Crowned

      Сказать, что Хёнджэ был в ярости, — это ничего не сказать.       Он усадил Джуёна и Чанхи на диван, корона лежала на журнальном столике рядом, а сам Хёнджэ стоял напротив всей этой довольно занимательной картины, скрестив руки на груди, полностью готовый заставить младших выслушать его лекцию о том, что такое ответственность и как с ней найти общий язык, и «Какого, Джуён, я к тебе обращаюсь, чёрта корона до сих пор лежала в сумке? Теперь ты, Чанхи! Как у тебя только мозгов хватило тянуть корону в открытую через весь коридор?! Даже у самого младшего, Ханёна, и то извилины активнее ваших шевелятся!»       Тело Чанхи пропустило неприятный ток из-за громких нравоучений, который заставил его вздрогнуть, но Джуён сразу обвил парня рукой, пытаясь хоть как-нибудь защитить его от брани и разглагольствований брата.       Хёнджэ заметил такое явное изменение в поведении парней и тут же остановил свой поток упрёков, одарив парней широкой улыбкой.       — Так у вас всё наладилось уже? Значит, Джуён, ты оплатишь курицу, которую я только что заказал. И, что касается короны, она будет лежать в сейфе, ясно? Теперь, вы двое, поговорите уже, что ли.       Джуён не пошевелил ни единой клеткой тела, а Чанхи прятался за ладонями, будучи не менее смущённым, чем старший. Хёнджэ заметил, что никто из них не двигался, и окинул парней зловещим взглядом, заставив Джуёна неловко прочистить горло и предельно медленно убрать руку с плеч Чанхи.       — Теперь… — Чхве также прочистил горло. — Я должен… обращаться к тебе Ваше Величество, да?       — Что? Нет! Тебе никогда не придётся, Хи…       — Эта штуковина… — продолжил Чанхи, указывая точно на корону и впившись в неё взглядом, словно ястреб. — Именно из-за неё ты в опасности. Эта… штуковина, именно из-за неё ты пытался оттолкнуть меня. Я ненавижу её, но одновременно с этим теперь я понимаю, почему ты был настолько скрытным. Извини за чрезмерную настырность.       — Нет-нет, Чанхи, пожалуйста, — где-то далеко, в глубине сознания Джуёна, появилась мысль о том, что Чанхи намеревался оставить его. Ли схватил младшего за руку, умоляя: — Нет, Чанхи, пожалуйста, я всё исправлю. Я не хотел тебя отталкивать. И тем более не хотел кричать на тебя.       — Я знаю. Ты просто пытался защитить меня, — Чанхи глубоко вдохнул и вновь взглянул на Ли полными решимости глазами, — но я могу и сам о себе позаботиться, Джуён. Я знаю, что происходит, и я ни за что не позволю происходящему встать на пути нашей любви, ты… А, мне же нельзя члена королевской семьи назвать идиотом, да?       Джуён не смог сдержать мягкой улыбки и нежно убрал спавшие на лицо Чанхи волосы.       — Хи, ты можешь называть меня, как только сам захочешь. Только ты.       — Значит… Мы вместе? — спросил Чанхи с глазами, полными надежды. — Я имел в виду… К чёрту всё, Джуён! Я не знаю, как вести себя в окружении королевской крови!       — Тебе это и не надо. Как минимум пока что. При встрече с отцом и матерью тебе придётся выдержать несколько традиций, но я уверен, ты им понравишься, — Джуён ярко улыбнулся, светясь от счастья. — Но, когда ты со мной, забудь об этом королевском поведении. Ты не с принцем. Ты с обычным Джуёном, идиотом-заучкой с физфака, которому очень нравится шоколадное мороженое. И да. Да, теперь мы вместе, и я хочу ещё раз тебя поцеловать, но в этот раз…       Чанхи в ожидании смотрел на старшего, будто уже заранее знал, что тот собирается сделать.       — Раз уж ты уже знаешь, что творится вокруг… И до сих пор не сбежал… Согласен ли ты стать… я не знаю, парнем этого скромного принца? — понимая, насколько ужасными были слова, которые едва собирались в предложения, создавая смысл, Джуён разразился неловким смехом. — У меня было достаточно уроков ораторского искусства, и я правда гораздо более красноречив, когда не волнуюсь, как сейчас.       — С чего бы тебе волноваться? — Чанхи тоже подхватил смех старшего, прикрывая рот рукой.       — Я же признаюсь тебе!       — Так значит… Ты нервничаешь из-за меня? — спросил Чанхи, приближаясь к Джуёну. Затем он оставил лёгкий, едва ощутимый поцелуй на щеке Ли, без слов давая понять: «Да, я буду твоим. Отныне и навечно». Чанхи держал старшего за руку, утопая в тепле и спокойствии, по которым он уже успел соскучиться за последние несколько дней, по теплу, которое он и не думал, что вновь сможет ощутить.       Джуён даже не пытался спрятать свои эмоции и чувства: он притянул Чанхи ближе и крепко обнял, вдыхая нежный аромат детского лосьона.       — Спасибо. Я безумно люблю тебя, Хи. Прости за то, что накричал на тебя.       — Никогда не делай этого снова, — Чанхи полностью расслабился, чувствуя, как растворяется в руках Джуёна. — Это было до ужаса страшно. У нас ведь всё получится. Я понимаю, это всё страх. Никогда больше не пытайся оттолкнуть меня, ладно?       

***

             В тот вечер Хёнджэ был третьим лишним, поэтому он решил заказать курицу на ужин, чтобы немного поднять себе настроение. Джуён был рад такому повороту событий, но предупреждение Санёна о том, что узурпаторы были решительно настроены убить его, не давало Ли покоя. Он раздумывал о том, чтобы рассказать всё Чанхи, но Хёнджэ оказался быстрее и сам подтолкнул брата к этому.       — Вообще, жизни Джуёна сейчас угрожает серьёзная опасность, — имел неосторожность проронить Хёнджэ.       Чанхи прекратил жевать и медленно, очень медленно повернулся к Джуёну, вопросительно изогнув бровь.       — Я думал, мы договорились рассказывать друг другу всё, разве нет, Ли Джуён? — задал вопрос Чанхи, тон голоса парня был более обвиняющий, будто его обладатель точно почувствовал что-то неладное. — Какая это опасность тебе угрожает? Что это всё значит?       — Я собирался тебе рассказать, но хён опередил меня!       — Хорошо, тогда оба давайте и объясняйте!       — А я-то тут причём? Я наоборот раскрыл всё!       — Короче, — лицо Чанхи обрело не самый позитивный вид. — Мне нужны подробности. Почему он в опасности? От кого?       — Прошлой ночью узурпаторы выехали из Кавении, — вздохнул Джуён. — Они бы никогда не бросили королевство, так что это может значить только одно — они едут за мной и точно знают, где я, Хи. Тебе лучше закрыться и остаться у себя. Надеюсь, они знают, в какую дверь нужно наведаться.       — Черта с два я тебя брошу!       — Чанхи… — от безнадёжности и нервов пальцы Джуёна потянулись к вискам, потирая их. — Давай, пожалуйста, просто…       Его слова прервал неизвестно откуда взявшийся громкий грохот, Джуён и Хёнджэ резко встали, настороженно взглянув в сторону источника звука. Джуён сказал Чанхи, чтобы тот ушёл на кухню, взяв с собой корону; кухня — самая отдалённая точка от места, откуда был слышен неприятный шум. А братья Ли медленно подкрались к спальне.       Парни обменялись серьёзными и решительными взглядами.       Три… Два… Один!       Джуён выбил дверь и тут же пригнулся, чтобы уклониться от удара, который попытался нанести один из пробравшихся в спальню мужчин. Каждый из них был одет в чёрное, на лицах — маски; они практически сливались с тенью Джуёна на стене. Их было около пяти — значительное преимущество в количестве над братьями.       Хёнджэ ловко схватил мужчину, пытавшегося напасть на брата, и с силой отбросил его в сторону, однако его напарник тут же попытался атаковать старшего Ли.       Ближе всего к Джуёну находился один предмет — лампа, и парень не растерялся — тут же схватился за неё, как за своего спасителя, и вслепую начал ею размахивать, благо, попал в одного из нападавших. Кто-то схватил Ли за руку, и он сразу ударил мужчину локтем в живот, тем самым заставив того попятиться назад, немного скрутившись от боли. Не теряя времени, которое ему удалось выиграть, Джуён нанёс апперкот, от которого противник не устоял на ногах и повалился на пол.       — Корона! — выкрикнул один из мужчин в чёрном.       Хёнджэ разобрался с тем, кого ему удалось схватить до этого, и уверенно направился в сторону только что закричавшего парня, неожиданно для него Ли ударил его в голову, от чего последний потерял сознание.       — Остался ещё один, — отдышался Джуён, массируя повреждённое запястье. — Я, кажется, насчитал около пяти… Хён, вызывай полицию! Хи! Чанхи!       Он за доли секунды добежал до кухни, в голове строкой крутилась единственная мысль о том, что кто-то из мужчин уже успел пробраться к Чанхи. Волнение в груди было камню подобно, Джуён открыл дверь, готовясь к худшему.       Правда, открывшаяся перед ним картина оказалась совершенной противоположностью его ожиданиям и опасениям.       В руках Чанхи была сковорода, а его взгляд был прикован к потерявшему сознание мужчине на полу. Присмотревшись немного внимательнее, Джуёну удалось увидеть небольшую вмятину на кухонной утвари. Чанхи использовал её, чтобы защититься от мужчины.       — Я ведь говорил, что и сам смогу о себе позаботиться, — констатировал Чанхи, ещё не выпустив из рук сковороду. — Твоя корона там, на верхней полке. Я положил её туда, чтобы никто не смог долезть до неё без стула. Всегда пожалуйста, поцеловать можешь позже.       — Чанхи, я женюсь на тебе, — пообещал Джуён, радостно смеясь. — Только что я сказал хёну вызвать полицию. Как только они приедут, мы наконец-то раскроемся прессе и дадим знать, что происходит.       — То есть ты больше не будешь прятаться? — спросил Чанхи, на что Джуён отрицательно завертел головой с улыбкой на лице.       — Я горжусь тобой, Джу, — Чанхи засиял от переполняющих его чувств, глаза ярко блестели от скопившихся слёз гордости за парня. — Я бы сейчас обнял тебя, но этот паршивец ещё дёргается, так что я должен быть начеку, чтобы в случае чего ещё разок огреть его. И позже мне придётся купить тебе новую сковороду, эта уже вряд ли на что-то сгодится.       — Не могу дождаться момента, когда мои отец с матерью увидят тебя, — Джуён оставил мягкий поцелуй на щеке Чхве. — Я оставлю тебя ненадолго, нужно позвонить в регистрационный пункт, хорошо?       — Джуён, — позвал Чанхи.       — Да?       — Я не сказал тебе этого раньше, но я тоже тебя люблю!       — Ну наконец-то! — выкрикнул Хёнджэ, не успев выйти из спальни.