький Серёжа нечаянно кинул в Арса. Тогда началась драка, и мамы этих непосед быстро нашли общий язык. Потом оказалось, что они живут в соседних квартирах. И вот, уже больше десяти лет, существует этот крепкий дружеский союз между Поповыми и Матвиенко.       В этих воспоминаниях Арс дошёл до дома, принял душ, завёл будильник и лёг спать.

***

      На следующее утро он проснулся и посмотрел на настенные часы (да-да, родители не доверяют технологиям).       «Камооон. Проснуться раньше будильника? Ладно, зато Серого разбужу.»       Вынув из-под подушки телефон, Арс набрал выученный номер.       Прошло три гудка, пока не послышалось: — Либо ты сам умрёшь, либо я тебя убью, — сонный и недовольный голос Матвиенко вызвал смешок. — И тебе доброе утро, солнышко, — приторно сладким голосом ответил Арс. В трубке некоторое время была возня и несколько зевков. — Вот, напомни, почему мы до сих пор дружим? — уже более бодро отозвался друг. — Потому что мы как две стороны одной монеты! Как кофе с молоком! Как Олаф и его морковка! Как… — Всё, всё, остановись, Поповский. Оставь эти метафоры для своих любовников. — Если бы они ещё были, Сергуль, — с грустью выдохнул Арс, глядя в потолок. — Да ладно, не кисни. Всё ещё будет. Может к нам новеньких переведут. — Новеньких?! — воодушевился он. — Ну, я не знаю, но теперь очень надеюсь, что найдётся достойный тебя жених. — Лаадно, спасибо тебе, — в этот момент телефон в руках завибрировал. Арс посмотрел на экран: «будильник 7:00». — Так, пошли собираться. В 8:15 жду тебя около лифта. — Принято, сэр, — Матвиенко приложил к виску кисть, отдавая честь, но понял, что Арс этого не видит. — Увидимся. — Давай.       Повалявшись ещё 5 минут, Арсений встал с кровати и пошёл умываться. Зайдя в душ, он разделся и включил холодную воду.       «Холодный душ с утра — залог бодрости! Ну…или просто, чтобы утихомирить утренний стояк. М-да, парня бы найти.»       После водных процедур Арс пришёл на кухню, где уже во всю орудовала мама. — Доброе утро, мам, — он подошёл и поцеловал родительницу в щёку. — Доброе, Арсюш. Чего так рано встал? — женщина накладывала в тарелку только что пожаренные котлетки с макаронами. — Ммм, мааам, как вкусно пахнет! Спасибо! — взяв свою порцию, он сел за стол и принялся уплетать завтрак. — Да у наф в фколе севодня сболы. — Сынок, прожуй сначала, — с улыбкой сказала она, садясь напротив, наблюдая за сыном. — Я говорю, сборы в школе сегодня, — ответил он, прожевав еду. — Ох, последний год. Какой ты у меня уже взрослый. Выпускник, однако! — Даа. Правда, я сам ещё не до конца осознал, — с задумчивостью произнёс Арсений. — И вообще, не готов я ещё! — Ну-ну, Арсюш, всё будет хорошо. Я уверена, что этот год будет самым важным и переломным для тебя. — её взгляд упал на часы. — Ой! Мне уже бежать надо! — вскочив, она поцеловала сына в лоб и ушла в прихожую одеваться. — Всё, люблю тебя, хорошего дня! — И я тебя! — крикнул Арс перед тем, как дверь захлопнулась.       Покушав и помыв за собой посуду, он вернулся в свою комнату и подошёл к шкафу с одеждой. Выбор пал на ту же футболку, но теперь с чёрной кожанкой, так как сегодня обещали небольшой дождь. На низ было решено надеть чёрные джинсы с подранными коленями и кроссовки того же цвета. Собравшись, Арсений глянул на дисплей телефона: «7:53». Сев на пуфик у входа, он зашёл в «VK» в беседу класса, где его ждали более ста непрочитанных сообщений, но некоторые были неожиданными. Дима Журавлёв: Народ, есть инфа. Скорее всего, к нам новые учителя пришли. 02:45 Ира Кузнецова: Откуда ты это узнал в 2 часа ночи? 03:07 Дима Журавлёв: Да мне батя сказал, а ему мой дядя, который с Добровольским дружит. 03:10 Ира Кузнецова: Ясно. Не удивлюсь, если опять гондоны какие-то придут. 03:11       За то время, пока Арс читал беседу, он успел несколько раз усмехнуться, удивиться и усомниться в правдивости сказанных слов.       «Любопытно»       Полистав ленту ещё немного, парень вышел из квартиры, закрыв за собой дверь. — Читал, чё в беседе пишут? — начал Серёжа, когда они зашли в лифт. Арс усмехнулся: — Если ты про «новых гондонов», то да. Интересно будет посмотреть кого заменили. — Надеюсь историка, а то этот Ираклий Попорицвали всех уже доконал, — Серёжа всегда коверкал его имя. — О даа, если его заменят, то я зацелую Добровольского до смерти. — Арс, блять, — после последовало возмущённое «Чего?» — Ничего! Добровольского хоть не трогай. Живёт себе спокойно. Кстати, Ляся скоро должна родить. — Ой, как классно! Как думаешь, кто будет? А ты поедешь на выписку?       По дороге до школы они обсудили эти и ещё миллион вопросов, о которых вспомнили.

***

      Подойдя к школе, друзья увидели толпу своих одноклассников. — О, смотрите, пидорок наш идёт, — этот голос Арс не хотел слышать как можно дольше, но… увы. — Сколько раз за это лето тебя повертели? — Нахуй пошёл, — выплюнул Серёжа, проходя мимо Белого. — Предоставлю это для твоего друга, — с ядовитой улыбкой ответил тот, встречаясь взглядом с объектом насмешек. — Придурок, блять, — сказал парень другу, когда они немного отошли. — Слава Богу последний год с этим говном будем учиться. — Забей на него, — похлопал по плечу Матвиенко.       Руслан Белый перевёлся к ним в 8-й класс из другой школы. Они с Арсением не сразу начали собачиться. Более того, эта тройка — Серый, Арс и Рус — были не разлей вода. Всегда ходили вместе гулять, праздновали дни рождения друг друга, играли в playstation, посещали различные спортивные кружки. Расставались разве что на ночь.       Но недолго музыка играла.       Арсений со своей ориентацией определился ещё в 10 лет, когда понял, что девочки ему интересны только в общении. Естественно, первый и, на тот момент, единственный, кто знал об этом, был Матвиенко. Он никогда не давал Арсу поводов для недоверия, поэтому тот сам ему рассказал. И Серёжа поддержал, а как иначе? И после этого он дал понять, что всегда будет на стороне друга. Время это доказало…       Летом, перед десятым классом, на очередной прогулке с Русланом, Арсения, как горячей стрелой пронзила мысль, что он часто засматривается на губы, которые очень хочет поцеловать. Не ради прикола или минутной слабости, а из-за симпатии, которую чувствует к нему. Он не был из тех, кто подолгу ходит в размышлениях о том, как ему быть и что делать. Он просто делает. И сделал. Поцеловал. Правда реакция лучшего друга не была приятной. Она проявилась ударом в нос. Кровь была на новой белой футболке и на сердце.       После такого Арс ходил как в воду опущенный. Оставшееся лето немного притупило саднящую боль. Надо отдать должное Серёже, он ни на шаг не отходил от друга, если тот этого просил.       По наступлению нового учебного года Руслана будто подменили. Ни Попов, ни Матвиенко не узнавали в нём бывшего друга. Белый настолько отдалился от них, что другие в классе были в полном непонимании от происходящего. В итоге, он всем всё разболтал, и мнение класса разделилось надвое: те, кто встал на сторону Руса и те, кто поддержал Арса.       От невзаимной симпатии осталась только неприятная горечь, которая всегда о себе напоминает, прибавляя новые оттенки едкости. — Эй, Арс! — два хлопка перед глазами вернули его в реальность. — А? — Арс не понял, как они оказались в коридоре второго этажа, но видя обеспокоенные пары глаз, решил быстро включиться, — Что прости? — Я говорю, у нас будет два новых, как сказала Ира, гондона. Оба приехали из Воронежа. Друзья, вроде как, — начала вводить в курс дела Суркова. — Да, один по истории, а второй будет вести химию и биологию, — дополнил Журавлёв. — Кто-то их уже видел? — поинтересовался Матвиенко. — Не-а, — они вдвоём переглянулись. — Ладно, пойдёмте на классный час, — подытожил Попов.       Когда они проходили лестничный пролёт, взгляд Арсения зацепился за спину высокого парня, который спускался вниз.       Попов шепнул Серёже: — Смотри-ка, выше меня! — Матвиенко проследил за его взглядом. — Ага. — Кайф.       После чего Серый изогнул брови, мол: «Дурак», на что Арс усмехнулся и пожал плечами: «Ну, бывает».