Не моя вина

Она крепко сжимала протянутую руку, вкладывая в это все физические силы, чтобы сдержать дрожь, нарастающую с каждой секундой. По спине пробегали мурашки от осознания неотвратимости смерти за нарушение клятвы. Как она вообще додумалась рисковать жизнью за слизеринца? Пресвятая Моргана… — Клянешься ли ты хранить в тайне от любого живущего или мертвого существа информацию, что узнаешь сегодня от меня или благодаря мне? — Клянусь! — она нервно сглотнула и продолжила. — Клянешься ли ты не навредить своими сегодняшними действиями мне либо моим друзьям?       Она заглянула в его холодные глаза и поняла, что даже зима простудилась бы от его взгляда, — там не было сомнений, не было сожалений или жалости… Интересно, это настолько идеально сидящая маска или в его душе правда ничего нет? — Уточни, Грейнджер, — тихий шепот сорвался с его губ. В то время как она нервничала и не могла найти себе место, Малфой был максимально собран, даже в этот ответственный момент он успевал закатывать глаза и отпускать надменные улыбки. — Клянешься ли ты не навредить своими сегодняшними действиями мне, либо Рону и Гарри? — Клянусь.       Тонкая нить магии обвила сжатые руки, пуская тонкие электрические заряды прямо под напряженную кожу. Пути назад больше нет — теперь так или иначе она узнает, что задумал Малфой и зачем ему мантия. Узнает, но не сможет помешать. Спустя пару секунд нити пропали, будто проникнув в их плоть, а через нее в самую душу, Стало холодно и страшно ведь теперь все измениться, и никто их них не знает, что будет дальше. — Грейнджер, теперь можно отпустить руку… — Прости… — девушка смущенно отвела глаза и спрятала руки в рукава длинного свитера, Несмотря на начало осени погода приносила неприятные сюрпризы. В Хогвартсе было холодно, особенно ночью, когда большинство факелов гасли, а люди их коридоров пропадали, можно было почувствовать гуляющий по школе сквозняк. — Давай сверимся с планом: сначала ты помогаешь мне с делом, или хотя бы не мешаешь, Малфой, а после полуночи я сопровождаю тебя. — А как же доля импровизации? Ты такая скучная Грейнджер и как ты сама себя терпишь? — парень закатил глаза и печально вздохнул. — Малфой, не надо начинать битву, в которой заведомо проиграешь, — несмотря на страх, сдаваться ему она не планировала, уж не тогда, когда он явно зависел от ее мантии. — Ты даже не знаешь, чем именно нам предстоит заняться. Я бы на твоем месте не была так самодовольна.       Парень молча поднял бровь, не удостоив Гермиону ответом, будто все это было совершенно обыденно и ни капельки его не пугало. «Надменный индюк», пронеслось в её голове. — Сегодня нам нужно влезть в хранилище Спейпа. Мне нужно стащить у него одно зелье, я бы приготовила, но не успеваю. Насколько мне известно, вечером он дежурит на третьем этаже, пока эльфы готовят зал для приема Слизнорта. Немного удачи и нас не заметят. — девушка поспешно доставала из сумочки мантию, расправляя все складочки на ней, и всеми силами избегая смотреть на Малфоя. Ей казалось, если она поднимет взгляд, то увидит мальчишку, который на втором курсе сдал их Макгонагалл, который засмеет ее план или еще хуже — расскажет все Снейпу.       Ее тело сжалось в ожидании насмешки, в ожидании предательства. На что она вообще рассчитывала, доверяясь слизеринцу?! «Дура, надо было также просить его молчать при заключении обета!» — Грейнджер, не ожидал от тебя такого нарушения правил! В одну ночь гуляешь после отбоя и помогаешь слизеринцу, да еще и успеваешь ограбить кабинет профессора. В тебе всегда было это или я на тебя плохо влияю? — парень говорил насмешливо, но в его голосе не слышалось пренебрежения или высокомерия, будто он отчитывал старого знакомого, а не своего врага. — Но, меня радует наличие плана, в особенности, что ты предусмотрела отсутствие Снейпа. Как бы он к нам ни относился, но простить риктусемпру он не сможет. — Так ты поможешь? — она смотрела с надеждой, хоть и пыталась подавить ее всеми силами. Не перед ним ей показывать слабость, хотя он и лучший вариант для преступления. Как ни крути, ни Гарри, ни Роном рисковать не хотелось. Ей все еще было жалко тех ребят, на чью долю выпала такая нелегкая судьба. Пусть хоть немного отдохнут от постоянных сражений, впереди их ждут трудные времена. Ожидание войны стояло в воздухе как густой запах гари и гнили. Только она это чувствовала? Или так было у всех? — Гриффиндорцы славятся обманом? Вот уж не слышал! Вы же такие смелые, держите слово до последнего… Так откуда же недоверие, а, Грейнджер? — Малфой ухмылялся, глядя прямо ей в глаза, будто надеялся отыскать там ответы. — А вот слизеринцы славятся предательством. Чего еще ты ожидал? — девушка дернула рукой, протягивая мантию. Он был сильно выше, так что укрыть его голову, даже подпрыгнув, у Гермионы бы не вышло.       Молодой человек спокойно перехватил ткань из ее пальцев, на секунду прикоснувшись к холодной коже рук. На удивление он был теплым, будто отогрелся на летнем солнце, а не стоял в озябшем влажном коридоре в одной черной водолазке. И как он вообще еще не дрожит? Будь это кто-то из ее друзей, она уже начала бы читать лекцию о переохлаждении, но давать советы Малфою было поистине глупым решением. Поджав губы она подошла ближе, позволяя парню укрыть их тонкой мантией. — Не кусай руку, которая тебя кормит, Грейнджер! — прошептал он в макушку девушки.       Теплое дыхание прикоснулось к волосам и защекотало кожу. Вмиг стало неуютно находиться в темном и пустом коридоре, так близко к Малфою… — Которая тебя кормит… Стоп! Малфой, это что, магловская поговорка? У тебя нет температуры? Не пугай меня! — лучший способ защиты — нападение, так говорят? Что ж, со слизеринцами вряд ли можно иначе. Но то, что он знал что-то подобное из магловской культуры действительно удивило девушку. — Если бы я знал, что тебя так легко напугать, то начинал бы все наши разговоры с поговорок. Даже тетрадь завел для ведения списка. И, если в твои планы не входит рассказать всей школе, что мы в обнимку шатаемся по коридорам ночью, рекомендую подойти ближе — твои щиколотки видно. — не спрашивая разрешения, парень за талию притянул Гермиону к себе.       Теперь не только воздух был общим, теперь она чувствовала его грудь, прижатую к спине, и крепкую руку, сжавшую талию. Слава Мерлину, тут было темно как в норе у нюхлера, иначе ее красными щеками можно было бы демонстрировать последствия диатеза. Кожу в местах касания жгло, но и отстраняться она не собиралась. Он не заставит ее смущаться, ну или хотя бы не узнает об этом.       Пара медленно начала двигаться в сторону подземелий. Драко предоставил ей немного свободы и ослабил хватку, иначе она умерла бы со стыда, ведь при каждом движении ей пришлось бы касаться его тела. «Ох, у Джинни не было бы с этим проблем!». Придаваться самобичеванию в данный момент — далеко не самое лучшее решение. Гораздо эффективнее было бы сосредоточиться на реальности. А в реальности ее легкие были заполнены мятой, сандалом и чем-то совсем незнакомым. Это табак? — Малфой, ты куришь? — прошептала девушка и сразу же испугалась вопроса. Какое ей вообще до этого дело?! Это только его проблемы!       Парень тихо засмеялся и провел пальцем по все еще захваченной его руками талии. — А ты планируешь доложить Макгонагл? — С чего бы мне? — еле слышно ответила она. Все тело напряглось из-за внезапных мурашек, которые разбегались в разные стороны от его пальцев. — Иногда, Грейнджер, можешь присоединяться ко мне на Астрономической башне. Там вид лучше, чем из нашей.       Подойдя к массивной, темной будто от копоти двери, скрывающей от любопытных студентов драгоценные запасы Снейпа, Гермиона вытянула из-под мантии свою палочку и начала перебирать все отпирающие заклинания. Начала с элементарной Алохоморы, но спустя пятнадцать попыток она начала беспокоиться. Вполне вероятно, что профессор усилил охрану, учитывая их ежегодные покушения на его хранилище. Но ведь она даже не задумалась, что будет, если он наложил тайну крови, или еще что похуже для защиты. — Когда тебе надоест пытать его дверь, дай знать, — прошептал Малфой над ее ухом. — До двенадцати у меня планов нет, так что можешь не торопиться.       Его издевательский тон начинал выводить из себя похуже уроков Трелони. Да кем он себя возомнил?! — Раз такой умный, можешь сам попробовать, — зло зашипела на него Гермиона.       Вытянув тонкие пальцы, обхватывающие палочку, он зашептал заклинание так тихо, что даже находясь в пяти сантиметрах от него, девушка не разобрала ни слова. Но замок, к ее безумному удивлению, щелкнул, предоставив доступ к своим тайнам. — Что это? Что за заклинание, Малфой?! — она была так обескуражена, что произнесла вопрос куда громче, чем следовало. Ответом же стало звонкое и противное мяуканье, разносящееся эхом по коридору. — Чертова кошка, — испуганно бормотала Гермиона, пока Малфой не раздумывая затаскивал ее в кладовку профессора.       Захлопнув дверь, он облегченно выдохнул в ее макушку, даже не задумываясь над тем, что уже можно бы и отпустить девушку. — Если будешь себя хорошо вести, расскажу, как открыл дверь. А теперь будь умницей и найди быстро то, что тебе нужно. Убийство кошки Филча в мои планы на сегодня не входило, — он быстро отдернул руку от ее талии и выпрямился, опираясь на дверь. Подняв палочку и осветив путь гриффиндроке, он остался ждать, не желая вмешиваться в ее поиски.       Приблизившись к полкам на негнущихся от нервов ногах, девушка начала осматриваться в поисках нужного зелья. — Живоглот бы не оценил, что ты вообще можешь иметь это в планах, — бормотала она под нос, не отрываясь от поисков. — Ты же в курсе, что книзлы на дух не переносят обычных кошек? Возможно, после убийства миссис Норис, он бы сменил хозяйку на хозяина. Ну, знаешь, из большой благодарности, — ответом ему было лишь тихое фырканье.       Полки были до безумия пыльными, хотя, зная, как профессор любит оставлять на отработки, мог бы и вместо мытья котлов дать ученикам здесь убраться. Перебирая всевозможные склянки, странно пахнущие мешочки и трупики дохлых мышей, разбросанные то тут, то там на полках, нужного зелья она найти не могла. Начав отчаиваться, девушка решила поискать под полками, где был разбросан всякий лабораторный хлам вперемешку с паутиной и сухими травами. Опустившись на колени, она начала иступлено шарить руками под каждым стеллажом. — Грейнджер, с такого ракурса я тебя, конечно, еще не видел, но какого дракла ты тут ищешь?! — отозвался у двери парень, не отрывая взгляда от ее ног. Если бы девушка хоть на секунду отвлеклась от своих поисков, то, конечно, заметила бы нездоровый блеск в его глазах. Но даже сам восставший Мерлин вряд ли оторвал бы ее от поисков в пыли и грязи полок. — Оборотное. Мне… ай, черт бы тебя побрал! — взвизгнула девушка, отрывая от своего пальца, вцепившегося зубами пикси. — Мне очень нужно оборотное, — откинув ненавистное создание, она повернулась к Малфою и наконец заметила странности. Он стоял и, казалось, не моргая следил за каждым ее движением. Осознав, что ее поза весьма и весьма компрометирующая даже несмотря на длину школьной юбки, ползая под полками она могла ненароком оголить больше, чем было положено. Девушка нервно начала дергать полы клетчатой юбки, мечтая провалиться под землю. — У тебя тоже проблемы со зрением или Поттер заразный? Третий стеллаж от двери, верхняя полка, — не отрывая взгляда от ее глаз прошептал парень, и облизнул губы.       Осознав, что его поймали с поличным за разглядыванием ног, кто бы мог подумать — Грейнджер, он ухмыльнулся в своей классической гадкой манере и отвел от нее взгляд. Обернувшись к стеллажам, она вздохнула. Они были настолько высоки, что даже встав на носочки, даже подпрыгнув она в жизни бы не добралась до нужной полки. Но, слава богам, она не была маглой. — Вингардиум Левиоса! — взмахнув палочкой она получила то, чего жаждала всю неделю — шанс освободиться от вечера Слизнорта, шанс найти новую информацию о том заклятии. Тонкий стеклянный флакон переливался в ее руках, а густая жидкость поглощала тот немногий свет, что был в кладовой. Упрятав улику на дно своего кармана, она победно повернулась к двери. — Малфой, теперь твоя очередь раскрывать секреты, давай закончим со всем быстро, — вздернув подбородок девушка подошла ближе, позволяя его пальцам накрыть голову мантией, а рукам так по-хозяйски прижать к своему телу.       Бесшумно выбираясь из владений Снейпа, молодые люди замерли в ожидании шума от надвигающегося шарканья Филча, однако, их спутником стала абсолютная тишина. Стало быть, старый смотритель увлекся поиском нарушителей в другой части замка. Оставалось надеяться, что Малфой знает, что делает. — Куда мы идем? — шептала девушка все крепче сжимая в руке палочку. — Если мы покинем пределы школы, Макгонагл узнает об этом и вряд ли поверит в общий лунатизм. — Не трусь, Грейнджер, да и школу мы не покинем. В привычном смысле этого слова… Иди молча, твоя болтовня привлекает картины, — явно недовольно бормотал себе под нос парень. Его плечи заметно напряглись, а рука на талии превратилась в железную хватку — еще немного и от его пальцев останутся синяки на теле. Несмотря на неудобство, она решила промолчать. Не стоит его злить, особенно когда он решил поделиться с ней своими темными планами.       Их путь завершился возле стены восьмого этажа, такой же темной и пыльной, как и все в этом замке. Внешне ничего не выдавало хранящиеся за стенами тайны. Потоптавшись около минуты, Малфой потянулся в сторону появляющейся в стене двери. Без скрипа толкнув кованную железную дверь, украшенную медными вензелями, он шагнул в зал, покрытый от пола до потолка различным мусором. Такой выручай-комнату гриффиндорка еще не видела. Это было куда хуже убежища Снейпа, но масштабы беспорядка поражали. Если разойтись в разные стороны, то в течение нескольких дней вы вряд ли встретитесь, если, конечно, вас раньше не похоронит одна из обвалившихся куч мусора. — Я будто буквально оказалась в чужом грязном белье. Как иронично, — шептала девушка под нос, пока Малфой уверенным шагом начал ловко двигаться вдоль завалов. Через пару секунд он и вовсе пропал из вида. Свернув мантию и засунув поглубже в бисерную сумочку, девушка поняла, что сама вдоль этого хлама в жизни не проберется. — Малфой, ты ничего не забыл? — бойко крикнула девушка. Обстановка чужой тайны придавала ей сил, теперь не ей придется рисковать и все контролировать, теперь очередь Малфоя впускать ее в свои тайны. — Ах да, занозу в заднице! — где-то в непроглядном мраке мусора отозвался парень, через несколько мгновений вынырнув ей на встречу. — Не отставай снова или оставлю тебя здесь до второго пришествия Мерлина.       В гробовом молчании они двигались между завалами старого тряпья и магических предметов. То тут, то там девушке на глаза попадались примечательные безделушки, кое-где мелькали старые украшения, блеск от камней которых привлекал внимание даже в полумраке. Гриффиндорка с радостью разглядела и изучила каждую из вещей. «Обязательно, сразу, как только узнаю, что здесь прячет Малфой».       Подняв взгляд, ее привлек куда более яркий блеск на самой верхушке одной из башен мусора, но увидеть, что именно издает такое свечение девушка не успела. Бам!       Все размышления выбило из головы твердое плечо парня, в которое она влетела со всей силы, запутавшись в хламе на полу и даже не заметив, как он остановился у огромного черного шкафа. В глазах от боли потемнело и девушка, отступив назад, начала оседать на пыльный каменный пол. Только мантикора знает, сколько бы ей пришлось приводить себя в порядок после соприкосновения с местным полом, если бы ее падение не прекратила крепкая хватка на предплечье. — Черт тебя побери, можно просто не умирать на ровном месте, или ты этому у Поттера научилась?! — не увидев в лице девушки никакого понимания происходящего, он понял, что возможно эта дуреха приложилась куда сильнее, чем он полагал. Протянув руку к ее лицу, чтобы осмотреть повреждения, он заметил ярко красное пятно, разливающееся по правой скуле девушки, явный признак будущего синяка. — На гриффиндоре дают медали за тупость? — он мягко подтолкнул ее к полуразвалившемуся, согнутому на одну ножку креслу. — Сядь! — грозно и устало бормотал он, пока девушка приходила в себя. Не отводя руку от ее лица, он потянулся за палочкой. Заметив движение, гриффиндорка дернулась, надеясь успеть выхватить из кармана свою. — Сиди смирно, если бы я хотел тебя прикончить, сделал бы это больнее. Твои псы мне всю плешь проедят, если ты приползешь к утру с фингалом, — аккуратно сдвинув кудрявые волосы в сторону, парень бормотал заклятие, а по ее коже побежали мурашки. Легкий холод от его заклятия и тонких пальцев передавался молниеносно. — Мне холодно, — тихо шептала она, пытаясь сфокусировать взгляд. — Ох, как жаль, — с сарказмом бросил парень, отодвигая палочку от ее лица. — Зато теперь останешься с рабочими мозгами и без фингала. Давай вставай, у нас не так много времени. — Всего лишь целая ночь, — бормотала она и потирала ушибленное место. — Грейнджер, весьма двусмысленно для гриффиндорской заучки, не считаешь? Медленно потянувшись за выпрямившимся парнем, она разглядела место куда он ее привел. Они находились на небольшом плато, навеки отгороженном от остального мира горами мусора. Если бы они случайно обвалились, их похоронило бы в самом наихудшем склепе в истории. «Как в братской могиле… Общей могиле… Какой ужас, только умирать в обнимку с Малфоем мне не хватало для полного счастья».       В середине их своеобразной поляны возвышался огромный, иссиня черный шкаф, своими размерами он напоминающий лифт. Представлять, что именно могло бы в нем храниться не хотелось. Обойдя массивный шкаф по кругу, девушка не обнаружила ни единого намека на ручку или механизм, чтобы заглянуть в нутро этого исполина. Из-за завалов мусора свет практически не проникал и складывалось впечатление, что шкаф поглощает все те скудные лучи, что вообще были в помещении. — Что это, Малфой? — Еще не догадалась, заучка? — парень растягивал фразу, давая себе возможность еще немного отсрочить момент признания. Признания совей бессильности и своего страха. Да, с правдой всегда были проблемы — это сродни тому, чтобы отрывать корочку с раны, которая всегда начинает кровоточить, и тогда правда, как кровь, начнет литься из него. За одной истиной придется рассказывать другую, та потянет по цепочке третью и ты уже не сможешь сказать: «Стоп, я больше не готов признавать свои поражения!».       Правда всегда причиняет боль, в отличии от лжи. Она как спокойная тихая вода. Да, иногда застойная и дурно пахнущая, но такая родная, черт побери. Но в этот раз ее мозги были тем единственным шансом, что мог спасти его и мать. Однако дурацкие мозги Грейнджер рано или поздно узнают правду, оставалось успеть ими воспользоваться до этого момента, ведь вряд ли она фантазирует о смерти этого старика! — Исчезательный шкаф. И ты должна помочь мне его починить, — проговорил он, заглядывая в ее лицо, ища там ответы, которых так сейчас не хватало. Если не она, то кто вообще на это способен?! Как бы не было мерзко это осознавать, но она действительно лучшая по заклинаниям, она его последний шанс выжить. — Мерлиновы панталоны, ты хоть представляешь сколько ему лет? — беспокойно шептала девушка, еще пристальнее разглядывая махину. — Да они с пятнадцатого века запрещены к использованию, сразу после того, как… — Как группу ведьм расщепило после неудачного побега из Салема. Да, я в курсе. Но сегодня нам нужно его исправить, ты знаешь что-то о его конструкции?       Глаза парня неотрывно следили за девушкой, казалось, что, ожидая ответа он даже перестал моргать — сейчас на кону стояло всё. — Если бы я знала, что ты попросишь, я бы не разменивалась на какое-то зелье Снейпа, тут работы на пару месяцев, — тяжело вздохнув и окинув взглядом шкаф, она развернулась к Малфою, — Я не могу обещать тебе, что справлюсь или утверждать, что сильно много знаю о них, но я читала пару книг, и возможно, у нас что-то выйдет. — Я могу заплатить за потраченное время, — пробормотал парень и закатил глаза. Какая наглость — пересматривать условия сделки после ее заключения, но она действительно была ему нужна. Ее мозги. Не она в целом, конечно же. — Сдались мне твои кнаты, — фыркнула гриффиндорка и недовольно сложила руки на бедрах. Он действительно думал откупиться от нее деньгами?! — Ты хоть представляешь сколько этих кнатов у меня есть? Да я могу построить еще сотню таких школ и мое наследство от этого не оскудеет, — высокомерно возразил слизеринец и медленно начал снимать несуществующие пылинки с идеально выглаженной мантии. — Прекрати! Мне дела нет до твоего драконьего золота, чахни над ним сколько вздумается. Но будет честно, если часть нашего времени мы будем тратить на … на те заклинания, о которых я тебе говорила, — на последней фразе смелость ее покинула, было страшно признавать, но он ей был нужен не меньше со своими семейными фолиантами и знаниями, что хранились лишь в чистокровных семьях.       Сложно было представить большего неуважения к чистокровному. Да кто она такая, чтобы разговаривать с ним в подобном тоне. Хотя если быть совсем честным, тот факт, что она сравнила его с драконом, бесконечно льстил его эго. Мелкая, жадная до знаний грязнокровка!       Хотя что он теряет? Несколько часов страданий, и однажды ее вопросы должны иссякнуть. Да и вряд ли ей хватит духа залезать в недра темной магии. Пара уроков и она от него отстанет.       Спустя пару минут раздумий и абсолютно безэмоционального выражения, он лениво протянул: — Каждый понедельник, среду и пятницу, а также любой выходной на твой выбор мы встречаемся здесь. Два часа работаем над шкафом, затем час я отвечаю на твои вопросы, в выходной не меньше четырех часов на работу, идет?       Несмотря на безграничное желание начать спорить о неравенстве времени, необходимости патрулирования и других ее обязанностях, один его холодный взгляд остужал весь ее пыл. Сейчас она могла сорвать большой куш, узнать о его планах и почти ничего не потерять. — Но ты, Малфой, расскажешь зачем мы его чиним! Вряд ли это твое домашнее задание. — неловко повторив его ухмылку затараторила девушка. — Возможно однажды, после нового обета, но не сейчас, — его нахмуренный взгляд ясно давал понять, что большего она не выторгует. — А сейчас идем. У тебя будет два дня до нашей встречи, чтобы перешерстить библиотеку и узнать больше об исчезательном шкафе, — бросив это, парень ловко двинулся в сторону выхода, хотя только мантикора разберет как он вообще мог ориентироваться в полумраке и абсолютно одинаковых горах хлама.       Следуя за ним, девушка бросила прощальный взгляд на мерцающую на самой верхушке мусорной кучи диадему, которая и стала причиной ее неловкого казуса. Она пообещала себе непременно добраться до нее в следующий раз. Нутром чувствовала, что она ей нужна, что нужно до нее до дотронуться, но о причинах этого желания она подумает позже.